Глава 40. На острие слов: Разбитое сердце

_Элин_

Вчерашний вечер выбил из меня абсолютно весь здравый смысл. Дабы избежать неловкости, Джейла великодушно разрешила переночевать у неё. Я не хочу беспокоить Алистера в самый разгар баскетбольных игр, ведь ключи я оставила ему ещё в начале своего переезда. Из глубоких раздумий меня отвлекает звонок в дверь. Посмотрев в глазок, я вижу за деревянным барьером самого потрясающего мужчину с капюшоном на голове и поникшими плечами. Но даже если бы я не видела его лица, я узнала бы его где угодно. Его властного присутствия трудно не заметить, даже несмотря на то, что в данный момент его поза выглядит немного подавленной.– Джейвон, что ты здесь делаешь? Кто-нибудь видел, как ты поднимался?Открыв дверь, я высовываю голову в пустой коридор, но когда мое внимание возвращается к Уолтону, мое сердце замирает.Его карие глаза, в которых я привыкла видеть блеск, стали тусклыми и отрешенными. Исчезла дерзкая улыбка, от которой я каждый раз таю.– Я пытался дозвониться, но твой телефон сразу переключается на голосовую почту. – Его тон намного мягче, чем обычно. – Могу я войти?Я отступаю в сторону, чтобы он мог войти внутрь. Войдя, Джейвон низко опускает голову, не в силах смотреть ни на свою сестру, ни на меня. Я бросаю взгляд на Джейлу, и мы ведем быстрый безмолвный разговор.– Я обещала Натали короткую разминку, так что оставлю вас, ребята. – Джейла встает с дивана, подхватывает спортивную сумку и бросается к двери. Джейла понимающе кивает и, закрыв за собой дверь, оставляет нас одних.– Джей, что случилось? – Я успокаивающе провожу рукой по его руке, но он закрывает глаза от прикосновения, отчего узел у меня в животе разрастается.Он не отвечает.Я сажусь на диван, мне нужно устроиться поудобнее для этого неудобного разговора.– Присядешь? – Я похлопываю по сиденью рядом с собой.Он качает головой, не говоря ни слова, все это время отказываясь смотреть на меня.– Джейвон, что происходит? Ты пугаешь меня.Наконец его карие глаза опускаются, встречаясь с моими и позволяя мне увидеть в них бесконечное море вины. Он с сожалением сдвигает брови.У меня перехватывает горло, а желудок кажется пустым. Мне уже больно.– Не надо, – предупреждаю я. – Пожалуйста, не надо.Он делает глубокий вдох.– Милая...– Нет, – в отчаянии обрываю я его. – Ты не можешь так поступить.– Элин, ты знаешь, как много ты для меня значишь.– Прекрати. Пожалуйста, не делай этого, – умоляю я.Он колеблется и отводит взгляд к стене.– Ты и я... Мы просто... – Он качает головой, не в силах произнести остальные слова.– Это из-за твоей бывшей? Мы будем более осторожны. Я... я буду терпеливее.– Дело не только в моей бывшей. – Джейвон зажмуривает глаза, а когда снова их открывает, все эмоции исчезают. Как будто что-то переключили; он стоит в другом конце комнаты напротив меня, уставившись в сторону, не в силах посмотреть мне в глаза. – Давай будем честными. Мы знали, что рано или поздно нам придет конец.– Что? Нет, мы этого не знали! Я этого не знала! – Я вскакиваю с дивана, отчаяние овладевает мной. – Джейвон, я ни разу не думала, что нам придет конец.– Да ладно, Элин. Ты все это время знала, кто я такой. Я всегда буду таким. Когда мы впервые встретились, у тебя сложилось правильное впечатление. Я думал, что смогу измениться, но я не могу.– Это из-за того, что болтают в интернете?Он быстро качает головой.– Тогда в чем дело? Потому что только сегодня утром ты написал, что все будет хорошо. Ты обещал, что все будет хорошо. – Я прикрываю рот, чтобы заглушить рвущиеся из меня сдавленные звуки. – Пожалуйста, не делай этого.– Я просто... Я больше так не могу.Стоящий передо мной мужчина, – это не тот мужчина, в которого я была влюблена последние несколько месяцев. Я не знаю, где он, но здесь его нет.Я не знаю правильных слов. Не могу найти правильных слов, которые остановили бы то, что происходит.– Я сделала что-то не так? – У меня срывается голос.Наконец он на мгновение проявляет эмоции. На его лице отражается боль, он закрывает глаза, слегка отворачиваясь от меня. Качает головой, сглатывая, не в силах говорить.– Я могу это исправить?Снова медленно качая головой, он прикусывает губу, смотря куда угодно, только не на меня.– Посмотри на меня! – в отчаянии кричу я с другого конца комнаты. – Если ты решил разбить мне сердце, по крайней мере, смотри, как ты это делаешь!Его карие глаза находят меня, позволяя мне впервые с тех пор, как он начал этот разговор, прочитать его мысли. Он лжет. Он лжет нечасто, поэтому, когда пытается, у него это получается паршиво. И прямо сейчас он лжет.– Твой агент что-то сказал?Никакого ответа. Джейвон не кивает головой. Он не говорит ни слова, потому что я права.– Что случилось? Это потому, что ты со мной? Ты не перезаключаешь контракт из-за меня?– Не из-за тебя, – наконец говорит Джейвон. – Но я больше не могу этого делать.– Почему?Он испускает глубокий, покорный вздох.– У меня нет для тебя ответа, милая...– Не называй меня так, – огрызаюсь я. – Ты не можешь так меня называть, если ты так поступаешь.Еще один резкий вдох.– Элин, я не хочу причинять тебе боль.– Ну, у тебя это неважно получается.– Я не хочу причинять тебе боль, но ты будешь постоянно страдать, находясь рядом со мной.– Это из-за того, что говорят в интернете, не так ли? – Я издаю снисходительный, понимающий смешок. – Ты делаешь это из-за того, что болтают незнакомые люди.И снова он не отвечает, не дает мне ответ.У меня болит каждая частичка тела. Болит сердце. Легкие пусты. Глаза жжет. Человек, который подбадривал меня своими словами, который был так непреклонен, напоминая мне, что я достаточно хороша, который заглушил всех остальных, теперь прислушивается к тому, что говорят другие.Сглатывая, я пытаюсь сдерживать эмоции, которые хотят вырваться наружу, но они на грани, и сдерживать их становится слишком сложно.– Ты меня стыдишься? – Мой голос срывается на последнем слове, делая его почти неслышным.Стоическое выражение лица Уолтона наконец-то исчезает, он быстрым шагом направляется ко мне, его тон становится исступленным.– Элин, ни в коем случае...Я вскидываю руки перед собой, желая сохранить дистанцию и не дать ему подойти ближе.– Последнее слово, которое я мог бы использовать, чтобы описать то, что я чувствую по отношению к тебе, – это «стыдиться». – Его глаза умоляют меня поверить ему. – Я был так горд, что я с тобой.Был.– Зачем ты это делаешь?И снова он не отвечает, оставаясь неподвижным, пристально глядя на меня, безмолвно умоляя меня принять это.– Ответь мне!– Потому что я не могу измениться! Я не могу изменить то, кто я есть, или то, как люди на меня смотрят. Эта репутация будет преследовать меня до конца моей карьеры, и я отказываюсь подставлять тебя из-за нее.– Это чушь собачья.– Я говорю правду!– Нет, ты рассказываешь мне свою версию правды. Но настоящая правда в том, что ты мог бы начать честно говорить о том, кто ты есть. Мог бы прекратить притворяться, но ты этого не сделаешь, потому что боишься, что в конечном итоге окажешься в другой команде. Ты беспокоишься, что если позволишь фанатам увидеть тебя настоящего, им это не понравится, и «Чикаго» не подпишет с тобой новый контракт, верно?Я не знаю, зачем я спрашиваю. Я уже это знаю.Я разочарованно качаю головой, у меня вырывается недоверчивый смешок.– Да ты трус, Джей Джей.Его взгляд устремляется на меня.– Не называй меня Джей Джеем. Это не я.– Разве? Но это – та роль, которой ты, кажется, одержим. С ее помощью легко манипулировать людьми. Легко их контролировать.Все притворство Уолтона полностью рушится у меня на глазах. Эмоции, которые он обычно скрывает, которые были скрыты с тех пор, как он пришел, наконец проявились. Он побежден, и для мужчины, который командует в каждой комнате, где появляется, в этой квартире он ничтожен.– Элин, если мне придется сменить команду, я останусь один, – его властный голос срывается. – Моя семья здесь, и я уже терял свою семью раньше. Я был один, и я не могу пройти через это снова.– Ты бы никогда не остался один. Я бы поехала за тобой куда угодно.На лице Уолтона проступает замешательство.– Нет, ты бы этого не сделала. Алистер здесь. Приют здесь. Ты бы ни за что не уехала.– Я бы последовала за тобой куда угодно, но ты никогда меня об этом не просил.У него на лице появляется виноватое выражение, как будто он переосмысливает свое решение. От потрясения у него перехватывает дыхание, его глаза не отрываются от моих. Уолтон медленно подходит ко мне, и на этот раз я позволяю ему это сделать. Я не останавливаю его, когда он распахивает руки и обнимает меня за плечи своей сокрушительной хваткой.Уткнувшись головой ему в грудь, я вдыхаю его запах, пытаясь запомнить его на тот случай, если он уйдет, но в то же время надеясь, что в этом не будет необходимости, потому что без него я не проживу и дня.Его мягкие губы медленно покрывают поцелуями мою шею и подбородок, каждый из них обжигает мою кожу мыслью о том, что, возможно, я ощущаю их в последний раз. Его поцелуй задерживается на моей щеке чуть дольше, и я таю от его прикосновений, нуждаясь в том, чтобы он желал меня. Любил меня.Выбирал меня.Мне нужно, чтобы он передумал. Часть меня убеждена, что я чувствую, как он меняет свое мнение, по тому, как он обнимает меня. Как будто он никогда не отпустит меня, и я была бы совершенно с этим согласна.Он запечатлевает еще один отчаянный поцелуй в уголке моих губ, и я понимаю, что это все.– Прости меня, милая, – шепчет он, и мое сердце разбивается вдребезги, всякая надежда, которая у меня была, потеряна.С этими словами он отпускает меня и поворачивается ко мне спиной, чтобы выйти из квартиры.– Зачем ты позволил мне влюбиться в тебя? – кричу я с другого конца комнаты, когда неудержимые слезы начинают стекать по моим щекам.Это заставляет Уолтона остановиться на полпути к входной двери и замереть спиной ко мне.– Ты сказал, что я – твоя ,и я тебе поверила.Спина Уолтона вздрагивает от сдавленного дыхания, он быстро вытирает лицо рукавом и покидает квартиру.Как только за ним закрывается дверь, все эмоции, которые я так плохо скрывала, выплескиваются наружу, захлестывая меня, и я сворачиваюсь калачиком на диване, позволяя боли свежей потери затопить меня с головой.