16

  Съев черствый чизбургер, недожаренный картофель и запив все это ледяной водой "Дос Эскис", Тесса Локленд возвратилась из пустынного кафе мотеля "Ко-Лодж" в свой номер. Здесь она забралась в кровать, подложила под спину подушки и набрала номер телефона своей матери в Сан-Диего.  Марион ответила после первого же гудка, и Тесса сказала ей:  - Привет, ма.  - Где ты сейчас, Тиджей?- В детстве Тесса никак не могла решить, как ее назвать- первым именем или вторым- Джейн, и в результате мать привыкла звать ее по первым буквам двух имен- Тиджей.  - В "Ков-Лодже",- ответила Тесса.  - Хорошее место?  - Лучшее из того, что можно было найти. В этом городе не слишком опечалены отсутствием первоклассных гостиниц. Если бы не вид на океан, этот мотель недолго бы протянул. Разве что начали бы сдавать номера парочкам и крутить порнофильмы.  - По крайней мере чисто?  - Вполне.  - Если там грязь, я буду настаивать, чтобы ты переехала.  - Мамочка, ты же знаешь, я привыкла жить без удобств в командировках. В Латинской Америке мы снимали фильм об индейцах мискито и вместе с ними спали прямо на земле.  - Тиджей, дорогая, не говори так никогда. Это свиньи спят на земле. Ты должна говорить, что вы спали в палатках, но никак не на земле. С человеком бывает всякое, но всегда надо сохранять чувство достоинства и стиль.  - Ладно, мамуля. Я только хотела сказать, что "Ков-Лодж"- это не подарок, но это лучше, чем спать на земле.  - В палатке.  - Да-да, в палатке,- поправилась Тесса.  Пауза. Затем Марион сказала:  - Я должна была поехать с тобой.  - Мама, но у тебя сломана нога.  - Я должна была поехать в Мунлайт-Ков сразу же после того, как они нашли бедную Джэнис. Я бы запретила кремировать ее. Господи, да они не посмели бы! Я бы запретила и настояла бы на том, чтобы вскрытие произвели люди,пользующиеся доверием. Тебе не пришлось бы этим заниматься. Я так виню себя.  Тесса откинулась на подушки и вздохнула.  - Мам, не надо взваливать вину на себя. Ты сломала ногу за три дня до того, как нашли тело Джэнис. Ты не могла тогда приехать. И тут нет твоей вины.  - Да, было время, когда сломанная нога не остановила бы меня.  - Тебе уже не двадцать, мама.  - Да, я понимаю, я уже старая,- жалуясь, проговорила Марион. - Иногда я думаю, как летят годы, и мне становится страшно.  - Тебе всего лишь шестьдесят четыре, ты выглядишь на пятьдесят и сломала ногу, прыгая с парашютом. Господи боже мой, неужели ты хочешь, чтобы я жалела тебя, как маленькую?  - Пожилые люди всегда ждут от своих детей заботы и жалости.  - Ты издеваешься. Никакая ты не пожилая, не надо придумывать. Ты дождешься- я опять уеду далеко-далеко. Неужели ты этого хочешь?  - Что ты! Бог с тобой! Слушай, Тиджей, откуда взялось это чертово дерево? Я прыгаю с парашютом тридцать лет и ни разу не приземлялась на деревья. Клянусь тебе, когда я выбирала место для посадки, его там и в помине не было.  Хотя своим оптимизмом и жизнелюбием семья Локлендов была обязана в большей степени покойному отцу Тессы Бернарду, все же тут не обошлось и без генов Марион, особенно в том, что касается неукротимости нрава.  Тесса перешла к делу:  - Сразу после приезда я ходила на пляж, на то самое место, где ее нашли.  - Тебе, наверное, было тяжело, Тиджей?  - Я справилась с собой.  Тессы не было дома, когда случилось горе. Она ездила по провинциям Афганистана, готовясь к съемкам документального фильма о геноциде против афганского народа и уничтожении его культуры. Только почти через две недели после того, как обнаружили тело Дженис, Марион смогла передать Тессе эту печальную новость. Спустя пять дней, 8 октября, Тесса летела из Афганистана с таким чувством, будто она виновата в смерти сестры.  Тяжесть этой вины давила на нее не меньше, чем на Марион, но она сказала правду- она смогла справиться с собой.  - Ты была права, мама. Официальная версия никуда негодится.  - Что тебе удалось узнать?  - Пока ничего. Но я стояла там, где она якобы приняла валиум, где она вошла в воду и где ее нашли через два дня, и могу твердо сказать, что все это ложь с начала и до конца. Я это нутром чувствую, мама. И, так или иначе, я докопаюсь до истины.  - Будь поосторожней, дорогая.  - Хорошо.  - Если Джэнис... убили...  - Не бойся.  - А если, как мы подозреваем, местной полиции нельзя доверять...  - Мама, ты учти, что я выгляжу, как белка из деснеевского мультика, во мне всего пять футов четыре дюйма, я блондинка, голубоглазая и курносая. Так что никто ничего не заподозрит. Ты же знаешь, я всегда пользовалась своей обманчивой внешностью. Сколько мужчин и женщин попались на эту удочку. Они все думали, что я буду поясать под их дудку. Им пришлось потом пожалеть о своей наивности. Вот так-то.  - Ты будешь мне звонить?  - Конечно.  - Если будет какая-то опасность, бросай все и уезжай.  - Все будет нормально.  - Обещай, что не будешь лезть в пекло.  - Обещаю. Но ты мне тоже обещай, что больше не будешь прыгать с этим дурацким парашютом.  - Конечно, я стара для этого. Ну, скажем так, пожилая. Я подберу что-нибудь соответствующее своему возрасту. Кстати, я давно хотела научиться кататься на водных лыжах или на мотоцикле. Помнишь, ты сделала великолепный фильм о мотогонках?  - Обожаю тебя, мама.  - Люблю тебя больше жизни, Тиджей.  - Они заплатят за Джэнис.  - Если будет кому платить. Но запомни, Тиджей, Джэнис уже не вернешь, а твоя первая обязанность- сохранить себя.