Спасение того чего дорожишь

Утро. Солнце только начинало медленно пробиваться сквозь облака. Общежитие было ещё полусонным, но в гостиной уже царила тишина, напряжённая и плотная, как перед бурей. Юру стояла у кухонной стойки с чашкой крепкого чёрного кофе, глаза устремлены в пустоту, мысли — далеко отсюда.

Перед ней полукругом сидели её одноклассники. Шинсо с мрачным видом опирался локтями о колени. Бакуго, скрестив руки, сжимал кулаки. Остальные переглядывались, не зная, чего ожидать.

Юру медленно сделала глоток, вздохнула и заговорила:

— Итак... Слушайте внимательно. Шигораки предупредил меня… Их главный начал шевелиться. Да. Я о том самом... Кто всегда стоит за кулисами... Кто давит на всех своей силой. Всё за одного.

В комнате повисло ледяное молчание.

— Его личность… Пока не могу раскрыть. Но… вы всё узнаете сами. Очень скоро. И... прошу, не говорите об этом ни одному взрослому. Ни учителям. Ни профессиональным героям. Никому.

— Почему? — тихо спросила Яоерозу, нахмурившись. — Это же опасно.

Юру кивнула.

— Именно потому. Пока взрослые не знают — у нас есть время. Пространство. Возможность… действовать иначе. Без жертв.

Она поставила чашку, достала коробочку и поставила её на стол перед собой.

— Мне нужна только ваша поддержка. Не вмешивайтесь напрямую. Просто... доверьтесь мне. Я возьму на себя ответственность за ваши жизни. За всё.

Она открыла коробку. Внутри — аккуратные маленькие устройства, похожие на металлические чипы.

— Это маяки. Если кто-то окажется в опасности — просто сломайте чип. Я почувствую сигнал и приду. Немедленно.

— А ты одна справишься? — сурово спросил Шинсо, но в его голосе звучала тревога.

— Я не одна, — Юру посмотрела на него и на Бакуго. — У меня есть вы.

Она впервые за всё утро улыбнулась — устало, но по-настоящему.

— Пока мы вместе — никто не сможет нас сломать. Я верю в вас… так же, как прошу поверить в меня.

Молчание. Потом кто-то взял чип. Потом — ещё один. И ещё. Один за другим они брали маяки. Кто-то крепко сжал в ладони, кто-то тут же спрятал в карман.

Бакуго последним подошёл, взял чип и прижал лоб к её лбу.

— Только попробуй сдохнуть, дура, — хрипло пробормотал он. — Мы с тобой до конца.

Шинсо сжал ей плечо:

— Мы тебе верим. Так что теперь — не подведи.

Юру опустила глаза, кивнула.

Юру обвела взглядом одноклассников. Все были сосредоточены, никто не перебивал, никто не улыбался. Даже Минета не посмел пошутить. Она говорила с полной серьёзностью — и каждый чувствовал: за её словами стоит не просто знание… а пережитое.

— Итак… — Юру убрала волосы с лица и поставила перед собой ещё одну чашку кофе. — На сколько мне известно… а точнее, как мне передал Шигораки… у Все за одного есть особая группа.

Она замолчала на пару секунд, глядя прямо перед собой.

— Так называемые псы. Лично обученные, полностью ему преданные… И, поверьте, они куда опаснее, чем кто-либо из Лиги злодеев. Даже Даби, даже Тога — по сравнению с ними, дети.

Шинсо сжал кулаки. Бакуго нахмурился и кивнул, ожидая продолжения.

— Эти «псы» — не просто злодеи. Это машины. Это монстры в теле человека. Они действуют без эмоций, без колебаний. Их цель — уничтожить. И если они начнут двигаться… кто-то из нас может пострадать.

— Это как… те Ному? — спросила Тсую, понизив голос.

— Хуже, — твёрдо ответила Юру. — Помните ту тварь, с которой мы столкнулись в U.S.J.? Безмозглое, сверхсильное, без страха и боли?.. Так вот, такие Ному — лишь «первый слой». Прототип. А есть более совершенные версии. Хитрые, быстрые, умные. Они могут притворяться. Могут наблюдать. Могут подбираться незаметно.

Каминара нервно сглотнул, и кто-то из ребят напрягся сильнее.

Юру взяла один из чипов в руку и подняла его:

— Поэтому если хоть что-то покажется вам странным — движение, человек, поведение — не бойтесь. Ломайте чип. Сразу. Даже если это окажется ложной тревогой — плевать. Лучше ложная тревога, чем похоронный венок. Ясно?

— А что если они нападут сразу? — спросила Яоерозу, серьёзно.

—Если они нападут — вы не сражаетесь, — строго сказала Юру. — Вы уходите. Вы — моя команда. Вы не пушечное мясо. Моё дело — вас защитить. Только я.

— Мы тоже можем сражаться, — пробормотал Бакуго, но его голос был скорее тихим, чем вызывающим.

Юру посмотрела на него мягко, но твёрдо:

— Я знаю. Но только если нет выбора. Если хоть малейшая возможность избежать боя — используйте её. Потому что я хочу, чтобы вы все дожили до завтрашнего дня. И послезавтрашнего. И выпускного. Я хочу, чтобы мы все жили. Понятно?

Все молча кивнули. В комнате снова повисла тишина, но теперь в ней звучала решимость.

Шинсо посмотрел на неё и сказал:

— Ладно. Мы с тобой. До конца.

Бакуго кивнул:

— Твоя война — наша война, Юру.

Она слабо улыбнулась.

Юру посмотрела на красный чип в своей руке, сжав его чуть сильнее, словно проверяя его вес — и физический, и моральный.

— Этот чип… — она подняла его, чтобы все видели, — если я его сломаю… ваши чипы тоже поменяют цвет. Они станут красными.

Тишина сгустилась в комнате, как перед грозой.

— Это будет значить только одно: я проиграла. И тогда — вы должны сразу действовать. Не по-своему, не самовольно. А так, как учили. Передать сигнал. Поднять тревогу. Позвать всех героев.

— Юру… — прошептала Момо, — не говори так…

— Я должна, — отрезала она твёрдо. — Потому что даже если мне страшно… даже если сердце рвётся… я иду туда, где опаснее всего. Потому что я — как и вы — ученик Юэй. И пусть я ещё не стала настоящим героем, я… всегда следовала главному, чему нас учили.

Она провела взглядом по друзьям. В её глазах не было страха. Только решимость и внутренняя боль, которую она скрывала за тяжёлой маской спокойствия.

— Герой — это не тот, кто кричит "я спасу всех!" и кидается в бой.Герой — это тот, кто… готов пожертвовать собой. Ради спасения других. Ради гражданских. Ради друзей. Ради тех, кого любит.

Её голос дрогнул, но она не отступила:

— И я не позволю, чтобы хоть кто-то из вас пострадал. Не позволю, чтобы хотя бы один из вас заплатил ту цену, которую должна заплатить я.

Бакуго, нахмурившись, смотрел на неё с напряжением в глазах:

— Мы знали, что ты упрямая, но… чёрт… ты просто ненормальная.

Шинсо заговорил глухо:

— Значит… если красный — мы должны позвать всех. Даже Айзаву. Даже Нэдзу.

— Всех, — кивнула Юру. — Потому что если этот чип станет красным… значит, я больше не смогу бороться.

Наступила тяжёлая тишина. У кого-то подрагивали пальцы, у кого-то сжались кулаки. И только Юру, несмотря на дрожь внутри, держалась прямо.

— Я… прошу вас. Не как одноклассница. А как человек, которому вы не безразличны.Позвольте мне быть вашим щитом. Пока вы остаётесь моим сердцем.

После слов Юру наступило молчание. Тяжёлое, наполненное напряжением. Все смотрели на неё, но сказать что-то было трудно.

Момо, не выдержав, шагнула вперёд и спросила с тревогой:

— А что если… всем понадобиться твоя помощь?Что если все мы разом окажемся в беде?..Ты ведь одна… а нас много…

Юру опустила взгляд. Её губы дрогнули — это был болезненный, знакомый вопрос. Она сделала вдох и свистнула.

Из тени у двери, словно по зову, с лёгким топотом прибежал Мочо — её верный спутник, кролик с проницательными глазами и маленьким шрамом на щеке. Он одним прыжком оказался у неё на руках.

Юру обняла его и, чуть дрожащим, но твёрдым голосом сказала:

— Мочо… Мое маленькое оружие.Мой… козырь в рукаве.

Кто-то удивлённо переглянулся. Бакуго фыркнул.

— И что этот пушистик может?

Юру продолжила, поглаживая кролика по голове:

— Шигораки дал мне один препарат… для совершенствования причуды. Не для усиления боя. А для... расширения границ.

Она подняла взгляд.

— Как вы знаете… кролики могут размножаться. Но у Мочо всё иначе. Он может создавать до сотни копий самого себя. Эти копии… становятся мной.

— Что?! — прошептал Киришима, — Как это…?

— Благодаря нашей связи, — Юру кивнула, — я буду видеть через их глаза, слышать через их уши. Я смогу быть везде.Сразу.

— Это... нереально... — пробормотал Шинсо, ошарашенно глядя на кролика.

Мочо тяжело вздохнул и лениво посмотрел на всех:

— Конечно, нереально. Но с Юру всё возможно. Тебя хрен переубедишь, как всегда, — пробормотал он, мотнув ушами.

Юру слабо улыбнулась, но тут же вновь стала серьёзной:

— Поэтому… даже если… я погибну...Мочо будет рядом с вами.Он — не просто кролик. Он — часть моей воли. Он знает, кого защищать, кого спасать. И даже без меня… он не даст вам упасть.

— Юру… — прошептала Урарака, — ты правда так всё предусмотрела?..

— Мне нельзя по-другому, — сказала она тихо, — не имею права.Ни на страх, ни на ошибку.Потому что я знаю что идёт к нам. И знаю, что поставлено на кон.

Она посмотрела на каждого в глаза.

— Это… не просто битва с врагом. Это уже война за то, что нам дорого.

Юру прижала Мочо крепче. Он больше не сопротивлялся.

— Пообещайте мне одно. Не геройствуйте без нужды. Не лезьте на рожон. Просто… дождитесь меня, если что-то пойдёт не так.Я обещаю вернуться.Слово кролика.