После

Да, они уверены. Они расстались и идут каждый своей дорогой, как и договаривались.

Тэхен  просыпается каждое утро, одевается, идет в класс, готовит обед, надевает университетскуютолстовку и проводит экскурсии. Чимин ничего не говорит о том, как Тэхен делает свою домашнюю работу по второму разу, как он возвращается домой и ложится сразу же засыпает, свернувшись калачиком и не двигаясь до рассвета следующего дня, умывается и повторяет. Его маркеры заканчиваются, и он идет до школьного рынка, а не до Университетского центра, десять минут и одна поездка на автобусе ближе, и даже тогда Чимин ничего не говорит. Он выглядит так, как будто нуждается, как побитый щенок с беспомощными лапами.

Нет, Чимин ничего не говорит. Это не Хосок, не Намджун и даже не Юнги.

– Тэхен, - резко окликает Сокджин, вернувшийся после дневной экскурсии, и снимает толстовку, как только входит в прохладную, кондиционированную приемную. Он не постирал ни одну из своих футболок. Пот стекает по вискам и спине, тонкая ткань майки прилипает к коже. - Пойдем в мой кабинет, мне нужно с тобой поговорить.

– Хорошо, - говорит Тэхен, вытирая лицо, тон голоса Сокджина пугает его. Он следует за Сокджином в его рабочее место, садясь на один из стульев напротив стола, когда Сокджин усаживается в свое. Он толкает папку по столу к Тэхену.

– Это твои оценки гида с прошлой недели. Взгляните на них.

Он знает. Первое, что видит Тэхен, - это обведенный 2 рядом с вопросом, показался ли ваш гид хорошо осведомленным о кампусе? и впервые за несколько дней он чувствует, как что-то подскакивает у него в животе. Остальные рейтинги не выглядят намного лучше на листе или в других опросах. 3, 4, 6, 6, 5, 4. Тэхен никогда не видел таких низких цифр в своей карьере.

– Не думаю, что мне нужно спрашивать тебя, что пошло не так на этой неделе, - вздыхает Сокджин, когда Тэхен в ужасе смотрит на него. – Но по сути, Тэхен, я и раньше видел, как ты приводил себя в порядок перед работой, хотя бы на это время. Я знаю, что ты бываешь с бодуна во время туров, никто не может так сильно потеть зимой. Но ты всегда выполнял блестяще работу, поэтому мне никогда не нужно было вмешиваться.

– Извини, - бормочет Тэхен.

– Не извиняйся передо мной. Пожалей тех студентов, которые не знают, хотят ли они больше посещать нашу школу. Извинись перед университетом.

– Прости, - повторяет Тэхен. – Не знаю, что еще сказать. Мне жаль, и я буду работать усерднее.

Сокджин откидывается на спинку стула.

– Как твой босс, - рассуждает Сокджин, – я обязан дать тебе возможность собраться с мыслями, прежде чем делать что-то серьезное. Как твой друг, - и Тэхен смотрит на него, – я обязан сказать тебе, что ты идиот.

– Хен...

– На этой неделе Чонгук всю ночь писал свою последнюю курсовую работу, - продолжает Сокджин, – и почти пропустил свой экзамен по эконометрике, потому что заснул, пока печатал в шесть утра. Если ты что-то знаешь о нем, то знаешь, что он так не затягивал.

Нет, это не так. Тэхен знает. Чонгук слишком осторожен и трудолюбив, чтобы оставить работу незаконченной до последнего вечера, не говоря уже о том, чтобы почти пропустить один из его самых главных экзаменов. Осознание этого потрясает его, и Тэхен чувствует как тепло разливается по телу.

– Так что я говорю, что вы, ребята, должны что-то сделать с этим, - подытоживает Сокджин, взмахивая рукой и с глухим стуком ударяя ее о стол, словно ему надоело иметь дело с подростковой драмой. – Вы оба. Это отвлекает тебя от работы, а его от учебы, и если мне придется слушать еще одну историю о том, что Чонгук не моет посуду, когда приходит его очередь, я пришью его руку к твоему рулю, пока вы не поговорите.- он делает паузу. – Понял?

– Понял, - шепчет Тэхен.          

– Хорошо, - говорит Сокджин, улыбаясь. – Теперь иди домой. Я знаю, что тебе нужно готовиться к экзаменам.

Тэхен волочит ноги, когда он вышел из приемной комиссии. Солнце танцует над его плечом, но он не может заставить себя идти все той же подпрыгивающей походкой, как всегда, и хотя сейчас между занятиями, когда основная дорожка забита учениками, Тэхен чувствует себя таким одиноким.

Однако, услышав стук колес скейтборда по дорожке, он поднимает голову и как раз вовремя уворачивается от проносящейся мимо девушки. «Извините!» она бросает через плечо, и он поднимает руку в знак благодарности. Но, обернувшись, он видит в толпе Чонгука, такого же одинокого, как и он сам. Он смотрит на Тэхена, даже когда люди проносятся мимо него, с таким выражением, будто он увидел привидение.

Его рот шевелится, как будто он произносит единственное слово, о котором думает Тэхен.

– Ох.

Тэхен  делает шаг вперед. Чонгук делает один назад, спотыкается, а затем поворачивается на каблуках и бежит, даже не потрудившись бросить свой лонгборд и использовать его. Тэхен смотрит ему вслед, и люди смотрят на него, пока он не чувствует руку на своем плече.

– Эй, - говорит Чимин, голос мягкий, как будто он видел все это. – Привет, Тэхени.

Тэхен поворачивается механически. С каких это пор ему нужно было смотреть на Чимина свысока?

– Привет.

– Пойдем купим Slurpees. Ты любите Slurpees.

Он знает. Но лед дикой вишни на вкус как пепел на его языке, и он выбрасывает половину, когда они возвращаются домой. Чимин  ничего не говорит о красных пятнах в их кухонной раковине.

***

чимини?

Тэхен прижимает телефон к груди, слушая, как телефон Чимина пиликает на другом конце комнаты, рядом с подушкой. Простыни шуршат, когда он переворачивается на другой бок. Тэхен надеется, что он поймет и не станет ругаться на него, почему он пишет ему, если он здесь.

Но Чимин давно знает Тэхена. Они не зря лучшие друзья.

да?

я облажалсяя сильно облажался.

Серые пузырьки ввода всплывают, исчезают, всплывают, исчезают. Тэхен  задается вопросом, что Чимину так трудно сказать.

нет... ты нетя дая не должен был так шутить с вами, ребята...хосоки хен и я чувствуем ответственность... и нам очень жаль.

Тэхен выдыхает через нос. Чимин, Чимин, Чимин. Милый Чимин, который всегда находит способ винить себя в любой ситуации.

вы ребята не сделали ничего плохого, вы просто веселилисьчестно, это была моя идеяпранк отношенийтак что я облажался...я имею в виду, я знаю, что облажалась, он сказал мне с первого дня, что он не был романтиком.и он не сделал ничего плохого, но я все еще злюсь на него...я слишком эгоистичен, хах

Чимин тоже вздыхает, и Тэхен  прячет лицо в подушку. Он отвечает быстрой последовательностью ответов.

то есть, наверное. но нельзя сказать, что он ничего не объяснилно он определенно... не действовал, чтобы следовать своим собственным правилам или действовал в соответствии с его словамия знаю его уже два года он ужасный лжец и ужасный актерфальшивые отношения, это отвратительно.просто это не то, на что физически способен чон чонгук

Эх...

нет я серьезнопомнишь, как ты заснул на диване, а он ушел до того, как ты проснулся?и я действительно был дома.я видел, как он собирает свои вещи, я видел, как он наклонился и поцеловал тебя в щекуя видел, как он накрыл тебя пальто и подоткнул ее под подбородок, я видел все.думаю, в тот день я наконец поверил, что вы двое вместе.поскольку у него не было зрителей, он не знал, что я была там.как я мог все еще думать, что это все для шоу?

Перед глазами у Тэхена все расплывается. Боже, он обещал себе, что не будет плакать об этом, но это так трудно, когда Чимин выкладывает все вот так.

эй ты плачешьне заставляй меня идти к тебе.>:(

я не плачу. оставайся в постели.

чуть меня не обдурил.

Тэхен слабо хихикает, вытирая глаза.

я не знаю, что теперь делать, Чимини.все испорчено.мы больше не вместе я имею в виду, мы никогда не былино это просто больно

знаешь, что я думаю?ты должен встречаться с кем-то, кто портит твое нижнее белье, а не макияж.

какого черта omgя не пользуюсь косметикой.и даже если я скучал, он разсушил оберазрушил*

сми**но позволь спросить тебя вот о чемты его любишь?

Тэхен смотрит на крошечные слова на экране своего телефона, яркость которого заставляет его щуриться в темноте. Его пальцы парят над клавиатурой. Он никогда не признавался в этом никому, даже самому себе.

очень

Чимина даже не тошнит, как того ожидает Тэхен.

достаточно, чтобы спросить егостань моим?потому что у меня такое впечатление, что ты никогда этого не делал.

Тэхен приподнимается на локтях.

он не встречается, чиминне романтикты знаешь этоон сказал мне, это в первый денькакого черта я должен спрашивать?

он внушил это тебе?или ты повторял это себе так много раз?что теперь ты даже не поверишь, что он может влюбиться?

Тэхен смотрит на вопрос. В самом деле, кого он пытался убедить?

мой совет - когда закончатся экзаменыпоговорить с нимты должен поговорить с ним.и если ты все еще чувствуешь, что он того стоит, попроси его быть твоим.на этот раз правильно и после всего этого, если он все равно скажет неттогда он того не стоит, и я не буду сидеть и смотреть, как ты плачешь.из-за кого-то, кто тебя не заслуживает.

На этот раз слова действительно вызывают слезы и проливаются из глаза Тэхена. Он зарывается лицом в подушку, но даже это не помогает заглушить рыдания, которые вырываются из его горла. Тело Чимина теплое, когда он скользит в кровать рядом с Тэхеном, телефон все еще в руке, и он позволяет Тэхену прижиматься к его боку, пока слезы не прекратятся.

Тэхен засыпает, прижавшись щекой к груди Чимина, и это не одно и то же, но это успокаивает. Чимин  не спит в течение очень и очень долгого времени для человека, у которого завтра будет последний день, все еще пишет сообщения, даже когда Тэхен сонно просыпается в самый темный час перед рассветом.

***

Экзамены заканчиваются после кошмарной недели полуночных пробежек за кофе, Monster и Rockstar* (Тэхен думает, что его моча была больше кровью, чем мочой в то утро, он никогда не попробует это снова), и частого сна на диване, потому что Чимин поклонник снятия стресса через секс. Тэхен не слишком много думал. Спать на диване было приятно, потому что он был огромный, и он мог заснуть, окруженный книгами как в языческом ритуале, чтобы передать как можно больше информации в свое тело перед экзаменом.

– Увидимся, - прощается Тэхен, крепко обнимая Сонджэ. – Ты вернешься на следующий учебный год?

– Если я не решу остаться во Франции подольше, - говорит Сонджэ, отступая назад. – В таком случае я увижу вас зимой.

– Эх - говорит Тэхен, притворно постанывая. – Нам придется найти другого соседа, если мы хотим снизить арендную плату. Спасибо за все, чувак.

Сонджэ смеется.

– До встречи, Тэхен. Не трогай мои вещи!

– Я забираю твой PS4. Сорри.

– Я выебу тебя им же.

Тэхен подмигивает.

– Хорошая попытка. Отправляйся домой, у тебя завтра утром рейс.

– Береги себя, - говорит Сонджэ, забираясь в машину. – Не работай слишком много. Сейчас лето. Тебе тоже стоит съездить домой как-нибудь

– Я так и сделаю. - Тэхен захлопывает дверь, а Сонджэ опускает окно. – Держать меня в курсе, ладно?

– Будет сделано, - говорит Сонджэ, отдавая честь, и Тэхен отдает честь в ответ, похлопывает по крыше машины и наблюдает, затем, как она отъезжает. Он не двигается, пока машина не исчезает за углом, и наклоняется, чтобы собрать коробку с вещами Сонджэ, которые он счел достаточно бесполезными, чтобы выбросить. Когда он выпрямился, то замечает Чонгука, стоящего перед домом, как белая ворона, и Тэхен чуть не уронил коробку.

– Эй, - говорит Чонгук, и он действительно выглядит таким усталым, каким его описывал Сокджин, темно-фиолетовые мешки под глазами, щеки пепельные. – Вы переезжаете?

– Нет, - отвечает Тэхен, глядя на трещину в тротуаре. – Просто мой сосед выбрасывает некоторые вещи.

– О, - красноречиво произносит Чонгук. – Ты скоро уезжаешь?

– У меня еще неделя туров, - говорит Тэхен, поднимая коробку повыше в руках. – Я немного расслабилась в последние дни, во время экзаменационной недели. И я пообещал, что пойду на выпускной Намджуна и Хосоки хена.- он цепляется за слова. Тэхен хорош в светской беседе, но сейчас он потерпел сокрушительный провал. – А что насчет тебя?

– Я остаюсь на летнюю сессию. Чтобы я мог выпуститься раньше.

– Ах.

Они смотрят куда угодно, но не на друг друга.

– Мы можем поговорить?

Тэхен поднимает взгляд на лицо Чонгука.

– Хочешь поговорить сейчас? - спрашивает он, стараясь, но не в силах скрыть горечь и насмешку в голосе. Он знает, что должен, рано или поздно, как сказал ему Чимин.

Раздражение не вспыхивает на лице Чонгука, как того ожидал Тэхен.

– Да, сейчас, - настаивает он. – Но я могу вернуться, когда ты не будешь занят.

– Я занят с этого момента и до самого отъезда, - говорит Тэхен. – Но если ты набрался смелости, чтобы прийти прямо на нашу территорию, тогда ты, должно быть, действительно хочешь поговорить, так что да, конечно, давайте поговорим. Мы можем пойти хотя бы в другое место? Чимин не должен видеть нас около нашего дома, снова.

– Ладно, - соглашается Чонгук так легко, что Тэхен чувствует себя неловко из-за своей раздражительности. Он ждет, пока Тэхен поставит свои вещи, закроет дверь, и они идут к машине Чонгука, видимой из далека, как чертов фейерверк. Тэхен забирается на пассажирское сиденье, пристегивается. – У меня дома, нормально?

– Намджуна и Хосока нет дома?

– Они на выпускной практике.

– Ох. Да, конечно. Все нормально. - Тэхен предпочел бы находиться в публичном месте, где он должен заставлять себя подавить свои эмоции, но если он не сможет, он не слишком горит идеей показать свои слезы в Starbucks.

Едут тихо. В какой-то момент Тэхен оглядывается и замечает, что Чонгук по-прежнему ведет машину одной рукой на двенадцать часов и другой на шесть. Он отворачивается к окну, раньше, чем Чонгук поймает его взгляд.

Когда он заезжает на парковку возле его квартиры, Чонгук выключает двигатель и откидывается назад. Тэхен не двигается, чтобы выйти, так же как и Чонгук, но ни один из них не говорит. Тишина сгущается до тех пор, пока Тэхен не начинает задыхаться, а затем Чонгук не выдерживает: 

– Я понимаю, что ты, возможно, не захочешь слушать, мои слова, но я должен удостовериться, что бы рассказать это. - он ерзает на сиденье, кожа скрипит. – Всё в порядке?

– Все в порядке. - Тэхен кусает себя за щеку. – Мне тоже есть что сказать. Порядок.

– То, чего ты обо мне не знаешь, - говорит Чонгук, - как я облажался. Чего ты не знаешь, так это того, что до тебя, до FWB, до университета, я встречался. Неважно, какие они были в это момент, важно то, что слишком часто я выходил из отношений с кусками чужого разбитого сердца на руках. Это не всегда была моя вина, но я тоже никогда не был безупречен. Я знал это, но не мог признать. Поэтому я закрылся, закрылся, взобрался на самую крутую гору в одиночку и остался там, чтобы мне никогда не пришлось иметь дело со своими эмоциями или причинять боль другим людям.

Чонгук вертит в руках ключи.

– И жизнь была легкой в одиночку, - продолжает он. – У меня есть друзья, у меня есть Чимин, мои хены, танцевальная команда, и этого было достаточно. Всех, кто пытался сесть со мной на Одинокую гору, я сталкивал вниз по склону, и они знали, что никогда больше не придут беспокоить монстра на вершине горы. По крайней мере, большинство из них.

– Поэтому, когда ты пришел и сел рядом со мной я не знал, что с этим делать. Ты никогда не просил о чем-то большем, чем просто быть рядом со мной, и когда ты ушел, я понял, что после того, как ты привыкаешь быть рядом с кем-то, трудно снова оставаться одному. Ты был прав, знаешь? Когда ты сказал, что я тебе нравлюсь, и сказал, что я боюсь собственных чувств. Правда, в том, что я боюсь влюбиться. Понимаешь? Но после того, как ты забрался туда, где никто не мог прикоснуться к тебе, весь этот ужасный путь падения, и просто, - Чонгук делает глубокий вдох. – Если отбросить дерьмовые метафоры, извини. Я знаю, что уже поздновато для этого, но мне жаль. И я хочу... я хочу, чтобы ты был... я просто не хочу, чтобы ты покидал меня.

На ладони у Чонгука краснеет глубокая отметина от того, как сильно он вжимает в кожу ключи от машины, не смотря в лицо Тэхену.

– Я никогда не говорил, что ты мне нравишься.

Чонгук смотрит на это.

– О, - выдыхает он. – Думаю, что нет. Я просто подумал, что...

– Я люблю тебя.

Чонгук смотрит на него так, словно едва осмеливается дышать.

– О, - повторяет он, задыхаясь.

– Да, я не знаю, как долго. Мне потребовалось, может быть, несколько дней, чтобы заставить себя признать это, а неосознанно, скорее всего давно.

– Для меня, это перестало быть игрой в первый вечер, когда ты пришел на ужин. Когда мы были в твоей комнате. - Чонгук кашляет. – Я хотел сделать это, поцеловать тебя сзади. Я знал, что не смогу встретиться с тобой лицом к лицу, поэтому я пнул свой телефон под кровать, чтобы мне не пришлось видеть твое выражение лица, когда я это сделаю. - он грустно смеется при воспоминании об этом. – Я действительно такой идиот, не так ли? Я ничего не знаю ни о свиданиях, ни о любви.

Тэхен вздыхает.

– Вот одна вещь, которую ты должен узнать прямо сейчас, - говорит он. – Она заставляет тебя делать глупости. Она заставляет тебя творить херню и тебе, в этот момент, это не кажется глупостью

Чонгук бросает ключи на сиденье и протягивает руку, как в тот вечер на прощальной вечеринке. Тэхен смотрит на нее, на отпечатки зубчиков ключа в его коже, и протягивает руку, просовывая свои пальцы в пальцы Чонгука. Чонгук обхватывает руку Тэхена, затем тянет его вперед и опускает руку Тэхена себе на плечо, пока тот не вытягивается над консолью.

– Это глупо? - спрашивает он, и дыханием обжигает лицо Тэхена, пока его рука опускается на ребра Тэхена.

– Да, - шепчет Тэхена.

Чонгук наклоняется и хнычет, когда Тэхен охотно открывает рот для него. Даже в такой большой машине, как Hummer, поцелуи на переднем сидении требуют гибкости, которой нет ни у одного из них, и когда Чонгук пытается подтянуть Тэхена ближе к себе, машина протестующе визжит, когда колено Чонгука случайно врезается в тревожную кнопку на его автомобильном пульте. Тэхен от неожиданности чуть не ударяется о крышу, и Чонгук не может удержаться от смеха, когда снова нажимает на нее снова, чтобы отключить ее.

Не то чтобы Намджуну или Хосоку показалось бы странным, что Чонгук спит с кем-то, особенно после экзаменов, но Тэхен все равно признателен, что их нет дома, когда они вваливаются в квартиру. Они теряют половину своей одежды прямо в гостиной, не то чтобы на них было много одежды в такую жару (и в комнате Чонгука слишком жарко и душно для них обоих). Но зато Тэхен может увидеть Чонгука таким, оперевшись на локти и наблюдать, как у Чонгука поднимается его орган, лицо дракона на его руке такое же горячее и страстное, как его поцелуи.

Секс не так уж и отличается - ладно, всё немного по-другому. Чонгук берет Тэхена   сбоку, прижавшись спиной к стене, нога Тэхена перекинута на бедро, чтобы он мог толкать глубже и сильнее. "Кончай, кончай для меня", - шепчет Чонгук, но теперь это уже не командование, а более мягкий призыв, и Тэхен кивает, задыхаясь, когда Чонгук кусает его сзади за шею. Он наклоняется, чтобы потрогать себя, погладить, и руки Чонгука крепче сжимает ребра Тэхена, когда тот кончает, оставляя следы на простынях.

Чонгук протягивает руку к члену Тэхена, чтобы погладить его после эякуляции, когда он быстро следует за ним, грудь тяжело вздрагивает за спиной Тэхена, когда он задыхается в ухо Тэхена. Перевозбуждение заставляет бедра Тэхена подпрыгнуть, и он наклоняется, чтобы слабо шлепнуть по руке Чонгука с тихим криком, когда Чонгук трет головку его члена.

– Хорошо, хорошо, - говорит Чонгук, смех в его голосе, когда он вырывается (выходит). – Не шевелись.

Он тянется за чем-то над головой Тэхена, его тело качнулось вместе с телом Чонгука, когда он наклоняется к нему. Глаза Тэхен распахиваются, когда он чувствует что-то мягкое на животе, вытирающее член, и он протягивает руку и останавливает руку Чонгук.

– Что? - озабоченно спрашивает Чонгук. - Что не так?

– Я просто вспоминал это чувство перед тем, как заснуть, - бормочет Тэхен. – О, и Чонгук?

– Да? - говорит Чонгук, касаясь губами виска Тэхена. – Что такое?

Но Тэхен засыпает прежде, чем успевает спросить, и он делает мысленную заметку спросить об этом в будущем. Это может подождать, наверное. Это не повредит.

***

Slurpee - это замороженный газированный напиток, продаваемый исключительно в магазинах 7-Eleven

сми - слишком много информации

Monster и Rockstar - энергетик