10

Мы все ели кашу, но говорили о яйцах. Папа думал, что с ними все в порядке - когда он был маленьким, он ел свежие яйца с фермы, и это было восхитительно. А мама опасалась, что в яйце может оказаться мертвый цыпленок. А потом речь зашла о роли петухов - тех, без кого не было бы меня и моей сестры.Наконец Линетта сказала:- А вы не думаете, что мы бы знали, будь у них петух? Да все бы знали!С ней все согласились.- А может, они что-то с ним сделали, ну, чтобы он не пел? Что-то вроде кастрации для котов? - предположила мама.- Кастрированный петух, - произнес папа так, словно ничего глупее в жизни не слышал. Но потом он посмотрел на маму и понял, что лучше не смеяться над ней, а согласиться с ее идеей насчет кастрации. - Хм-мм, - пробормотал папа, - я о таком никогда не слышал, но ведь все возможно.Линетта пожала плечами и сказала маме:- А почему бы тебе просто не спросить у них? Позвони миссис Бейкер и спроси.- О, - начала мама, - не хочу я звонить ей с глупым вопросом по поводу яиц. Это как-то невежливо.- Спроси у Мэтта или Майка, - предложил я Линетте.Она злобно посмотрела на меня и прошипела:- Заткнись.- Что? Что я такого сказал?- Ты не заметил, что я больше не общаюсь с ними, идиот?- Линетта! - воскликнула мама. Словно она в первый раз слышала, как сестра говорит мне нечто подобное.- Но это правда! Как он мог не заметить?- Я как раз собиралась спросить тебя об этом, милая? Что-нибудь случилось?Линетта вышла из-за стола и задвинула свой стул.- Будто тебе есть дело, - бросила она и ушла к себе в комнату.- О боже, - вырвалось у папы.Мама извинилась и пошла за Линеттой.Когда она скрылась из виду, папа спросил:- А почему бы тебе не спросить у Джули?- Папа!- Только один простой вопрос, Брайс. Тебе не будет больно.- Ага, простой, только вот ответ будет на полчаса! Папа изучал меня с минуту, а потом вдруг сказал:- Парень не должен бояться девочку.- Я не боюсь ее!- А я думаю, боишься.- Папа!- Серьезно, сынок. Я хочу, чтобы ты спросил у нее. Победи свой страх и получи ответ.- Есть ли у них петух?- Да.Папа встал и поставил свою тарелку в раковину:- Мне пора на работу, а тебе - в школу. Вечером я жду ответ.Отлично. Просто здорово. День был кончен, еще не успев начаться. Но когда в школе я рассказал обо всем Гэррету, он только пожал плечами и сказал:- Но она ведь живет напротив тебя, так?- Да, и что?- Ты можешь просто заглянуть через забор.- Шпионить, что ли?- Именно.- Но... как я пойму, кто из них петух?- Петухи... ну я не знаю... больше. И у них больше перьев.- Перьев? Я что, должен их пересчитать?- Нет, дурак! Мама говорит, что самцы всегда светлее. - Потом он рассмеялся и добавил: - Хотя в твоем случае я в этом не уверен.- Спасибо. Ты мне очень помог, приятель. Я ценю это.- Да точно, петухи больше и перья у них светлее.А может, они наоборот чернее или краснее? И это не у петухов на голове растет такая красная штука?А еще у них что-то вокруг шеи, да? А, нет, у них вокруг клюва такие штуки...- По-твоему, я должен заглянуть через забор и высматривать большие перья и что-то красное?- С другой стороны, кажется, эти красные нашлепки на голове есть и у куриц. Хотя и не такие большие.Я пронзительно посмотрел на Гэррета и уже собирался попросить его забыть об этом, но он сказал:- Я пойду с тобой, если хочешь.- Серьезно?- Ага, приятель. Серьезно.Вот так и получилось, что в половине второго мы с Гэрретом Андерсоном шпионили у забора Бейкеров. Не самое мою любимое занятие, но в данном случае у меня не было выбора, ведь вечером я должен был дать папе ответ.Мы понеслись туда со скоростью света. Я подумал, что если мы поспешим, то успеем все сделать еще до того, как Джули вернется из школы. Мы даже не забежали домой бросить рюкзаки. А кинулись прямо к дому Бейкеров и принялись шпионить.Заглядывать через их забор необходимости не было. Все было отлично видно и сквозь него. Но Гэррет все время тянул голову вверх, и я последовал его примеру, хоть и понимал, что это мне здесь жить, а не ему.На заднем дворе царил настоящий хаос. Какой сюрприз. Кустарник нестриженный, вместо травы жуткое грязное месиво, а в углу виднелось чудное строение из досок и проволоки.Гэррет первым заметил их собаку, расположившуюся чуть дальше между парой жалкого вида шезлонгов. Он указал на пса и спросил:- Как думаешь, из-за него могут быть проблемы?- Да мы уйдем раньше! Где эти дурацкие куры?- Наверное, в курятнике, - ответил Гэррет, затем поднял камень и швырнул его в клетку.Сначала мы увидели настоящий взрыв из перьев, а потом показалась одна птица. Она почти не отошла от клетки, но и на таком расстоянии мы видели, что у нее есть перья и красная нашлепка на голове.- Ну? - спросил я у Гэррета. - Это петух?Он пожал плечами.- По-моему, это курица.- Откуда ты знаешь?Он снова пожал плечами.- Мне так кажется.Мы с минуту наблюдали, как птица топчется в грязи.Потом Гэррету надоела эта сцена, он схватил другой камень и уже собрался запустить им в клетку, как открылась задняя дверь и из дома вышла Джули.Мы замерли. Глядя на Джули через забор, я пробормотал:- Когда она успела вернуться?Гэррет пробормотал в ответ:- Пока ты гадал, петух это или нет. - Немного погодя он добавил: - Слушай, а нам везет. Она, похоже, пришла собрать яйца.Но Джули сперва решила поздороваться с петухом. Она опустилась в самую грязь и принялась обнимать его и говорить, какой же он у нее молодец. Потом Джули отпустила эту бедную птицу и принялась сюсюкаться с другой. А затем она запела. Запела! Оглушительно громко.- В дождливый день мне светит солнце. На улице холод, а у меня в душе май. Ты спросишь, почему? Я отвечу: благодаря моим девочкам. Моим ма-а-алень- ким девочкам...