Глава 17

Я не знала, сколько прошло времени.Сутки? Два? Или всё это — один бесконечный день, растянутый в моей голове?

После письма из тумбочки всё внутри будто замерло.Но мысли... мысли только ускорялись.Если я — это не я... то кто тогда?И если Кира — всего лишь часть, почему я чувствую, будто она наблюдает за мной изнутри?

Я приняла решение.Нужно уйти из этого дома. Пока не поздно. Пока ещё кто-то из нас настоящая.

Я собрала рюкзак. Паспорт, телефон, немного денег.Оделась, как в первый день, когда только приехала — в джинсы, простую куртку.Открыла входную дверь.Сделала шаг за порог...

И замерла.

Воздух был не такой.Слишком тихий.Слишком плотный.Будто мир за пределами этого дома больше не существует.

Я сделала ещё шаг... и услышала за спиной голос.

— Ты не выйдешь. Пока не выберешь.

Я обернулась. Никого. Только пустой коридор.Но это был мой голос. Только чуть ниже. Хриплее. И холоднее.

Я резко захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.Сердце стучало, ладони липли от пота.

Тогда я пошла к Алексу.

Он был в кабинете.Писал что-то в блокнот, но, услышав мои шаги, отложил ручку и поднял глаза.

— Ты знала? — спросила я сразу.

— О чём?

— Что я не могу уйти отсюда. Что этот дом держит меня. Что я, возможно... уже не совсем человек?

Он встал медленно. Подошёл.Его взгляд был не злым. Печальным. Усталым.

— Ты не пленница, — сказал он. — Ты якорь.

— Что?

Он провёл рукой по своим волосам, как будто не знал, с чего начать.

— После всего, что случилось... в клинике, после срыва... ты исчезла. Не физически — ты погасла.— Психика твоя приняла решение: сохранить тебя. Создать внешнюю оболочку, маску, поведение.— Но внутри ты больше не была собой. Не была никем.

— И тогда... появилась Кира?

Он кивнул.

— Она заполнила пустоту. Сначала защищала. Потом начала брать больше, чем нужно.

Я молчала.

И тогда он протянул мне лист бумаги.Старый. Помятый.

Это была заявка на участие в эксперименте.Имя — моё. Подпись — моя.

Цель:

Инициация глубокой диссоциации личности в рамках программы «Граница Я».Добровольное отделение травматического ядра. Условие: невозможность их последующего сосуществования.

— Зачем ты позволил мне это сделать? — прошептала я.

— Я не позволял. Я... тебя не знал тогда. Мы познакомились уже после.

Он вздохнул.

— Я тебя нашёл. Случайно. На вокзале. Ты была одна. Не помнила, кто ты.— Я просто помог. Дал крышу.— Но потом... начались сны. Голоса. Ты начала снова говорить о ней.

Я села.

И вот тогда он сказал тихо:

— Ты назвала меня Алексом.— Но... на самом деле меня зовут не так.

Я посмотрела на него.Он опустил глаза.

— Алекс — это имя, которое дала мне ты.— В той части твоего разума, где было спокойно.— Где ты придумала себе защитника.

Мне стало холодно.Всё внутри словно провалилось.

Он — тоже не настоящий?

Я встала.Отошла от него.Спиной к стене.Всё начинало трещать. Реальность — как стекло.

И тогда... в зеркале над камином я снова увидела две себя.

Одна — я. Уставшая. Сломанная.Вторая — Кира. Целая. Чёткая. Уверенная.Она смотрела на меня.И, не отводя взгляда, прошептала:

— Одна из нас должна исчезнуть. Выбирай, пока не поздно.