Действие 4. Вишневый пирог

Не сказать, что меня повергло в священный трепет перед айдолом... Но чем меня привлекал один конкретный персонаж в этой группе, так это глазами. Трудно описать словами этот его взгляд, но он всегда заставлял меня замереть и молча пялиться на эту картинку в безуспешных попытках разгадать ее. Вот только через экран монитора это было гораздо... проще... Внутри этого человека была целая галактика, при чем неизведанная и непонятая никем. Это привлекало похлеще огня в кромешной ночи. Он казался человеком с одной со мной планеты: таким же странным для остальных, непохожим ни на кого - воистину инопланетянином. Это интересно - это привлекало. Мой испуг быстро прошел, сменившись, вероятно, крайне подвисшим выражением лица. Тэхен заинтересованно склоняет на бок голову, изучая его, но говорить не спешит. «Зачем ты трогала мою собаку?» — мысленно воспроизвела я очевидный вопрос, а после сгенерировала еще одно: «Мне не нравится, что ты здесь.» Или там «ты не нравишься Ёнтану, тебе конец». Но нет, Ёнтану я вроде понравилась. — Ты фанатка? — наконец выдает это создание своим глубоким низким голосом. Таким вязким, что хочется нырнуть в эти обволакивающие теплые объятия и забыться... Я смаргиваю наваждение и уже более осмысленно смотрю в его лицо. — Нет, —после секундной паузы отвечаю коротко. Тэхен изучает меня, буквально пронизывая взглядом и пытаясь найти хотя бы каплю лжи. Думает, я лукавлю. А я и сама не знаю, насколько честна сейчас. — Я не делаю из вас идолов. — нарушаю наше сосредоточенное молчание. Не уверена, что правильно произнесла это на корейском, но мое серьезное лицо компенсирует и мой акцент и недостаток словарного запаса. Надеюсь. Парень улыбается глазами. — А что тогда? Я чувствую, что у меня начинает затекать шея, несколько рассеивая магию гипнотического влияния артиста. Нет, ну что он себе возомнил? Он вообще-то даже младше меня, этот мальчишка. Кто здесь кого еще смущать должен?! Тэхен, видимо, тоже почувствовал, что его влияние трещит по швам, и будто удивленно моргнул, видя, как мой взгляд становится гораздо спокойнее и уверенней. Я вздыхаю и обхожу застывшего парня, сбрасывая наконец вещи на пустую полку. — Мне нравится ваше творчество, и только. Блондин задумчиво наблюдает за моими перемещениями от чемодана к шкафу, а я невозмутимо брожу туда-сюда, огибая его по широкой дуге. Из соображений личного пространства, конечно же. Сгрузив остаток вещей, я разворачиваюсь и сразу же подаюсь назад, со стуком врезаясь в шкаф. Тэхен вновь бесшумно оказался за моей спиной, и о личном пространстве он, видимо, вспоминал нечасто. «Not today», как говорится. Он демонстративно облокачивается рукой на полку и склоняется еще ближе. — И только? Я сверлю его упрямым взглядом, пытаясь вспомнить слова. — Вы мне нравитесь. Как люди. Он вновь склоняет голову, оценивая мой ответ. Кажется, не верит. Ну вот чего пристал, а? Я не такой уж ярый фанат. И вообще, я слишком стара для всего этого! — Кто твой биас? — Спрашивает меня мой биас. Хитрый, зараза, как лис. — Я всех люблю. — Дипломатично отвечаю и ныряю ему под руку, чтобы наконец избежать этой щекотливой близости. Парень явно нарывается. В спину раздается задумчивое хмыканье, которое в случае с Вишней, может означать все что угодно. — Я ведь тебя помню, — уже громче и гораздо непринужденней говорит Тэхен, развернувшись ко мне вполоборота и спрятав большие ладони в карманы штанов. Меня слегка раздражает эта его манера носить настолько бесформенные вещи, скрывающие фигуру. Особенно, когда посмотреть есть, на что. Хотя, если так подумать, очень благородно с его стороны заботиться о чужих нервах. Здесь и так непонятно, как людям выживать. Я вообще давно убеждена, что такие группы предназначены для категории 18+, учитывая, что парни вытворяют на сцене. Ну правда, куда такое детям смотреть? Блондин в своей излюбленной манере соблазнительно приоткрыл губы, смеряя меня хитрым взглядом, и продолжил: — Это ведь ты была там, в аэропорту. Девушка с боевым чемоданом, верно? — Этот гад комично изображает меня, размахивающую импровизированным оружием. Надеюсь, я так в действительности не выглядела. Я расправляю плечи и, скрестив руки на груди, с вызовом смотрю ему в глаза. — Ты впечатлен? Вдоволь насладившись моим выражением лица, парень с усмешкой продолжает дразнить: — Я решил, что ты фанатка. — Я не фанатка, - вздыхаю уже раздраженно. — Тогда почему ты нас защищала? А я и не думала, что можно настолько хитро смотреть. И зачем меня раздражать?! Я кусаю губу, тщательно подбирая слова, и наконец медленно выговариваю: — А тебя бы не разозлило увиденное? Когда люди - словно звери в зоопарке, и их едва ли не на кусочки растаскивают в качестве трофея? Тэхен смотрит пристально мне в глаза с неопределенным выражением на лице. — У славы есть обратная сторона медали. — И что? Вы готовы ее покорно терпеть? Пока однажды вас не разрежут на кусочки? Я не замечаю, как снова начинаю злиться. Теперь уже сама сокращаю дистанцию, подходя ближе к айдолу, заглядываю в эти нереальные черные глаза. — Мы обязаны нашим фанатам, — спокойно говорит он, умудряясь смотреть на меня по-наставнически сверху вниз. В какой-то момент я замечаю в парне... интерес? — Должна быть граница, Тэхен. Не все люди адекватны, это действительно может быть опасно. Вы ведь тоже люди, неужели ваше личное пространство ничего не значит? Он молчит, смотрит куда-то вглубь меня несколько размытым взглядом, который так некстати выводит из шаткого душевного равновесия, а потом вдруг улыбается своей мальчишеской детской улыбкой. — Ну теперь у нас есть ты. Ты ведь нас защитишь? — и кусает, зараза, губу. Как же неистово хочется надрать сейчас его айдольский зад за такие провокации! И почему я позволяю ему ерошить мои волосы? Он только шире улыбается, видя лохматую меня, с упрямым и раздраженным взглядом исподлобья. — Аххх, такая милая, — тянет он, убирая наконец руку и отступая назад. — Я думаю, мы подружимся. Ты нравишься Ёнтану. 

Я не выдерживаю и фыркаю от смеха.