Глава 2. Голос

— Уже который день ты получаешь выговор. Многие жалуются на тебя, Констанс. — разочарованно выдохнул доктор Лимфилд. Это был мужчина преклонного возраста, с небольшой бородой, седяной на волосах, в очках и одетый в халат поверх строгого костюма. Напротив него, на стуле, сидела Миллер, отводя взгляд и зачёсывая прядь чёлки за ухо. — С момента твоего прибытия не было ни одного дня, когда бы тебе не делили замечаний и выговоров. Тебя что-то беспокоит, Констанс? — Вам перечислять всё? — уточнила она, поднимая глаза. Доктор кивнул, приготовившись её слушать. — Глупые медсёстры, правила, не справедливые наказания, сомнительная репутация лечебницы, протухшая еда, грязные комнаты и надоедливый Сетман. — перечисляла девочка, загибая пальцы, смотря вверх вспоминая всё недовольство. Доктор Лимфилд протёр очки платком, внимательно слушая Констанс. Когда она закончила, он надел очки обратно, поправляя их на своей переносице.— Послушай, Констанс, — выдохнул мужчина. Ему не впервой слышать недовольную девочку. Из всех пациентов, что у него были Констанс самая упрямая и неоднозначная. В то время, как остальные, делились своими проблемами, переживаниями и мыслями, девочка не желала говорить о себе, переводя тему на что-то другое. В этом и была проблема. Лимфилд не знал как ей помочь. — Всё это время ты заостряла внимание на других вещах, нежели на себе. Я не смогу тебе помочь, если ты и дальше продолжишь так себя вести. Я перепробовал множество способов разговорить тебя, но нечего не выходит. Констанс, ты должна понять, что это нужно только тебе. Тебе от этого станет легче. — доктор говорил уверено и спокойно. Он старался не давить на девочку, тщательно подбирая слова. Миллер выслушала его. Её охватила злость. Вместо того, чтобы сделать благоприятные условия для жизни пациентов, доктор Лимфилд предлагает просто лечить их. И без того понятно, что сколько ты не лечи людей, они всё равно не смогут быть здоровы с таким отношением со стороны персонала. Констанс встала со стула.— Если бы вы действительно хотели вылечить всех пациентов, вы бы сделали всё, чтобы у них были комфортные условия. — сказала девочка, с явным отвращением к доктору. — Вы можете сколько угодно говорить, что "это ради моего же блага". Вы думаете, мне станет легче если я расскажу что меня тревожит? Нет! Мне станет легче, если меня перестанут бить палкой, как собаку в цирке. — Миллер направилась в сторону двери, выходя из кабинета, громко хлопнув дверью. Только Лимфилд хотел возразить, как раздался сигнал на телефоне, означающий окончания сеанса.

Проходя по коридору больницы, Вильям уже подходил обратно к своей палате. В его поле зрения неожиданно попали Констанс и Дэнис, стоящие у окна. В такие моменты парня одалевало острое желание ударить кого-то, а точнее самого Бисмарка. Сетман втянул воздух сквозь плотно стиснутые зубы и покрепче сжал пальцы, с трудом сдерживаясь чтоб не подойти к ним. Он отвернулся от парочки, открыл дверь и вошёл внутрь. Дэнис крепко сжал в объятьях хрупкое тело девушки, носом утыкаясь в тёмные волосы, вдыхая запах таблеток. Констанс робко сжала в руках его кофту, прижимаясь щекой к его груди, слыша сердцебиение парня. Только в объятьях любимого человека, она могла почувствовать себя счастливой, забывая о ужасах жизни. — Пожалуйста, больше не паподай в не приятности. — тихо сказал Бисмарк. — Ты — единственное дорогое в моей жизниЕго успокаивающий голос, грел ей душу. Миллер могла часами слушать его.— Обещаю... — ответила девочка. Внезапно, Дэнис остранил Констанс от себя. Миллер удивлённо посмотрела на него, не понимая причины такой реакции. Девочка встала возле парня и посмотрела в ту же сторону, что и он. Из прохода вышла одна из медсестёр. Она прошла мимо Дэниса и Констанс, необращая внимания. Никому было неизвестно, как персонал может отреагировать на отношения между пациентами, да и не хотелось испытывать судьбу. По этому, пара решила скрывать свои отношения от посторонних. — Чуть не попались — выдохнул Бисмарк. Он уже хотел вновь заключить свою возлюбленную в объятья, но та резко отстранилась от него, бегая взглядом по коридору. — Что такое? — обеспокоенно и немного удивлённо спросил парень.— Ты не понимаешь, Дэн, так больше продолжаться не может. — сказала Констанс, стараясь говорить тише, чтобы их никто не услышал. Её дыхание участилось. Страх охватил девочку, она боялась, что кто-нибудь сможет узнать её замысел. Она не так боялась за свою жизнь, как за жизнь Дэниса.— Конни, ответь, что не так? — снова спросил её Бисмарк, искренне не понимая реакции Миллер. Она вновь подошла к нему, взяв за руки и не моргая смотрела в его карие глаза. Лицо девочки было предельно серьёзным, шутить она явно не была намерена.— Дэнис, давай сбежим от сюда. —:это звучало как утверждение, нежели вопрос. Бисмарк распахнул глаза в непонимании. Он, конечно, понимал, что это место нельзя назвать Раем, или даже Чистилищем, но сбежав от сюда их жизнь наладиться не сможет. Куда же смогут пойти два пациента из псих-больницы? Однако, было понятно, что Констанс подобные вопросы мало заботили. Она хотела лишь свободы, а дальше как пойдёт.— С тобой я пойду куда тебе угодно. — Дэнис мягко улыбнулся ей. Голубые глаза тут же заблестели искренней радостью. Не в силах сдержать своих эмоций, Миллер тут же заключила парня в объятья. Тот, не растерявшись, ответил на её жест. Констанс знала, что всегда могла положиться на Дэниса. А вот он уже корил себя за то, что просто не может отказать ей. Только мысль о том, что дальше разговора это не зайдёт, успокаивала его.

Переворачиваясь на другой бок, Констанс сильнее закуталась в тонкое одеяло. Этой ночью было не привычно холодно и, как на зло, не спалось. Девочка только и думала о предстоящем побеге, обдумывая план, в предвкушении скорейшей свободы. Только эта мысль грела её в эту холодную ночь. Миллер прикрыла глаза, продолжая пытаться заснуть. В это мгновение она нечего не слышала кроме гнетущей и пугающей тишины. Девочка и подумать не могла, что ночью в больнице так тихо, что даже не слышно проходящих мимо дежурных медсестёр. Время словно остановилось. "Констанс" — тихий, едва уловимый голос, будто раздался в голове. Девочка резко открыла глаза, инстинктивно приподнимаясь на кровати, оглядывая комнату.— Кто здесь!? — шепотом произнесла она. Холод ушёл на второй план, давая место страху. Толпа мурашек пробежалась по спине, холод коснулся ног, а в голову резко ударила волна, отдавая в висках. Констанс забыла как дышать. Она не понимала, как такое возможно. Было ощущение, что он раздаётся у неё в голове, ведь если бы он раздался в реальности, то давно уже встала одна из её трёх соседок по палате."Констанс" — снова раздался тот же голос. Миллер в панике поняла, что не знает кому бы он мог принадлежать. Высокий, тонкий, с ноткой зловещести. Он ни как не мог принадлежать её знакомым или кому-либо из персонала. Дверь тихо скрипнула. Констанс пригляделась. Сквозь тьму, она смогла увидеть два жёлтых глаза и пушистый хвост, который тут же, как только его заметили, скрылся в коридоре.— Локи!? — всё так же шепотом произнесла удивлённая Миллер. До попадание в лечебницу, у неё был чёрный кот по имени Локи. Констанс с ним были лучшими друзьями. Попрошествию переломного момента, девочка думала, что кот умер, по крайней мере так утверждали полицейские. Она и тогда не верила им, а сейчас и вовсе настроена враждебно. Миллер знала, что Локи не мог просто так умереть, она чувствовала, что он жив и он пришёл за ней, чтобы помочь ей сбежать. Констанс встала с кровати, тихо идя по кафельной плитке. Когда она вышла в коридор, в голове вновь раздался голос, но девочке было уже плевать. Сейчас что для неё важно это её кот. Миллер босиком, аккуратно шла за тенью кота, которая время от времени появлялась в дверном проходе, но ей так и не удавалось поймать его. Голос становился всё более отчётливым. В коридоре не было ни души, словно больница вымерла. Ни одной медсестры, ни одного пациента, ни одного шума, ни чего. Это вызывало волнение и внутреннею панику. Палата Констанс находилась на втором этаже. Кот и странный голос повели её на первый этаж. Девочка прошла по коридору, смотря во все дверные проёмы. Неожиданно тень Локи появилась у двери, за которой находилась очень маленькое помещение, в котором технички хранили швабры, моющие средства, вёдра и прочие вещи. Подойдя к двери ближе, Миллер уже потянулась к замку."Констанс" — снова сводящий с ума голос. Ладонь легла на ручку, сжимая её и медленно поворачивая вниз. Девочка потянула дверь на себя. В глазах начало темнеть. Боль ударила в голову, что Констанс подалась вперёд, слегка сгибаясь. Прохладный ветер дунул в лицо. Миллер попыталась встать ровно, но из-за головной боли и покидающих её сил, сделать это не удавалось. Она пыталась схватиться руками за дверь, но пальцы не слушались. Констанс упала на пол, теряя сознание.