Ouija

Иногда одно появление человека способно осветить собой весь вечер.

Лекси ворвалась в мою жизнь, как шторм — шумная, яркая, смелая. Я скучала по ней. И, несмотря на то, что этот визит был неожиданным, я... была ей благодарна. С ней становилось легче дышать. Словно её голос вытягивал из комнаты всё напряжение, все недосказанности, всю ту пресловутую «серьёзность», в которую я с головой погрузилась последние месяцы. Она была отдыхом. И напоминанием. О том, что я тоже ещё могу смеяться. Жить. Но даже сквозь эту радость... подтачивала тревога. Лекси — не просто гость. Она — любопытство в чистом, необузданном виде. И рано или поздно, её азарт, как я боялась, приведёт её за мной туда, куда идти не стоит. В церковь Азазеля В то место, куда и я сама-то собираюсь с дрожью.— Я скучала, заноза. Ты правда думала, что если не скажешь мне адрес

— я не узнаю, где ты живёшь? —Лекси стояла в дверях, с рюкзаком, в яркой куртке и с тем самым самодовольным видом, который говорил: «ну вот и я». Мы обнялись. Я прижалась к ней — с искренним теплом, но с тенью усталости.

— Отстань, — прошептала я, улыбаясь краем губ, не отпуская её сразу. подруга шагнула внутрь — и началась привычная картина: она рассматривала каждый угол, трогала предметы, приподнимала книги, нюхала специи на полке, как будто входила в новое измерение.     ******Александра стояла у плиты, методично помешивая картофель на сковородке. Аромат жареного розмарина смешивался с тонким пряным духом пунша, который уже благоухал на столе, как немой намёк на то, что вечер явно выйдет из-под контроля. Она старалась не выдать эмоции, но уголки губ то и дело подрагивали — Лекси была рядом, и с этим невозможно было спорить: атмосфера в комнате изменилась.

— Не знаю, что ты там ещё готовишь, но, по-моему, на столе уже есть всё необходимое, — лениво бросила Лекси, кивнув на миску с напитком и сев на край дивана, будто была здесь хозяйкой.Александра молча выдохнула."Ну вот. Вечер официально пошёл по лексиным правилам", — подумала она.

— Иди переоденься, лучше. Ты взяла что-нибудь домашнее? — бросила она через плечо, поправляя выбившуюся прядь волос и машинально прикручивая огонь на плите.Лекси загадочно приподняла бровь, ухмыльнувшись:— Я много чего интересного взяла.Александра фыркнула.— Мне уже страшно, Лекси...И это было не шуткой. Зная подругу — ожидать от неё можно было всё: от хэллоуинского костюма монашки до съёмочной камеры, спрятанной в плюшевом единороге.— А воровать книгу не страшно было? — вдруг резко выпалила девушка, на секунду сбив всё настроение. Буркнула что-то на испанском себе под нос — быстро, зло. И добавила:— Ну и во что же ты, мать твою, ввязалась...Александра замерла. Лопатка на мгновение перестала скрести сковороду.— Это всего лишь копия... — сказала она тихо. Слишком тихо. Почти неслышно. Как будто это "копия" имела вес человеческой жизни.— Эту «всего лишь копию», — вскинулась Лекси, — уже разыскивают, Александра!Тон её не был обвиняющим. Он был встревоженным. И в этом весь  её характер  — она злилась, потому что заботилась.— А ты стоишь, как ни в чём не бывало, и готовишь картошку!Александра бросила взгляд на пюре. Подняла бровь.— Почему спокойно?.. Я нервничаю.Это было правдой. Нервы были натянуты, как струны. Она просто не позволяла себе сорваться. Ни одной минуты за последние сутки, чтобы не думать о содеянном.— Дааа, я вижу, как ты «нервничаешь» — с пюре и розмарином, — фыркнула Испанка, закатив глаза и усаживаясь в кресло. — Но, знаешь... — продолжила она уже мягче, — тебе и правда пора сделать паузу. Отвлечься. Хоть на вечер.— Я не знаю, что тебя сюда привело. Может, ты в бегах.

Она обернулась и взглянула на подругу — серьёзно, без притворства.— Я всем сердцем хочу в этом участвовать.И в этой тишине, наполненной ароматом  картофеля, пуншем, тревогой и теплом — родилась та редкая форма дружбы, которая не требует объяснений.

  Позднее, за ужином.Вечер постепенно превращался в ту стадию суток, когда реальность начинает путаться с воображением. Подруга, распахнув чемодан, моментально разбросала по комнате свои вещи: яркие футболки, коробку со свечами, духи, какую-то странную подвеску, и — вишенка на её вечном ведьмином торте — спиритическую доску.За ужином атмосфера напоминала карикатуру на нормальную жизнь: картошка, пунш, и две подруги, одна из которых собиралась играть в медиума, а другая — всё ещё пыталась быть взрослой.

— Ты ведь знаешь, все эти доски — чушь, — сказала Александра, бросая взгляд на доску, будто та могла укусить.— Тогда всё, что ты пишешь — тоже чушь, — без паузы парировала Лекси, облокотившись на стол.

— Ну давай поиграем? Вызовем твоих духов-праотцов. — Это бредовая идея...— Но ты всё равно согласишься, — лениво усмехнулась Лекси, потягивая пунш.И была права.

 Позже, когда кухня опустела, а в комнате повис дым, началась другая сцена. Лекси уже потягивала колбу, окружённая тонкой дымкой, пахнущей шалфеем и чем-то более дерзким...Она расслабилась мгновенно — как будто вся её сущность была создана для «кайфа». Для неё это был отдых. Для Александры — поле битвы. Она смотрела на стеклянную чашу в руке, будто та могла ответить, стоит ли. Сколько лет она выстраивала вокруг себя стены? Сколько правил держали её в дисциплине, в напряжении, в «правильности»?

— Я не курю, — шептала она себе в голове.  — Никогда не курила. Наркотики — это была граница. Та, которую нельзя переходить. Но...Где-то глубоко внутри что-то устало бороться. Лекси, в своём обычном настроении — наполовину ведьма, наполовину рок-звезда, — смотрела на неё с довольной ухмылкой:— Я и не думала, что ты снова стала такой... ублажённой, — заметив  нерешительность.— Слушай, я всё понимаю: карьера, твоя одержимость всеми этими тайнами, монастырское прошлое, но... когда ты в последний раз просто кайфовала? Александра молчала. Потому что не помнила. Всё её прошлое — строгость, долг, дисциплина.Почти ни одного воспоминания, в котором было бы что-то вроде беззаботного веселья .Почти ни одной ночи, в которой можно было бы позволить себе просто жить.— Лекси, ты предлагаешь накуриться... и вызывать духов?— Звучит как отличный вечер, — расхохоталась та. — Представь: появляется дух, а мы... хи-хи-хи!—Ну же! Я уже могла сидеть в тюрьме. И ты — тоже! Александра рассмеялась. — Вот ведь... заноза.— А ты — душнила, — отрезала Лекси и подмигнула.

— Баланс соблюдён.

                   ******И вот я уже сижу рядом с ней, вдыхая дым, говоря себе: «Только сегодня». «Ничего страшного» .«Это не слабость. Это... пауза».

— Так ты расскажешь, как тебе удалось украсть книгу? — бросила Лекси, развалившись на подушках.

— Её выкрала не я.

— В смысле — не ты?

— Теоретически — я. Практически — охранник. Он оказался падок на деньги.

— И сколько ты заплатила, синьора?

— Неважно. Деньги были фальшивые. Лекси замерла, а потом выдала в своей манере:

— Александра! Наше местное Халиско просто отдыхает по сравнению с твоими аферами! Мы смеялись. И в этом смехе — прятались от того, что ещё не знали.