Глава 41: Невеста

Настроение главы: Egzod - Rise Up

И снова побег. Очередной отчаянный рывок от самой себя и от всего, что вырывало изнутри тот глухой, ледяной покой, к которому она так привыкла. Месяц за месяцем, неделя за неделей ее внутренняя крепость, строившаяся годами, методично и болезненно давала трещины. Кто-то рушил ее стены, заставляя собирать себя по осколкам. В безумной попытке удержать контроль и склеить то, что еще поддавалось ремонту, Лиана по заезженной, почти спасительной привычке сбежала в родной город.

Там, среди знакомых серых улиц, дышалось легче. Там было спокойнее, тише, а воздух казался чище. Все ее внутренние черти, обычно готовые устроить очередной пожар, затихали, послушно прячась где-то на задворках сознания и глуша свой издевательский шепот.

Но иллюзия безопасности не могла длиться вечно. Побег — это лишь временная анестезия, и рано или поздно ей пришлось бы вернуться обратно, в эпицентр своей личной катастрофы.

Еще пара дней, и душный город закрутит ее в привычном ритме: начнется учеба в университете. Несмотря на оформленное свободное посещение, Лиана планировала по возможности появляться на парах. Ей нужна была эта рутина, иначе во всем происходящем — в этой учебе, в этой бесконечной выматывающей стажировке и играх на выживание — просто не оставалось бы никакого смысла.

Она ни о чем не жалела. Сжав зубы, Лиана продолжала упрямо двигаться по своему намеченному, пусть и чертовски опасному пути.

*   *   *

Вернувшись в город ранним утром, она мимолетом заскочила в пустую квартиру — лишь для того, чтобы бросить дорожную сумку, и тут же рванула в офис. Тома дома не было. Впрочем, она и не искала встреч специально, не собиралась звонить или выяснять отношения. Ее полностью устраивал их ритм — без лишних движений, полный звенящего, холодного безразличия.

Рев мотора ее мотоцикла затих у главного входа в стеклянную высотку "Bryce Group". Привычно припарковавшись, Лиана сняла шлем и уверенным шагом направилась внутрь.

В этот момент здание покидала Мишель Хаймант. Позади нее тенью следовали двое охранников в идеально сидящих черных костюмах. Сама же Мишель, казалось, сияла так, словно вознамерилась ослепить весь мир. Безупречная, словно отрепетированная перед зеркалом улыбка, гладкие темные локоны, струящиеся по плечам, и этот приглушенно-желтый дизайнерский костюм, который кричащим пятном выбивался на контрасте с серыми улицами и строгим стеклом компании. Кукла в идеальной обертке.

Лиана даже не зацепилась взглядом за этот выход, спокойно и равнодушно проходя мимо.

Но едва она ступила на этаж, как интуиция тут же подала сигнал. Что-то изменилось. Воздух в приемной стал спертым от глухих перешептываний, которые волнами разносились по коридору и начинали медленно, но верно раздражать. Проходя мимо рабочих мест, Лиана боковым зрением заметила группу сотрудников: они что-то увлеченно читали в свежей газете, то и дело бросая на нее косые, полные двусмысленного любопытства взгляды.

Она сделала еще несколько шагов, но шепот за спиной окончательно сорвал замки с ее внутреннего покоя.

Резко развернувшись, Лиана приблизилась к шушукающимся клеркам. Одним движением она выхватила газету прямо из рук опешившего сотрудника и развернула ее к себе, намереваясь докопаться до сути этого внезапного консилиума.

Один из заголовков на развороте буквально кричал огромными, жирными буквами:

"Завидная невеста и главный холостяк города объявили о предстоящей помолвке! Похоже, вопреки прошлым опровержениям со стороны "Hayment Industries ", слияние капитала с "Bryce Group" закреплено союзом сердец. Весь город замер в ожидании самой грандиозной помолвки этого года".

А прямо под текстом красовалась свежая фотография. Том в строгом классическом костюме. На его лице не было ни капли эмоций — лишь привычный абсолютно безразличный взгляд, направленный куда-то мимо камеры. Его ладонь покоилась на талии Мишель. Сама же Хаймант вовсю прижималась к нему, склонив голову ему на грудь и сияя своей безупречной, фарфоровой улыбкой.

Пальцы Лианы судорожно, сжали плотные края газетного листа. Внутри разлилось что-то обжигающе едкое, горькое и до боли неприятное. Но Лиана не позволила себе такую слабость. Она не подала виду, упрямо удерживая на лице маску абсолютного спокойствия.

Резко захлопнув газету, и без единого слова направилась прямиком к кабинету Тома.

*   *   *

Подойдя к двери кабинета, Лиана на мгновение замерла. Пальцы легли на холодный металл ручки. Короткий, рваный выдох. Она толкнула дверь и вошла внутрь без стука и какого-либо приглашения. Сейчас чужие границы и правила приличия интересовали ее меньше всего.

Том был с головой погружен в рутину, методично подписывая какие-то документы. Он даже не поднял на нее взгляд, когда каблуки Лианы глухо застучали по паркету. Она подошла вплотную к массивному столу, внимательно ловя каждое его движение и ощущая это нарочитое, неприкрытое игнорирование. Он знал, что она здесь.

— Почему в офисе все смотрят на меня как на дуру?! — ядовито высказала она, из последних сил удерживая ровный тон, чтобы не сорваться.

— О чем ты? — как ни в чем не бывало поинтересовался Том. Он по-прежнему не смотрел на нее, продолжая переворачивать страницы отчетов.

— Об этом дерьме... — Лиана с глухим, хлестким хлопком швырнула газету прямо поверх его важных бумаг, заставляя его ручку замереть. Огромный заголовок о помолвке теперь смотрел Тому прямо в лицо.

— Просто фото. Что не так? — Брайс наконец соизволил поднять на нее взгляд. Он смотрел с абсолютным безразличием, словно этот разговор не стоил ничего.

— Будущий жених... — почти прошипела она, цедя слова сквозь плотно сжатые зубы. Глаза Лианы опасно сузились.

— И? Официально мы с тобой не объявляли о наших отношениях, — Том медленно откинулся на спинку кожаного кресла. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глубине потемневших зрачков плясало нескрываемое удовольствие. Он буквально упивался ее злостью, жадно впитывая каждую каплю ее реакции.

"Хочешь поиграть? Поиграем..." — пронеслось в голове у Лианы.

— Придурок, — едва слышно выдохнула она, криво усмехнувшись. — Что ж, поздравляю, жених. Веди свою благоверную невестушку к себе домой. Совет да любовь.

Она резко развернулась на каблуках, намереваясь незамедлительно покинуть этот удушливый кабинет, пока маска невозмутимости окончательно не сползла с лица.

— Куда ты собралась? — грубый, властный голос Тома эхом разнесся по комнате, заставляя воздух вздрогнуть.

— Как куда? — Лиана бросила на него взгляд через плечо, взявшись за ручку двери. — Освобождать жизненное пространство для будущих молодоженов.

Она шагнула в коридор и с такой силой захлопнула за собой дверь, что по перегородкам офиса прошлась ощутимая вибрация. Глухой стук отрезал ее от него.

Но Том остался сидеть в своем кресле, чертовски довольный собой. Он продолжал сверлить взглядом закрытую дверь, и на его губах впервые за долгое время появилась едва заметная, хищная и победная улыбка.

*   *   *

Лиана стояла в своем кабинете, оперевшись бедрами о край массивного стола. Пальцы до белизны впивались в холодное, гладкое дерево. Она неотрывно смотрела в панорамное окно, но вместо залитого полуденным солнцем горизонта видела лишь собственный внутренний хаос. Мысли вихрем проносились в голове, не находя покоя. Чертики в ее сознании ужинали порохом, устраивая настоящий ураган. Они издевательски напоминали о тикающих сроках спора. Эта внезапная, сумасшедшая выходка Тома с помолвкой никак не входила в ее планы. Но Лиана не собиралась сдаваться так просто. Только не сейчас.

Глухой звук открывающейся двери. Щелчок поворачивающегося замка. Лиана даже не шелохнулась, продолжая упрямо всматриваться в залитый светом город. Ей не нужно было оборачиваться. Она отчетливо слышала каждый шаг за спиной — его тяжелую, уверенную поступь она узнала бы из тысячи.

Том подошел вплотную. Он остановился перед ней, полностью перекрывая собой весь вид из окна и лишая ее пространства. Лиана скрестила руки на груди, недовольно и остро сверля его взглядом. Он не медлил. Сделав еще шаг, он собственнически положил ладони на ее бедра и одним движением приподнял Лиану, усаживая на поверхность стола.

— Собираешься что-то делать? — Том склонился к ней, обжигая дыханием висок.

Его тихий, вкрадчивый шепот граничил с тяжелым, рваным дыханием. Он скользнул горячими губами по коже ее шеи.

— Ни-че-го, — отрезала она на одном выдохе, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Сердце под ребрами пустилось в безумный ритм. Внутри все плавилось, но она отчаянно держала оборону, запрещая себе поддаваться. Не отвечать ни на один его жест, ни на один провокационный выпад. В ее голове дословно, как выжженное клеймо, крутилось его же заявление, сказанное пару часов назад:

"...мы с тобой не объявляли о наших отношениях..."

— И тебя все устраивает? — продолжал допытываться он.

Его поцелуи спустились ниже, поглаживая шею и задерживаясь у самой ямочки на ключице.

— Вполне, — тяжело вздохнула Лиана. Она упрямо отвернула голову в сторону, пытаясь собрать остатки трещащего по швам самообладания.

Ладонь Тома медленно скользнула по ее ноге вверх, бесцеремонно забираясь под короткую кожаную юбку. Он искал то, что, как он верил, принадлежало ему. Всегда, безоговорочно и без каких-либо колебаний. Нащупав тонкую ткань белья, он повел пальцами выше, едва касаясь, мучительно медленно, заставляя ее кожу покрываться мурашками.

Лиана задыхалась от этого напора. Каждое ее ментальное укрепление сейчас рушилось с оглушительным треском. В этот самый момент сквозь удушливое марево до ее слуха донесся отчетливый звук — резкий стук каблуков в коридоре, который затих у самой двери ее кабинета.

Том не останавливался, продолжая методично изводить ее тело своими пыточными касаниями. Сдержанный, неконтролируемый стон сорвался с ее губ, когда его пальцы надавили на изнывающий от ласк клитор. Лиана больше не смогла сдержать этот звук — он хриплым эхом разнесся по кабинету.

Вторая рука Тома взлетела к ее шее, ладонь по-хозяйски зарылась в ее огненные волосы на затылке, силой притягивая Лиану к себе. Он накрыл ее губы своими в требовательным, глубоким поцелуем, словно пытаясь запереть этот стон внутри, оставить все происходящее тайной только для них двоих.

Но подчиняться чужим правилам было не в характере Лианы. Никогда. Из последних сил выныривая из вязкого омута удовольствия, она резко и со всей силы укусила его за губу. Больно, до едкого, металлического привкуса крови.

Том резко отстранился, шумно втянув воздух сквозь зубы.

Лиана воспользовалась секундным замешательством и со всей силы толкнула его в грудь. Том отшатнулся на пару шагов. Он тяжело дышал, с недоумением и диким блеском в глазах всматриваясь в ее раскрасневшиеся щеки. Он ведь только что слышал ее искренние стоны. Он знал, что это не было игрой — ее бешеное дыхание, ее податливое тело, каждая ее частичка отвечала на его прикосновения.

Не теряя времени, Лиана грациозно соскользнула со стола. Одним резким движением она поправила задравшуюся юбку и гневно уставилась на него.

— Мистер Брайс, у вас помолвка скоро. И вам лучше покинуть этот кабинет, — ее голос звенел от ярости.

Каждое ее ледяное слово, точно удар хлыста по воздуху, ранило Тома где-то глубоко внутри. Едко, неприятно. Эти слова разжигали в нем первобытную злость и одновременно рушили что-то внутри.

*   *   *

Он довел ее. Довел до той самой невидимой грани, за которой оставалось только одно глухое желание — немедленно покинуть это проклятое здание. Весь этот огромный, красочный стеклянный лабиринт словно внезапно сжался, сдавливая грудную клетку и не давая вздохнуть. Каждое прикосновение Тома, точно заезженная до дыр пластинка, продолжало гореть на ее коже, выжигая невидимые, но ощутимые следы. Словно он клеймил ее — медленно, въедливо, одним собственническим взглядом.

Лиана быстрым шагом вышла из кабинета и направилась к лифтам. Но стоило ей преодолеть половину коридора, как сзади снова послышался этот раздражающий, приторный до тошноты стук шпилек.

— Рис! — звонко прилетело в спину.

Лиана на миг замерла, но оборачиваться не спешила.

— Скоро дедушка объявит официально при всех о нашей помолвке, и о ней будет знать весь город! — в голосе Мишель звенела гордость, граничащая с едва скрываемой истерикой. Она отчаянно, из последних сил пыталась доказать самой себе и Лиане, что у нее здесь гораздо больше власти.

— Сочувствую... — Лиана лениво развернулась к ней лицом и скучающе пожала плечами.

— Кому? — лицо Мишель мгновенно вытянулось от недоумения. Ее безупречно накрашенные губы остались удивленно приоткрытыми — смысл слов явно долетал до нее с трудом.

— Дедушке, — уголки губ Лианы скользнули вверх в едва заметной, издевательской усмешке.

— Ах ты мерзавка! — взвизгнула Хаймант.

Потеряв остатки хваленого аристократичного самообладания, Мишель сделала один широкий шаг, затем другой, и ее рука резко взмыла вверх. Звонкая, хлесткая пощечина эхом пронеслась по длинному коридору.

Кожу на щеке обожгло жгучей, неприятной волной. Лиана даже не шелохнулась. Она стерпела этот удар, намеренно не став перехватывать чужое запястье. Нежная кожа на стыке губ треснула от удара, отозвавшись тянущей болью, и наружу тут же выступило несколько капель алой крови.

Лиана медленно облизала уголок рта, слегка сморщившись от металлического привкуса и покалывания.

"Боль отрезвляет... спасибо вам, мисс Хаймант", — едкая, холодная мысль мгновенно протрезвила сознание, разом утихомирив внутренний хаос.

Лиана не стала опускаться до банальной драки или давать физический отпор. Она развернулась на каблуках и с гордо поднятой головой зашагала дальше к лифтовой зоне.

Двери мягко разошлись в стороны, и из кабины вышел Том. Он замер на месте, его тяжелый пристальный взгляд мгновенно впился в лицо Лианы, подмечая пунцовый след на щеке и свежую кровь на разбитой губе. В следующую секунду его взгляд — дикий, потемневший от бешеного гнева — переместился на застывшую поодаль Мишель.

Но Лиана не собиралась ничего объяснять, устраивать сцены или оправдываться. Она прошла мимо Тома, даже не удостоив его мимолетным взглядом. Шагнув в пустую кабину лифта, она хладнокровно нажала на кнопку закрытия дверей и под тихий электронный звон покинула это дешевое представление.

*   *   *

Глухой, хлесткий стук. Тяжелая ладонь мертвой хваткой легла на ее шею. Под подушечками пальцев бешено, загнанно пульсировала тонкая вена, с потрохами выдавая весь животный страх Мишель. Ее сбивчивое, прерывистое дыхание обжигало его запястье.

Том с силой прижал ее к стене. Внутри него бушевал первобытный, разрушительный ураган, требующий немедленной разрядки, но из этого темного водоворота безумия не было ни единого шанса выбраться. Одержимость выжигала внутренности, и сейчас эта ярость искала выход.

— Не смей... трогать моих людей, — на самой последней, трещащей по швам грани выдохнул он ей прямо в губы. Его голос больше напоминал глухой рык зверя.

Мишель пристально смотрела в его потемневшие, дикие глаза. Она не пыталась вырваться или оказать физическое сопротивление, парализованная его напором.

— Ты говорил... говорил, что между вами ничего нет! А сам был в ее кабинете! Я слышала... слышала, как оттуда доносились ее стоны! — сбивчиво, захлебываясь словами, пыталась защищаться Мишель. Она отчаянно искала оправдание своему поступку, надеясь утихомирить его пугающий пыл и вернуть себе статус законной невесты.

Но Том не дал ей договорить. Желая заглушить этот раздражающий голос, он грубо, почти зло впился в ее губы. Он ворвался в ее рот резким, требовательным поцелуем, в отчаянной попытке найти там хоть какую-то замену, лекарство от своего безумия, чего сам еще до конца не осознавал.

Мишель податливо ответила на его напор. Она покорно впускала его, отвечая на каждое движение, соприкасаясь с его губами в жажде получить больше, присвоить его себе.

"Не то... вообще не то..." — ледяной, отрезвляющий шепот сознания пронесся в его мыслях, заставляя резко затормозить.

Том рванул назад, брезгливо разжимая пальцы на ее шее. Оставшись без опоры, Мишель судорожно прижалась к стене и сильно закашлялась, жадно ловя ртом воздух.

Но ее состояние его больше не волновало. Том резко отвернулся, наотмашь вытирая губы тыльной стороной ладони, словно пытался стереть само воспоминание об этом контакте. Его собственная разбитая губа, болезненно заныла, напоминая о настоящем вкусе крови и страсти.

Ему было физически противно. Впервые за все годы его буквально воротило от поцелуя с женщиной. Все внутри бунтовало и сжималось от омерзения. Это был совершенно не тот вкус. Эта фальшивая, приторная покорность Мишель, ее податливость выводили его из равновесия еще сильнее, вызывая лишь глухую тошноту.

Ему не нужна была послушная, удобная кукла, которая согласна на все. Он хотел ее. Свою дьяволицу. Ту, что кусала до крови, выпускала когти, сводила с ума одним ледяным взглядом, разжигала внутри пожары и испепеляла его душу дотла.

***

Вся остальная информация в тгк: cherdak_chertikov