18 глава

Актовый зал старенького ДК Малиновского был забит почти под завязку. Отчетный концерт студии «Инфинити» еще не начался, и поэтому в зале царила невообразимая суета. На стульях была раскидана одежда, некоторых детей родители наряжали прямо здесь. Самые маленькие участники в костюмах ромашек заняли почти весь первый ряд. Над ними словно пчелки порхают мамы и папы, застегивая пуговки и завязывая шнурочки. На следующих двух рядах расположился коллектив эстрадного танца в цветных рубашках и круглых котелках, что-то жарко обсуждает, перебрасываясь фразами с ребятами на соседних креслах. Чуть поодаль расположилась группа бальников, которые, как благородные эльфы, молча внимали происходящему, словно подчеркивая царящую вокруг суету.– А когда нам выходить? – спросил Семен. Мы столпились у дверей в зал и рассматривали прикрепленную на кнопку программу.– Мы во втором отделении. Сразу после коллектива «Василек» с номером «Как пойду я во поле», – ответила Эля – Но всем надо быть за кулисами за три номера, то есть, сразу за эстрадниками с их «Веселым рок-н-роллом».Наша группа закивала в знак согласия. Всех тихо колотило от волнения. Сегодня наше первое общее выступление. Мы готовились к нему с самого начала учебного года. Ох, как же страшно!– Все переоделись? – спросила Эля и строго оглядела нас. Видя, что мы уже полностью «заряжены», сказала:– Как начнется втрое отделение, выходим в фойе и прогоняем номер, а потом идем сразу за сцену. Всем ясно?Более чем. Мне казалось, что я уже ничего не помню, ничего не знаю, и возможность прогнать композицию была словно спасательный круг для утопающего.Основная часть нашего коллектива «хип-хоп», как он значился в программе, расположилась в верхних рядах, рядом с представительницами восточного танца, состоящего из дородных женщин в ярких нарядах, звенящих чем-то вроде бубенчиков.Я же отправился ниже. На четвертом ряду в самом центре плотно обосновался Миха, который занял нам места сразу, как только стали запускать зрителей в зал. Его массивная фигура мощно выделялась на фоне девочек лет десяти, одетых в трико. Миша заметил меня и замахал рукой. Я протиснулся и присел рядом с ним.Через пару минут началось первое отделение. Я и не думал, что в нашей студии, всего в трех залах может существовать столько разных групп и направлений. Вот под задорную музыку из старого советского мультфильма резво прыгают дети, ритмично отбивая маленькими ножками свой несложный танец. Их сменяет пара: мальчик в белой рубашке и черных брюках, девушка в платье с блестками. Они кружатся, гордо держа высоко откинутые головы. Красиво.Мы внимательно смотрели концерт. А вот вышел народный коллектив. Все в кокошниках, красных сапожках. За ними – современная хореография. Шесть девушек под печальную музыку изливали свои чувства, то делая высокие прыжки, то опускаясь на пол.Незаметно первая часть концерта подошла к концу. Снова зажегся свет, и ведущий объявил о десятиминутном перерыве. Я четко помнил слова Эли, поэтому сказал:– Скоро наш выход. Пойду, мы прогоняем в фойе номер.– Хорошо. А я тут посижу, место подержу.Я поднялся, и, пробиваясь через детей и недовольно посматривающих на меня мамаш, подался к выходу.В фойе царила веселая, чуть нервная суета. Одни участники, уже выступившие, что-то радостно обсуждали. Другие, чьи номера только предстояло увидеть, с напряженными лицами и натянутыми улыбками завершали приготовления. Мое волнение, немного затихшее на концерте, начало подниматься с новой силой. Я внезапно ощутил слабость в коленях и общее состояние растерянности. С этим надо что-то делать.В углу зала, сразу за гардеробом, я увидел автомат с кофе. Отлично! Хороший латте – вот что мне поможет! Я устремился за напитком. Меньше чем через минуту пластиковый стаканчик с горячим, ароматным кофе был в моей руке. Я торопливо пил его маленькими глоточками. Может быть, сработала сила самовнушения, а может, действительно кофе начал действовать, но я почувствовал себя гораздо бодрее. Я улыбнулся. Однако уже через мгновенье попал в водоворот какого-то танцевального коллектива, который в полном составе бежал ко входу в зал. Кто-то толкнул меня под руку, и недопитый кофе вылился на мои черные брюки.Я в ужасе смотрел на пятно, расплывающееся по моим штанам, в которых предстояло сегодня выступать.Что делать? Запасных у меня нет. Может быть, у девчонок получится найти? Надеясь на их запасливость, я пулей полетел искать свой коллектив. Они уже разминались в противоположенном конце большого холла. Девушки сразу столпились около меня, молча разглядывая то, что было моим костюмом.– Так выступать нельзя, – наконец промолвила Эля, – это позор. У кого есть запасные штаны?Запасных ни у кого не нашлось. Эля задумалась на пару мгновений и твердо сказала:– Быстро иди в туалет, попробуй отмыть. Мы скоро должны идти за сцену. Серега, давай уже, двигайся!Не теряя ни мгновения, я побежал по указанному адресу. В туалете не было ни души. Я подошел к раковине и начал оттирать пятно. Однако, то ли я делал что-то не так, то ли в одной из прошлых жизней совершил ужасный поступок, и теперь мне бумерангом возвращался кармический долг, но загрязнение и не думало уходить. Наоборот, оно стало шире, заблестело и стало покрывать половину бедра. Внутри похолодело. Если я не уберу пятно, то о выступлении сегодня можно забыть. Столько всего сделано, и все коту под хвост.Что делать?И вдруг, словно комета на ночном небе, у меня промелькнула безумная мысль. Я взял телефон и набрал номер друга.– Миха, ты можешь сейчас быстро подойти в туалет?– А что такое? Тут уже свет гаснет, сейчас начнется…– Мне нужна твоя помощь!– Ладно, – буркнул Миха и отключился. Даже сквозь трубку чувствовалось, как ему неохота покидать насиженное теплое место по самому центру ряда и пропускать действо на сцене. Однако, уже буквально через пару минут он вошел в туалет, а по его учащенному дыханию я понял, что он бежал со всех ног. Он посмотрел на меня, на мои штаны и все понял.– Я, конечно, крупнее тебя, но на ремень если затянуть, а штанины подвернуть, то прокатит.Я с огромной благодарностью смотрел на своего лучшего друга и на его большие черные штаны, в которых он ходил в институт, ездил на дачу, а сегодня пришел на концерт.Миха зашел в кабинку и через минуту передал мне брюки. Я приложил их на себя, и быстро, благо никого не было, переоделся. Кое-как подвернув штанины и затянув ремень на последнюю дырку, стал похож на репера из девяностых: так балахонисто они на мне смотрелись. Не хватало только бейсболки и баллончика с краской в руке.А вроде и ничего. Прорвемся. И тут до меня дошло!– Миха, а ты же в мои штаны не влезешь.Из-за двери кабинки донеслась возня, шуршание, напряженное сопение. Потом Миха ответил:– Да, не влезу.– Что делать будем?Несколько секунд мой друг молчал, а потом сказал:– Ты иди, я тут тебя подожду.– Блин, ты же так хотел посмотреть выступление!– Я трансляцию посмотрю.Действительно, из за двери послышались звуки: аплодисменты, шум, а потом кто-то сказал:– И мы переходим ко второму отделению нашего праздничного концерта, а откроет его...Я не стал дослушивать и лишь крикнул:– Спасибо – и вылетел из туалета.В фойе уже никого не было. Я в замешательстве вертел головой по сторонам, а потом вспомнил, что все уже должны идти за сцену. Только где это? Наугад я побежал до конца холла. Там, где начиналась лестница на второй этаж, налево уходил коридор с розовой краской на стенах и фотографиями танцевальных коллективов. В конце этого коридора толпились люди. Мне туда.Интуиция не подвела, я быстро нашел среди стоявших свой коллектив и, облегченно выдохнув, подошел к ним.– Ты успел! – радостно прошептала Оля. Остальные с интересом разглядывали мои новые штаны, кто-то хихикнул.– Как супергерой в самое последнее мгновенье появляешься, – тихо сказала Эля, – мы уже все повторили, через номер выходить. Прогони номер мысленно, и помните, – обратилась она уже ко всем, – сначала выходите на сцену, становитесь на точки, и только потом музыка начинает играть. Не суетитесь, раньше ее никто не включит.Следующие несколько минут тянулись очень долго. Скомкано я вспомнил основные моменты нашего выступления. Я снова попробовал сконцентрироваться, но ничего не вышло и я просто стоял, пытаясь сделать так, чтобы пальцы не так сильно дрожали от волнения. Сердце бешено колотилось, я ничего не воспринимал, снова вернулась слабость и странная тупая апатия, которая неожиданно появлялась следом за моментами наиболее сильного волнения.– А теперь наш коллектив «Хип-хоп» зажжет на полную! Руководитель Эльмира Ахмадулина. Встречаем! – прозвучало из-за кулис. Послышались аплодисменты, и на подгибающихся ногах я отправился на сцену.Мы встали на точки, стараясь ориентироваться на стойку микрофона как на середину. Прожекторы ослепили, заливая нас яркими лучами. Сцена выглядела совсем не так, как из зрительного зала. Во-первых, я почти не видел зрителей, их надежно укрывала темнота. Иногда только были видны отдельные светлячки-точки мобильных телефонов – многие снимали концерт. Во-вторых, я вдруг почувствовал всю громаду сцены, воздуха над нами, весь объем пустого пространства. Что-то похожее было в «Филионе», но там ощущалась суета, а здесь, среди свисающих кулис и мелькающих огней начала рождаться неосязаемая магия сцены.Я словно стоял в другом пространстве, которое не было похоже ни на одно место, где мне доводилось бывать раньше. Это волновало, но совсем по-другому. Мое беспокойство неожиданно улеглось, со всех сторон обступила тишина.И громко заиграла музыка. И она слышалась совсем не так, как на тренировках.Как хорошо, что мы уже репетировали выступление на публику. Наш коллектив слаженно начал танец.Ко мне вернулось странное спокойствие. Я перестал думать о постороннем и просто считал восьмерки.Раз, два, три, четыре – поворот. Пять шесть, семь, восемь – опустились вниз. А вот скоро сложный момент, но я к нему готов, а поэтому прохожу без заминки. В начале второго куплета, перед которым была длинная яма, я неожиданно отвлекся, рассматривая зал, и из-за этого чуть позже начал общий синхрон. Это подстегнуло снова собраться и просто отсчитывать восьмерки.Играют последние такты нашей музыкальной композиции. В конце звучит сильный взрыв, обрывая, ставя жирную точку, на который мы все замираем в едином рисунке.Грянули аплодисменты, мы быстро поклонились и убежали обратно за кулисы, где уже в полной боевой готовности ждал очередной коллектив. Нас встретила Эля, у которой как-то по-особенному сияли глаза:– Молодцы!, – зашептала она. А когда мы вышли в коридор, то обняла всех нас, мы радостно завопили:– Уррра!Наконец-то напряжение последних дней спало! Мы выступили, скоро новый год, и моя душа радостно устремилась в небеса восторга. Девчонки обнимались и хлопали от радости в ладоши, словно школьницы. Мы с Семеном тоже были вовлечены в этот водоворот обнимашек, радостных поздравлений и ничего не значащих восклицаний.– Мы сделали это!– Попросила подругу записать, скоро видоски будут!Время словно исчезло, улыбка не сходила с моего лица, пока я не вспомнил про Миху. Ничего не говоря, я сразу же полетел в туалет.– Миха, ты тут?– Тут, тут, – донеслось из привычной кабинки, так же были слышны звуки музыки. Видимо, мой друг смотрел трансляцию. Через несколько минут, когда мы, наконец, снова оказались в своих вещах, я не сдержался и спросил:– Ты видел?– Да, здорово выступили! Лучше всех!– Ты правда так думаешь?– Ясень пень, – сказал мой друг, когда мы уже снова поднимались в фойе. И добавил:– Знаешь, я тоже хочу заниматься танцами.