Глава 2

Кафе выглядело так, будто его забыла сама реальность: облупленные стены, облезлая вывеска «Ласточка», разбитый фонарь у входа. Внутри — мутное стекло, искажённые силуэты. Люди. Живые. Пока что.

Эвелина стояла у входа, сжала рукоятку пистолета в кармане куртки. Дыхание сбилось. Она слышала удары сердца в ушах.Шаг — и назад пути не будет.

Перед дверью стоял охранник — молодой, с усталым лицом. Он лениво посмотрел на неё:

— Эй. Куда?

— Знакомая ждёт. — Голос ровный, чужой. Как будто говорила не она.

Он смотрел пару секунд. Потом пожал плечами и отступил в сторону.

Эвелина вошла.

Тёплый, пахнущий кофе и жареным луком воздух обрушился на неё. Маленькое кафе: пять столиков, одинокий бариста за стойкой, стекло в тонкой паутине трещин.Она заметила его сразу.

Мужчина сидел у окна. Серое пальто. Телефон в руках. Он смеялся — наверное, читал что-то. Кофе ещё не остыл. Он даже не знал, что умрёт.

Эвелина сделала вид, что осматривается. Подошла к соседнему столу, будто ждёт кого-то. Села. Сердце билось как бешеное.

— Всё чисто. Можешь. — водитель в ухе сказал это почти нежно. Как приговор.

Она встала.

Пять шагов. Тишина. Только позвякивание посуды.Подошла со спины. Мужчина не заметил.

Она достала пистолет. Медленно, как будто во сне. Подняла руку.

— Простите… — прошептала.

Он повернулся. Слегка удивлённо.И в этот момент — выстрел.

Мир взорвался.

Кофе пролился. Стекло треснуло. Мужчина откинулся на спинку, глаза раскрыты. Удивление ещё на лице, как след, как отпечаток. Люди закричали. Кто-то упал на пол, кто-то побежал.

Эвелина уже бежала к кухне.Дверь, как по плану, была приоткрыта.Она влетела внутрь, пронеслась между плитами, выскочила в чёрный ход.

Улица встретила её холодом. Машина стояла в метрах десяти. Дверь уже открыта.

Она запрыгнула внутрь. Захлопнула дверь. Машина сорвалась с места.

Водитель бросил взгляд в зеркало:

— Всё сделано?

Эвелина кивнула. Не глядя. Не дыша.

— Молодец. Первый раз — самый сложный.

Она сидела, прижав пистолет к груди. Словно он мог защитить от того, что уже произошло.

— Он… он даже не понял, — её голос сорвался. — Он посмотрел на меня. И всё. Всё.

— У тебя не было выбора, — спокойно сказал водитель. — Это для твоей мамы. Ради неё.

Эвелина не ответила.

В окно проносились дома, лица, машины.Мир продолжал жить.А внутри неё — что-то безвозвратно погибло.