Глава 27

Дрейк был не в себе. Точнее сказать, он держался очень хорошо, но все его существование было одержимо невероятным страхом и ужасом. Он не знал, как сказать обо всем Генри, но точно знал, что сказать надо. Бывший друг обязан был быть в курсе, считал он. Но подойти к нему сам пока не решался. Улучив момент перед тренировкой, он собрался с силами, попытался убрать свою спесь и ненависть, которая казалась ему уже искусственной и надуманной, даже глупой, встретившись с реальной угрозой. Ведь единственным человеком, который его поймет, был Генри, он попытался его окликнуть, но тренер увел его внимание первым.

Собирая свою спортивную сумку, Дрейк увидел странную записку в боковом кармане, его снова обдало холодом, он почувствовал, что опять столкнется с такими сильными эмоциями, с которыми справится мог только очень храбрый духом человек.

"ОНА жива. Удивлен?"

У Дрейка потемнело в глазах и он присел на лавочку, вытирая холодный пот с лица. Он сразу же подумал, что это Генри. Ведь он тоже мог видеть Эмбер. Но это так на него не похоже. У Дрейка не оставалось ни малейших сомнений о том, что им наконец нужно поговорить.

После того, как он спрятал записку в кармане, он подошел к Генри, который уже оделся и собирался уходить.

Генри! - еле выдавил он. - У тебя есть минутка?

Генри был невероятно удивлен, что этот человек с ним заговорил. И он был поражен тем, что Дрейк к нему обращался без надменной агрессии, как это обычно бывало.

Чего? - не понял Генри от удивления.

Генри, это супер серьезно! Я не шучу, нам надо поговорить. С глазу на глаз. Прямо сейчас.

Генри почувствовал, что что-то случилось, и страх подступил к горлу. Но он не подал виду.

Они вышли на улицу, и Дрейк попросил его сесть в машину.

Читай. - пытаясь скрыть свое безудержное волнение, передал он Генри записку.

Генри обдало ужасом. Как будто тысячи ножей вонзились сразу в его тело. Дыхание участилось.

Кто это написал? - почти в панике спросил Генри.

Я думал, это ты. - растерялся Дрейк, не ожидая, что Генри тут не при чем.

Дрейк... Что происходит?

Я видел ее. Она жива. Это правда. Она приезжала на соревнования болеть за Black Tigers. Оказалось, она из их школы.

Погоди...Погоди... - Генри был в замешательстве.

Я понимаю, как это звучит, но... Она потеряла память и не может вспомнить нас.

Чего? - еще раз запутался Генри. - Откуда ты все это знаешь?!

Случайно поговорил с парнями из той команды. Она была в черлидинге. После несчастного случая, имеется в виду, нас с тобой, перестала заниматься. Но это не важно! Важно то, что она не помнит нас. Говорит, что их было двое. Понимаешь... Она может вспомнить нас в любой момент... - голос Дрейка задрожал, в нем отражалась паника и безысходность.

Ты говоришь, что видел ее. А она тебя? - с ужасом спросил Генри.

Да, представляешь, она подошла сама и что-то говорила про игру, я вообще не слышал ее.

Ты уверен, что она тебя не узнала?

Я не знаю... - потянул Дрейк. Впервые в жизни у него подступили слезы отчаяния не наедине с собой, а при Генри.

Мысли у Генри бешено носились в голове из крайности в крайность. Он не знал, что думать, что делать.

Ты знаешь, что теперь проблема даже не в ней. А в том, кто мог эту записку тебе подсунуть. - нервно произнес Генри.

Но кто это? Мы были там с тобой вдвоем, больше никого...

Ты в этом уверен? Я - нет... - пытался бороться Генри с подступающей паникой.

Ты думаешь, это кто-то из наших?

Я не знаю... Я вообще не знаю, что думать! - Генри почти перешел на крик.

Тише! Нам нужно вывести на чистую воду того, кто это написал.

Да... Пока он не вывел на чистую воду нас, получается так? - Генри безнадежно вздохнул.

Чувак! - взорвался Дрейк. - Наши жизни будут разрушены, мы попадем в тюрьму и... вообще... - он еле-еле сдерживал подступивший к горлу ком.

Мы... я не знаю, что делать, Дрейк. Правда. Ты уверен, что она тебя не узнала?

Абсолютно! Смотрела на меня, как в первый раз... Даже как-будто...

Как?! - не выдержал Генри.

Как будто я ей понравился, ты же прекрасно знаешь этот взгляд...

Я знаю. - у Генри в голове пронеслось несколько девичьих лиц. - Может, поговорить с ней?

Ты с ума сошел?! - зашипел Дрейк. - Я к ней близко не подойду.... Боже, как я хочу, чтобы этого всего не было в моей жизни...

И в моей... Хотя ты меня в это втянул. И вина на тебе. - Генри уже приготовился защищаться, как вдруг увидел, что Дрейк не может в себе подавить этот непосильный груз, и слезы наполнили его глаза.

Генри... - начал он, пытаясь казаться мужественным. - Я не знаю, сможешь ли ты меня когда-нибудь простить, но я прошу у тебя прощения. - такое с Дрейком происходило впервые, он снял с себя все маски, и просто остался собой, отчего Генри был в шоке, молча наблюдая за ним в оцепенении. - Я всегда думал, что все сделанное нами - лишь цепочка событий, которая от нас не зависела. Но теперь я чувствую, что мы... я в ответе за все это дерьмо, и я не знаю, как жить дальше! - Дрейк не смог остановить накатившую бурю эмоций и разрыдался.

Генри сидел, не зная, как реагировать.

Дрейк. Если тебе станет легче, я... - и у него самого подступил к горлу комок. - Я не буду больше держать на тебя зла. Но эту проблему нужно решать. - наконец пришел в себя он.

Как? - заинтересовался Дрейк, вытирая мокрое от слез лицо и немного успокаиваясь.

Может, начнем с подчерка? Хотя бы сравним с теми, кого мы знаем?

А как это провернуть... Мне кажется, Уайатт может помочь, он же в печати работает, может, и к школьным работам у него есть доступ? Я с ним поговорю.

Ну... Попробуй. - Генри на секунду замолчал. - Мне пора. - юноша собрался выходить из машины.

Генри, подожди. - помедлил Дрейк. - Спасибо, что согласился поговорить. Мир?

Генри стало не по себе, но отказать он не мог, хотя точно знал, что общаться, как раньше, они не смогут.

Вроде того... - неуверенно произнес Генри и вышел из машины.

Неутихающая буря взяла верх над головой и душой обоих парней.

Дрейк чувствовал вину, унижение и страх. Генри испытывал злость, панику и отчаяние, но в каждом теплилась надежда, что все так или иначе образуется, утихнет, замнется. Генри чувствовал, как земля уходит из под ног.

У Генри пересохло в горле и ничего, кроме бесконечного ужаса, он не чувствовал.

Он быстро вышел на улицу, дошел до машины, сел в нее и... сильно-сильно заплакал. То ли от отчаяния, то ли от боли, то ли от страха, то ли от всего вместе, но все навалившееся достигло предела, и нужно было как-то облегчить этот груз. Немного придя в себя, он уехал домой.