Глава 14

В машине Алекса Томчака было прохладно, и Кира обхватила себя руками, пытаясь согреться в легком пиджаке. Тело сотрясала мелкая дрожь, живот пекло от ожога, а кожу на лбу и щеках пощипывало под пластырями в тех местах, куда попала слизь паука.

— Ты еще официально на работу не заступила, а уже в такое вляпалась, — нарушил молчание Томчак, умудрившись при этом озвучить мысль, терзавшую саму Киру.

Она взглянула на коллегу: Томчак сидел за рулем, направляя автомобиль по улицам ночного города. После того, как Марк Верес оставил Киру возле гостевого дома и уехал, даже не попрощавшись, Томчак любезно предложил подбросить ее до дома, и Кира с благодарностью согласилась.

Как и при первой встрече сегодня днем в учебном тире, Алекс Томчак производил впечатление приятного парня. В отличие от Вереса, на лице которого, казалось, навечно застыли скептичная ухмылка и подозрительный прищур, Томчак при общении с Кирой частенько улыбался, а в его глазах мелькал озорной огонек. Кира не могла не отметить, что даже в столь поздний час Алекс Томчак оказался одетым с иголочки — в строгий темно-серый костюм, голубую рубашку и галстук с геометрическим узором. Впрочем, в тире он тоже щеголял в отутюженной сорочке с красивым галстуком, явно подобранным под цвет глаз. Кира также отметила аккуратно подстриженные светло-русые волосы и гладко выбритое лицо с небольшой ямочкой на подбородке. В общем, если Марк Верес своим стилем скорее напоминал сорванца и хулигана, то Алекс Томчак походил на типичного отличника — из тех, что ставят в пример другим ученикам.

— Твое первое дело оказалось уникальным, — продолжил Томчак, когда Кира кивнула в ответ после затянувшейся паузы: у нее просто не было сил на долгие разговоры. — Я три года работаю в БЛОК, и еще ни разу не встречал криптоморфов, способных к оживлению мыслеформ из кошмаров. Они считаются редкими тварями.

Кира хотела ответить, что то же самое им говорили преподаватели на занятиях в Академии, но ее перебил звонок телефона Томчака. Он коротко с кем-то переговорил, а затем, закончив беседу, обратился к Кире:

— Ты оказалась права. — Он улыбнулся. — Наши парни покопались в ноутбуке Клима и нашли его учетные записи на форумах и блогах, посвященных криптоморфам. Он действительно оставлял там сообщения.

Кира вздохнула: эта новость почему-то не сильно ее обрадовала, наоборот — она еще больше все усложнила. Подтверждение ее версии означало, что Клим, продолжая убивать девушек с помощью воплощенной в реальности мыслеформы, испытывал муки совести и хотел, чтобы его остановили.

— Можно лишь догадываться, что творилось у него на душе, — тихо проговорила Кира, устремив взгляд на темное, затянутое облаками небо, нависшее над домами, мимо которых проезжал автомобиль Томчака. — Клим жил благодаря тому, что вымышленное им чудовище пожирало несчастных девушек. Оно давало ему силы более-менее полноценно существовать дальше: Клим мог общаться с матерью и частично себя обслуживать. Но взамен мыслеформа убивала ни в чем не повинных девушек, которых заманивала мать Клима. — Кира на мгновение замолчала, а затем добавила тихим голосом: — На занятиях в Академии нам рассказывали, что некоторые криптоморфы, даже будучи жестокими убийцами, могут испытывать муки совести, но преподаватели никогда не акцентировались на этом.

— И правильно делали. — Томчак помрачнел. — Такая информация только мешает работать. Скажу тебе так: абсолютное большинство криптоморфов, которых я изловил и уничтожил за три года работы в БЛОК, были крайне опасными и жестокими убийцами.

Кира не оставалось ничего другого, как согласиться с утверждением Томчака: кто она такая, чтобы спорить с его богатым опытом, ценой которому наверняка были многочисленные ранения и смерти близких коллег. Она знала, что отдел оперативных расследований славился печальной статистикой: агенты, занимавшиеся задержанием криптоморфов, гибли или получали ранения куда чаще, чем сотрудники других подразделений БЛОК.

Сжав кулаки, чтобы унять внутреннюю дрожь, Кира проговорила:

— В любом случае, мы уже никогда не узнаем, что было на уме у Клима, потому что Верес его убил. А я не смогла выстрелить... Мое замешательство чуть не стоило жизни Вересу.

— Не вини себя. Для новичка ты справилась вполне неплохо, — подбодрил Томчак, посмотрев на Киру с теплотой во взгляде. — А что касается Вереса, то он всего лишь убил криптоморфа, который хотел быть уничтоженным. Жизнь Клима превратилась в ад. Он прекрасно понимал, что стал заложником своей мыслеформы, и рано или поздно кто-то положил бы этому конец. Другого выхода не было. Если бы Верес не метнул нож в Клима, то мыслеформа в виде паука убила бы и его, и тебя. И продолжила бы пожирать других девушек. Я уж не говорю про то, как цинично Тамара хотела скормить тебя этой твари, засунув в клетку.

Томчак, конечно, снова был прав, вот только на душе не становилось легче. Кира не стала ничего говорить, она просто смотрела в окно, думая о том, как бы поскорее оказаться дома, подальше от событий этой безумной ночи.

— Впрочем, не только Тамара заманила тебя в ловушку, — после паузы хмыкнул Томчак и, поймав удивленный взгляд Киры, продолжил с обеспокоенным выражением на лице: — Надеюсь, ты понимаешь, что Верес использовал тебя как приманку для криптоморфа?

Кира закусила губу: она не была дурой, и план Вереса с самого начала казался ей очевидным.

— Я сама на это подписалась, — ответила она, стараясь, чтобы ее голос прозвучал холодно и безразлично. — Меня больше интересует другое: почему Верес не высмеял мою версию о том, что сообщения на форумах оставлял Клим? Ведь я же руководствовалась не фактами, а внутренним чутьем. В БЛОК такое не поощряется.

Томчак расплылся в улыбке:

— Да потому что Верес сам поступает точно так же! Думаешь, почему он потащил тебя в этот гостевой дом? Ведь не было же никаких убедительных данных, что анонимные сообщения в интернете не являются чьим-то розыгрышем. Верес просто доверился своей интуиции — и оказался прав.

— И часто он так делает?

Томчак рассмеялся:

— Чаще, чем хотелось бы Строгину! Но Вереса все терпят, потому что он и правда отличный агент. Сегодня ты сама в этом убедилась.

Кира согласно кивнула, а затем с горькой усмешкой добавила:

— Жаль, что он такой...

Она замолчала, но Томчак, изрядно развеселившись, закончил за нее:

— Ублюдок? — он вновь рассмеялся: похоже, обсуждение скверного характера Вереса доставляло Томчаку особое удовольствие. — Да, он действительно тот еще придурок, но я должен отметить, что сегодня он был достаточно дружелюбным.

— То есть, бывает и хуже?! — изумилась Кира.

— Ну еще бы! — Томчак покачал головой. — Ты не представляешь, как мы с ним ругались, когда были напарниками. В конце концов Верес так достал меня со своими закидонами, что я написал заявление Строгину: либо мы работаем порознь, либо я вообще ухожу из отдела. Моим новым напарником стал Захар Берник. Верес чуть ли не прыгал от радости, когда Строгин разрешил ему работать в одиночку. — Томчак на мгновение замолчал, обгоняя машину впереди, а затем продолжил: — Поначалу я вообще думал, что Верес не переносит лично меня, но оказалось, что он одинаково ненавидит абсолютно всех: и криптоморфов, и людей.

— И он всегда был таким?

— По крайне мере три года, что мы знакомы, — кивнул Томчак.

— А раньше?

— Я не знаю. Верес никогда не рассказывал о себе, ни разу не приглашал в гости. Он очень закрытый человек, настоящий мизантроп и социофоб. — Побарабанив пальцами по рулю, Томчак добавил с грустной улыбкой: — За ним даже прозвище закрепилось — Псих-одиночка.

— Интересно, почему он таким стал? — задумчиво проговорила Кира.

Томчак пожал плечами: похоже, он не знал, что на это ответить. Что ж, Кира не удивилась. Еще до поступления на службу в БЛОК она неоднократно пыталась выяснить причину скверного характера Вереса — расспрашивала о нем бывших старшекурсников Академии, которые теперь работали в БЛОК и периодически сталкивались с Вересом. Никто из них понятия не имел, почему Псих-одиночка, как называли его за глаза, так по-скотски относился к сослуживцам, при этом оставаясь непревзойденным асом в поимке криптоморфов.

За окном машины потянулись склады и ангары промзоны, которые уродливым кольцом окружали спальные районы на северо-востоке города. Бетонные заборы, ограждавшие территорию заводов и фабрик, покрывали мрачные граффити с изображениями жутких чудовищ. Кира с грустной иронией подумала, что среди них не хватало гигантского паука с головой дряхлого старика. Она надеялась, что эта тварь не приснится ей сегодня ночью.

Кира мысленно вернулась к Вересу. Где он сейчас и чем занят? Уже вернулся домой или колесит по городу в надежде обнаружить затаившегося в тени опасного криптоморфа? Почему он вел себя как последняя скотина? Что стало причиной его ненависти не только к монстрам, но и к людям? Какие секреты скрывает Верес?

Вопросы, одни лишь вопросы... Но среди них оставался один самый главный, и Кира надеялась, что рано или поздно получит на него ответ.

Она взглянула на темное небо. Тучи разошлись, обнажив холодные звезды и тонкий серп луны. Но они не интересовали Киру: с отчаянным, изматывающим нетерпением она ждала появления северных сияний. Они случались на широте города в период повышенной солнечной активности даже в летние месяцы. Ученые прогнозировали аномально сильные магнитные бури в ближайшее время, поэтому Кира надеялась, что уже скоро увидит, как небо озарится фантастическими всполохами полярных огней. Конечно, для этого должно совпасть несколько факторов: отсутствие облачности и яркой засветки от городского освещения.

Кира не сомневалась, что у нее все получится, ведь совпадение периода мощных магнитных бурь с началом службы в БЛОК стало для нее очередным знаком судьбы. Именно поэтому она напросилась в напарницы к Марку Вересу.

Кира знала: в одну из тех ночей, когда небо над городом расцветет северным сиянием, все ее подозрения будут окончательно подтверждены.

Нужно только дождаться.

Конец первой книги

Продолжение следует