Убеждение

– Вдоль всего этого пути находятся исследовательские лаборатории химии и инженерии, а дальше здания физики, - рассказывает Тэхен, указывая рукой за спину. – Если вы планируете специализироваться на предметах STEM*, вы будете находиться в этой стороне кампуса очень часто. В хорошие дни вы можете увидеть студентов, дремлющих под солнцем между лабораториями, что может продолжаться до четырех часов, как только вы начнете получать в классы высшего дивизиона.

– Здесь проводятся занятия по психологии? - кто-то кричит.

– Минимум, в зависимости от того, какую ветвь психологии вы изучаете, - продолжает Тэхен, умело переступая через камень. Сегодня никаких падений на задницу, Сатана. – Сейчас я занимаюсь чисто психологией, но начинал как нейробиолог, и у меня было столько же занятий по химии и физике, сколько у моих друзей по биологии.

Солнце поздней осени холодно и блекло освещает спину Тэхена, и когда он заканчивает свою экскурсию, он хватает свои книги и бросается в класс в последнюю секунду, скользнув на свое место как раз в тот момент, когда профессор начинает говорить. Странно, думает он, оглядываясь. Чимина нигде не видно, а у них это занятие вместе. И только когда Тэхен достал свой ноутбук, Чимин, сутулясь, вошел с опозданием на несколько минут.

– Не часто ты приходишь позже, чем я, - бормочет Тэхен, вводя пароль. – Что-то случилось с твоим велосипедом?

– Ничего не случилось с моим велосипедом, - отвечает Чимин, морщась, когда садится, и осознание бьет по лицу Тэхена.

– Больше ничего не говори, - со всей серьезностью шепчет он, и Чимин одаривает его своей самодовольной ухмылкой.

– Что насчет тебя и Чонгука? - спрашивает Чимин, и Тэхен поднимает брови.

– Что же с нами?

Чимин трясет его руку, пытаясь заставить Тэхена прояснить ситуацию.

– Когда, черт возьми? Как, черт возьми?

– Когда вы, ребята, нас подставили, - правдиво отвечает Тэхен. – Но вы, ребята, не увидели, как мы сразу поладили, не так ли?

– Наверное, нет. Но какого черта, честно, я так запутался. Чонгук ненавидел мысль о том, чтобы остепениться.

– Думаю, он не возражает против меня, - злорадствует Тэхен.

К отношениям с кем-то, даже если это не по настоящему, нужно привыкнуть. Тэхен и Чимин выходят из класса, лишь вблизи замечая кого-то нового, стоящего рядом с Сокджином, выглядящего нервным и неуместным, пока он не замечает Тэхена. Чонгук улыбается, видя шок на лице Тэхена. Этой херней занимается только Сокджин. Чимин, не колеблясь, идет прямо в руки Сокджина, сжимая одну сторону его лица, когда Сокджин наклоняется, чтобы его поцеловали в щеку, но Тэхен немного более сдержан.

– Привет, - говорит Тэхен, и Чонгук протягивает руку. Он берет её. Это естественно, совсем не странно. То, какое отношение получает Тэхен, делается ради публики сейчас. – Странно видеть тебя здесь.

– Представьте себе это, - Чонгук притягивает его к себе и прижимаясь губами к виску Тэхена. – Длинный день?

– О Боже, они такие милые, меня сейчас вырвет, - говорит Чимин позади них, и Сокджин шикает на него. Тэхен бросает через плечо неприязненный взгляд, и Чимин изображает на лице безразличие, но улыбка все еще в его глазах.

– Все было в порядке, - сообщает Тэхен. – У меня были общие занятия и экскурсии, так что у меня не было возможности пообедать.

– Что, правда? Какого черта, тогда пойдем поедим.

– Нет, уже почти ужин. Я просто собирался подождать.

– Хорошо, ужин. Пойдем поужинаем.

– Как свидание? Только ты и я?

Чонгук хмурится, услышав скептицизм в голосе Тэхена.

– Ну да. Ты мой парень, верно?

Верно?

– Хорошо, - соглашается Тэхен, сжимая руку Чонгука. Она толще и крепче в пальцах Тэхена, чем у него. – Пошли. Это свидание!

Чонгук, похоже, серьезно относится к этому - они идут к его машине, и сначала Тэхен ожидает, что он скажет: "Вау, мы хорошо поработали там, да?" но он на самом деле открывает двери и идет к водительской стороне, когда Тэхен смотрит в салон.

– Чего ты ждешь? - спрашивает Чонгук.

– Погоди, мы правда?

Чонгук закатывает глаза.

– Я знаю, что говорил тебе, что до тридцати лет буду холостяком, но я не мудак. Пропустить обед - отстой, я знаю, каково это, так что давай поедим.

– Хорошо, - соглашается Тэхен, залезая на сиденье. Он чувствует, что находится в десяти футах от Земли, что, честно говоря, возможно. – Куда?

– Не знаю. Что тебе нравится?

– Мне нравится... - Тэхен думает. – Пища.

– Спасибо, это помогло.

– Когда я голоден, все звучит хорошо.

– Ладно, я просто поеду, - решает Чонгук, заводя машину, – и когда ты увидишь что-то, что тебе понравится, скажи мне остановиться.

Это хорошая идея. Тэхен чувствует себя комфортно, когда Чонгук покидает свое парковочное место с удивительной грацией для такого большого автомобиля. Он смотрит на руки Чонгука на руле, затем говорит:

– Подожди, ты должен передвинуть руки.

– Что?

– Положите одну руку на двенадцать часов, - Тэхен демонстрирует в воздухе перед собой, – и одну на шесть.

Чонгук следует его указаниям.

– Странное ощущение, - жалуется он. – Зачем?

– Потому что, разве ты не знаешь? Пары никогда не ездят с обеими руками на руле, если их вторая половинка сидит рядом. И так как никто на самом деле не проверит, тебе не нужно держать меня за руку, но ты все равно должен сделать вид, чтобы это выглядело так.

– Ух ты, молодец, - говорит Чонгук под впечатлением. – Окей.

Они останавливают свой выбор на "Wing Stop", и Чонгук съедает весь свой заказ "Атомных крыльев", даже не вспотев. Тэхен пробует один кусочек из любопытства и выплевывает обратно, выпевая весь свой стакан воды, когда Чонгук смеется и протягивает ему салфетки для слез, забирая крыло из пальцев Тэхена и доедая его. На обратном пути они увлеченно обсуждают этнические продукты и уровень специй, и Тэхен поймал себя на том, что смотрит на покрасневшие кончики пальцев Чонгука дольше, чем следовало бы, гадая, каково это-по-настоящему держать руку на консоли.

***

Очевидно, новости о Тэхене распространились отовсюду, и дошли до ушей Намджуна и Хосока, соседей Чонгука, и, как большинство людей, они хотят доказательств.

– Такое чувство, что я собираюсь встретиться с твоими родителями, - Тэхен пожимает плечами, застегивая пуговицы в своей комнате, Чонгук сидит, скрестив ноги, у подножия кровати. – Почему я нервничаю. Почему я так нервничаю?

– Намджун Хен-гений, но он и Хосоки Хен не так страшны, то как ты представляешь Сокджин хена звучащем как детектор лжи, - говорит Чонгук. Он выпрямляет ноги, встает. – Кроме того, у нас есть вот это. Мы со всем справимся.

Тэхен напрягается, когда Чонгук прижимается к нему сзади, носом к шее. Чонгук целует его в изгиб соединения между шеей и плечом и отстраняется, исчезая, как проходящий ветер.

– Для чего это было? - спрашивает он, оборачиваясь, пока Чонгук ищет телефон в складках одеял Тэхена.

– А ты говоришь, что я плохой актер, - говорит Чонгук, наполовину засунув голову под кровать Тэхена. – Ой, черт. Как он сюда попал?

– Насколько я плох?

– Ну, во-первых, ты слишком часто выходишь из образа, - отмечает Чонгук, поднимаясь с пыльным телефоном в руке и чихая. – Ты лучше меня знаешь объективно, что мы должны делать, когда мы вдвоем, но когда дело доходит до того, чтобы действительно сделать это, ты сходишь с ума. - Чонгук кивает ему. – Итак, это было сделано для того, чтобы это не шокировало тебя там, и чтобы ты не замолкал среди всех. Звучит неплохо?

В словах Чонгука есть смысл.

– Звучит хорошо, - соглашается Тэхен, игнорируя трепетание в груди, пока он застегивает рубашку до конца.

Дело в том, размышляет про себя Тэхен, что если он не будет напоминать себе, что это не реально каждую секунду, он беспокоится о том, что грань между его настоящими чувствами и его поддельными будет размыта. У Чонгука появилась привычка водить руками на двенадцать и шесть часов, даже не думая об этом. Он целует Тэхен после занятия и приходит просто увидеть его, к большому вечному огорчению Чимина. Однажды он поймал Тэхена, дрожащего после экскурсии, и размотал свой собственный шарф с шеи и завязал его вокруг Тэхена, подняв его до подбородка и отчитав его за то, что он не оделся теплее.

Так, трудно сохранить дело делом, а реальную жизнь реальной. Это все, что может сделать Тэхен, чтобы вырваться из этого при каждом удобном случае.

– Мы пришли, - говорит Чонгук, открывая дверь. Тэхен заходит за ним внутрь и видит, что Чимин и Сокджин уже устроились на диване и смотрят фильм. Юнги тоже здесь, и Тэхен гадает, кто взял его с собой ради компании и вытащил его, а двое незнакомых ему людей встают.

– Ты ведь Тэхен, верно? Я Хосок! - Хосок взволнованно берет руку Тэхена, и он тут же решает, что ему нравится Хосок. – Чонгук так много говорит о тебе, и я сказал ему, что он должен привезти тебя как можно скорее.

– Я не... - протестует Чонгук. Тэхен скосил на него глаза. Хосок не может знать, что все это подстроено. Действительно ли Чонгук говорил о нем?

– Намджун, - говорит другой, повыше, спокойнее, величественнее, и Тэхен угрюмо пожимает ему руку. – Знаешь, никто из нас не поверил Чонгуку, когда он сказал, что у него есть парень, но, похоже, на этот раз он говорил серьезно.

– Ты им нравишься, - прямо говорит Чонгук, и Тэхен смеется, а Хосок хлопает его по плечу. – О мой Бог, хен, ты приготовил ужин, я сказал тебе не смущать...

– Сокджин приготовил это, сказал, что хочет, - говорит Намджун. – Чимин хотел омурайс*, а потом решил просто приготовить достаточно для всех и миллиард других гарниров, вам, ребята, просто повезло, или сегодня вечером был бы Subway.

– Погоди, я уже сто лет не ел стряпню Хена, - говорит Тэхен, беря пару палочек для еды из рук Хосока.

– Надеюсь, вам понравится.

Ужин в "Jeongguk's place" - это самое большое событие, которое Тэхен посещал со времени прошлого учебного года. В самом деле, для студентов университета просто невозможно приготовить полезную еду, которая не может быть приготовлена в рисоварке, поэтому Тэхен уже несколько месяцев питается рисом на пару и сосисками. Вкус овощей прекрасен у него во рту, и он пытается вести себя воспитано.

– Нет, нет, мы можем покушать это в любой день, мы просто идем по соседству к Сокджин хену и угощаемся этим, - отказывается Хосок, когда Тэхен жестом предлагает ему взять последние кусочки темпуры. – Серьезно, вы с Чимином живете на другой стороне кампуса, мы знаем, что добраться на рынок оттуда - мученье. Ешь!

– Да, в прошлый раз ты забрал весь мой ужин, который я приберегал для себя, - ворчит Юнги. – В следующий раз предупреждайте парни, спасибо.

– Вообще-то, - виновато говорит Чимин, – Я мог это съесть.

– О? Какая разница, я все равно ложился спать голодным той ночью.

– Мне жаль!

Тэхен понятия не имеет, как долго они там пробудут, но в эти ранние зимние месяцы ночь наступает быстро, и к тому времени, когда они заканчивают, снаружи уже темно. Здесь уютно: сидеть, набив живот вкусной едой; смеяться, когда Чимин закатывает глаза, когда поймал его и Чонгука, трогающих друг друга ногами под столом (Чонгук не дурачится, в какой-то момент, сильно ударяя Тэхена по лодыжке твердой носком Тимберлендов); слушать, как Хосок оживленно говорит о морских выдрах. Тэхен делает вывод, что он действительно переживает об окружающей среде.

– Наверное, нам пора, - предлагает он Чонгуку во время затишья в разговоре, когда Намджун складывает лебедей оригами из своих салфеток. – Или скорее мне пора.

– Уже? - спрашивает Хосок. – Ты не останешься выпить или хотя бы посмотришь фильм?

– Я не знаю насчет выпивки, мне утром на работу, - отвечает Тэхен.

– В чем она? Если большую часть времени ты просто сидишь перед компьютером, это будет...

– Я гид.

– Ах, - говорит Хосок. – Подожди, ты, правда? Я подумал, что ты выглядишь знакомо, как будто я видел тебя в кампусе раньше, может быть, поэтому.

– Вы можете остаться на фильм, - комментирует Намджун. Он встает, потягивается. – Чимин и Сокджин всегда остаются на один, прежде чем уйти, когда они приходят - он смотрит на Чонгука, затем кивает на всю посуду на столе. – Эй, макнэ. Угадай, что ты должен мне сегодня?

– Нет, - хнычет Чонгук, откидывая голову назад и морщась. – Нет, нет, я ненавижу мыть посуду. Я снова займусь стиркой твоего белья на этой неделе, хен.

– Не-а, ты должен мне мойку посуды, - Намджун беспощаден и неумолим. Он усмехается, увидев выражение лица Тэхена. – Не волнуйся, мы все трое такие друг с другом. Как видишь, это устраняет недоразумение.

– Я могу помочь тебе, - предлагает Тэхен, когда Чонгук начинает убирать тарелки.

– Нет, нет, иди сядь на диван, - Чонгук прогоняет Тэхена, нагруженного столовым серебром. Он наклоняется, чтобы быстро чмокнуть Тэхена в скулу. – Иди и выбери фильм.

Хосок просматривает подборку названий Netflix, махая Тэхену. Чимин уже активно устраивается на груди Сокджина, поэтому он предполагает, что для них не имеет значения, что он выберет, они, вероятно, будут целоваться/обжиматься через три четверти фильма, будь то драма или ужастик.

– Подождите, я не знал, что у Netflix есть Toy Story 3! - восклицает Тэхен, ткнув пальцем в экран. – Мы можем посмотреть его?

– Почему, ты хочешь увидеть, как все мы плачем сегодня вечером? - шутит Хосок. – Да, конечно. Есть возражения против Toy Story 3, ребята?

– Этот розовый пушистый медведь вызывает у меня кошмары, - говорит Юнги.

– Хорошо, никаких возражений, - Хосок щелкает фильм и подключает его к телевизору. Тэхен смеется, как Юнги ворчит себе под нос, и Намджун выходит из ванной к тому времени, когда начинаются титры. Чонгук продолжает шуметь на кухне, еще четверть часа, прежде чем он заканчивает и выключает кухонные светильники.

– О, нет, - произносит он вслух, и Чимин шипит, тссс! – Toy Story 3? Вы планируете утопить нас всех сегодня вечером?

– Тсс, я не слышу, - шепчет Тэхен. На диване больше не осталось места. Чонгук пытается сесть на пол, но Тэхен встает, похлопывая по месту, которое он освободил. Чонгук, кажется, не сразу понял, но он садится на его место, и Тэхен падает ему на колени. Чонгук задыхается, когда Тэхен шевелится, раздвигая бедра Чонгука так, чтобы он мог удобно сидеть между ними, откинувшись на грудь.

Сердце Чонгука колотится в позвоночнике Тэхена, и он откидывает голову назад.

– Так нормально?

– Да, - шепчет Чонгук. – Так хорошо.

Он медленно обнимает Тэхена за талию, прижимая его к себе. Тэхен удовлетворенно вздыхает, откидывается на спину и снова погружается в фильм.

Он не знает, чего ожидал. За последние двадцать минут у Тэхена уже не осталось сухого места на воротнике рубашки. Хосок вытирает лицо рядом с собой, а Намджун наклонился вперед, упершись локтями в колени, лицо его сморщено, а рот зажат кулаком.

– Эй, эй - успокаивает Чонгук, когда последний кадр исчезает, и Тэхен снова проводит пальцами по глазам. – Прекрати это.

– Лучше не становится, - рассказывает Чимин, – Каждый раз, когда он смотрит его, он создает океан там, где должен быть пол, затем лежится лицом вниз и проводит остаток дня, говоря мне: "пока, партнер" - он скрещивает руки на груди. – Оглядываясь назад, я понимаю, что он должен был продолжать заниматься театром.

Чонгук смеется, оборачиваясь и поворачивая лицо Тэхена к себе, нежно кладя руку на подбородок.

– Я сказал, остановись, ты не симпатичный плакса, - бормочет Чонгук, наклоняясь и целуя случайные слезы со щек Тэхена. Он ловит слезы на своих губах, и икота Тэхена больше не имеет ничего общего с его плачем, когда Чонгук прижимает своим ртом к обоим векам. – Вот. А теперь остановись.

– Это была самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни, - утверждает Юнги.

– Разве ты не болтаешься вокруг меня достаточно, чтобы привыкнуть к этому, - спрашивает Чимин.

– В Чонгуке столько же эмоций, сколько в сыром артишоке, - парирует Юнги. – Я не знаю, что я только что видел, и я не знаю, что я чувствую по этому поводу.

– Лайфхак, - советует Сокджин. – Не сомневайся в этом.

Тэхен тоже должен прислушаться к этому совету; он все еще смотрит на лицо Чонгука, и спустя мгновение тот решительно отводит взгляд. Но он знает, что Чонгук все еще чувствует на себе жар его глаз, и ощущение тяжести в груди становится еще более очевидным, чем когда-либо, еще долго после того, как титры фильма перестанут крутиться.

***

STEM означает наука, технология, инженерия и математика

Омурайсу, ому-райсу — популярное японское блюдо, состоящее из жареного риса, покрытого или завернутого в омлет, и украшенное кетчупом.