25

Суджин не видела, чтобы за всё это время Мин Юнги сильно о чём-то волновался, за исключением пары случаев, и что её удивляло, так это то, что все эти случаи никогда не были связаны напрямую с ним самим. Он не волновался о собственной шкуре и что ему угрожает какая-нибудь опасность, будь то псы его нового босса, Хосок или же полиция в лице Намджуна. Однако девушка, нежась под тёплым одеялом в постели самого Юнги, хотя его и не было рядом, вспоминала, каким было его испуганное лицо, когда они встретились на допросе Намджуна и сегодня, когда он спас её от Хосока. Делало ли это его положительнее в его глазах? Да. Могло ли это очистить его имя? Конечно, нет.— А чём ты думаешь? — спрашивает он, лёжа на соседней лежанке, сооружённой собственноручно. Он не захотел остаться на ночь в гостиной, предоставив ей все удобства, и совершенно невозмутимо соорудил на полу из одеял ещё одно спальное место. Подогнув подушку под себя, Юнги лежит на спине и пялится в потолок, изредка поглядывая в сторону постели, где прячется под одеялом Суджин.— Не знаю... — честно говорит она, ещё не успевшая задремать. — Обо всём. О Намджуне, о Чонгуке, о... о тебе.— Тебе страшно?— Нет, — не колебавшись ни секунды, отвечает.— А по идее должно, — улыбается Мин.— А я не вписываюсь в рамки твоей дурацкой идеи.— Это я заметил.— Не будь таким эгоистом, Юнги, — помолчав немного, снова нарушает она тишину.— Ты оправдываешь то, что я делаю? — вдруг в лоб спрашивает парень.— Нет.— Значит, я должен понести наказание?— Слушай, ты, случаем, Достоевского не перечитал? Знаешь, есть такой русский писатель, у него самый известный роман переведён на многие языки, в том числе на корейский, и там мужчина тоже, совершив пару преступлений, всё-таки решается сознаться и пойти на наказание. И его отправляют на каторгу.— Не знаю я таких, — бурчит он.Они оба смотрят друг другу в глаза, но им обоим страшно снова заговорить о чём-то. Юнги переворачивается на живот, прерывая зрительный контакт, а Суджин и вовсе отворачивается к стене, чтобы не было так неловко выносить присутствия парня в комнате совсем рядом.— Если ты пойдёшь к Намджуну... — Юнги слышит голос, почти уже отправляясь в царство Морфея, — где гарантия, что он защитит тебя от последствий? Чонгук с Хосоком, имеющие компанию, большие деньги наверняка откупятся, преследования не будет, а на тебя повесят все грехи.— А ты, похоже, перечитала этих своих детективов... — сонно вставляет он.— Нет! — вспыхивает девушка. — Я знаю, как бывает. Отец рассказывал. А потом, когда ты выйдешь из тюрьмы, Чонгук просто захочет от тебя избавиться, чтобы ты больше не приносил проблем. Он сделает это. Но пока ты будешь в тюрьме, могут пострадать и близкие тебе люди. Твоя семья...— Плевал я на семью, кто они мне? Когда они обо мне заботились?— А друзья?— Давно уже никого нет, — отрезает Юнги. Юнги порывается сказать что-то ещё, но передумывает.— А я думаю, что есть. Ты просто снова хочешь мне соврать.— Знаешь что? Давай спать, — просит Юнги. — Я ненавижу, когда ты такая проницательная.Девушка не возражает, и, вопреки тому, что успело случиться за сегодняшний день, засыпает быстро и крепко, и ей почти не снятся ужасные сны.