Оковы нашего безумия pt.1

|  πейринг: Yeonjun×Beomgyu |

___________________________________

Громкая басистая музыка звучит повсюду, сотрясая стены и неприятно отдаваясь в ушах. Бомгю разносит алкоголь и напитки от одного столика к другому, вдыхая неприятный запах перегара, сигарет и пота. Кажется, ещё чуть-чуть и он рухнет где-нибудь без сознания, потому что голова разрывается от головокружения и боли в висках. Возможно, переутомился от всего этого дерьма вокруг, а возможно, навязчивые неприятные мысли в голове, что кричат и винят, уже выводят из себя. Чем чаще он прокручивает в голове переписку с Каем, тем больше считает себя долбанным придурком. Он не должен был обвинять его в своих же собственных проблемах, как и не должен был отвергать заботу о нем так резко и грубо. Бомгю настолько устал, что чуть не оттолкнул единственного человека, любящего и заботящегося о нем, как о родном. — Эй, милаш, — пьяный мужской голос позади и ощущение чего-то тяжелого на плече вытаскивают Гю из своих мыслей, заставляя заметно напрячься, — не хочешь присоединиться к нам? — Это не в моей компетенции, — со злостью выплевывает Бомгю и собирается уходить, как слышит то, что болью отзывается в сердце. — Ха, кто бы говорил, сам же рад в любой момент поскакать на члене какого-нибудь богатенького папочки. Бомгю лишь на секунду зажмуривает глаза, делая глубокий вдох, и ускоряет шаг на пути в служебный туалет. Замечая отсутствие людей, Гю бросается к раковине и холодной водой мочит свое лицо, зачесывая карамельные волосы назад. Как же мерзко. Мерзко и от самого себя. Но все, что он может сейчас сделать — это посмотреть в зеркало и глубоко вдохнув, сказать самому себе:— Просто вытерплю, верно? И сколько можно терпеть? На этот вопрос пока не находится ответа. Бомгю выходит обратно в шумный зал и глазами ищет босса. Нужно уйти со смены хотя бы на час раньше, потому что больше вынести он не сможет. Только не будет ли это наглостью? Босс сам связался с Бомгю и сам предложил должность официанта под предлогом отсутствия работников. И он согласился, даже не задумавшись о том, зачем боссу вообще нужен Гю после всего, что было.... Через месяц нужно снова платить по счетам, за учёбу и еду. Ему нужны деньги, но сейчас нет времени на поиски другой работы, на которой к тому же и заплатят в несколько раз меньше. Он просто вынужден, вот и все. Наконец, в одном из наиболее темных углов Гю замечает полноватую фигуру босса. Рядом с ним стоит мужчина больших габаритов и что-то настойчиво говорит, судя по энергичной жестикуляции рук. В реакции босса видно сомнение и подозрение. Он изредка вставляет какие-то короткие фразы, в задумчивости оттягивая цепочку на шее, и в последнюю секунду раздумий кивает. Мужчина с удовлетворенной улыбкой на лице что-то снова быстро говорит и исчезает среди людей. Глаза босса сразу же обращаются к толпе, пока не останавливаются на ничего не понимающим Бомгю. Он начинает чувствовать, что что-то не так, поэтому просто смотрит в ответ, выдавливая нервную натянутую улыбку. Жестом головы он просит подойти Гю к нему. Живот скручивает в неприятный комок нервов.Чертово плохое предчувствие. Уж Бомгю оно никогда не подводит, но почему он все равно идет, а не бежит со всех ног прочь отсюда? — Все хорошо? Ты выглядишь бледным. —Гю показалось, или в глазах босса действительно промелькнуло сочувствие? С чего бы? Он правда так жалок? — Я в порядке. Вы что-то хотели сказать? — Да, Бомгю, у меня к тебе есть дело, и ты не можешь от него отказаться. — Почему я не могу могу отказаться? — Бомгю не на шутку становится страшно.— Потому что все уже решено. Заказчик ждёт тебя. — Что? — голос Гю ломается от слишком сильных эмоций. — Вы же говорили, что я больше не буду по этой части. — Ты действительно думал, что я вернул тебя только потому, что ты хороший сотрудник? Послушай, хороший ты только симпатичной мордашкой, а этот сумасшедший отвалил за тебя столько, сколько ты не получал за все 5 заказов. Это выгодно для нас обоих. — Господи, почему я раньше не догадался? — Бомгю срывает на крик сквозь подступившиеся слезы. — Я не буду делать этого и не позволю никому касаться моего тела ни за какие деньги! — Будешь. Тебе ведь нужны деньги, верно? Не выводи меня из себя, иначе как по щелчку пальцев я вышвырну тебя отсюда, оставив без зарплаты, и в добавок подпорчу твою и без того жалкую жизнь. Я хотел обойтись без шантажа, но неужели тебе все равно? — Да, — шипит в ответ Гю и рвется вперёд, прямо к выходу. Нужно сейчас же уйти из этого чертого места. Вот только ему не дают. Кто-то больно хватает за руки, заводя их за спину и связывая черствой верёвкой, пока второй держит в руках широкую красную ленту. Что они собираются с ним сделать? — Эй! Отпустите, — кричит Бомгю, стараясь вырваться из крепкой хватки.— Сейчас же отпустите! Кто нибудь, помогите! Нет, голос Гю не способен перекричать громкость музыки, как и не способен достучаться до пьяных людей. Ведь это здесь обычное дело: видеть, как кого-то собираются насильно и грязно использовать. Никто не поможет. Это он понимает, как только вырываться сил перестаёт хватать. И как только запястья от грубых рук и крепко завязанной верёвки начинают больно шипеть. Мужчина с лентой довольно улыбается изнеможденному виду Бомгю и подходит ближе, завязывая её вокруг глаз. Наступает полный мрак. За его плечо резко хватают, вынуждая идти и каждый раз подталкивают в спину. Так же резко наступает тишина. Они пришли в вип зону. Сквозь звон в ушах до Бомгю доносится приглушенные стоны с криками и руганью. Тошнота поступает к горлу, как только перед глазами одним за другим всплывают воспоминания об этом месте и о том, что ему здесь пришлось пережить ради такой никчемной вещи, как деньги. И жаль, что Гю все ещё не осознал всей этой никчемности. Он все продолжает спрашивать себя: "Какого черта я вообще здесь?". Бомгю страшно и стыдно своей беспомощности сейчас. Слишком сильно хочется броситься в родные объятия Кая и кричать, плакать, ругать, винить себя за свою тупость. И он сделает это, как только справится с этим. Его останавливают, все так же держа за плечо, а потом один из них наклоняется ближе к Бомгю, дыша на него своим прокуренным ртом. — Парень, я не понимаю, зачем боссу сдался кто-то, вроде тебя, но расслабься и запомни: он не будет говорить с тобой, не будет раздевать и насиловать тебя, главное будь паинькой и не зли его. Бомгю в ответ лишь громко пытается сглотнуть нервный ком в горле. Но все бесполезно, потому что в эту же секунду его толкают вперёд, закрывая с неизвестно кем на замок. Гю стоит на месте, дрожа и желая заплакать. Уже больше от нервов, чем от жалости к себе. Он выдержит всего раз, правда? А потом уйдет и точно никогда даже не подумает вернуться сюда, как и не подумает позволить себе быть таким глупым. Тишина в помещении пугает, здесь словно нет никого ,и Гю было решает, что все это лишь плохая шутка, как слышит звон бокала об стеклянную столешницу, которую видел сотню раз и едва заметный шорох на бархатном диване.