Глава 39

  Выстроившиеся шеренги учеников, одетых в застиранную школьную форму выстроились эдаким вялым митингом перед учительским столом, на котором, облаченный в костюм Бэтмена, стоял Северус Снейп и, как дебил, топал ногами. Рядом со столом маячили верные поддувалы Волан-де-Морта: Белла Свон и Аро Вольтури, аки грозные телохранители сальноволосого недо-пахана.— Анонимный источник в лице технички Филча, — гаркнул на весь замок Снейп. — Сообщил мне, что час назад на вокзале был замечен всем известный очкастый диссидент.Ученики и некоторые преподаватели ахнули.— И, именем Пахана Всея Хогвартса, то бишь меня, Северуса Тобиасовича Снейпа, требую, чтоб каждый, кто располагает какой-либо информацией о Гарри Поттере, немедля доложил! — верещал зельевар. — В противном случае расстрел расчистит наши ряды от всех лишних. Каждый из вас у меня под прицелом, гниды!— Что ты там проворнякал? — снисходительно протянул кто-то.Снейп побледнел и, выцепив взглядом в толпе тоненькую фигуру самой воинственной бабы Хогвартса, нервно икнул.— Все, кроме Кэтрин Пирс, — выдавил он. — Итак, каждый из вас должен оповестить...— Да завали хлебало! — рявкнул Гарри Поттер, скинув с себя дождевик-невидимку.Зал снова ахнул. МакГонагалл, не выдержав такой экспрессии, забрала у Аларика флягу и смачно глотнула самогону.— Поттер! — заорал Снейп, выхватив волшебную палочку. — Какого ху...— Стой, где стоишь, етить твою! — И на этой ноте в зельевара полетел кирпич, метко брошеный военруком.Поняв, что с «явлением Поттера народу» конспирация к херам подорвана, Деймон, скинув с головы маскирующую его в толпе панамку, шагнул вперед, а за ним гуськом побежали верные Малфой и Долгопупс.— Стража! — заорал Снейп. — Убить неверных!И тут же меткий плевок угодил ему прямо в глаз, немного подорвав авторитет. Солдат Эвердин, утерев губы, нагло лыбилась из толпы учеников.Белла кинулась было на Гарри Поттера с бельевой веревкой, дабы привести Избранного к своему владыке связанным и избитым, но навстречу ей, загородив щуплого хлопца своим еще более щуплым тельцем, вспрыгнул Эдвард Каллен.— Уйди, Белла! — гордо рявкнул Эдик. — Ты — хуйнюшка!Белла только вскинула руку, чтоб зарядить бывшему любимому по щам, как где-то послышался лязг болгарки и тут же высокий хохот Джереми Гилберта наполнил Большой зал.Белла пискнула и хотела было убежать, но самогонщица, схватив ее за волосы, начала бить мордой о каменный пол.— За Темного Лорда! — вскричал Аро и, поправив парик, ринулся в атаку, но тут же получил по своим нижепоясным бубенцам от Клауса Майклсона.— Сдавайся, Северус! — крикнул Холмс на весь зал.— Авада Кедавра, ёпта! — крикнул Люциус Малфой.— Во славу Сатане! — радовалась Полумна.— Пельмени стынут! — орал Сэм, и, запрыгнув на соседний стол, вылил на зельевара казан, полный горячего борща.Снейп, заорав, как рожающий бегемот, замахал руками и, с ноги выбив окно, рухнул вниз.Белла и Аро, поняв, что план провален, сиганули следом.Воцарилась тишина.— Засцал, сука! — загоготала профессор МакГоногалл и, смачно харкнув на пол, победно вскинула руку вверх.— Что вы сделали с бедной интеллигентной теткой? — поразился Деймон, помня строгую преподавательницу трансфигурации менее матерливой.Но его уже не слушали. Аларик, раскинув руки, завопил радостные матюки, Гриндевальд, хлебнув своего прущего чаю, хлопнул в ладоши и, посредством колдунства, развесил по стенам Большого зала флаги Хогвартса, Люцифер принялся водить с няшками хороводы, а Гарри, помня, что хуй проссыт где предстоит искать оставшиеся крестражи, решил действовать.— Профессор МакГонагалл! — крикнул он. — Профессор!МакГонагалл, выплюнув бормотуху, круто повернулась к нему.— Поттер, я рада, что вы вернулись, но, пардоньте за мой французский, какого ляда вы здесь шароебитесь?— Профессор, где искать кокошник Кандиды Когтевран?МакГонагалл пожала плечами.— Никто не видел кокошник из ныне живущих, Поттер. Но, я верю в вас.«Меня только что вежливо послали в жопу» — подумал Гарри.— Товарищи! — гаркнул Гриндевальд. — Помните, что армия цыганенка не сдалась. Эдик, поручаю тебе организовать эвакуацию учеников...— Да шо ж вы делаете! — вдруг крикнул кто-то из толпы.Деймон вскинул брови.Растолкав всех, на стол взобрался мелкий Кузя Криви, чье прыщавое лицо было перекошено гримасой злости.— Эвакуация?! Мы хотим защищать замок от безносой гниды! — воинственно пискнул он. — Разве не этому учил нас профессор Сальваторе? Кузя Криви не кинет армию! Кузя Криви будет воевать!— Вольно, Кузя, — гордо сказал Деймон. — На сержанта идешь, пацан.Кузя выпрямился и покраснел от смущения.— Тем не менее, — продолжил Гриндевальд. — Несовершеннолетние, больные, беременные не могут воевать. Не ори, Кузя, добровольцы могут остаться. Эдик, руководи.Эдик подтянул лосины и замахал руками.— Спрячьтесь в чебуречной Гриндевальда! — кричал он. — На выход, мелкие! На выход!— Итак, — горланил Деймон в другом конце зала. — Вы теперь не хуй в кружке, вы — элита хогвартской армии. Особенно ты, Долгопупс.— СЛУЖУ АРМИИ ХОГВАРТСА! — кровожадно рявкнул Невилл.Шеренга солдат выстроилась вдоль стены, а генералиссимус расхаживал туда-сюда, раздавая последние наставления.— Грядет битва, товарищи. И мы принимаем бой, мы ж не сцыкуны, как этот Снейп. Итак, вспомните чему я вас учил. Нет, Кефирчик, не надо рыть окопы сейчас, — прикрикнул военрук. — Слушай мою команду, взвод. Автоматы в зубы и на фронт, етить вашу коромыслом!— ЕСТЬ!— Поттер! — рявкнул Деймон, когда солдаты, во главе с сержантом Долгопупсом, ринулись в каптерку за автоматами. — Как дела с крестражами?— Да ищу я, — пожаловался Гарри.— Ищи, Поттер.В зале творилось разное и всякое. Макнейр рубил топором столы, расчищая место, Дин жрал ватрушки и одновременно пытался на чертежах объяснить близнецам Уизли как из ошметков столов, скотча и жвачки сделать катапульту, Гриндевальд заливал плутоний в кальян, Стефан раздавал автоматы и ножи, Джереми натягивал на Китнисс костюм Сойки-Пересмешницы, Аларик проводил практическое занятия по ОБЖ на тему «Что делать в случае пиздеца?». Елена носилась и орала, что по ходу поняла, что она чувствует, Виктория притащила самовар, в который уже налила остатки Самогонки Сатаны для атаки противника. Холмс умчался в Тайную комнату, наблюдать за Глистом ГМО, которого оставил на лаборанта Дейенерис. «Кровавые Песняры», приняв в свои лавы Кастиэля, распевали военные гимны для поддержания военного духа.— Слышь, Катерина, — буркнул Деймон, ткнув под ребра дамочку, переодетую в костюм фронтовой медсестры. — Ну хули ты ерепенишься?— Уйди, гад, стерва заждалась, вон, колготы комкает от нетерпения, — прошипела Кэтрин, перевязывая зачем-то Хвосту голову.Стерва действительно заждалась. Стояла в проходе и мяла колготы, которые в бою использовала, как нунчаки.— Профессор, я знаю, как найти кокошник! — заорал немного прикумареный Гарри, шатаясь около кальяна Гриндевальда. — Гриндевальд Анатольевич открыл мне глаза на очевидное!— Не благодарите, — скромно улыбнулся старый ученый.— Если никто из живых не знает, где кокошник, то знают мертвые, — пояснил Поттер. — Профессор Винчестер, мы идем в толчок Плаксы Миртл!

***

Плакса Миртл, которую при жизни звали Зинаидой, сидела на толчке и нюхала ершик, это было ее новое хобби. Дверь отворилась так резко, что она, перепугавшись, нырнула в унитаз, в котором год уже не работал слив, но, почуяв знакомый и любимый перегар и запах беляшей, тут же вынырнула обратно.— Ты пришел, — пролепетала она, завидев гостя.— Я пришел, — кивнул Дин, шагнув к ней навстречу.— Ты пришел, Дин...— Я пришел, Миртл...Зина...— Я ждала...— И дождалась...Гарри кашлянул, напоминая о себе. Призрак влюбленной в трудовика бабенки тут же встрепенулся.— Поттер, ты не сдох? Хули тебе надо? Оставь нас.— Миртл, — томно произнес Дин. — Что ты знаешь о кокошнике Кандиды Когтевран?Миртл пытливо взглянула на него и уселась на унитаз.— Тот мальчик, цыганенок, стыбрил его из гримерки «Кровавых Песняров», незадолго до того, как Клауса Майклсона арестовали за нападение на учеников, которое он не совершал, — поведала Миртл. – Да, это был тот самый кокошник, он достался Ребекке Майклсон от ее прабабки, которая и была Кандидой Когтевран...— Хуясе, — удивился Гарри. — А ты откуда знаешь?— Дык, в Тайной комнате, под моим толчком, все время кто-то что-то такое жег, от чего хотелось смеяться и вспоминать то, чего не знал, приоткрывать завесу над неизвестным и мыслить о бытие, — пояснила бабенка.И снова спасибо, Гриндевальд Анатольевич.— И где сейчас кокошник, Миртл? — спросил Дин.— Там, где хрен что найдешь...там, где теряются вещи...там, где спрятано многое...— У меня в комнате? — ахнул Гарри.— Даун! — гаркнул Дин. — Он о Выдрючай-комнате!— Ты мой гений, — всплакнула Миртл.Рука трудовика вытолкала Поттера из толчка, мол, иди, ищи крестраж, Гарри, все равно ты нихера не делаешь. Гарри не был против. Помчался за стервой и Малфоем, которые по-братски помогут в этом нелегком деле.Дин глубоко вздохнул и выкинул недоеденный беляш в урну. Миртл ахнула.— Что с тобой, любимый? Ты не доел беляш.— Я охотник, Миртл, — произнес Дин. — И я должен делать свое дело.Выудив невесть откуда лом, Дин принялся долбить кафель на полу.— Я узнал, еще давно, что на твои похороны никто не тратился, и тебя похоронили прямо в твоем толчке, под слоем бетона и кафеля. Я охотник, Зина. Прости меня.— Что ты делаешь, Дин? — боязно спросил Миртл.Но Дин уже расхерачил половину пола.— Я охотник, — снова повторил он. — А не хуй с горы.И, спустя полчаса мучений, помолился, взглянул в страшное лицо Плаксы Миртл и вытащил из кармана рюкзака пачку йодированной соли.— Прости, Зина.— Я все понимаю, любимый.— Я делаю это ради нас. Если цыганенок меня убьет, то на том свете мы будем вместе. Пойми, детка, я хочу быть с тобой, но на Небесах, а не на толчке.Миртл всхлипнула.Посыпав солью кости похотливой девки, помершей в сортире, Дин, облив кости керосином, чиркнул спичкой.— Я всегда буду любить тебя, Миртл, — всхлипнул трудовик, глядя, как исчезает привидение из толчка. — Прощай, детка.И, достав из кармана куртки новый беляш и чекушку, сел поминать любимую.

***

Армия готовилась к бою и не останавливалась даже на фронтовые сто грамм.Отправив Кефирчика и стерву помогать Поттеру, Деймон, поправил китель. Малфой уже прощался с отцом, а Гермиона, никак не желавшая отлипать, оттащила военрука в тихий угол.Гарри остался ждать в коридоре. Его унизили бездействием.— Профессор, — серьезно сказала Гермиона. — Надо перетереть.— Стерва, у нас война! — возмутился Деймон. — А ты возникаешь, етить твою!— Я хочу поговорить о нас, профессор!Деймон закатил глаза.— Я тоже, стерва, — повинуясь неведомому чувству уверенности, произнес он.Стерва аж раскраснелась, судя по виду, явно ожидала предложения руки и сердца.— Нам надо расстаться, стерва.Где-то за дверью заорал от счастья подслушивавший Стефан. Елена открыла шампанское.— Я не могу любить тебя, — строго сказал Деймон.— Это потому что вы — учитель, а я — ученица? Потому что вы — крутой, а я, выражаясь вашим языком, — шмара?— Это потому что я люблю Катерину, етить твою! — рявкнул военрук да так, что Стефан подавился шампанским. — И Убивашку. И брата. И даже Елену. Они — моя семья, якорь мне в зад. А Катерина — друг, баба, муза и собутыльник. Люблю я ее, стерва.Гермиона прищурилась.— Вообще-то, профессор Сальваторе, я вам хотела сказать то же самое, — буркнула пораженная стерва. — Не быть нам вместе, пока вы мне на рожу каждую ночь фотографию вашей бабы скотчем приклеиваете. Я красотка редкостная, но вам другая баба нужна. Я дуло танка в узел скрутить не могу, коня на бегу в горящую избу тоже не затащу. И Снейп от меня кирпичами не срется. И рожать я вам не собираюсь. Вернитесь в семью, профессор, будьте мужиком, етить вашу.— Стерва, — прошептал Деймон. — Ну ты человечище...Гермиона гордо улыбнулась. Военрук благодарно усмехнулся.— А сейчас, етить твою коромыслом, стерва, пиздуй за Поттером и Малфоем! Уничтожить крестраж! — рявкнул вдруг военрук. — Любовь любовью, а мы на войне! Бегом, мать твою!— Есть! — крикнула Гермиона, и, усмехнувшись в ответ, убежала вслед за Гарри.А Деймон Сальваторе, поправив китель, расправил плечи, лелея в своем нетрезвом сознании одну единственную мысль.Глюк Самогонки Сатаны о грозе всея Панема Дейенерис Сальваторе, разваленном Хогвартсе и проигранной войне остался всего лишь глюком.