Часть 28

Я так и не рассказала тебе о своем новом альбоме. В общем, я решила назвать его «Жизнь под маской». У меня немало песен об оборотной стороне славы и известности – о том, что приходится прятать под маской очень многое: личную жизнь, друзей и даже саму себя.Мы с Франсуа Пьером-Нуво отсняли фотосессию для обложки альбома, но меня не устроила ни одна его фотография. Они все слишком постановочные. А я хочу, чтобы обложка была естественной. Ясной. Настоящей.Поэтому я велела своим дизайнерам взять для обложки твой снимок – помнишь, тот, который ты сделала в Риме, когда я ото всех пряталась? Я в диком восторге от этой фотки, она само совершенство.А на обложке она выглядит еще совершеннее.В общем, посмотри сама.Ты не возражаешь, если мы используем твою фотографию? Прилагаю к письму контракт – там все детали насчет гонорара, роялти и прочего. Если тебе нужно с кем-то посоветоваться, могу дать контакты хорошего юриста. А если тебя все устраивает, ты просто посылаешь мне изображение в высоком разрешении – и дело в шляпе!Я правда надеюсь, что ты согласишься. Потому что обложка просто супер! Ты потрясающий фотограф, Пенни!На этих гастролях мне не хватает твоей мордашки за кулисами. Можешь спорить с кем угодно на что угодно, но как только я вернусь в Великобританию, обязательно загляну в Брайтон к тебе в гости! И ответ «не надо» не принимается!Твоя подруга,ЛеаУ меня дрожат пальцы, когда я кликаю мышкой на приложение.Вот она. Сделанная мной фотография Леа на обложке ее альбома. НА ОБЛОЖКЕ ЕЕ АЛЬБОМА! Верхний угол отрезан, так что невозможно понять, что это снято в Италии. Но даже в таком виде, необычная, с остриженными по подбородок волосами и яркой помадой, Леа распространяет вокруг себя ауру, по которой ее просто невозможно не узнать! Внизу обложки красуется аккуратная надпись «ЖИЗНЬ ПОД МАСКОЙ» – и стоит отчетливая подпись Леа с сердечком над буквой «а».Так это правда.Слова Тома эхом всплывают в мыслях: «Занимайся тем, что любишь делать».Моя страсть – фотография. И я могу последовать за своей мечтой.Хватаю телефон и отвечаю Леа целой кучей смайликов – хотя вряд ли им под силу передать ту смесь волнения, гордости и изумления, которую я сейчас испытываю.Нажимаю «Отправить», и телефон сразу же гудит, сообщая о новой эсэмэс.Но это не Леа и не Эллиот.Это Алекс.Пенни, мы можем встретиться?Глава сорок девятаяСоглашаюсь встретиться с Алексом завтра утром в пекарне «Флот Пот» на Лейнз. Я даже знаю, почему он выбрал именно это место: вряд ли можно найти что-то более подходящее для спокойного личного разговора. Пальцы покалывают иголочки беспокойства. Я не совсем понимаю, почему Алекс вообще хочет со мной поговорить. Загоняю подальше остальные чувства – те, что орут мне в уши: «ПРЕДАТЕЛЬНИЦА!» – ведь я встречаюсь с Алексом за спиной Эллиота. Но Алекс прислал мне еще одно сообщение – просил, чтобы я держала нашу встречу в тайне, пока не услышу, что именно он хочет мне сказать.Мне ужасно хочется заявить Алексу, куда он может засунуть свои просьбы о встрече, учитывая, какую боль он причинил Эллиоту, но любопытство не дает мне так поступить. За прошлый год Алекс стал мне другом – хорошим другом – и он по крайней мере имеет право, чтобы его выслушали. Может быть, мне не понравится то, что он скажет, но встретиться с ним я обязана.Захожу в пекарню – и сразу вижу Алекса. Он сидит в глубине зала за маленьким столиком. Перед ним – одинокая чашка капучино.С трудом удерживаюсь от удивленного возгласа. Приходится собрать все свое самообладание, чтобы сдержать его. Алекс – из тех парней, которые обычно уделяют большое внимание своему внешнему виду. Эллиот называл его «шикарным школьником» – хотя это не очень вязалось с работой Алекса в винтажном магазине.Но сегодня передо мной – совершенно незнакомый юноша. Он выглядит абсолютно несчастным; глаза его пустые и грустные. На нем толстовка, и я могу поклясться, что вижу дыры на манжетах. Волосы Алекса явно несколько дней не знали душа – не говоря уже о шампуне или о чем-то еще, – а щеки совсем запали.Чувствую, как начинает сочувственно биться сердце. Всю последнюю неделю я сама выглядела немногим лучше. И хотя я просто обожаю Эллиота, и он всегда останется моим номером один, нельзя не видеть, что Алекс тоже сильно переживает.– Спасибо, что согласилась встретиться, Пенни, – он сдвигает рюкзак подальше, чтобы я могла сесть.– Да не за что. – Падаю на стул. Повисает неуклюжая тишина. – Как дела? Все… все сложно, да?– Сложно – это мягко сказано.Он раздраженно вздыхает и пьет кофе.Я знаю: Алекс позвал меня, чтобы что-то мне сказать. Не хочу ходить вокруг да около, поэтому сразу беру быка за рога.– Так о чем ты хотел со мной поговорить?Смотрю на него и улыбаюсь. Надеюсь, Алексу хватит решимости все открыто рассказать.– Я облажался, Пенни. Мы оба это знаем. Эллиот для меня – целый мир. А я отшвырнул этот мир, потому что не смог справиться с эмоциями и слишком волновался о том, что подумают другие. Отношения с ним были для меня очень нелегкими. Эллиот – единственный парень, с которым я когда-либо встречался.Он нервно размешивает ложкой пенку на кофе.– А после того как у нас все закончилось, я все-таки рассказал друзьям и семье, что я гей.У меня перехватывает дыхание.– Правда? Я знаю, что для тебя это большой шаг. Как ты решился?Улыбка чуть кривит угол его рта. Алекс пожимает плечами.– Честно говоря, даже не знаю, чего я так боялся. Все так участливо восприняли это и, кажется, были искренне рады за меня. Похоже, единственным человеком, от которого я все это время прятался, был я сам.– Ух ты, Алекс. Вот это да. Я горжусь тобой. Это потрясающе!Я действительно так думаю. Не верится, что он смог зайти так далеко, и тем не менее это так.– Да. Теперь остался только один человек, которому я хочу все рассказать, – но он не станет меня слушать. Я уже пробовал связаться с Эллиотом, но он не отвечает ни на звонки, ни на эсэмэски, ни на письма…Алекс упирает подбородок в ладонь и не сводит с меня взгляда. Лицо его полно надежды и отчаяния.Я всем сердцем ему сочувствую. Эллиот ненавидит компромиссы. Он может безрассудно нырнуть в омут любви с головой, но он так же отчаянно беспощаден, когда решает кого-то игнорировать. Он просто выстраивает вокруг своих чувств крепость, неприступнее Гибралтара.– Эллиоту нужно время, чтобы оттаять… он чем-то похож на Эльзу из «Холодного сердца», – улыбаюсь я, но Алекс не возвращает мне улыбку. Ясненько. Значит, не очень удачное время я выбрала для аналогий с мультиками. – Я имею в виду, что надо сильно постараться, чтобы заставить его изменить свое мнение. Он упертый.– Думаешь, я не знаю?– Но я точно знаю, что ты ему нравишься, Алекс. Я никогда не видела его таким счастливым, как в то время, когда он встречался с тобой, вот и все.Алекс откидывается на спинку стула.– Что же еще мне сделать, чтобы заставить его выслушать меня? Если Эллиот не отвечает на эсэмэски и не берет трубку, то что я могу? Я даже не могу прийти к нему домой, потому что он просто захлопнет дверь у меня перед носом. – Он мелодраматично вздыхает – почти так же утрированно, как это делает Эллиот. – Мне нужно сделать что-то такое, что привлечет его внимание.– Что-то грандиозное. Большой жест.– Что-то совершенно невероятное. – Алекс наклоняется ко мне и берет меня за руку. – Именно поэтому я и попросил тебя прийти сюда сегодня, Пенни. Ты поможешь мне? Если я хочу, чтобы все получилось, мне нужно, чтобы ты была рядом. Ты – его лучший друг и знаешь его лучше, чем кто-либо.Совершенно очевидно, что Алекс и правда жалеет о том, что сделал. А я к тому же знаю, что Эллиот пока что не отказался окончательно от отношений с ним. Киваю. Я помогу Алексу.– Может, как-нибудь его обхитрить? Типа, он пойдет куда-то со мной, а на самом деле ты устроишь ему сюрприз?Алекс сидит, словно аршин проглотил; глаза у него огромные и выпученные, как у мопса. Кажется, он начинает смотреть на все куда оптимистичнее. Не даю ему особо радоваться – потому что мне нужно сказать еще кое-что.– Что бы ты ни собрался делать, он должен знать одно: ты серьезно относишься к вашим отношениям и не собираешься их скрывать.– Конечно! Я хочу быть с ним. Хочу показать всему миру, что я люблю Эллиота Вентуорта!Алекс произносит это так громко, что на нас оборачиваются посетители пекарни.Я смеюсь.– Прибереги свое воодушевление для сюрприза! Хотя это так романтично… В общем, мне кажется, тебе нужно все обдумать.– Ну да. У меня уже есть парочка идей…Мы с Алексом еще полчаса зависаем в пекарне, обдумывая и обсуждая все подробности предстоящего «сюрприза для Эллиота». Я безумно рада, что Алекс так страстно хочет вновь завоевать любовь моего друга. К концу встречи у нас есть список вещей, которые Эллиот точно любит, включая:– закаты;– пляж;– моду;– самые разные знания;– вещи с блестками.– Теперь надо как-то свести все это вместе, – говорит Алекс. – И чем скорее, тем лучше. Потому что, мне кажется, я просто умру от ожидания.Он накрывает мою руку своей.– Даже если… даже если Эллиот не захочет снова со мной встречаться – и я это заслужил, я знаю, – он хотя бы должен знать, что для меня сделал. Он заставил меня быть честным в первую очередь с самим собой.Признаться, что ты в чем-то ошибся, и вместе найти способ исправить ошибку, – это и есть настоящая любовь. Даже если у Эллиота с Алексом ничего не получится, по крайней мере, Алекс попытается все исправить. А если удастся хотя бы половина из того, что мы запланировали, все будет не как в жизни, а как в красивом кино.Думаю об этом – и невольно переключаюсь мыслями на Ноя.Почему же он не хочет все исправить?Глава пятидесятаяВыхожу из пекарни и иду прямо во «Вместе навсегда», мамин свадебный магазин на улице Лейнз. Мне нужен ее совет насчет предстоящего сюрприза для Эллиота.Когда речь заходит о чем-то таком, лучше моей мамы советчика не найти. Она настоящий эксперт, если дело касается больших торжеств (а иначе она не смогла бы так успешно управлять бизнесом по организации свадеб), но отлично разбирается и в праздниках меньших масштабов.Мои мама с папой безнадежно друг в друга влюблены. Папа часто приходит домой с букетом или с какой-нибудь симпатичной открыткой, внутри которой – признания в любви и восхищении. Иногда они шутят между собой – так что ни я, ни Том не понимаем смысла этих шуток. Мама всегда проверяет, купила ли в пекарне любимые папины вкусности, чтобы побаловать его на десерт, и набирает ему ванны с ароматной пеной – он их обожает, хотя это наша большая семейная тайна.От чрезмерных проявлений их любви я обычно неловко ежилась, но теперь это лишь заставляет еще сильнее биться мое сердце. Надеюсь, что, с кем бы мне ни пришлось прожить жизнь, мы всегда будем друг с другом такими же внимательными и романтичными, как мои родители. Они – идеал взаимоотношений, которого я бы тоже хотела добиться.Глубоко вздыхаю. Я не была в мамином магазине с того дня, как уехала в Берлин, и немного нервничаю. На секунду замираю, успокаиваясь, и захожу внутрь.Мама заканчивает консультировать невесту. Повсюду валяются обрезки тюля и нити жемчуга. Невеста счастливо улыбается.– Мне так нравятся все твои идеи, Делия! Не могу поверить, что осталось всего-то несколько недель!– Время летит быстро… – Мама замечает меня в дверях и удивленно поднимает брови. – Пенни, ты здесь? Ты уже знакома с мисс Юнг?Протягиваю руку.– Очень приятно.– Должно быть, так здорово работать, когда тебя все время окружают искренние проявления любви и счастья!Мисс Юнг не обращает на мою руку никакого внимания и вместо рукопожатия расцеловывает меня в щеки. К этому я тоже привыкла – невесты часто бывают излишне эмоциональными.Даже не успеваю сказать «До свидания», как за ней уже закрывается дверь.– Пенни, так хорошо, что ты сюда заглянула! – Мама крепко сжимает меня в объятиях.Что ж, следует признаться: я действительно старалась сюда не заходить. Свадебный бутик – думаю, последнее место, куда захотелось бы пойти после разрыва с парнем. Слишком много здесь символов любви и счастливых картинок… Да, это точно не то, что мне было нужно.И все-таки я здесь. И очень удивлена, что не рвусь сразу же убежать куда подальше. Видимо, играет роль то, что я пришла сюда не просто так. У меня есть цель: нужно вернуть нам всем Аллиотов.– Ну как прошла твоя встреча с Алексом, милая? Он в порядке? Даже не могу представить, как он, наверное, переживает. Несколько дней назад видела его – он прошел мимо магазина. Выглядел, надо сказать, совершенно никаким. – Мама начинает собирать охапки тюля. – В эмоциональном плане, я имею в виду.Она подмигивает мне.– Можешь повернуть табличку на двери, дорогая? Если сюда войдет еще одна невеста, времени на обед у нас не останется! Так, это должно быть где-то здесь… – Мама открывает один из шкафов и роется в нем.