46

  Продолжая стоять у окна, спиной к Ломену, Шаддэк сказал:  - Ладно, Уоткинс, вот что мы сделаем. В компании весь персонал уже прошел через обращение, я дам вам сотню своих сотрудников, они помогут полиции. Вы можете располагать ими по своему усмотрению, с этой минуты они в вашем распоряжении. С их помощью, я надеюсь, вам удастся схватить живьем одного из "одержимых". Не забудьте также про Букера.  Новые люди не нуждались во сне. Дополнительный контингент мог начать действовать немедленно.  Шаддэк добавил:  - Они смогут патрулировать улицы пешком или на машинах, не привлекая особого внимания. Возможно, вам даже удастся отловить всех "одержимых". Если вы притащите сюда один экземпляр в состоянии регрессии, я смогу тщательно изучить его и разработать тесты. Протестировав всех Новых людей, мы выявим "одержимых".  - Я не считаю, что должен заниматься этим делом.  - Это дело полиции.  - Нет, уверяю вас.  - Вы по долгу службы выслеживаете обычных убийц. Это почти то же самое. - Шаддэк говорил раздраженно. - Здесь можно применять те же методы.  - Но...  - Что еще?  - Среди тех людей, которых вы мне дадите, тоже могут попасться "одержимые".  - Исключено.  - Но... как можно быть уверенным?  - Я сказал- это исключено,- резко оборвал Шаддэк, все так же глядя в окно, в ночь и туман.  Оба некоторое время молчали.  Затем Шаддэк вновь заговорил:  - Вы должны сделать все, чтобы найти этих проклятых уродов. Все- вы слышите? Мне нужен хотя бы один из них, я должен обследовать его еще до того момента, когда весь Мунлайт-Ков пройдет через обращение.  - Я думаю...  - Говорите.  - Видите ли, я думаю...  - Продолжайте, продолжайте. Так что вы думаете?  - Простите... но нельзя ли приостановить процесс обращений до того момента, когда мы выясним, что происходит с людьми?  - Нет! Черт бы вас побрал!- Шаддэк повернулся к Уоткинсу и впился в него взглядом. Полицейский заерзал в кресле. - "Одержимые"- это мелочь, это ерунда. Что вы можете сказать об этой проблеме? Разве вы разработали модель нового человека, нового мира? Это делал я. Я мечтал об этом, я видел все это как наяву. Я приложил все свои силы, нервы, мозг, чтобы эта мечта воплотилась в реальность. И я знаю, что эта аномалия не свидетельствует ровным счетом ни о чем. Поэтому процесс обращения пойдет по установленному графику.  Уоткинс опустил взгляд на свои руки и заметил, как побелели суставы пальцев.  Шаддэк продолжал говорить, меряя комнату босыми ногами.  - Теперь у нас достаточно доз для всего оставшегося населения города. Фактически сегодня вечером мы начали новый, последний этап обращений. Сотни людей будут обращены к рассвету, остальные - к полуночи. До того момента, пока все до единого в этом городе не станут обращенными, сохраняется опасность провала операции в случае, если кто-то выдаст нашу тайну внешнему миру. Теперь, когда мы решили проблему производства биочипов, мы должны быстро закрепиться в Мунлайт-Кове, тогда мы сможем действовать уверенно, имея позади надежный тыл. Вам это понятно?  Уоткинс кивнул.  - Вы понимаете, что я говорю?  - Да-да, сэр.  Шаддэк вернулся к своему креслу и сел.  - Вернемся к тому, о чем вы мне говорили по телефону, к делу этого Валдоски.  - Эдди Валдоски, восьми лет. - Уоткинс говорил и смотрел на свои руки. Он делал какие-то механические, неконтролируемые движения, словно выкручивал, выжимал невидимую тряпку. - Найден мертвым в начале девятого вечера  В кювете у шоссе, ведущего в город. Он был... изуродован... искусан, выпотрошен.  - Вы полагаете, это работа "одержимых"?  - Я уверен в этом.  - Кто обнаружил тело ребенка?  - Его родители. Отец. Мальчик сначала играл во дворе, а затем... он исчез после захода солнца. Они начали его искать, не могли найти, испугались, вызвали полицию и продолжали поиски... мы уже мчались туда, но они обнаружили его тело еще до нашего приезда.  - Как я понимаю, Валдоски еще не проходили через обращение?  - К тому моменту- нет. Но сечас они уже обращены.  Шаддэк вздохнул с облегчением.  - Было бы гораздо меньше хлопот с этим ребенком, если бы они были среди обращеных.  Начальник полиции поднял голову и нашел в себе смелость взглянуть прямо в глаза Шаддэку:  - Но мальчика-то не оживишь. - Ломен уже не сдерживал себя.  - Конечно, это трагедия. К сожалению, нельзя было предвидеть, что небольшая часть Новых людей выродится в "одержимых". Но не забывайте: каждый шаг на пути прогресса человечества требовал жертв.  - Он был славный мальчик,- произнес полицейский.  - Вы знали его?  Уоткинс заморгал.  - Я учился в колледже с его отцом, Джорджем Валдоски. Я был крестным отцом Эдди.  Тщательно подбирая слова, Шаддэк сказал:  - Ужасно. Мы найдем урода, который сделал это. Мы переловим их всех и уничтожим. Однако нас может утешить то, что Эдди умер за великое дело.  Уоткинс посмотрел на Шаддэка с нескрываемым изумлением.  - Великое дело? Что Эдди мог знать о великом деле?  Ему было восемь лет.  - И тем не менее.- Шаддэк заговорил голосом, не допускающим возражений. - Эдди погиб из-за неожиданного побочного эффекта процесса обращения, он стал одним из участников этого великого исторического события. - Шаддэк знал, что Уоткинс был патриотом, гордящимся своей родиной, и подозревал, что это чувство гордости не оставило его и после обращения.  - Послушайте меня, Ломен. Во время войны за независимость погибли не только колонисты, но и женщины, дети. Неважно, что их смерть была случайной, они стали мученниками во имя победы, они стали в один ряд с солдатами. Так всегда бывает во время революции. Самое главное, что благодаря и им в том числе, справедливость торжествует, они отдали жизнь за святое дело.  Уоткинс смотрел в сторону.  Шаддэк встал, обошел стол и подошел к нему. Глядя на склоненную голову полицейского, положил руку ему на плечо.  Уоткинс съежился в кресле.  Продолжая держать руку на его плече, Шаддэк заговорил с истовостью проповедника. Он не был, однако, горячим, страстным религиозным проповедником, обжигающим сердца верующих, он был холодным апостолом логики, разума.  - Помните о том, что вы принадлежите к числу Новых людей. Это означает не только превосходвство в силе и выносливости над обычными людьми, это означает не только стойкость к любым недугам и умение восстанавливаться так, как об этом лишь мечтают жалкие экстрасенсы. Это означает также необычайную ясность ума, высшую рациональность мысли. Если вы с этой высоты посмотрите на смерть Эдди, то цена, которую он заплатил своей смертью, не покажется вам слишком большой. Не следует попадать в плен к своим чувствам, Ломен, это не к лицу Новому человеку. Мы создаем мир, который будет эффективным, предсказуемым и стабильным в первую очередь благодаря тому, что мужчины и женщины будут иметь власть над своими чувствами, они будут просчитывать каждую ситуацию с аналитической непредвзятостью компьютера. Взгляните на смерть Эдди Валдоски как на одно из событий в потоке великих свершений во имя торжества Нового мира. Тогда вы сможете переступить пределы эмоциональных ограничений человека, а переступив их, вы обретете неведомое вам прежде чувство покоя и умиротворения.  Когда Шаддэк закончил, Ломен Уоткинс поднял голову и посмотрел на него.  - Там действительно будет царить умиротворение?  - Да.  - И когда будет завершено обращение, установится братство между людьми?  - Да.  - И настанет покой?  - Вечный.