Ада

Утро наступило слишком быстро.

Будто ночь так и не закончилась. Будто я так и не проснулась по-настоящему.

Я лежала, уставившись в потолок, и пыталась понять, что из вчерашнего было реальностью, а что — плодом моего воображения. Машина. Тишина. Его голос. Его губы.

Слишком живо, чтобы быть сном.

Я перевернулась на бок и натянула одеяло до подбородка. Телефон лежал на тумбочке экраном вниз — выключенный. Я сделала это намеренно. Будто так можно было отсрочить последствия.

Будто игнорируя это, можно было заставить всё... исчезнуть.

Не получится.

Я это знала.

Я закрыла глаза — и сразу же снова почувствовала это.

Тот момент.

Как всё вокруг стихло.

Тепло его губ — осторожное, но уверенное.

Как будто он не торопился.

Как будто знал, что я не отстранюсь.

Я тихо вдохнула.

Я ведь не отстранилась.

И это меняло всё.

Мне нужно было сказать «нет».

Мысль возникла внезапно. Чётко.

Острая.

Нужно было остановить это, пока всё не зашло слишком далеко.

Потому что я знала, чем обычно заканчиваются такие истории.

Такие, как он, не влюблялись.

Они выбирали. Брали. Теряли интерес.

А потом уходили.

А такие, как я...

Я не дала мысли закончиться.

Нет.

Я не собиралась быть той самой девушкой.

Я его даже не знала.

По-настоящему — нет.

Я знала только, как он смотрит. Как говорит. Как прикасается — будто уже уверен, что я его.

И вот в этом была проблема.

Для него это было слишком легко.

Слишком естественно.

Слишком уверенно.

А значит — возможно, я не была особенной.

Просто... кто-то, кто его заинтересовал.

Пока что.

В груди неприятно сжалось.

Но тогда... почему это не ощущалось как игра?

Почему он остановился?

Почему дал мне пространство, а не взял больше?

Я слегка сжала губы, будто всё ещё могла почувствовать его.

Господи...

И что мне теперь с этим делать?

Я медленно выдохнула и снова закрыла глаза.

Нужно было отступить.

Быть осторожнее.

Сделать шаг назад.

Это было бы правильно.

Я должна была сказать ему «нет».

Но это решение уже не звучало так уверенно.

Потому что где-то глубже... было что-то ещё.

Тихое притяжение.

Опасное любопытство.

И что-то слишком похожее на доверие.

Утро выдалось холодным. Я не вылезала из постели до девяти, если не позже, пытаясь справиться со своими мыслями и старательно изображая сон, когда мама и бабушка по очереди заглядывали ко мне в комнату.

— Ада, ты встаёшь? — осторожно спрашивала мама.

— Спит она, — шептала бабушка. — Пусть спит.

В итоге, я и вправду почти заснула. Была где-то на грани.

В десять часов раздался дверной звонок.

Я вздрогнула и зарылась лицом в подушку. Гости у нас бывали редко. Разве что соседка снизу — бабушка раньше работала с ней в доме престарелых. Наверное, она, подумала я и снова закрыла глаза.

— Курьер? Какой курьер? — донёсся голос бабушки.

Любопытство победило сон. Я села в кровати, потом быстро накинула пушистый халат, кое-как пригладила растрёпанные воло и осторожно выглянула из комнаты.

На пороге стоял парень. Точнее — я видела только его ноги. Всё остальное скрывал огромный букет белых роз. Больших. Шикарных. Таких, какие я раньше видела только в фильмах.

— У меня доставка для госпожи Билецкой, — произнёс курьер.

— Мы тут все Билецкие, юноша, — ответила мама, явно поставив его в тупик. — Для кого именно?

— Мой бедный мальчик, поставь ты их уже куда-нибудь, — всплеснула руками бабушка. — Ты же надорвёшься!

— А-де-ла-и-да, — по слогам прочитал он с планшета.

Я пискнула, выходя из своего укрытия, и тут же прикрыла рот ладонью — слишком уж предательски округлились не только глаза, но и губы.

— Распишитесь, пожалуйста.

Он протянул мне электронный планшет. Я что-то нацарапала пальцем, совершенно не осознавая, как именно выглядит моя «подпись». Курьер заметно повеселел, пожелал хороших выходных и исчез.

В цветах торчал маленький кремовый конверт.

Я достала его дрожащими пальцами и под пристальным взглядом мамы и бабушки вынула записку.

«Самой красивой девушке на свете.Э.P. S. Включи телефон, пожалуйста».

Эмир прислал мне цветы.

Эмир... прислал мне цветы?

— Я же говорила, что у нашей девочки появился поклонник, — пропела мама.

— Главное, чтоб не проходимец какой-то, — проворчала бабушка. — У нас и вазы-то такой нет. Неси ведро, Алина.

— Проходимцы такие букеты не дарят, мама! - радостно сообщила моя мама. Причем так радостно будто этот букет предназначался именно ей.

Она сказала что-то ещё, но я уже не слушала. Бросилась в спальню включать телефон.

Два пропущенных вызова.Одно сообщение.

Эмир:«Заеду за тобой в 11. Будь готова».

Я уставилась на экран.

Заедет.За мной.В одиннадцать.

Я посмотрела на часы.

Сорок пять минут.

— Чёрт! — вырвалось у меня.

Я заметалась по комнате. Душ. Нет, времени нет. Волосы. Одежда. Что надеть? Почему в шкафу вдруг всё стало не тем?

— Ада, у нас пожар? — крикнула бабушка, когда я пронеслась мимо неё в ванную.

— Хуже! — рассмеялась мама. — Парень на свидание зовёт! Не иначе. Надеюсь, на занятия ты теперь так же быстро будешь собираться, — добавила она.

Я ничего не ответила. Ровно в одиннадцать я стояла у окна, нервно теребя край бабушкиной занавески. Машина подъехала почти сразу. В тот же момент телефон коротко вибрировал.

«Спускайся».

Мама с бабушкой вдруг засобирались по магазинам — хотя ещё минуту назад никуда не собирались. Одна до жути хотела рассмотреть моего таинственного «мистера Э.», другая возмущалась, что в доме даже нечем угостить гостя.

Цирк. Самый настоящий. И я — в главной роли.

Когда любопытство в итоге победило сомнения, я глубоко вдохнула, накинула куртку и наконец вышла из квартиры.