Глава 7

— Гражданин!— Вы мне?— Да-да, вам.Владик почувствовал, как рука его спутника стала холодной и мокрой, он удивлённого посмотрел снизу вверх и тоже обернулся на голос. К ним торопливо шёл, почти бежал, высокий милиционер в форме.— Куда это мальчика ведём, гражданин?— Да я это... помочь... он заблудился... — заикался дядька в очках.— А как же щеночки? — поразился такой забывчивости Влад.— Владислав Янковский? — наклонился к мальчугану милиционер. — Семь лет, глаза серые, волосы тёмные, одет в жёлтую майку и синие шорты. «Ого! Он знает моё имя из легенды!», — подумал Владик и с готовностью кивнул.— Ты по-русски понимаешь? А то я по-польски ни бельмеса...— Понимаю.— Ну и достанется тебе от родителей на орехи! Милиция на ушах стоит: ребёнок иностранных граждан пропал, всем приметы сообщили. Ты зачем на вокзал пошёл?— Поезд посмотреть хотел...— «Поезд посмотреть»... — передразнил милиционер, — другого времени не нашёл. Спасибо, товарищ, за помощь, мальчика я сам доставлю родителям.«Товарищ» жалко улыбнулся и засеменил к вокзалу со своим портфелем. «А как же щенки? Ведь они погибнут от голода», — подумал Влад, но тут же успокоился: взрослый же человек, или сам справится, или поможет ему кто-нибудь другой.Милиционер взял Владика за руку, как будто тот хотел убежать, и повёл за здание вокзала, где у тротуара стояла жёлтая милицейская машина.— Садись, прокатимся с ветерком!Владик забрался на заднее сиденье, милиционер сел рядом, громко хлопнул дверью и сказал водителю:— В гостиницу. Сдадим ребёнка с рук на руки, потом оформим... Ты не бойся, я скажу, чтобы тебя сильно не били, — бросил он быстрый насмешливый взгляд на беглеца и снял фуражку со взмокшей головы. — Уф, жарко...Владику стало неуютно, и в коленках появилась слабая дрожь.— Я хотел позвонить папе, а связь заглушили, телефон не работал... — пролепетал он.— Не понял. Куда позвонить? В гостиницу?— Нет, папе на мобильный.— Что такое — мобильный? — искренне удивился милиционер.Владик стал смутно догадываться, что человек попался невежественный, малообразованный, вздохнул и полез в свой рюкзачок за смартфоном, включил экран.— Вот, смотрите... это телефон, с него звонят.Милиционер посмотрел, осторожно тронул пальцем.— Как телевизор, только маленький. Японский, говоришь? Умеют же делать!Влад хотел похвалиться и другими функциями телефона, но заколебался и передумал, спрятал в рюкзак. Там целая куча снимков — нечего шпионские тайны раскрывать!***Олег одним махом взбежал на третий этаж, рванул дверь номера.— Нашёлся, его везут сюда! Сейчас в гостиницу позвонили!Скорчившаяся на кровати Катя приподняла голову и вытерла заплаканные глаза:— Правда? Слава Богу! «Свечку в церкви надо поставить», — мелькнула в голове мысль.— Кать, вот что... собирай вещи. — Олег присел на кровать, подпёр колючий (не до бритья в такой чрезвычайной ситуации) подбородок кулаком. — Сейчас привезут Владьку, и мы уедем.— Как? Почему такая спешка?— В милиции на меня смотрели с подозрением. Ни единого документа... водительское удостоверение попросили, а что я покажу? Клубную карту или настоящие права? Пришлось придуриваться, что не могу найти, но они точно есть... Ты бы видела глаза директора! Милиция может сделать запрос в Польшу, тогда нам придётся плохо.— Я поняла, сейчас же буду собираться, — кивнула Катя.— Давай. А я пойду гляну, где запасной выход. Должен быть для всяких хозяйственных нужд. Не спускаться же нам по связанным простыням, в самом деле.Катя вытащила из шкафа сумки и лихорадочно, комом, стала запихивать вещи. Не забыть из ванны забрать зубные щётки и пасту. Главное — убраться отсюда, а потом уже решать, куда именно.В дверь постучали и сразу распахнули, не дожидаясь приглашения, Катя едва успела запихнуть под кровать раскрытые сумки.— Здравствуйте, гражданочка... или как у вас говорят?.. Пани? — Вошедший милиционер был высок и строен, очень шла ему форма, сидевшая как влитая.— Джень добры. Да, пани, — залюбовалась Катя ладным лейтенантом — до чего же хорош! — и невольно потянулась руками к голове, поправила растрепавшиеся волосы.— Пани Янковская, это ваш сын? Где ты там?.. Боится заходить, — улыбнулся милиционер и за руку завёл в прихожую съёжившегося, шмыгающего носом Владика с рюкзаком и игрушечным автоматом за плечами. — Ваш ребёнок?— Мой.— На вокзале нашли. Говорит, поезда смотрел. А может, и уехать хотел. Следить надо за детьми, гражда... пани Янковская. — Хорошо, мы будем следить. Бардзо джэнькуе, — вымученно улыбнулась Катя. Она едва дождалась, когда лейтенант попрощается, козырнёт и выйдет из номера. Владик стоял с поникшей головой, не смея оторвать взгляд от ковра на полу.— Мам, не сердись, я на задании был. И позвонить хотел, чтобы вы не волновались, но...Мать притянула его к себе, поцеловала, а потом в сердцах дала лёгкий подзатыльник, вспомнив о всех своих переживаниях.— Собирай вещи, игрушки, мы уезжаем! — Она забегала по номеру, осматривая шкафы, один за другим выдвигала ящики, выгребая оттуда журналы и раскатившиеся по дну карандаши с фломастерами, кидала в сумку.— Куда поедем, домой? Домой хочу, я по Котофею соскучился... Как он там поживает без нас?Домой! Если бы... Вернулся Олег, плотно прикрыл за собой дверь. Увидел сына, обрадовался:— Вернулся, лягушка-путешественница?— Пап, я не хотел... — пробормотал Владик.— Знаю, ты не хотел, оно само. Все вещи собрали? Сейчас берём каждый по сумке и уходим. Тихо, по-шпионски, чтобы нас игроки-соперники не заметили. Ясно?— Пап, а я телефон милиционеру показал... Это плохо? Я выдал себя?— Милиционеру? — насторожился Олег. — М-да... ну теперь не имеет значения. Уходим!Они покинули номер, оставив ключ на столике и прикрыв дверь, на цыпочках прошли длинным коридором, спустились на первый этаж и остановились возле двери с табличкой: «хода нет». Олег махнул рукой: идите за мной, и потянул за дверную скобу. Повезло, очень повезло, что все постояльцы и персонал не отходили эти дни от телевизоров, никто не встретился в коридоре, только один дяденька с двумя бутылками пива. Он скользнул равнодушным взглядом, ничуть не удивившись: кто-то уезжает, кто-то приезжает — обычное дело.Троица беспрепятственно выбралась во двор гостиницы через хозяйственный выход и прошла к «форду». Воровато озираясь, уселись в машину, каждую секунду внутренне ожидая, что на крыльцо выскочит директор и закричит: «Куда это вы, панове? А документы где? Вы же обещали!»Олег повернул ключ зажигания и, пугаясь звука мотора, кажущегося очень громким, выехал с гостиничного двора на проспект. Вырвались таки, можно выдохнуть с облегчением.За город выбирались тихими улицами и дворами — боялись встречи с ГАИ. Когда Рудники остались позади, Олег свернул с трассы в знакомый уже лесок, где они ночевали несколько дней назад. — Куда мы? — забеспокоилась Катя.— Надо всё обдумать, чтобы не наломать дров, — ответил Олег и заглушил мотор. — Куда поедем, что будем делать... план нужен, одним словом... Владик, можешь размять ноги, если хочешь, только недалеко... Действовать спонтанно — плохо, я уже понял. Повёл себя у родителей как дурак. Зачем-то про горгаз брякнул, а потом — здравствуй папа, я твой сын! — Он поморщился, переживая ещё раз эту неприятную сцену.Нервное напряжение отпустило, ему на смену пришла усталость, и сразу как снежный ком навалились невесёлые мысли.— Да, ты свалял дурака, — согласилась Катя, — но есть же и мои родители, можно попытаться...— Давай не будем надеяться на родителей, надо устраиваться самим, во всяком случае, постараться. Как ни крути, но без фальшивых документов не обойтись. — А ты знаешь кого-нибудь?Олег пожал плечами:— Нет, ты что, откуда? Но узнаю. Прогуляюсь по рынку в базарный день, увижу какую-нибудь личность с бандитской мордой, подойду и скажу: «А ну-ка, подавай мне фальшивые паспорта!»— Шутишь?— Почти.Посовещавшись, решили ехать домой сейчас же, благо стало быстро темнеть. Домой — громко сказано, никакого их дома с небольшой, но уютной трёхкомнатной квартирой ещё нет, его начнут строить лет через девятнадцать-двадцать. Катя вспомнила, как долго они копили, вложив почти все средства в долевое строительство. Чуть не ежедневно ходили смотреть, как строится дом, с каким тщанием подбирали обои для комнат и керамическую плитку для ванны... И теперь нет ни дома, ни квартиры, ни работы — ничего. Показался мост с погнутыми ограждениями, сверкнувшей табличкой «р. Вишнёвка», с темнеющими опорами, уходящими в воду. Катя сжала кулачки и зажмурилась. А вдруг получится? И всё же не выдержала, открыла глаза, посмотрела по сторонам и не то выдохнула, не то застонала. Не получилось...