глава одиннадцатая-чувства

г-подожди, что? как это получилось?м-ну... там долго рассказывать.. г-нет уж рассказывай.м-ну.. я стояла на набережной, а он подошел, мы начали говорить и...г-он тебе нравится?м-я не знаю.. - вдруг в голове начали проплывать те самые моменты прошлой, невзаимной любви и я поняла, что я не могу любить,что за глупость? он же ненавидит меня, нет, я не люблю его.г-значит да.м-нет, точно нет. правда нет..г-ладно..-глеб вздохнул и подошел ко мне,-сестрен, если тебе нужно будет высказаться или нужна будет помощь - я всегда к твоим услугам..-он раскрыл руки для объятий и я прижалась к нему. это очень ценно и важно для меня. эти слова.. кроме глеба мне больше никто не мог такого сказать. никто. только он.

всю следующую неделю мы с сашей не общались. он как будто просто избегал этого общения, не замечал меня. как будто того, что было между нами и не было.и так как глеб меня не брал на студию, я полностью погрузилась в работу.да, я нашла еще подработку помимо той, что дает глеб, чтобы быть постоянно чем то занятой, ведь без этого мне просто скучно жить. да и пора бы уже задуматься об этом.

возможно, я все выдумала.надумала себе всякого в отношении с ясюкевичем, и на самом деле он ведет себя так со всеми...и целует? уже не важно, пора бы забыть этого идиота.

...

еще в начальной школе английский язык стал даваться мне немного сложнее. потому я стала получать тройки.

-викторова, три.м-да блин ну за что ..-послышался смешок с первой парты. это был мой одноклассник.м-что смешного?-тот рассмеялся еще сильнее и мне стало не по себе. стыд? он смеётся на весь класс.

с тех пор я стала частенько получать тройки по английскому языку, а тот самый мальчик смеялся все чаще, после чего я приходила с урока в слезах..

может от этого и появилась та самая неуверенность в себе?еще эти постоянные донимания со стороны одноклассника. он ведь, не только смеялся, он ещё и мешал. постоянно то пнет, то подставку сдвинет. почему учительница ничего не сделает? она что, не видит?видит. и поэтому делает замечания мне. но это продолжалось недолго, на протяжении пары лет. потом, он видимо поумнел. чуть чуть..

в младших классах я могла спокойно, с уверенностью выступить. на танцах, или по вокалу. да, я ходила на вокал, потом бросила. правда и выступала то я всего пару раз в своей же школе, но и это в дальнейшем стало даваться мне с трудом. руки, ноги начинались трястись, появлялось какое-то заикание.а вот танцы я любила. но это я тоже оставила еще в третьем классе, продолжив потом в четвертом, пятом и восьмом.

какая то стеснительность закралась во мне еще в школе. какой то страх.мне это всегда мешало.и я уже не могла ни выступать, ни даже нормально ответить у доски. почти постоянно начинали трястись руки.

...

в очередной октябрьский вечер я шла по той же самой набережной и сжимая в одной руке край рукава толстовки а в другой сигарету, курила уже вроде бы, третью пачку? на часах около двенадцати.что может быть красивее осени в москве?прошло уже недели три, как мы с ясюкевичем перестали поддерживать какой либо контакт. и теперь я понимаю, что этот человек играет действительно важную роль в моей жизни. или играл.я уже сама запуталась в себе и в чувствах внутри меня. это все слишком сложно. поэтому я думаю, что нужно просто забыть.о ясюкевиче.просто взять и забыть, все равно нас уже вряд-ли свяжет что-то.на днях я видела его с какой-то девушкой.. может это его новая пара?

не важно, главное сейчас заработать денег, найти нормальную постоянную работу и обеспечить себе будущее.не буду же я вечно с братом жить, верно?

иногда мне страшно, что со мной никогда не случится той самой настоящей любви. я не могу ничего сделать или как-то поспособствовать. поэтому я снова запираюсь в ванной, ношу мешковатую одежду, кучу браслетов и резинок на руках.ухожу из дома после одиннадцати, оставляя брата наедине с его вопросами обо мне. потому что я не могу отпустить прошлое. принять настоящее.и я, наверное, признаю это.

не успев опомниться, я оказываюсь на пешеходном переходе и обернувшись, вижу яркую вспышку света от фар машин, слепящую глаза.

а затем темноту.