Глава XI

(Аделина)

        Кофе, как ни странно, сработал лучше всякой терапии. Пока я молча колдовала над кофемашиной, стараясь не встречаться с Эйденом взглядом, он, кажется, по-настоящему притих.        Обычно шумный и самоуверенный, сейчас он больше напоминал побитого щенка, которого отругали за съеденный тапок. И это, признаться, вызывало у меня… какое-то странное удовлетворение.        Когда я поставила перед ним кружку с дымящимся напитком, он поднял на меня глаза. В них читалось что-то, похожее на извинение, но я решила не поддаваться. Заслужил. Пусть расплачивается минутой молчания и покаяния.       «Аделина, возьми себя в руки», — снова прошипел внутренний голос. — «Не дай ему очаровать тебя своим раскаянием!»        Но, кажется, этот внутренний голос безнадежно запаздывал.        Прошло минут десять. Мы молча пили кофе, избегая зрительного контакта. Напряжение в воздухе все еще чувствовалось, но уже не было таким острым. И тут, конечно же, Эйден решил нарушить хрупкое перемирие.        Он отставил кружку и с каким-то невероятным спокойствием, как будто это его собственная квартира, заявил:        —         Что-то я устал. Пойду прилягу.        И, как ни в чем не бывало, направился к моей спальне. Моей! Спальне!        Я чуть не подавилась остатками кофе.

— 109 —

         —           Эйден! Ты куда это собрался? — выпалила я, с трудом сдерживая ярость.         Он обернулся в дверях, с невинным видом.         —           Ну, ты же предложила кофе, значит, мы вроде как помирились? А после перемирия полагается отдых. И вообще, — он нагло окинул взглядом кухню, — у тебя тут даже дивана нет.          —          Ах, ты… — слова застряли у меня в горле. Этот наглец всерьез решил, что может хозяйничать в моей квартире?          Я подлетела к нему и преградила путь в спальню.          —          Даже не думай! И вообще, ты же говорил, что у тебя сегодня какая-то вечеринка в универе?         Он пожал плечами.         —          Говорил.         —          И, разумеется, я с тобой иду? — с сарказмом поинтересовалась я.         —          Говорил утром, —  невозмутимо ответил он. — Тебе стоит надеть что-нибудь… открытое.         Мое терпение лопнуло.         —           Идиот! — рявкнула я. — Вот чего я в тебе понять не могу, так это твоих перепадов настроения! То ты грубый, холодный, как айсберг в Антарктиде, то вдруг становишься… добрым? Даже, можно сказать, ласковым! Что это за игра такая?         Он снова пожал плечами, но в этот раз в его глазах мелькнуло что-то… похожее на растерянность.        —           Не знаю, Аделина. Ты просто выводишь меня из себя.        —           О, это я-то тебя вывожу? — возмутилась я. —  Да ты сам – ходячее ходячая провокация!

— 110 —

        Но, несмотря на гнев, я почувствовала, как внутри начинает подниматься волна… предвкушения. Ведь вечеринка – это отличный повод для мести! Я обязательно вытащу его на танцпол и заставлю плясать под дурацкую музыку. А еще… а еще можно будет пофлиртовать с кем-нибудь другим, чтобы посмотреть на его реакцию.        —           Ладно, — вздохнула я, отступая в сторону. — Иди, ложись. Я пойду выбирать наряд.        Он ухмыльнулся и, как победитель, прошел в мою спальню. Я проводила его взглядом и поплелась к шкафу, бурча себе под нос:        —          Вот же наглец! Я ему еще покажу вечеринку!        Через полчаса я стояла перед зеркалом в коротком черном платье с открытыми плечами. Оно идеально облегало фигуру и подчеркивало мои… достоинства. Взглянув на свое отражение, я осталась довольна. Да, сегодня Эйдену придется понервничать.        «Так, Аделина», — снова зазвучал внутренний голос. —  «Не переусердствуй. Помни, он опасен!»         Я вздохнула. Да, опасен. Но чертовски привлекателен. И чертовски раздражает.        И тут я вспомнила, что Эйден все еще в моей спальне. А значит, сейчас будет самое интересное.        Я глубоко вздохнула, набралась смелости и направилась к спальне. Тихонько приоткрыв дверь, я заглянула внутрь.       Эйден, разумеется, лежал на моей кровати, как будто он тут родился и вырос. И смотрел… на меня. А точнее, на мое белье.       Я похолодела. Он видел, что я надела под платье? Как это возможно?       —               Что ты… — начала было я, но он прервал меня, подперев голову рукой и с ухмылкой глядя на меня снизу вверх.

— 111 —

       —                Неплохо, Аделина. Очень неплохо. Но, по-моему, без платья тебе идет больше.       Я готова была провалиться сквозь землю. Этот гад специально ждал этого момента!       —                 Извращенец! — прошипела я. — Выйди отсюда, пока я не передумала идти с тобой на вечеринку!       Он рассмеялся.       —                 Ладно, ладно, сдаюсь. Но ты и правда сногсшибательно выглядишь.       Он поднялся с кровати и направился к двери.       —                 Я подожду тебя внизу. И постарайся не задерживаться. Боюсь, я не смогу долго сдерживаться.       И с этими словами он вышел из комнаты, оставив меня в полном смятении. Что он имел в виду? И как долго я смогу сопротивляться его… чарам?       «Аделина, дура! Выкинь его из головы! Он опасен!» — прошипела я себе, глядя на свое отражение в зеркале. Но сердце, как всегда, не слушалось. И это пугало больше всего. Вечеринка обещала быть очень интересной. И очень опасной.       Ну, все, Аделина, держись! Кажется, ты подписалась на вечер, полный приключений, искр и, возможно, небольшого хаоса.       Вынырнув из водоворота мыслей о коварном Эйдене, я схватила сумочку, накинула легкий плащ и выскочила из квартиры. Внизу, у подъезда, меня ждал… нет, не принц на белом коне, а наглый тип на черном «Mustang».Эйден прислонился к капоту, закинув руки в карманы джинсов, и этот образ, казалось, специально создан для того, чтобы свести меня с ума. Ну, уж нет! Я не дам ему такого удовольствия.

— 112 —

        —             Опоздала, — заявил он, окидывая меня оценивающим взглядом.         В его голосе слышалась насмешка, но глаза… о, эти глаза пожирали меня с головы до ног.        —             Я выбирала наряд, — огрызнулась я, стараясь не краснеть. — Не думаю, что тебе это не понравилось.        Он ухмыльнулся и открыл дверь машины.         —             Садись, красотка. Нас ждут великие дела.        —             Великие дела? Ты хочешь сказать, великая пьянка? — буркнула я, устраиваясь на сиденье.        —              Возможно и так, —  засмеялся Эйден, заводя мотор.         Рык двигателя звучал угрожающе, но завораживающе. Как, впрочем, и все, что связано с этим парнем.        Всю дорогу до универа мы ехали в тишине, прерываемой только музыкой из радио. Я украдкой поглядывала на Эйдена. Он вел машину уверенно и слегка небрежно, и это ему чертовски шло.        «Интересно, он всегда такой крутой, или это только для меня?» — подумала я, тут же одернув себя. «Аделина, очнись! Он – твой враг. Или…?»        Приехав на место, я была слегка ошеломлена. Огромный двор универа был залит огнями, из динамиков гремела музыка, и толпа студентов казалась одним бурлящим котлом энергии. Повсюду валялись стаканчики, кто-то танцевал на столах, а воздух был пропитан запахом алкоголя и чего-то еще… подозрительного.         —               Ну что, готова к вечеринке? — спросил Эйден, ухмыляясь.         —               Родилась готовой, — ответила я, стараясь не показывать своего легкого волнения.        Первым делом Эйден представил меня своим друзьям.

— 113 —

        —                 Знакомьтесь, это Аделина. Аделина, это Сэт, Джеймс и Майкл.        И тут я поняла, о чем он говорил, когда сказал «горячие». Все трое были как на подбор: высокие, мускулистые, с идеальными прическами и взглядами, способными растопить арктические льды. Сэт, выбеленный блондин с пронзительными голубыми глазами, ухмыльнулся и подмигнул мне. Джеймс, шатен с точеными скулами, просто кивнул в знак приветствия. А Майкл, рыжий, с веснушками, рассыпавшимися по лицу, как звезды, широко улыбнулся. И от них сильно  несло сигаретами.         —                 Рад познакомиться, Аделина, — сказал Майкл. —  Эйден редко приводит на вечеринки девушек. Значит, ты особенная.        «Особенная? Скорее, подопытный кролик», — подумала я, но вслух сказала: «Мне тоже приятно».         Вечеринка закружила меня в своем вихре. Алкоголь лился рекой, музыка гремела, и вскоре я уже вовсю отплясывала с ребятами. Эйден, как ни странно, держался поодаль, наблюдая за мной с загадочным выражением лица.         «Что он задумал?» — эта мысль не давала мне покоя.         Через пару часов я почувствовала, что алкоголь начинает брать свое. Мир вокруг стал каким-то размытым и сюрреалистичным. Я засмеялась, сама не зная чему, и вдруг почувствовала, как кто-то берет меня за руку.         Это был Сэт. Он притянул меня к себе и прошептал на ухо: «Твой парень, надеюсь, против не будет, если я тебя поцелую?»         Я запнулась и посмотрела в сторону Эйдена. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел на нас… холодно.        —                  У меня нет парня, — тихо простонала я, больше себе, чем Сэту. — И никогда не было.       Сэт ухмыльнулся и притянул меня еще ближе. Но тут, словно из ниоткуда, появился Эйден. Он оттолкнул Сэта и схватил меня за руку.

— 114 —

         —                 Она со мной, — прорычал он, глядя Сэту прямо в глаза.         —                 Расслабься, Эйден, — ответил Сэт, пожимая плечами. — Просто флирт.Эйден проигнорировал его слова и потащил меня прочь с танцпола. Мы оказались в каком-то темном углу, где можно было хоть немного расслышать друг друга.         —                 Что это было? — спросила я, чувствуя, как щеки начинают гореть.        Эйден посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Затем взял мою шатеновую прядь и поднес к носу.         —                 А ты соблазнительна, куколка, — прошептал он, и от его слов по коже побежали мурашки.         Я не знала, что ответить. Алкоголь и его близость лишили меня дара речи. Я просто смотрела на него, как завороженная.        Внезапно музыка стала медленнее, и кто-то включил романтичную мелодию. Эйден протянул мне руку.         —                Потанцуем? — спросил он.         Я колебалась. С одной стороны, я знала, что это безумие. С другой… я просто не могла устоять.         —               Ладно, — прошептала я, вкладывая свою ладонь в его.        Мы танцевали медленно, тесно прижавшись друг к другу. Его руки обвили мою талию, и я чувствовала, как его дыхание опаляет мою шею. Весь мир сузился до размеров этого танца. Были только мы двое, музыка и пьянящее чувство близости.        И тут я увидела… ревность. В глазах Эйдена мелькнула вспышка ярости, когда какой-то парень попытался пригласить меня на танец. Он прижал меня к себе еще сильнее и прорычал в ухо: «Ты танцуешь только со мной.

— 115 —

       «Вот же собственник!» — подумала я, но в глубине души мне было приятно.         Туса продолжалась до самого утра. Я не помню, как мы добрались до дома. Помню только, что уснула, как только моя голова коснулась подушки.        Проснулась я с дикой головной болью и смутным чувством, что вчера произошло что-то важное. Что-то, что изменило все.        И тут я вспомнила танец. Ревность в глазах Эйдена. Его слова…       «Аделина, дура!» — прошипела я себе. — «Выкинь его из головы! Он опасен!»        Но сердце, как всегда, не слушалось. И это пугало меня больше всего. Потому что я знала, что вечер только начался. И что самое интересное – и опасное – еще впереди.        Я попыталась встать с кровати, но тут же застонала от боли в висках. Господи, как же болит голова! Я нащупала на тумбочке телефон, и тут же чертыхнулась. На мне было только кружевное черное белье – явно не тот наряд, в котором я обычно валяюсь по утрам. Нужно срочно принять душ и выпить что-нибудь от головы.       В этот момент в дверь захлопнулась.  Я удивленно нахмурилась. Кто это?      —                Кто там? — хрипло спросила я, стараясь прикрыть наготу одеялом.      —                Это я, куколка, — услышала я до боли знакомый, низкий голос.     Эйден?! Что он здесь забыл? Я подскочила к коридору, злобно сверкая глазами.      —               Ты что тут делаешь, ублюдок?!

— 116 —

      На пороге стоял Эйден. Одетый в ту же одежду, что и вчера, но выглядел он при этом дьявольски привлекательно. Темные волосы слегка растрепаны, глаза поблескивают, а на губах играет насмешливая улыбка.       —              Пришел к тебе, куколка, — небрежно ответил он, окинув меня оценивающим взглядом.      —               Ключи откуда? — процедила я сквозь зубы.      —              Твои. Мне же надо было закрыть дверь, когда ты уснула, — пожал он плечами, словно это самое обычное дело.      —              О Господи… — выдохнула я и прикрыла лицо руками. — Эйден, что тебе реально, прям реально нужно от меня? Мне непонятно.     Он вошел в квартиру, словно у себя дома, и небрежно плюхнулся на край кровати.      —              Куколка, — протянул он, садясь рядом со мной. — Я же тебе уже тысячу раз говорил.      —              А мне все равно непонятно. Ты ведешь себя как ублюдок. С тобой точно все в порядке? — спросила я, пытаясь заглянуть в его темные, как ночь, глаза.      —             Угу. А ты очаровашка, куколка, — сказал он и большим пальцем коснулся моих губ.       Блять, от него снова веяло этим чертовым запахом бергамота и вейпа.      —            Убери лапы свои, пока не откусила, — холодно произнесла я.      —             А вчера ты была другой… Более милой и… податливой, — усмехнулся он, явно провоцируя меня.      —            Что?! Ты чего несешь, придурок?!      —            Правду. Мы вчера даже смачно поцеловались, ты же помнишь? — нагло спросил он.

— 117 —

      —            Не помню, — отрезала я.      —           А жаль. Мне бы хотелось сейчас это повторить, — прошептал он, наклоняясь ко мне.      —           Да ты охренел!!! — взвизгнула я и схватила с кровати подушку.       Я начала яростно колотить его подушкой, а он только смеялся, уворачиваясь от моих ударов. В какой-то момент я потеряла равновесие и упала на него сверху, продолжая осыпать его градом подушечных ударов.       —          Ай-ай, успокойся! — хохотал он, прикрывая голову руками.       —          Не успокоюсь! Ты уже надоел выбешивать меня! И из-за тебя я опаздываю в университет, тебе бы тоже не помешало, — злобно прошипела я и вдруг почувствовала его руки на моих ягодицах.      Его прикосновение было обжигающим, дерзким, и вызывало странную дрожь в теле. Я продолжала яростно колотить его подушкой, но теперь в моих движениях не было прежней уверенности.       Он крепко держал меня за бедра, не давая соскользнуть, и его смех звучал все ближе и ближе.      Я замерла, словно пораженная током, и теперь уже не знала, кто кого атакует. Его прикосновение обжигало, дерзило, и вызывало странную дрожь в теле, которая, казалось, парализовала конечности. Я продолжала с энтузиазмом молотить его подушкой, но энтузиазм испарялся с каждой секундой, словно роса под палящим солнцем. Он крепко держал меня за бедра, словно боялся, что я упорхну, и его смех, еще секунду назад звучащий как вызов, сейчас превратился в хриплое дыхание.       —            Ай-ай да успокойся ты уже, блять, — прохрипел Эйден, с трудом выговаривая слова. — Добьёшь меня…       —            Лучше добью, чем ты останешься живым человеком, — огрызнулась я, но слова прозвучали как-то неуверенно, вяло. Удары подушкой потеряли всякую силу и превратились в неловкие поглаживания. — И лапы если свои не уберёшь, то я их оторву.

— 118 —

        —           Всё, перестань, — выдохнул он и резким движением выхватил подушку, отбросив ее в сторону.         Я потеряла равновесие и рухнула на него всем телом. Наши лица оказались неправдоподобно близко, губы разделял всего какой-то жалкий сантиметр. Я отчетливо чувствовала его горячее дыхание на своих губах, смешанное с запахом ментола и, черт возьми, бергамота, который преследовал меня, словно навязчивый кошмар. И еще кое-что… Я почувствовала отчетливое, неоспоримое возбуждение, упирающееся в мой живот.         —            Вот же гад! — пронеслось у меня в голове, вперемешку с паникой и… неприкрытым любопытством. «Аделина, соберись! Он тебя провоцирует!»         Попыталась как-то отстраниться, но его руки крепко держали меня за талию, не давая сдвинуться ни на миллиметр.          —             Ну, чего застыла? — прошептал он хрипло, обжигая мое ухо. — Боишься признаться себе, что тебе это нравится?          —              Да ты в своем уме?! — возмутилась я, хотя голос предательски дрогнул. — Я… Я сейчас закричу!          —              Кричи, — равнодушно пожал он плечами. — Сомневаюсь, что кто-то услышит сквозь мои поцелуи.          И прежде чем я успела что-либо сообразить, его губы накрыли мои. Это был нежный, едва уловимый поцелуй, словно прикосновение бабочки, но даже он заставил мое сердце бешено колотиться в груди. Он углубил поцелуй, и я почувствовала, как его язык настойчиво проникает в мой рот, вызывая волну мурашек по всему телу.         «Нет! Это неправильно! Я не должна этого хотеть!» — отчаянно твердила я себе, но тело преданно игнорировало мои протесты.            Я ответила на поцелуй, позволяя себе на мгновение раствориться в этом безумии. Его руки скользнули ниже, к моему копчику, притягивая меня еще ближе, так, что я отчетливо чувствовала его возбуждение.

— 119 —

          Паника боролась с желанием, разум сходил с ума от противоречивых чувств. Я понимала, что играю с огнем, что Эйден – это опасный, непредсказуемый зверь, но в то же время не могла от него оторваться.          В конце концов здравый смысл победил. С трудом оторвавшись от его губ, я тяжело дышала, глядя на него расширенными от ужаса и возбуждения глазами.          —              Что ты творишь?! — прошептала я, отталкивая его. — Ты же знаешь, что это неправильно.          Эйден смотрел на меня в ответ, и в его глазах я увидела… растерянность? Нет, быть не может. Эйден не может быть растерянным. Это точно какой-то трюк.          —               Неправильно? — повторил он мои слова, словно пробуя их на вкус. — Почему?          —               Потому что… Потому что ты… ты не знаешь, чего хочешь! Ты водишь меня за нос! Ты играешь со мной!          —               А ты нет? — парировал он, и в его голосе прозвучали стальные нотки. — Ты уверена, что знаешь себя и что ты хочешь? Или просто боишься признаться, что я тебя зацепил?          Я молчала, не зная, что ответить. Он прав… Я боюсь. Боюсь признаться, что этот наглый, самоуверенный ублюдок, с его чертовым запахом бергамота и дерзкими поцелуями, действительно завладел моими мыслями. И это пугало меня больше всего на свете.         Эйден встал с кровати и, не говоря ни слова, направился к выходу. На пороге он остановился и, обернувшись, бросил мне через плечо:           —              Подумай над моими словами, куколка. А я пока пойду. Мне, в отличие от тебя, есть чем заняться.

— 120 —

           И с этими словами он исчез, оставив меня в полном замешательстве и с бешено колотящимся сердцем. И это, я чувствовала, был только первый раунд нашей странной игры. И кто в ней победит, было совершенно неясно.