Максим

И вот какой-то мальчик лет четырнадцати-пятнадцати лежал на полу. Из-за спины Саши я ничего не могла видеть, и когда решила нагнуться ближе к «ночному гостю» он вдруг истошно заорал:—Сашка! Ты что творишь!? Это же я, Максим! Долбонос ты тупорылый!—он буквально выплюнул это в лицо моего знакомого. Саша молча выслушал ещё миллион не самых мягких оскорблений в свой адрес, хотя его глаза очень недобро сверкали, и я видела, что зверь снова хочет выбраться на свободу. Наконец, Максим замолчал. Воцарилась тишина. И тут он заметил меня и спросил:—А ты кто?—он указал рукой, как бы спрашивая ещё и у Саши. Я посмотрела на него и ответила:—Я виолетта. —и поднесла руку для рукопожатия.В отличие от своего недружелюбного друга, Максим резко подскочил и не без удовольствия пожал руку. За этот короткий промежуток я успела его рассмотреть поближе. Максим был полной противоположностью Саши:карие глаза, чуть смуглая кожа, каштановые волосы, завившиеся в мелкие кудряшки, а на лице не безразличие и холод, а задорная улыбка, от него пахло весельем и праздником. Максим поинтересовался:—Виолетта, а ты вообще почему на заброшке, да ещё и с «мистером равнодушие»? Я вот от скуки всегда здесь тусуюсь, мне идти недалеко,а вы то что забыли здесь?—теперь он обращался не только ко мне, но ещё и к другу,сидящему на диване . Друг решил его проигнорировать. Максим опять переключился на меня:—Не, ну правда, ты ещё не замерзла? Пойдем уже.—Он поежился и забавно сморщился, как дедок. А я грустно улыбнулась и произнесла:—У меня теперь нет дома.—И я выложила ему всю историю от начала и до конца и ни разу не заплакала, мне стало все равно. Максим слушал и не перебивал, а когда я закончила крепко сжал мою руку, как бы подбадривая и сказал:—Нет, ты здесь не останешься. Я знаю, что у Саши очень добрая и понимающая мама, давай ты поживешь у него...—максим умоляюще посмотрел на приятеля. Но тот зашипел как гадюка, готовая выпрыснуть весь свой яд:—Макс, ты головой рехнулся? Во-первых, что я скажу маме? А во-вторых, я не хочу.—Он ухмыльнулся и посмотрел на меня, мол, а на что ты надеялась,дурочка? И на выдохе произнёс :—Я не буду тебя спасать.—И он вышел на улицу.Максим тяжело вздохнул, как бы извиняясь за характер Саши, но я его понимала. Кто я для него? Всего лишь пустышка. Вдруг Максим вскочил и побежал домой, объясняя внезапный уход тем, что его мать убьет. Мы опять остались вдвоём, не считая луны-свидетельницы. Саша раздраженно бросил мне, стоя на улице:—Ты со мной пойдешь, или так и будешь стоять истуканом?—даже не находясь рядом, я представила как зло сверкнули его зеленые глаза. Решив ничего не отвечать на очередную колкость, я вышла и посмотрела на прекрасное звездное небо и забыла все проблемы, ведь эта красота была поистине невероятно прекрасной и завораживающей, как лучшее лекарство, что даже Саша стоял и смотрел вверх, забыв запрятать глубоко внутрь свои эмоции. Я думала обо всем и ни о чем, о добре и зле, о любви и ненависти, а о чем думал человек-тайна? Этого я узнать не могла. И вот так в тишине, да в сопровождении мерцающих звезд, мы дошли до его дома.