Глава 25

Жанна

Так совпало, что сегодня с утра мы забрали моих родителей из аэропорта, увезли их на квартиру, после вернулись домой за детьми и поехали к Дементре. Там нас встретила хозяйка дома с мужем, Володя с родителями и Виктор. Мы расположились за столом, неспеша отужинали, я не переставала удивляться тому, что, даже сейчас, нас обслуживала работница, раздавая блюда и подливая напитки. В голове крутился вопрос, на сколько на самом деле обеспечена семья Насти. К окончанию ужина приехал фотограф, молодежь ушла наверх, а мы пересели на диван и продолжили беседу.

- А твои родители Виктор в этом городе живут? – спросила я у парня, осознавая, что особо ничего не знаю о его семье, больше контактируя с Володей в клубе.

- Да. Они у меня независимые, работают потихоньку, не хотят оседать на пенсии дома, хорошо хоть соглашаются отдыхать два раза в год на море за мой счет и на том спасибо.

- Ой, я рада, что мои старики в Германию к родне ездят, спасает их второе гражданство. Папа сейчас уже меньше в клубе сидит.

- А как твои родители воспринимают ваши отношения с Володей? – решил резко поинтересоваться мой муж.

- Отлично. Они видят, что мы относимся друг к другу с уважением и любовью. А внуками они меня не пытают, жалуясь на то, что у нас и так навалом родни кругом, всех не упомнишь, чай род не пропадет, - ответил Виктор с улыбкой, нисколько не замечая, что вопрос был личного характера.

Через час к нам вернулись Илья и Ася, довольные и счастливые, благодаря Володю за прекрасную фотосессию. Нам сказали, что мы потом может тоже сходить посмотреть, что там за локацию придумали ребята.

После мы накинули курточки и вышли на улицу, на берегу у воды был разбит шатер, внутри которого горел костер, мы прошли внутрь и расселись вокруг каменного очага на мягкие подушки, которые лежали на низеньких лавочках: дети по середке, по левую сторону родители Насти, а мы – по правую от Ильи. Внутри было очень тепло, дрова приятно потрескивали, а дым от огня уходил наверх в сетчатое отверстие, скинув верхнюю одежду, мы с интересом поглядывали на Владимира. Тот закрыл вход на молнию, взял с маленького столика длинную красную ленту и начал обвязывать наши запястья по очереди по кругу, оставляя длинный конец на моей правой руке и руке своей матери, затем сам уселся на подушку и взял кончики ленты в свои ладони, тем самым завершая круг.

- Если хотите, можете закрыть глаза или просто смотреть в огонь, - сказал Володя. – Мы сегодня собрались, чтобы почтить память предков, вознести молитву матери Вселенной в честь знаменательного события – этот мир решили посетить две души, мальчик и девочка. Род Шнайдеров и Алейв воссоединились чтобы подарить плоть им, а Илья и Анастасия взяли на себя ответственность стать для них родителями и наставниками. Я прошу Мать проводить эти души на Землю через свое лоно, дать им силы для рождения, поделиться своей энергией, чтобы они росли крепкими и здоровыми; подарить им знания и мудрость прожить свой путь в доверии и любви, испытать как можно меньше горести и больше радости. Я надеюсь, что их путь будет долог и будет шанс продолжить род своих родителей. Есть ли что сказать Вселенной тебе Жанна?

Речь Володи настолько содержала глубокий смысл, я даже не сразу поняла, что он обратился ко мне.

- Только поблагодарить за то, что она подарила мне прекрасного сына, дала шанс увидеть, как он вырос, - произнесла я, сдерживая слезы.

- Тебе Егор?

Муж захлопал глазами, опешив что ему дали слово.

- Я рад что в моей жизни есть ребенок, который называет меня отцом несмотря на то, что в нем нет ни капли моей крови. Я буду рад помогать воспитывать его детей.

На улице было уже темно, и свет исходил только от огня, но мне было достаточно этого, чтобы разглядеть как по щеке сына скатилась крупная слеза, падая затем на колени.

- Тебе мама?

Людмила помолчала несколько секунд и уверенно ответила:

- Я не устаю благодарить Мать за то, что она избрала меня родить её сына, а потом неожиданно подарила чудесную дочку, которая сейчас сама скоро станет мамой.

- Отец?

- Я счастлив, что мою маленькую принцессу оберегает достойный мужчина. Надеюсь, детишки возьмут всё самое красивое от своих родителей, - Андрей улыбнулся и поглядел на молодежь.

- Вам, есть что сказать будущие родители?

Илья сжал ладонь Насти и поглядел на нее, затем произнес:

- Тобой уже много так сказано, мне лишь хочется, чтобы наши дети нашли свое призвание и родную душу, с которой они могли бы прожить всю свою жизнь в любви.

- Да лан де васи. Пускай же наши молитвы вознесутся.

После этих слов Владимир начал произносить речь на неясном языке, от которой по какой-то непонятной причине бежали мурашки по спине и вставили волоски на руках. Потом он позволил нам снять ленту и сжечь её в костре, кинуть каждому в огонь по горстке травы, что мигом сгорала и давала приятный запах, затем разлил по бокалам из кувшина горячий напиток, отдававший на языке сладостью меда и горчинкой лимона. Мы дождались, когда догорит костер, наслаждаясь напитком, а потом вернулись обратно в дом.

Илья и Настя проводили нас на третий этаж и показали, где фотографировались. Я пришла в изумление, когда увидела в углу фойе декорированный ствол дерева, от него ветки от какого-то кустарника с бумажными лепестками, среди которых была вплетена гирлянда с белыми матовыми огоньками. К потолку была прикреплена круглая беседка с веранды, которую тоже задекорировали тонкими ветками и цветками белых орхидей. Муж уговорил меня сфотографироваться на фоне этой красоты, хоть я и утверждала, что одета не в тематику, но всё же мы сделали несколько кадров со мной и в паре, а потом уже разошлись по спальням.

***

За два дня до того, как Насте лечь в больницу, Илья получил фотографии, они вышли очень уютными, наполненными нежностью супругов, нравилось то, что молодежь почти не смотрели в объектив, а больше обращали внимание друг на друга. На девушке было надето шифоновое просторное кремовое платье, утонченно подчеркивающее грудь и округлость живота, а на сыне обычные серые брюки и белая рубашка. Фотограф отснял, как и одиночные кадры, где Ася лежала в беседке и опиралась на ствол дерева, так и в паре с Ильей – сидя в обнимку и стоя под кроной дерева. Ребята решили выложить фото в общий доступ уже после родов.

В назначенный день я, муж и дети поехали в больницу, сын с большим волнением отпускал жену, зацеловывая её на пороге отделения.

Утром Настя позвонила и сказала, что с ней переговорили анестезиолог и хирург, сделали плановое УЗИ, малыши чувствовали себя прекрасно, операцию назначили на следующее утро, так же она подписала бумаги на разрешение присутствия мужа в палате на четыре дня, после того как её перевезут из реанимации.

Илья к этому времени вышел в отпуск и провел уже дома сутки, слоняясь из комнаты в комнату. В день операции, когда Настя написала, что поехала на роды, я приняла волевое решение и принесла с кухни бутылку водки, я не очень любила её, но дабы успокоить нервы мы распили с Ильей несколько рюмок. Егор тактично отказался, чтобы в доме был хоть один трезвый человек. Алкоголь нас расслабил и позволил проспать крепко всю ночь.

После обеда позвонила сама Настя, мы облегчённо вздохнули, она поведала, что с ней и детьми всё в порядке, в палату её обещали перевезти вечером и принести на первое кормление малышей. Сын пустил слезу и тут же выложил в соцсети фотографии с фотосессии и новость, что их семья может принимать поздравления. Я же созвонилась с родителями и германцами, оповещая о радостной новости.

На следующий день в десять позвонили Илье и пригласили в больницу. Сын взял уже приготовленную сумку с вещами и папку с нужными справками, я увезла его в клинику с обещанием, чтобы он прислал фото внуков, как только их познакомят.

Илья

Попрощавшись с мамой, я поторопился в больницу, на входе мне выдали заготовленный пропуск и провели в отделение, где заведующая проверила все мои анализы и справки, после медсестра проводила меня до палаты жены.

Я не сдержался и тут же поспешил обнять Настю, роняя сумку на пол у кровати.

- Привет моё солнце, как твое самочувствие? – спросил я, заглядывая в любимые глаза.

- Да всё хорошо, немного живот тянет, а так ничего не болит, вон капельницу ставят с витаминами, да уколы обезболивающие. Сегодня сказали обязательно подняться и пройтись по коридору.

- Так мамочка, в обед покушаете и сразу принесут малышей, уже будете вместе лежать до выписки. Папа будет кушать или до полдника подождете?

- Я пока сытый, спасибо. – После того как ушла медсестра, я позволил себе расцеловать жену. – Ты уже видела детишек?

- Да, кормила два раза, то еще испытание конечно, от этого жутко болит грудь. Они чудесные, сын во всю уже куксится, а дочь пока спокойна.

Время за разговором пролетело незаметно, принесли обед, Настя покушала, а через час в палату прикатили малышей. Я перестал себя сдерживать и со слезами на глазах принял аккуратно маленький кулек, Насте вручили второй, она тут же приложила малыша к груди, говоря, что у неё на руках дочка, рассматривая бирку на ручке. Я тоже чуть распеленал ребенка и посмотрел на браслет, где был написан рост, вес и пол. Сын и правда куксился, не открывая пока глазки, я заметил темное розовое пятнышко на плечике.

- А у сына, что родимое пятно есть? – спросил я у Аси о находке.

- Да, я сказала сразу врачу, что у вас это семейное, он сразу успокоился. Что самое интересное, у дочки такого нет.

- Да интересно. Ты уже думала над именами, что мы выбрали?

- Да. Они вполне подходят малышам.

- Хорошо. Я маме обещал прислать фото внуков.

- Сфотографируйся сейчас с сыном на руках, я потом заберу его покормить.

Я, дико осторожничая, взял телефон и сделал кадр, так чтобы было видно личико и меня. Когда Ася покормила дочку, я даже немного растерялся, думая, как передать ей другого малыша, по её подсказкам, я положил ребенка ей на колени, а потом забрал второго. Дочу я уже сфотографировал без себя, после кормления мы сделали общее фото с малышней и положили их отдыхать в коечку.

После полдника я помог Насте подняться с кровати, и мы прошлись с ней по коридору, на меня с интересом поглядывали другие мамочки, жена даже с кем-то поболтала, и мы вернулись обратно в палату.

Жанна

Я успела приготовить обед, и даже немного вздремнуть, спросила у Ильи в чате, как у них дела. Он отписался, что всё хорошо, дети сейчас с ними и Ася будет их кормить, пообещал скинуть фото ближе к ужину.

Мы как раз сели за стол с Егором, когда у меня начал пиликать телефон, я поняла, что это посыпались сообщения от сына. Угадав, я бросила ужин и подвинула стульчик ближе к мужу и начала открывать фотки.

«У меня сейчас на руках сын, мы решили с Настей дать ему имя Йохан. Еще у него есть родимое пятно как у нас с тобой мама, только на плечике».

Я плакала, рассматривая счастливого сына, а после личико внука, муж целовал меня в щеку и гладил по плечу, сам тоже смахивая слезинки.

«Дочку назвали Миланой. У нее пятнышка нет, она безумно спокойный ребенок в отличии от брата, тот лежит кряхтит и кукситься на коечке».

Потом последовало их общее первое семейное фото, а также кадры с браслетиками, я заметила, что мальчик чуть больше девочки, особенно в росте. Илья так же прислал кадры палаты и фото ужина.

- Мальчик наверно будет высокий. Кормят неплохо, здорово и палата вроде чистая, - сказал Егор.

- Ну так за такие деньги еще бы. – Я засопела носом и потянулась за платочком, чтобы высморкаться. – Йохан и Милана, красивые имена. Я даже не подумала, что Илья решит сыну европейское имя дать.

- Ну в принципе они вполне смягчают его отчество, - заметил муж, начиная снова хлебать уже остывший суп.

- Капец, я когда давала сыну имя не думала об отчестве внуков. Йохан Ильч Шнайдер. Пипец.

Егор засмеялся, проглотил еду и произнес.

- Милана Ильинична Шнайдер, ну ладно, вроде не как старая бабушка звучит. Необычненько, конечно.

- Да-а, вот это я лоханулась. Ну, что теперь сделаешь. Хотя Илья не жаловался никогда на свое имя. Он даже псевдоним себе творческий взял для рисунков от своего производного.

- Хм, а какой? Я что-то даже не интересовался по этому поводу.

- Элияху, от древнееврейского.

- М, красиво. Правда не сразу запомнишь, если не часто произносить. Будешь родне фото пересылать?

- Да. Чуть попозже, перед работой. Хотя может Илья сам рассылку сделать успеет, надо у него спросить.

Илья

Четыре дня в больнице я занимался тем, что учился ухаживать за малышами: пеленать, приспосабливаться держать и прочие всякие разные мелочи. Настя постепенно расходилась, стала чаще выходить из палаты, оставляя на меня малышню, было интересно наблюдать как она их кормила и убаюкивала. За день до выписки я уехал домой, чтобы подготовить комнату. Посовещавшись с родителями, мы решили, что за детьми поедем на двух машинах, чтобы перевести малышей в люльках, как того требуют правила.

Больше всех, наверно, волновалась мама, я не знаю по какой причине она так реагировала, но больше всего меня удивило то, как на неё нахлынули чувства в фойе, где отдавали малышей. Она оглядела помещение, потом расстроилась и отошла в сторонку вместе с Егором, тот даже дал ей какие-то таблетки. К ним потом подошла мама Насти, папа оставил их вдвоем и присоединился к нашей мужской компании.

- Что с ней, пап? На её месте должен я волноваться, забирая детей.

- Просто ... у неё есть свой ворох воспоминаний, связанных с этим роддомом. Она забирала тебя отсюда одна с родителями перед Новым годом, понимая, что жизнь точно уже не будет прежней. Время лечит, но не до конца, это как осколок шрапнели, который попал в тебя и его невозможно извлечь, остается только жить с ним.

Я вздохнул и подумал, как я мало знаю о молодости мамы, о том как я появился в её жизни, а выспрашивать не хотелось, потому что возможно ей принесет это боль либо мне будет неприятно знать такие подробности.

На моем лице непроизвольно растянулась улыбка, когда я увидел вдалеке силуэт Насти, идущую рядом с передвижной коечкой, на которой лежали два кулька розового и синего цвета. Мы выбрали очень легкий вариант для выписки, потому что впереди уже маячило лето и холод отступили. Дочку взяла сама жена, а вот сына мне вручила медсестра, желая крепкого здоровья малышам. Родители стеснялись подойти, просто смотря на нас, мы, как-то не сговариваясь с Асей подошли и вручили детей бабушкам.

- Ну всё хорош мамуль, ты приедешь домой в растрепанных чувствах, - сказал я, подбирая мамины слезы платочком. – А там нас еще родня ждет.

- Я знаю, я ничего не могу с собой поделать. – Мама шмыгала носом, разглядывая Йохана, Егор же заглядывал через её плечо.

Мы сделали несколько памятных фото, после сын поехал вместе со мной, а дочка с Настей в машине с её родителями. Дома нас встретили мои бабушка с дедушкой и дед Николай. Посидев немного в гостиной, мы уложили малышей спать и пошли за стол, отпраздновать рождение деток.

Через пару недель к нам по очереди стали наведываться мои крестные, Максим и Глеб со своими семьями, чтобы познакомиться с детьми. С большим интересом отнеслись к ним сыновья Олега и Маши, они старались не подходить, а просто глядеть со стороны, с трудом понимая, как эти два кулька уместились вдвоем в Настином животе. Друзья приходили с подарками, которые очень кстати приходились нам, всё только самое нужное и необходимое. Очень удивил банковский перевод от родни с Германии, а также от мамы, она намекнула, что это перевод со стороны отца, меня удовлетворил этот ответ, и я не стал ничего расспрашивать.

А еще через неделю к нам явился Володя с родителями и Виктором, чтобы понянчиться с детками. Мы уже с Настей более-менее приноровились к жизни детей и стали спокойнее относиться к их действиям.

Расположившись в гостиной, мы принесли Йохана и Милану, когда те проснулись после обеденного кормления. Детишки сначала побывали на руках у бабушки с дедушкой, а потом уже пришел черед Владимира. Первой оказалась в его объятьях Мила, она с присущим ей спокойствием глядела на него во все глаза, пока дядя что-то ей говорил на своем языке.

- Какая стойкая девочка, ты своим характером всех заткнешь за пояс, у тебя не забалуешь, да?

Володя улыбался по-детски, пробегая легонька пальчиками по тельцу малышки, потом чуть касаясь лба губами, будто даря благословение, передал обратно дочку Насте. Пришел черед Йохана, я аккуратно переложил ребенка в руки парня и присел неподалеку.

Жанна

Владимир долго всматривался в лицо мальчика, тот даже в кой-то веки перестал кряхтеть, потом парень нахмурился, захлопал глазами и посмотрел на Людмилу. По его щекам начали течь слезы, что меня насторожило.

- Что ты увидел Валадис? – спросил у него Илья обеспокоенным голосом.

Тот не обратил внимания на вопрос, заговорил, бросая взгляд на мать.

- Мама! Это душа, тело которой я занял.

По лицам переглядывающейся родни Насти, и по тому, как сочувственно Илья положил на руку Володи свою ладонь, сложилось впечатление, якобы они поняли, о чем идет речь. Владимир пытался успокоиться, но у него это плохо получалось, Виктор поглаживал его по спине, что-то нашептывая.

- Ох, брат, мы так быстро с тобой увиделись, это так неожиданно, - проговорил Володя сквозь всхлипы, вперемешку с незнакомыми словами.

- Дорогой, пойдем на кухню успокоимся, а то ты волнуешь хозяев дома своим поведением, - предложил Виктор, отвлекая мужа от эмоций.

Илья забрал ребенка из рук парня и пристально посмотрел на сына, потом на Настю. Мы проводили пару взглядом, потом я вопросительно глянула на Людмилу.

- Извините его, поэтому он старался не приходить в первые недели малышей, он как губка всё считывает с них. В том, что он увидел нет ничего плохого. Просто ... мой первый ребенок умер при родах, а после него явился Володя на свет, тоже не при менее хороших обстоятельствах. Это не секрет для нашей семьи с некоторого времени. И ... - женщина явно подбирала слова, чтобы как-то объяснить нам ситуацию.

- Мы верим в то, что души перерождаются внутри своего рода. Видимо наш нерожденный брат переродился в Йохане. Это даже вполне себе объясняет почему у нас зародилась двойня. Милана значит из вашего рода, - очень серьезно и вдумчиво закончила речь за мать Настя. – Я знаю, это может показаться бредом, но это то, во что мы верим.

Я осмысливала ответ обеих женщин, глядя как Илья спокойно их слушает и укачивает ребенка на руках.

- Возможно, но не для меня. Порой хочется верить, что та небольшая ошибка, что происходит с нами в жизни – недосмотр наверху, - произнесла я, вспоминая свои ощущения, когда была подростком.

Володя вернулся через пять минут, уже с улыбкой на лице, как будто ничего и не произошло до этого.

- Извините за эмоции, это слишком неожиданное для меня потрясение ...

- Брось эти глупости, твоя мама всё объяснила, - перебила я его, на что он понимающе кивнул.

- Хочешь еще подержать Йохана? – спросил у него Илья, когда парень удобнее разместился на диване.

Володя тут же согласился и последующие полчаса просидел с ребенком на руках, Йоша лежал спокойно и не капризничал, парень его качал и временами общался с ним на своем языке.

Когда моя родня и Насти уехала домой, девушка ушла кормить малышню, а сын остался с нами в гостиной, каждый смотрел телевизор и о чем-то своем размышлял.

- Что за дар такой у Володи? Типа из ясновидящих, как их называют? - обратился муж к Илье.

- У него намного большее сила, чего обычный человек не может себе представить. Я не вправе это разглашать, потому что это всё равно воспримется как бред. Да оно вам и не надо знать.

- Но ты же знаешь?

- Потому что так решила Настя. Она старается проводиться время с родней каждые выходные, потому что их и её жизнь невечная, и многое от меня она не сможет скрыть, - ответил снова сын с упорством в голосе.

- А как он получил этот дар? – уже спросила я.

- Когда начались роды, он был жив, Людмила не смогла сама разродиться, поэтому её оперировали и ребенка достали уже без признаков жизни, но его смогли реанимировать. – Илья призадумался и добавил, - его способности открылись в старших классах, он очень ... многое может рассказать о человеке, он знает мироздание Вселенной, её законы. Как-то так.

Сын пожал плечами и снова уставился в телевизор. Мы с мужем не стали больше его пытать, сохраняя крупицы поведанной информации в памяти.