Глава 4. Саманта

  В кампусе жизнь била ключом. Студенты образовали в нем свой отдельный мирок, и теперь я тоже стала его частью. Это был словно один большой городок, со своими жителями и своими законами. Повсюду шатались молодые люди, столпившись отдельными кучками, со всех сторон был слышен смех и лилась музыка. Я боялась, что не смогу влиться во все это, шла из кабинета управляющего со своими вещами наперевес, стараясь не обращать ни на кого внимания. Но то и дело люди смотрели на меня с неподдельным интересом и казалось, что они рассматривают меня как подопытную лягушку под микроскопом. Мне выделили комнату в корпусе В. Найдя нужное здание, вошла в него и тут же столкнулась с одной из девушек. Это была миловидная блондинка, типичная Барби, одетая в розовое платьице, яркое, до зубовного скрежета. Окинула меня надменным взглядом, поморщившись при виде моей одежды. В любимых кедах, потрепанных джинсах и толстовке рядом с ней я смотрелась инопланетянкой. - Ты, наверное, новенькая? - сладким голоском пропела Барби, приподняв бровь. - Да, - ответила, пытаясь обойти ее и продолжить свой путь. Но девушка снова перегородила дорогу, встав в такую позу, будто прямо сейчас готова к фотосессии. Я невольно отметила ее фотогеничность взглядом фотографа. Посмотрела на нее вопросительно, не понимая, что ей от меня нужно. - Я Салли, - сказала она, а я, не удержавшись, тихонько хмыкнула. Имя как нельзя лучше подходило девушке, она и выглядела, как принцесса. - Ну а меня зовут Сэм, - я набросила на себя одну из дежурных улыбок, - приятно познакомиться, Салли. - А не ошибся ли ты корпусом, Сэм? - засмеялась со своей же шутки она. Смех у нее был звонким и переливчатым. На щеках появились ямочки. - А ты местный консьерж, да, Салли? - сделав невинный взгляд, спросила в ответ. Девушка забавно приоткрыла свой ротик, и я, воспользовавшись этим, отсалютовала ей рукой и пошла в сторону коридора. Нужная мне комната оказалась в самом конце. На дверной ручке висела табличка "Не беспокоить". Мне, определенно, уже нравится эта комната. Хотя у меня был ключ, я решила постучать, зная, что буду жить не одна, а с одной из студенток. На стук никто не откликнулся, дверь же оказалась открытой. Я вошла в комнату, которая оказалась совсем крошечной. В ней поместились две кровати, расположенные в разных концах друг напротив друга, рядом с каждой стояла тумбочка, у окна два комода и у двери высокий шкаф. В комнате никого не оказалось. С правой стороны была еще одна дверь. Я стала осматриваться, стараясь понять, где мое место. Разгадать это было не трудно. Одна из кроватей была завалена кучей тряпья, на стене висели разные плакаты с изображением музыкальных групп. На тумбочке стояла кружка с кофе, от которой все еще исходил пар. Я бросила свои вещи на кровать и села, облокотившись к стене. Прикрыла глаза, чувствуя усталость. Все же перелет и напряжение, в котором я находилась последние часы, давали о себе знать. Буквально через несколько минут та самая дверь отворилась, и из нее вышла моя соседка. Латиноамериканка. Девушка была обернута в полотенце, едва прикрывающее бедра. В ушах у нее были наушники, она резко остановилась, увидев меня. - Так ты и есть моя подруга по несчастью? - спросила она, доставая наушники из ушей. У нее просто невероятная прическа. С правой стороны волосы выстрижены под короткий ежик, с левой более длинные, переходящие в косую челку, спадающую на глаза. Но не это привлекло мое внимание. Цвет. Он ярко-розовый, с отдельными голубыми прядями. В сочетании со смуглой кожей цвета топленого шоколада - это просто ядерная смесь. Мне тут же захотелось взять в руки фотоаппарат и запечатлеть ее прямо сейчас. - Можно сказать и так, - приветливо улыбнулась я ей, - я Сэм. Девушка кивнула и прошла к своей кровати. Уселась на нее, приняв позу лотоса и посмотрела мне в глаза. - Я Бьянка, - сказала она без тени улыбки, - ты должна ответить на мои вопросы. Я засмеялась от такого напора. - Будет допрос с пристрастием? А где же лампа? Бьянка посмотрела на меня удивленно, и на мгновение стала похожа на маленькую девочку. - Какая лампа? - Ну та, которую направляют в лицо для большего эффекта. Девушка засмеялась и поправила челку, снова упавшую ей на глаза. - Лампы нет, но могу воспользоваться своим мобильником, - она резко хлопнула в ладоши и набросила на себя суровый вид. Это выглядело так забавно, что я едва смогла сдержать рвущийся наружу смех. - Итак, начнем, Сэм. Ты вегетарианка? - Нет. Лицо Бьянки потемнело, но она продолжила. - Ты ходишь во сне? - Эээмм... вроде бы, нет, - отвечаю ей. - Выпивка? - не прекращала свой допрос соседка. - Отношусь нейтрально, - хмыкнула я, сразу вспомнив, как на мое шестнадцатилетие мы с Оуэном набрались текилы. - Властелин колец или Гарри Поттер? - не унимается Бьянка. Я начинаю смеяться, на что девушка грозно шикает на меня. - Мы занимаемся серьезным делом, отвечай! - Ок, - делаю я серьезную мину, - Властелин колец. Бьянка облегченно мне улыбнулась, и я тут же добавила. - Но Гарри тоже ничего. Спустя пять минут перекрестного допроса, соседка вынесла вердикт, что мы с ней вполне уживемся. Она и правда немного странная, но ее заразительная и искренняя улыбка подкупает. *** СПУСТЯ ДВА МЕСЯЦА Я сидела в парке в полном одиночестве. В это время в нем было немноголюдно. То, что нужно. Буквально через час здесь будет куча народа. Сейчас же над небольшим озером повисла дымка утреннего тумана, вокруг стояла тишина, слышно было лишь чириканье птиц. Я люблю такое чувство единения с окружающим миром. Есть только я и моя камера, вместе мы можем остановить прекрасные мгновения, на которые порой просто не обращаем внимания. Вот по ветке пробежала белка, остановившись, будто услышав что-то неподвластное нашему слуху. Или же капли росы на траве, которые образуют диковинный узор. Луч солнца, пробивающийся сквозь пышную листву деревьев, приносящий новый день. А вот неподалеку появился мужчина, выгуливающий лабрадора. Пес резво бегал по поляне, в то время как его хозяин отчаянно пытался проснуться. Посмотрев на дисплей камеры, я улыбнулась. Получился удачный кадр, мужчина зевал во весь рот, когда собака забросила передние лапы ему на грудь. Постепенно я влилась в студенческую жизнь. Родители до сих пор держали на меня обиду, на самом деле делали они это лишь из принципа. Связалась с ними только раз, в первый день, сообщить, что со мной все нормально. После этого ни я ни они не делали попыток к сближению. О моем прошлом мне напоминали лишь редкие звонки Оуэну. Мы не общались уже больше двух недель, парень устроился барменом в один из баров нашего города. Днем, когда у него выдавались свободные минутки отдыха, я находилась на учебе. Ну а ближе к вечеру и ночью, когда я заваливалась в нашу с Бьянкой комнату и хватала лэптоп, в надежде выйти на связь с другом, он пропадал на этой чертовой работе. И да, меня это совсем не должно волновать... Я стала снова просматривать кадры, которые успела заснять за это утро, как раздался звонок мобильного. Мне даже не требовалось смотреть на экран, чтобы понять, кто звонит. Бьянка в первый же день нашего знакомства схватила с тумбочки мой мобильник и с беззаботным выражением лица занесла свой номер в список моих контактов. И теперь каждый раз, слыша завывающего марсианина Лето в своем кармане, я знаю, что звонит подруга. - Ты готова? - спрашивает с ходу она. - Нет, - отвечаю ей, как есть, и начинаю отчаянно врать, - я уехала из города, так что я пас. Бьянка молчит, слышно лишь ее дыхание в трубке. И тогда я продолжаю играть роль. Делаю жалобный голос, уповая на то, что он проймет ее до глубины души. - Мне жаль, правда, - грустный и тяжкий вздох, - я же тебе говорила, что не буду в этом участвовать. - Обернись назад, детка. Медленно я поворачиваюсь назад и ни капельки не удивляюсь, увидев подругу в нескольких метрах от себя. Вот черт! Она срывается с места и через несколько секунд подлетает ко мне розововолосой фурией. - Ты долбаная задница, Саманта Джоусон! - Бьянка кричит, от чего окончательно проснувшийся мужчина с лабрадором смотрит на нас, как на сбежавших из психушки, - я так и знала, что ты соскочишь! Уехала из города, ага... Ты же обещала. И что прикажете делать? Пытаться доказать, что как раз-таки Я никому ничего не обещала, а подруга как всегда услышала то, что хотела услышать. - Боже, Бьянка, - едва ли не ною я, - не заставляй меня проходить через это. Мои уговоры на нее не действуют, она решительно хватает меня за руку, поднимает с уютной скамейки и делает тот умоляющий взгляд, от которого я никогда не могу устоять. - Ну же, Сэм, - шепчет она со слезами на глазах. О, она прекрасная актриса, но я каждый раз попадаюсь на один и тот же крючок, - я не смогу одна... Через тридцать минут мы стоим с транспарантами и плакатами "Долой опыты над несчастными животными!", перед зданием мэрии. Вместе с нами размахивают табличками еще с десяток придурков, озабоченных этой проблемой. Бьянка уже в пятый раз затаскивает меня на такие акции протеста, мне кажется, ей не важно, чему посвящена очередная. Сама возможность пойти против системы распаляет подругу покруче любого энергетика. Черт его знает, почему я каждый раз соглашаюсь на очередную авантюру с ней. Умерший во мне психолог слабо подает голосок о том, что мне и самой это нравится. В глубине души. Но моя здравомыслящая часть предпочитает об этом не думать. Через час пикирования мэрии на площади появляются копы и разгоняют наш несанкционированный митинг. В этот раз все обходится без жертв, никого из нас не арестовали, но самое главное, акцией заинтересовались телевизионщики. Бьянка делает невинное личико и говорит, что даже не догадывается, кто мог сообщить им о времени проведения митинга. А я делаю вид, что верю. Времени заскочить в кампус уже не оставалось, и мы с Бьянкой сразу же направились на занятия. Дождь пошел внезапно, когда до корпуса университета оставалось лишь несколько кварталов. - Я убью тебя когда-нибудь, - кричу подруге на бегу, хотя не испытываю к ней зла. Мы промокли до нитки в своих тоненьких кофточках, и по закону подлости в довершение удачного дня какой-то придурок на своем бьюике окатил нас из лужи. Грязь была повсюду, даже во рту. Слышу отчаянный визг Бьянки и насмешливый мужской голос, прокричавший что-то про кисок. - Сукин сын! Ты запомнила номер? - дергает меня за рукав подруга, а я не выдерживаю и начинаю улыбаться. Сначала одними губами, осторожно, но постепенно улыбка перетекает в истеричный смех. - Ага, - успокаиваюсь я, - дадим объявление в Chicago Times, может, парень откликнется и принесет свои искренние извинения. - Ну а мы засунем их в задницу, - подхватывает подруга, и в таком настроении мы подходим к зданию универа.