Глава 3. Быть Гарри Поттером

Время шло. Снейп, если и не до конца освоился, то, по крайней мере, смирился со своим положением. Он научился отключаться, когда во время всех приемов пищи разговоры заходили о квидиче, приспособился пить Всесущное зелье так, чтобы его никто не видел при этом. Он принимал как неизбежное зло необходимость общаться с Рональдом Уизли и даже научился получать некоторое удовольствие от отношений с Джинни Уизли. Он не смог окончательно привыкнуть к щебетанию Лаванды и Парвати, но он поклялся, что отомстит им позже, когда вернется в свой облик. Неприятным обстоятельством был тот факт, что на него все время обращали внимание: даже здесь, в Хогвартсе, люди таращились на его шрам, за ним без конца бегали братья Криви, ему не давали прохода Малфой и его прихвостни. Однако, в отличие от его настоящих школьных лет, в этот раз было кому за него заступиться. Еще одним неприятным обстоятельством был Люпин. Вернее его изображение профессора Снейпа. Иногда Снейп был готов убить оборотня на месте: во-первых, тому абсолютно не удавалось изобразить хотя бы относительный сарказм, во-вторых, он был отвратительным зельеваром и, в-третьих, он почти не снимал с Гриффиндора баллы. Также к разряду неприятных обстоятельств Снейп относил необходимость постоянно являться в особняк Блэка, где пребывал Гарри Поттер, чтобы отдать ему полученные домашние задания и взять выполненные. Все бы ничего, но выслушивать постоянные насмешки Блэка было невыносимо. Чтобы хоть как-то обезопасить себя от них, он принимал антидот каждый раз, как шел к ним и Всесущное зелье, когда уходил. В собственном облике он чувствовал себя немного увереннее, но трансформации были весьма болезненными. Еще одна причина, по которой ему приходилось встречаться с Поттером, - его волосы и необходимость некоторых уточнений подробностей его отношений с одноклассниками. В течение первой недели пребывания в подполье Поттер выглядел весьма довольным, хотя в его осторожных расспросах о друзьях чувствовалась сначала тоска, а потом даже некоторое разочарование: - Рон не задает вопросов? - Нет, он ничего не подозревает. - «И не буду я уточнять, что он слишком увлечен своими отношениями с мисс Грейнджер, чтобы иметь достаточно времени на общение со своим другом, то есть мной», - злорадно подумал тогда Снейп. - И Гермиона не замечает отличий? - в голосе затаенная надежда, глазки за стеклами очков еще не на мокром месте, но очевидно, что все идет к этому. - Если иногда я и удивляю ее неожиданными знаниями по неосторожности, она чаще просто этому рада, думая, что в выпускном классе вы решили взяться за ум. - А... а... Дж... - «Ну, давай, спроси про нее, спроси», - думал Снейп, готовый добить мальчишку своим ответом. - А Джинни? - отчаянно краснеет, но все-таки спрашивает. - Мисс Уизли? - тон нарочито безразличный. - Выглядит вполне довольной, - фирменная усмешка. - Приятно поражена тем, что вы неожиданно научились целоваться. Советую попрактиковаться, если не хотите в последствии ее разочаровать. К Люпину ведь приходит Тонкс? Может, она вас подтянет. Уверен, ваш любимый оборотень не будет возражать. Лицо Гарри из красного становится пунцовым, потом насыщенного свекольного оттенка. - Ах, ты... - Хочу напомнить, что я все еще ваш профессор, Поттер, так что ведите себя соответственно. - «Да веди ты себя как хочешь, я сейчас так счастлив, что мне все равно. Главное - не рассмеяться». - Плевать я хотел! Если вы еще раз к ней прикоснетесь, я... я... - Даже интересно, что же вы сделаете? - бровь сама по себе скользнула вверх. - Я вас прокляну! Я убью вас! - Как пожелаете, - спокойно ответил Снейп. - Правда это будет несколько подозрительно... - Вы можете поссориться с ней, - буркнул Поттер. - Как скажете, - снова обманчиво легко согласился Снейп. - Только так, чтобы я потом смог с ней помириться. Не надо делать ей больно, - запоздало спохватился Поттер - Не уверен, что у меня это получится. Пожалуй, только подобные беседы делали посещение дома номер 12 на улице Гриммальд вполне сносными. Ну, и еще возможность съязвить по поводу выполненных домашних заданий. В одно из таких посещений, спустя три недели после подмены, Гарри Поттер находился в состоянии, подозрительно смахивающем на отчаяние. Он встретил Снейпа, гневно выпалив фразу: - Я хочу немедленно вернуться в свою жизнь! - Это не вам решать, Поттер, - резко ответил Снейп. - Но ведь ничего не происходит! Это было правдой: за все время пребывания в облике Гарри Снейп даже ни разу не был вызван к Темному Лорду. Это заставляло нервничать, поскольку могло означать, что Лорд окончательно потерял доверие к нему. И не было ни малейшего шанса выяснить, как долго еще придется разыгрывать этот маскарад. - Всегда ничего не происходит до тех пор, пока что-нибудь не произойдет, - глубокомысленно отозвался Снейп, пытаясь срезать с Гарри еще прядь волос. Тот довольно грубо отпихнул его руку и почти закричал: - Мне надоело здесь сидеть! Я хочу вернуть свою жизнь, своих друзей и свою девушку, в конце концов! Мне надо учиться! Я раньше справлялся с Волдемортом, справлюсь и сейчас. Сколько можно держать меня здесь? Зачем вообще все это нужно? - Во-первых, прекратите истерику. Во-вторых, решать, сколько еще вы здесь пробудете, Дамблдору. В-третьих, вам слишком часто везло, поэтому теперь вы не в состоянии адекватно оценить свои силы: Темный Лорд тоже умеет учиться на своих ошибках и не повторять их. Когда он похитил вас в прошлый раз, ему помешала вас прикончить только любовь к театральным номерам. В этот раз он может подкинуть вам порт-ключ и вместо слов «добрый день» поприветствовать вас словами «Авада Кедавра», - жестко отчеканил Снейп на одном дыхании. - Лично я не верю в пророчество, которое сделано в отношении вас и Темного Лорда, но до тех пор, пока в это верит Дамблдор, вы будете сидеть здесь, под защитой этих двух недоумков, а я буду изображать вас. Не думайте, что я получаю от этого хоть каплю удовольствия. Гарри молчал, насупившись. Потом, как будто вдруг что-то вспомнив или внезапно поняв, он вскинул на Снейпа свои зеленые глаза. - Но если Волдеморт сейчас похитит меня, он похитит вас, так ведь? - Это вполне логично предположить, - с издевкой ответил Северус. - Но он и вас может поприветствовать словами «Авада Кедавра». - Безусловно, - Снейп сдержанно кивнул, все же отрезая от головы Поттера нужную ему прядь, воспользовавшись внезапным спокойствием мальчика. - Но вы же погибните! - воскликнул Гарри, глядя на него удивленными глазами. - Потрясающая проницательность, - едко прокомментировал Снейп. - Сами догадались или подсказал кто? - Зачем вам это? - тихо спросил Поттер, без обычной ненависти в голосе и взгляде. - Зачем вы рискуете своей жизнью ради меня? Вы ведь меня ненавидите. Северус даже немного растерялся от его тона и взгляда. «Он что, переживает за мою судьбу? Бред какой-то! Это неправильно... Нет, мне показалось». - Как я уже говорил раньше, ни мои, ни ваши желания, симпатии или антипатии сейчас не имеют значение. У каждого из нас своя роль и свои обязательства перед Орденом. Нам остается только смириться. Его голос, когда он говорил это, не был ни ехидным, ни саркастичным, скорее просто уставшим. Не желая продолжать беседу в таком тоне, Северус поспешно удалился, оставив Гарри наедине с его мыслями, а сам вернулся к своей роли. И все же, если бы кто-то осмелился спросить Снейпа, был ли этот опыт так уж невыносим, а он решил бы ответить честно, то он, скорее всего, вынужден был бы признать, что было одно приятное обстоятельство. Гермиона Грейнджер.