10

Не очень знакомое место, но выглядит уютно. Хотя нет... Уюта здесь не было около двух лет. Лишь его остатки чувствуются в воздухе. Или же это не остатки? Может кто-то усердно трудится, чтобы создать уют... Но для чего? Чей это вообще дом? Несколько секунд позже Ден стал приподыматься с постели. Голова сильно болела, но он отчётливо помнил, как упал в доме... «Не помню, кем она была, но помню имя — София Матвиенко», — рассуждал парень, почесывая волосы. На улице было пасмурно, ни одного лучика не пробилось в окно. Однако, было светло; ну да, вон часы показывают: 14:57. Под этим самым окном стоял стол, на котором лежало пару бумаг. Далее стоял старенький, но чистенький шкаф из чёрного дерева. Он выглядел грузно, настолько, что сравним с мыслями черноволосого. Ничего непонятно. Но идти на поиски всех ответов на догадки не хочется. Ноги не поворачиваются в сторону пола, чтобы даже просто свесить их. Упс! В окно врезалась птичка, крикнув от неожиданности и легкой боли. Денис подумал, что ему это показалось, но все-таки встав с кровати, он услышал скрип пола. ДА! Услышал! Это не просто галлюцинации. Хоть что-то в этом незнакомом его радует. Но почему в комнате атмосфера всё равно никак не поменялась? Эта радость... не может противовесить какому-то горю?..Очень не хотелось об этом думать. Переборов себя, он осторожно прикоснулся к ручке, размеренно открыв её. Выйдя в коридор, он увидел ошарашенную Катю с тарелкой супа в руках, позже упавшая, вместе с челюстью девушки. Суп разлетелся по полу, забрызгав немного стенки. Такое поведение немного испугало Дениса, ведь он не думает, что без сознания он был более одного-двух дней ибо хорошо помнит всё, что было на выставке, хотя обрадовало, что рядом с ним его лучшая подруга. — Ден... Денис! — Катерина налетела на парня, перепрыгнув разлитый суп. Длиноволосый ничего не заподозрил, но обнимал с опаской. — Я так боялась, что ты не очнешься! — Да ладно тебе, два дня без сознания это еще не срок, — широко улыбнулся Ден. — Ну... вообще-то около двух лет... — Замешкавшись, ответила Катя, медленно отстранившись. — Как это... два года..? Но я ведь помню, что было вчера — выставка, благотворительность в честь Сони, и еще... — Боже мой, он бредит... — Прошептала в ладошку Екатерина, пытаясь сдержать слезы. — Не на удивление Денис услышал, начиная протестовать, но девушка ввела его обратно в комнату, усаживая на кровать. — Денис... я не знаю, решил ли ты это так пошутить над моим слабым сердцем, но всё, что ты сказал — это бред. Такого никогда не было. — По... почему... — Уже бился во внутренней истерике тот. — Я знаю, что врач говорил лишь о симптомах амнезии, но не о бреде. Ты хоть помнишь что-то из своей реальной жизни?Этот вопрос был очень страшным для парня. Как это, реальная жизнь? Была ещё какая-то жизнь? Это как у обычного человека спросить: «Ты помнишь свою прошлую жизнь?» и это будет считаться риторическим вопросом, но в данном случае есть проводник в «прошлую» жизнь. Интересно... А какая она была, если не такая... В это очень сложно поверить. Но даже и не хочется. Его прошлая жизнь вполне устраивала, так и что это тогда за шуточки? Там он обрёл практически семью, самую лучшую подругу и возлюбленную... И плевать, что он ничего не слышал, это никак не мешало взаимопониманию.— Ну, я не уверен. Если я рассказывал о своей жизни, то значит этот мой, так сказать, сон похож на реальность. Не мог же я просто придумать всё...— Ладно, это уже что-то. Рассказывай.— Хмм, ну... Почему-то, с каждой секундой я все меньше помню, с чего всё началось. Я был глухим скрипачом, но говорил я тоже поначалу не складно.— Ну, в реальной жизни ты не скрипач. Ты просто очень любишь скрипку и всегда хотел научиться играть. — Вспоминала рыжая. — Как сейчас помню, ты берёшь мою скрипку и пытаешься что-то наиграть, но Юрка орёт на тебя, потому что ему режет ухо, — умилялась в себе, но расстраивалась после упоминания имени парня. — Думаю, это было весело. Но я все равно не могу это вспомнить. — Скорее всего это надо делать ещё постепеннее.— Так, далее... Потом я встретил тебя, ты первая, кто решила хорошо общаться со мной и в последствии стала моей лучшей подругой.— Хах, — понимает с нотками счастья Катя, — ну почти так и есть. Только я не подруга, а твоя родная сестра.— Ого... Так ты моя сестра... — Денис стал рассматривать её, пытаясь что-то разглядеть в ней. Но нет, он все равно не может ничего вспомнить из «настоящего». — Но я продолжу. У тебя был враг — Юрий Громов. Он был на 3 курса старше тебя, но потом музыка вас связала и вы сблизились.— Хаха, прям в точку попал. Мы с ним и правда сначала не ладили, у тебя похоже это в голове отложилось, что даже во сне это воспроизвелось.— А где, собственно, Юра? Может устроим сюрприз, что я очнулся?! Если мы были такими же друзьями, как у меня в голове, то все должно быть хорошо. — Денис. — Тимофеева опустила голову, положив руку на его бедро. — В прошлом году на мотоцикле он разбился на большой скорости. — По привычке Катя стала сжимать и разжимать кулаки, чтобы успокоиться. — Ты остался моей единственной поддержкой, которая без сознания. Я тебе всегда все рассказывала...— Кать, пожалуйста, не расстраивайся. Мне очень жаль, что я напомнил тебе о нем... — Да ладно, ты же все равно не знал... — Но почему же я был глух во сне?— Ох, и мне этого не понять...— О, да! В моем сне Юра сбил девушку. Соню Матвиенко. В последствии она ослепла и как раз она придумала весь этот план с выставкой. Выставка — это был самый счастливый день. Ты зажималась с Юрой, а мы целовались с Софией в её комнате. А потом я очнулся.— У меня даже нет подозрений, кто это. Но хотя... Имя знакомое.— Выставка... Точно! Она художница, я наконец вспомнил!— Художница? Точно! Смотри!Катя загуглила в интернете это имя и вспомнила кто это.— Я не знаю, хорошая ли это новость для тебя, или плохая, но... У тебя были отношения во сне с человеком, умершим 120 лет назад. Это знаменитая слепая художница, которая писала свои картины сначала в реализме, а затем в стиле абстракционизм.— Это я ей помог, — был убеждён брат рыжей. — Стоп, что? 120 лет назад?..Денис был ошеломлен. Он имел отношения со знаменитостью, тем более умершей. Как же его разум додумался до этого? Причём сам он не чувствовал, что знаком с ней. Он судорожно листал галерею в Википедии, как вдруг сердце остановилось при виде одной картины. «Таинственный скрипач» — на полотне был изображён позирующий Ден. Он ведь сам помнит, как помогал блондинке прочувствовать эту картину. И эта картина тоже не вымышлена в подсознании парня.— Кажется, теперь понятно, почему я был глухой. Я ведь даже представить в голове не мог голос Софии Матвиенко. — Хоть это и логично, но это мог быть голос совсем чужого человека, но похоже, его ненастоящая реальность решила пошутить. — Мне нужно тебе кое-что показать, — внезапно сказала Катя, хватая младшего за руку. Она привела его в его мастерскую. Точнее... В мастерскую Сони. Это она и есть, точно. Вот почему воспоминания в той комнате были запоминающимися.— Денис, ты был художником в реальной жизни и всегда был связан с искусством больше, чем с музыкой. София Матвиенко была твоим кумиром. Мне очень жаль, что твои отношения не реальны, ведь сколько не смотри на портрет Софьи, ты её все равно не почувствуешь.— Не дави на меня этим... Лучше оставь одного в этой комнате. — Подходил к портрету Ден. —... Хорошо. Я пока позвоню врачу. — она скрылась за дверью, подумав, что сболтнула лишнего. Ковалёв стал рассматривать свой портрет, который посвятил своей девушке. Полотно зернистое, тип краски — акрил... Черты лица очень схожи с Соней из прошлого. Знакомый невесомый взгляд, устремленный на художника, слегка приоткрытые длинные губы, белоснежный цвет лица — всё это казалось самым родным. Почему всё так неожиданно оборвалось? Ещё столько дел нужно было сделать, например, сделать операцию на зрение Софьи, а затем и на запущенную тугоухость Дениса... Парень стал раздумывать, что отдал бы все на свете, чтобы снова держать за руку Соню и целовать её губы. Да он даже был бы рад ради этого потерять связь с этой реальностью. Хоть на пару секунд... Пожалуйста...