Милка Кислицына

Джульетта - дура!

И Шекспир не лучше! Вот так понапишут всякой фигни, а потом некоторые думают, что это нормально - взять и того...

Когда отец ушёл, мама тоже лежала, повернувшись к стене, и еле шевелила губами. Вот как эта самая дура Джульетта. Тоже какой-то дряни напилась.

Я-то ещё малая была, сейчас бы я ей быстро мозги вправила, а тогда просто ходила вокруг и канючила. Есть хотела, да и вообще... Стрёмно было.

А потом я, дура малолетняя, решила, что всех спасу. Попёрлась вечером на другой конец города, типа к папочке. Идиотка...

Даже адреса не знала точно, знала только, что дом стоит напротив магазина «Восточный». Приехала, короче, нашла его машину под окнами, села ждать.

Могла ж неделю ждать! Но, блин, дурам везёт, через два часа появилась эта его... секретарша. Идёт, сумочкой размахивает.

Я к ней рванула. Говорю, хочу с папой поговорить!

А у самой губы дрожат. До сих пор стыдно...

Она на меня посмотрела так презрительно, но домой привела. И кричит из коридора:

- Валюсенька, тут к тебе эта твоя... Маша.

- Я - Мила, - говорю.

А сама уж думаю только о том, чтоб не разреветься.

Отец вышел, вылупился на меня, как на привидение, а я, как дитё малое, вцепилась в него и давай реветь. Что мне страшно, что мама не ест ничего уже три дня, что лежит и не шевелится, что мне плохо и вообще...

Короче, вела себя, как младенец годовалый.

Он испугался, трубку схватил и давай маме названивать. А она там телефон взяла и таким бодрым голосом сообщила:

- Не звони мне больше, у меня всё отлично!

Я-то знаю, как у неё там всё отлично! Я же слышу, что голос не её и вообще...

Отец меня начал успокаивать, песни петь, что всё фигня и я преувеличиваю. Потом говорит: «Давай я тебя домой отвезу».

А тут его секретарша истерику устроила. Начала орать, что она не выдержит, что она своё счастье заслужила и выстрадала, а тут я... И что она не позволит с собой так обращаться, вокруг сплошные интриги...

Мне стало так плохо... Я ведь тоже нормально не ела дня два.

И пока они там ругались, я ушла.

Потом уже вспомнила, что денег нет, чтоб на метро доехать. Так и шла полгорода пешком. Благо, проспект у нас прямой и длинный. Идёшь вдоль него, не заблудишься...

Я, пока шла, много чего передумала. Про маму, про отца...

Пришла домой, сварила картошку, пол помыла, маму покормила. А ей уже на следующий день лучше стало, она встала, умылась и на работу пошла.

А отца я с тех пор ни разу не видела...

Так что я не собираюсь рыдать, как некоторые, когда вижу эту шекспировскую дурь. Смешно мне, понимаете! Мне смешно!!!