Другой

После встречи с Оливером,друзья решили отвлечь меня и мы пошли гулять.Время шло,мы смеялись,а мысли о парке и о нём постепенно смягчались под шум шагов и смех друзей.

Первым пунктом был кинотеатр. Мы купили билеты на лёгкую комедию, взяли попкорн и напитки. Зал был почти пустой, и это добавляло ощущение комфорта. Я устроилась между Айви и Лукасом, ощущая, как напряжение спадает. Комедия смеялась на экране, и мы вместе смеялись, обсуждали сценки, предвкушая вечер в компании друзей. Айви громко комментировала каждый смешной момент, Лукас тихо ухмылялся, а я впервые за долгое время позволила себе по-настоящему расслабиться.

После кино мы направились в торговый центр. Прогулка по магазинам растянулась на несколько часов. Мы примеряли шапки и куртки, смеялись над нелепыми нарядами, спорили о вкусах и просто болтали обо всём подряд. Время шло незаметно: витрины с мерцающими огнями, ароматы кофе и свежей выпечки, музыка из магазинов создавали мягкий фон, который позволял мне чувствовать себя спокойно.

— Айви, смотри, эта куртка на тебя как будто для сцены из комедии, — подколола я её.

— Да уж, Мэй, а ты сама вон как сияешь! — ответила она, подмигнув.

Лукас только покачал головой, но улыбка на лице выдавала, что он тоже доволен настроением.

Мы сидели в кафе торгового центра, ели мороженое и обсуждали кино и мелочи, забывая обо всём, кроме смеха и лёгкости. Для меня это был настоящий отдых: без тревоги, без опасений, без мыслей о прошлом.

Когда наступил вечер, мы направились ко мне домой.У мамы появились дела и она сказала что вернётся только завтра .Дома нас встретил уют: мягкий свет, запах чая и недавно испечённого печенья. Айви сразу начала расставлять чашки, Лукас помогал с подносом. Мы уселись на диван и кресла, разложив чай и сладости, и я почувствовала, как напряжение дня окончательно спадает.

— Ну, как день? — спросила Айви, усевшись на подлокотник дивана.

— Прекрасно, — ответила я, улыбаясь, — спокойно, уютно… как будто весь день можно было забыть о страхе.

— Вижу, что кто-то расслабилась, — подколол Лукас. — Айви, тебе нельзя давать ей дышать полной грудью.

Мы расселись поудобнее, смеялись, обсуждали кино, шутки из парка и торгового центра.

—Слушай,а вот этот твой Оливер..Он вообще кем работает?Ты никогда не говорила об этом.—Спросила вдруг Айви и они с Лукасом с ожиданием устаились на меня.

Я вдруг поняла что действительно никогда не рассказывала им о том кем работает Оливер и его семья.Однако я знала,если они узнают — никогда не позволят мне с ним общаться.

—Да там...компания у них своя,сама не знаю —Отмахнулась я,—кстати я давно хотела пойти на каток...—Я попыталась отвезти тему,но меня перебили.

—Нет,нет, нет дорогуша.Ты что то скрываешь.Рассказывай кто он?Кто скрывается за маской милого мужчины?—Спросил Лукас.

— Мы просто хотим понять, кто он, — сказала Айви, глядя на меня пристально, как будто пытается вытащить ответ изнутри.

Я опустила глаза в чашку чая. Пар стелился тонкой дымкой, но внутри у меня всё кипело.

— Он... — начала я, чувствуя, как горло сжимается. — Он не тот, кем кажется.

— А кем он, Мэй? — Лукас придвинулся ближе. — Ты ведь знаешь. Мы видели, как ты тогда испугалась, когда кто-то из его людей появился у клуба.

Я сглотнула, пальцы сжались в кулак.— У него… семья. Опасная. Его отец — человек, который не прощает.

— Подожди, — Айви нахмурилась. — Ты хочешь сказать… тот самый человек, о котором писали в новостях? “Баннет”?

Я кивнула. Медленно. Почти незаметно.

Воздух стал плотным, будто кто-то перекрыл кислород.— Мэй, — Лукас выдохнул, — ты в своём уме? Он же… его семья уничтожила всех, кто был против них. Твоя семья...

— Я знаю, Лукас! — сорвалось у меня. Голос дрогнул. — Я знаю, кто он. И знаю, что его отец сделал.

Тишина. Только слабое шипение чайника на плите.

— Тогда почему ты вообще с ним говоришь? — тихо спросила Айви. — Почему не бежишь?

Я отвела взгляд. Губы дрожали.— Потому что он не как его отец. Он был со мной, когда я думала, что всё кончено. Когда я не могла встать с постели. Когда никто не знал, как мне помочь — он знал.Я вдохнула. — А потом... всё пошло не так.

— Он манипулирует тобой, Мэй, — прошипел Лукас. — Он из тех, кто сначала спасает, а потом ставит клетку и называет её “домом”.

Я прижала руки к лицу.— Я знаю… знаю всё это. Но, чёрт, я всё равно его люблю.

Айви села рядом, взяла меня за руку.— Любовь не должна пахнуть страхом, Мэй. Если он когда-то вернётся — пообещай, что не пойдёшь к нему одна.

Я ничего не ответила. Только кивнула, глядя куда-то мимо.Но в груди уже снова просыпался тот самый огонь, который я старалась задушить.

На часах было 01:47. Мы втроём сидели в гостиной, усталые, но весёлые. На столе — крошки от печенья, чашки с уже остывшим чаем, и повсюду следы смеха. Айви рассказывала, как однажды перепутала шампунь с отбеливателем для собак, и теперь у неё есть «травматический опыт чистоты».

Лукас почти лежал на полу, уткнувшись лицом в подушку и захлёбываясь от смеха.— Я не могу! — выдохнул он. — Ты реально блондинка не по выбору, а по судьбе.

— А ты реально зануда, — огрызнулась Айви, — я хотя бы экспериментирую с жизнью!

— Экспериментируешь с выживанием, — поддел я, и она тут же кинула в меня подушкой.

Мы смеялись, как будто мир за стенами дома не существовал. Никаких Оливеров, тайн, прошлого — только лёгкость.И тут вдруг — звонок.

Лукас взглянул на экран и тут же посерьёзнел.— Алло? Да, мам… Чего?.. — Он вскочил. — КАК это потоп?

— Что случилось? — спросила я.

— Соседи забыли кран закрыть, вся вода у меня через потолок. Я щас офигею, — он в панике натянул куртку.

Айви поднялась:— Мы с Мэй поедем помочь.

— Нет! — отрезал он. — Там электричество, розетки под водой, вы что. Я сам.

Он схватил телефон, ключи, обернулся к нам и, даже на бегу, ухмыльнулся:— Если не утону, напишу.

— Эй, спасай дом, герой, — крикнула Айви ему вслед.

Дверь захлопнулась, и в гостиной стало странно тихо.

Я перевела дух.— Знаешь, я забыла, как бывает спокойно.

Айви легла на диван, укуталась пледом:— Ну вот, теперь нас двое в живых. Я останусь у тебя, ладно?

— Конечно. Уже поздно.

Она зевнула, потянулась.— Всё, я официально объявляю эту гостиную своей территорией.

Я засмеялась:— Только не говори, что твоему брату всё равно.

— Ему-то? — Она махнула рукой. — Он на ночной смене, не узнает.

Но через десять минут улицу разорвал рокот мотора.Айви напряглась.— Нет. Нет, только не он.

— Кто?

— Мой брат.

Мы подошли к окну. Под фонарём стоял чёрный мотоцикл, мощный, блестящий, будто из другого мира. На нём — парень в чёрной куртке, с открытым шлемом под рукой.Он поднял голову, посмотрел прямо в окно. Даже сквозь стекло я почувствовала, как этот взгляд пронзает. Не холодный — внимательный. Опасно-внимательный.

Айви выругалась шёпотом.— Он реально приехал.

Дверной звонок раздался почти сразу.Один раз. Второй. Долгий, настойчивый.

— Открой, — сказала я тихо.

Айви фыркнула:— Вот сейчас начнётся.

Она открыла дверь, и я впервые увидела Дэна.

Он был высоким — под метр девяносто, с широкими плечами, напряжёнными руками, в которых чувствовалась сила даже без движения. На нём — тёмная кожаная куртка, джинсы, ботинки, от которых пахло дорогим бензином и улицей.Голос — низкий, глухой, с хрипотцой:— Объясни, почему ты не дома.

— Потому что я у подруги, — ответила Айви вызывающе.

Он чуть прищурился.— Подруга. В два ночи.

— Мэй, если что, свидетель, мы просто болтали! — вставила она, но он перевёл взгляд на меня.

И я будто попала под прожектор.Холодный серо-зелёный взгляд. Не враждебный, но будто проверяющий.В нём не было флирта, но было что-то другое — то, что заставило меня отвести глаза первой.

— Ты Мэй? — спросил он спокойно.

— Да.

— Моя сестра у тебя ночевать не будет.

— Я не собиралась! — вскинулась Айви, но он лишь чуть приподнял бровь — и она осеклась.

— Садись, — коротко сказал он.

— Нет.

— Айви. — Его голос стал чуть ниже. — Дом. Сейчас.

Она закатила глаза, но послушно пошла за шлемом.

Дэн посмотрел на меня снова, чуть мягче.— Извини, что ворвался вот так. Но она упрямая.

— Я заметила, — ответила я с неловкой улыбкой.

Он кивнул, будто одобрил.— Спасибо, что приютила её. Хотя… — он скользнул взглядом по комнате, по моим глазам, чуть задержался, — ты сама, похоже, не любишь тишину.

Я растерялась.— Почему ты так решил?

— По глазам видно. У тех, кто привык ждать, взгляд всегда дергается на часы.

На секунду — полная тишина.Я не знала, что ответить. Он угадал.

Айви громко хлопнула дверцей шкафа, перебив паузу.— Всё, я готова! Поехали, мистер Контроль.

Он усмехнулся.— Контроль — это когда ты приходишь домой вовремя.

Перед тем как уйти, он снова взглянул на меня.— Спокойной ночи, Мэй.

В этих трёх словах не было ничего особенного. Но почему-то именно от них по спине пробежали мурашки.

Он вышел, шаг уверенный, будто этот дом теперь тоже запомнил его.Когда мотор снова взревел за окном, Айви крикнула:— Я тебе завтра всё расскажу!

— Конечно, — ответила я, но она уже не слышала.

Я закрыла дверь, оперлась о стену. В гостиной пахло тёплым воздухом, бензином и чем-то ещё — непонятным, волнующим.Дэн исчез за углом, но его взгляд, кажется, остался здесь.

А потом тишина снова обняла дом.И я впервые за долгое время не знала, о ком думаю сильнее — об Оливере… или о том, кто только что уехал на чёрном байке в ночь

Я устала до дрожи. Всё тело гудело после этого длинного, слишком живого дня. Я умылась, машинально выключила свет и легла. Подушка казалась ледяной, но глаза всё равно сомкнулись — слишком быстро, будто кто-то просто выключил сознание.

…и вдруг я стояла на кухне. Моей старой кухне. Той самой — из детства.Жёлтый свет лампы, запах чая, шорох часов на стене.Я моргнула — и сердце замерло.

За столом сидели они.Мой отец — тот, чьё лицо я помнила только по фотографиям.Рядом — Чад, с лёгкой улыбкой, как будто мы просто встретились после школы.И дальше — бабушка с дедушкой.Они все смотрели на меня. Живые. Тёплые. Невозможные.

— Папа?.. — голос дрогнул.

Он молчал. Только взял мою руку.— Мэй, — тихо сказал он, — тебе нужно быть осторожной. Они… уже рядом.

— Кто “они”? — прошептала я.

Бабушка сжала мои пальцы, её взгляд был полон тревоги.— Не иди за сердцем, дитя, — сказала она. — Оно ведёт тебя туда, откуда не возвращаются.

Чад нахмурился:— Мы пытались достучаться. Но ты не слушаешь.

— О чём вы?! — я вскинула голову, но в этот момент что-то громко взорвалось за окном.

Стекло дрогнуло. С кухни донёсся писк чайника, потом — резкий визг тормозов.Я подбежала к окну и замерла.

На дороге — искорёженная чёрная машина.Я сразу узнала её.Машина Оливера.Рядом — перевёрнутый мотоцикл Дэна.Дым, огонь, сирены. Люди кричат.Но — тел нет. Никого.

И тут сзади послышался шёпот.— Не оборачивайся, — сказал отец.Я всё равно обернулась.

Они стояли у окна.Оливер и Дэн.Бледные, как будто свет проходил сквозь них. Глаза — чёрные, без зрачков.Я сделала шаг назад.— Что… что происходит?..

Оливер протянул руку, но в тот же миг Дэн схватил его за запястье.— Не трогай её, — произнёс он.И в этот момент все собаки на улице начали выть.Сирены, лай, крики.Из темноты поднимались голоса — тысячи голосов, будто из-под земли.

— Мэй, — закричал Чад. — Беги!

Пол под ногами затрещал.Я попыталась сделать шаг, но он исчез.Мир провалился вниз.Лица отца, Чада, бабушки, дедушки растворились в дыму.Тьма захлестнула всё — вязкая, глухая, будто сама смерть прикасалась к моей коже.

Последнее, что я услышала — голос отца, почти шёпот:— Он идёт за тобой, Мэй.

И я упала.