Глава 4 - «Ты привел его с собой»

Лисовский приехал к дому Сони. Начал спускаться в подвал.

Запах гнили - первое, что ударило мне в нос, как только я сбросил с бетона последний камень. С фонариком и пистолетом я начал спуск. Ступень за ступенью, в темноту.

Подвал не был обычным.

Стен не было. Только земля. Мокрая. Чёрная. Она дышала.

Сквозь гул я услышал голос. Едва различимый, как шорох под кожей:

- Лисовский... ты ведь всё понимаешь... да?

Я не отвечал. Продолжал идти. Фонарик замигал.

Сначала я увидел папу Сони. Он стоял у стены. Его кожа - прозрачная, глаза белые. Он говорил губами, но звука не было. Я понял - он застрял. Здесь. Не мёртв, не жив. Как муха в янтаре.

А рядом - девушка. Соня. Изуродованная, но узнаваемая. Она сидела, обняв колени. А её глаза... её глаза были живыми. Она шептала:

- Беги... Он рядом...

И тогда я услышал его.

Шорох. Скрежет когтей. И потом - из темноты выползло оно.

Существо. Тот, кого она называла "братом". Тело человека, но изломанное, растянутое. Грудь - пустая клетка. Из пасти - язык, как у змеи, с лицом ребёнка на конце.

Он остановился передо мной.

- Ты детектив, да? Хочешь найти правду?

Я не смог выстрелить. Рука не слушалась. Он шагнул ближе.

- Правда - в ней, - он указал на Соню. - Она - якорь. Она связана со мной. Пока она жива... я живу. Папочка пытался спасти её. Мама - кормить меня. А ты?

Он склонился ко мне.

- Что сделаешь ты?

Я сорвался. Схватил Соню, рванул вверх. Сукины дети, я не знаю, как мы выбрались, но успели.

Когда мы оказались снаружи - подвал схлопнулся. Как будто земля проглотила сама себя. Осталась только воронка. И запах. Запах мяса, смерти и чего-то древнего.

Соня посмотрела на меня. Её глаза потемнели:

- Он... не исчез. Он вошёл в тебя.

Я вздрогнул. А потом понял - её глаза больше не её.

---

В ту ночь я снял кожу со своей руки. Просто сидел и сдирал. Под ней - была другая. Серая, с белыми прожилками.

И в ухе - детский голос:

- Спасибо, что вынес меня наружу, дядя...