ЧАСТЬ 2

Сеул, вечер того же дня.

Чон Хаын всё ещё не могла выбросить из головы фотографию, найденную возле тела. Она сидела за столом в кабинете, делая вид, что сортирует бумаги, но каждый раз, когда взгляд падал на этот снимок, в груди становилось неспокойно.

Сону стоял у доски с фотографиями и чертежами, задумчиво постукивая пальцами по подбородку.— Мы едем, — наконец сказал он.— Куда? — удивлённо подняла голову Хаын.— В тот дом, что на фотографии.

Они ехали почти час. Дорога вела всё дальше от города, фонари становились редкими, и туман медленно стелился над обочиной. Когда машина остановилась, перед ними возник старый особняк с выцветшими стенами и обвалившейся крышей.

— Здесь никто не живёт, — прошептала Хаын.— Официально — да, — ответил Сону, — но я знаю, что это неправда.

Дверь поддалась слишком легко, словно кто-то совсем недавно заходил внутрь. Запах сырости и гнили ударил в нос. Половицы жалобно скрипнули под ногами.

Внутри было темно, только свет фонарика вырывал из мрака куски обстановки — рваное кресло, пыльные книжные полки, старинные часы, стрелки которых застыли на отметке 3:15.

— Стой, — вдруг сказал Сону. — Ты слышала?

Хаын прислушалась. В глубине дома — тихие, еле различимые шаги.— Это, наверное, ветер… — попыталась она оправдать звук.Сону посмотрел на неё, и по его взгляду было ясно: он слышал то же самое.

Они пошли на звук, и шаги становились всё чётче, будто кто-то медленно отходил от них в глубь коридора.

Коридор вывел их в большую залу с камином. На стенах висели старые портреты — лица на них были расплывчаты, словно стёртые временем… или чем-то ещё.

Внезапно в другом конце залы что-то блеснуло. Хаын осветила фонариком — на полу лежала ещё одна чёрно-белая фотография. Она подняла её… и замерла.

На снимке была она сама. Сегодняшняя одежда, сегодняшняя причёска. И рядом — Пак Сону. Но фон был не этот дом. Они стояли на какой-то узкой улочке, а за их спинами — тень, которая не принадлежала ни одному из них.

— Это невозможно… — выдохнула Хаын.

В этот момент сверху, прямо над ними, раздался тяжёлый, медленный шаг.

Сону мгновенно потянул её к выходу из залы.— Мы уходим. Сейчас же.

Они почти выбежали из дома. В машине Хаын обернулась — в одном из верхних окон кто-то стоял и смотрел на них. Фигура неподвижная, тёмная, и всё же… казалось, что она улыбается.