Глава седьмая Ловкий жулик

Они стояли на третьем этаже под окном, светившимся мягкими приглушёнными оттенками зелёного. Открыта была лишь дверь в конце коридора по правую руку — номер «3W», единственная пустующая комната на этаже.— С неё и начнём, — предложил Негрет.— Но туда может войти кто угодно. Не слишком-то надёжно там что-то прятать.— Может, вор и рассчитывал на то, что комната мало кому покажется подходящим местом для тайника, — возразил Негрет. — И говори потише.Как и за день до этого наверху, Негрет осмотрел коридор свежим взглядом. Оловянный потолок разделён на секции тёмно-коричневыми балками. Обои старые, хотя на этом этаже на них тиснёный рисунок с нефритовыми завитками в тон самым тёмным краскам витража. Три бра на стене с каждой стороны, а в дальнем конце коридора — полукруглый столик, на котором стоит горшок с белым молочаем.«Всегда проверяй, нет ли ловушек», — напомнил себе Негрет. Может, настоящих ловушек тут и не будет, но всегда есть вероятность, что кто-то заметит их с Сирин и начнёт задавать вопросы. Он остановился и прислушался.Все обитатели этого этажа по-прежнему внизу, зато Клем на пути наверх. Лучше скрыться из виду, пока она снова не пробежала мимо по лестнице.Негрет устремился по коридору, а за ним и Сирин. Он не переставал скользить взглядом по стенам, полу, трём закрытым дверям. Мелочи, знакомые Майло до такой степени, что стали невидимыми, могли оказаться ключом к разгадке тайны для прохвоста Негрета. Мысленно он составил список того, что видел по пути к номеру «3W»: в один из плафонов нужно было вставить новую лампочку и, как и на других этажах, старые обои пора было заново подклеить. Здесь тоже в дальнем конце располагался старинный опечатанный кухонный лифт. Негрет задумался о том, не мог ли кто-то спрятать что-нибудь внутри, но закрашенная дверь выглядела, как обычно. Никто не заходил в этот кухонный лифт уже очень-очень давно.Рядом с дверцей лифта стоял столик. Аккуратно раздвинув листья молочая, Негрет увидел, что цветок недавно поливали. Должно быть, миссис Пайн утром уже прошлась по этажам с лейкой. Негрет поморщился от сладковато-пряного запаха, которым обдал его цветок, а потом заглянул под столик, не прикрепил ли вор добычу к внутренней стороне скотчем. Увы.— Я слышу Клем, — прошептала Сирин.Негрет кивнул, и они нырнули в пустую комнату.Слева стояла полка для багажа. В комнате была двуспальная кровать, в изножье которой лежало свёрнутое одеяло в сине-зелёную полоску, а рядом стояли небольшой письменный стол, стул и низкий комод с шестью ящиками. Из окна открывался вид на поросший лесом холм, и сквозь пелену снега — он что, пошёл ещё сильнее? — Негрет различал очертания приземистых старых хозяйственных построек, рассредоточенных на участке вокруг дома.— Везде порядок? — поинтересовалась Сирин.— Да, насколько я вижу.Он заглянул под кровать, но не обнаружил ничего, кроме пары клубков пыли, похлопал по простыням, подушкам и сложенному одеялу. Ничего. В комоде и в столе тоже. Они отодвинули комод от стола, выдвинули ящики целиком и заглянули внутрь комода. Пусто.Негрет даже подсадил Сирин, чтобы осмотреть светильники поближе. Ни-че-го.В ванной, похоже, тоже секретов не было. Негрет испытывал лёгкое разочарование, когда аккуратно складывал полотенца после бесплодных попыток найти под ними хоть что-нибудь. Здесь особо и не было места что-то прятать. В туалете нет бачка. Шкафчик для лекарств пуст, единственные бросающиеся в глаза предметы — бутылочка шампуня и мыло на полке.— Что теперь? — спросила Сирин, прислонившись к раковине с засученными рукавами плаща.— Я не знаю. — Негрет присел на край ванны и поправил складку на узорчатой бумаге, в которую был завёрнут кусок мыла. — Следующий этаж? Там три пустых комнаты… — Он замолчал на полуслове и посмотрел на кусок мыла, который только что держал в руках. Оно не было использовано. Упаковка должна была быть заклеена наглухо. Майло помогал разносить мыло и шампуни по номерам довольно часто, поэтому знал, что мыло такой марки доставлялось в заклеенной упаковке, но именно эта была открыта.Он поднял мыло и тут же почувствовал: что-то тут не так. Вес! Негрет перевернул мыло и аккуратно снял обёртку. Кусок мыла вывалился ему в руки, и сердце тут же учащённо забилось. Тоненькая линия тянулась вдоль его бока. Шов.Негрет нащупал в кармане связку ключей. «Помни, — услышал он голос своего воображаемого отца, опытного старого верхолаза, — не только закрытые двери скрывают сокровища».Плоский диск на связке с ключами оказался достаточно тонким, чтобы вставить его в шов. Лёгкое нажатие — и кусок мыла в руке раскрылся, словно раковина, на две половины.Внутри мыло было выдолблено, а в полости лежали золотые карманные часы.— Ух ты! — восхитилась Сирин. — Ты крут!«Ловкий жулик, — ликовал Негрет, — может украсть любой предмет, который находится под замком, что открывается ключом или комбинацией ключей, ну или хранится в туалетных принадлежностях в отеле».— Ух ты! — эхом повторил Негрет.Вору повезло, что миссис Пайн не жалела мыла нормального размера, вместо крошечных кусочков, как в большинстве отелей, поскольку часы были не маленькие, размером почти с его ладонь, на цепочке, а цепочка заканчивалась перемычкой, которую нужно продевать в петлю. Негрет нажал на кнопочку, и часы открылись. На внутренней стороне крышки была выгравирована надпись:«Д. К. В. с уважением и благодарностью за отлично выполненную работу от Д. & М.».— «Д. К. В.», наверное, значит «Де Кари Виндж», — сказал Негрет. — Что ж, никаких сомнений. Это часы мистера Винджа.Они несколько минут глазели на находку.— И… что мы будем делать? — спросила Сирин. — Нужно вернуть их обратно?В голове Негрета мысли так и кружились.— В конце концов — да. Но не сейчас. Если вор узнает, что мы нашли одну из украденных вещей, то перепрячет остальные.— Хочешь оставить часы здесь? Чтобы он ничего не заподозрил? Ну, или она.— Нет, поскольку так он сможет в любой момент переложить часы в другое место. — Негрет поднёс мыло к раковине, чуть-чуть приоткрыл кран, смочил края половинок и снова склеил их. Затем аккуратно завернул пустое мыло и положил туда, где обнаружил.— Но он поймёт, что мы его раскусили, как только возьмёт мыло, — заметила Сирин.— Да, но готов поспорить, он его трогать не будет. Пока что, во всяком случае. Он скорее заглянет проверить, там ли мыло, где он его оставил, но не захочет, чтобы кто-то увидел, как он шастает по чужим номерам. Это вызовет подозрения.— Что же мы будем делать с этими часами? Нельзя, чтобы нас с ними поймали. Решат, что мы их взяли.— Мои родители никогда так бы не подумали, — хмыкнул он, но в словах Сирин была своя правда. Родители, может, и не подумали бы, а вот остальные гости очень даже могут. Нужно спрятать их в каком-нибудь надёжном месте, пока они с Сирин не решат, как вернуть их владельцу.— Я придумала! — Сирин щёлкнула пальцами. — Нужно отнести часы в Эмпориум. Давай. — Она протянула руку. — Я понесу. На случай, если нас застукают.Негрет широко улыбнулся.— Потому что ты невидимая?— Разумеется, — ответила она, сунув часы в карман Плаща Золотой Неразличимости.Затем они осторожно прошли обратно по пустому номеру и замерли перед дверью, прислушиваясь. Тишина. Негрет выглянул наружу и убедился, что коридор пуст.— Пошли!Двое искателей приключений добрались до чердака без неожиданностей, никого не встретив. Негрет отпер дверь, задержался на входе, проверяя, нет ли ловушек, а потом вдруг застыл как вкопанный.— Ещё одна паутина? — спросила Сирин, выглядывая из-за его плеча, а потом и сама увидела это. — Ой, мамочки. Ты думаешь о том же самом, что и я?Большая, хитроумная паучья сеть, за которую он чуть было не зацепился накануне, превратилась в пыльные лохмотья, которые легонько покачивались в холодном воздухе.— Да, — мрачно кивнул он. — Кто-то побывал в Эмпориуме. — Он быстро сделал шаг назад. — А что, если они всё ещё тут?Сирин фыркнула.— Если и так, то они уже знают, что мы здесь, и им будет очень стыдно, когда их застукают. — Она крикнула в открытую дверь: — Эй, вы, слышите, проныры?! Лучше придумать оправдания прямо сейчас!Разумеется, ответа не последовало.— Ну, идём или нет? — спросила Сирин.Негрет судорожно сглотнул.— Да, идём.Он осторожно переступил через порог и ощупью нашёл шнур выключателя. Лампочка ожила. Но казалось, что следующий выключатель на этот раз ещё дальше. Сирин подтолкнула его:— Я прямо за твоей спиной.— Ладно, ладно. — Он сделал глубокий вдох и заставил себя подойти ко второму шнуру, а потом к третьему. Как ни странно, никто не выскочил из темноты. — Может, это мама или папа, — сказал он, зажигая последнюю лампочку. — Это было бы самое простое объяснение.— Нет, — буркнула Сирин. — Твои мама с папой всё утро искали вместе с гостями пропавшие вещи. Вряд ли у них нашлось бы время для прогулок на чердак.— Ну, кто бы это ни был, он уже ушёл.Сирин достала из кармана часы.— Давай я поищу, куда бы на время спрятать это сокровище, а ты пока осмотришься, вдруг увидишь, что что-то не на своём месте?— Ага, вот так прямо я и увижу, — проворчал Негрет.— Мы совсем недавно здесь были, — возразила Сирин. — И хорошенько осмотрели чердак. Может, тебе повезёт, и ты что-нибудь заметишь.— Ну да.Негрет оглянулся и попытался решить, откуда начать искать то, что, по мнению Сирин, он может заметить. Затем вспомнил про карту, которую нарисовал в прошлый раз, и вытащил её из рюкзака. Вот вешалки с одеждой, ящики со старыми игрушками, коробки завёрнутых в тряпки бутылок, громадная стопка пыльной парусины, на которую они с Сирин садились, чтобы изучить трофеи, — всё было так, как они и зарисовал на разлинованной бумаге. Старая дверь прислонена к стене, а коробки с Самоцветами Всевластия наполовину скрыты за механизмом кухонного лифта…Негрет остановился, повернулся на одной ноге и шагнул в островок света от четвёртой лампочки. Что-то…Сирин подскочила к нему.— Что?— Тсс! — Он уставился на карту, а потом снова поднял голову.— Куда ты…— Тихо! — Он поднял руку, призывая к тишине, а Сирин закрыла рот, скрестила руки на груди и сделала шаг назад. — Что-то… но я не понимаю, что именно.— Супер. — Сирин подошла к стопке парусины, вскарабкалась на неё и села, обняв колени.И тут Негрет понял, что изменилось.— Вот! — воскликнул он. — Слезай!Он согнал Сирин с места и начал обыскивать слои ткани. Вчера парусина была свёрнута так, что когда они сидели сверху, то обоим хватало места, вдобавок Негрет ещё и свой рюкзак поставил между ними. А теперь место было лишь для одного!Парусина была тяжёлая и ужасно пыльная, но с помощью Сирин Негрету удалось развернуть огромные складки, пока стопка не превратилась в грязное парусиновое озеро. А посреди волн этого озера плавал комок непонятной формы, засунутый между последними двумя слоями ткани. Негрет полз между этими слоями, кашляя и снимая паутину с носа, пока не добрался до комка, а потом ещё выкарабкивался задом наперёд в полумрак Эмпориума с находкой в руке.— Поверить не могу! — ахнула Сирин, когда он вылез.— Я тоже!Они оба уставились на сумочку для рукоделия, на которой было вышито изображение «Дома из зелёного стекла» в окружении синевато-зелёных сосен. Негрет перевернул сумочку — там были ворота. Совершенно точно те же самые ворота, что на водяном знаке и на витражах, вот только с одним маленьким отличием. У ворот на сумочке была одна деталь, которая отсутствовала у других изображений, — небольшой узелок бронзово-золотистых ниток, подвешенный с одной стороны. Фонарь.— Я хочу вернуть сумочку миссис Геревард, — заявил Негрет. — Не хочу заставлять её ждать.— Тогда нужно найти и блокнот Джорджи. И подозреваю, раз первые две пропажи нашлись в разных местах, то блокнот, скорее всего, в каком-то ещё третьем месте.— Ага. — Негрет пнул край парусиновой кучи. — Помоги мне сложить обратно в стопку.— А где ты хочешь спрятать сумочку, пока мы не нашли блокнот? — спросила Сирин.— У меня появилась отличная идея.Они, изрядно попыхтев, вернули парусину на место и отряхнули руки. Негрет взял сумочку.— Кстати, куда ты положила часы?— Закопала в одну из коробок с Самоцветами Всевластия.— Доставай! Я придумал место получше.Идея пришла в голову Негрету, пока они с Сирин пытались сложить тяжёлую парусину обратно в аккуратную стопку, и это напомнило о другом занятии, которое ему предстояло рано или поздно сделать, что бы ни происходило в доме. Так он придумал отличный, просто идеальный тайник.— Нам нужно для начала кое-что забрать с нашего этажа.А ещё предстояло найти блокнот, который мог быть где угодно.Когда они покинули Эмпориум, то Негрет, запирая дверь, начал мысленно составлять список мест, которые стоило обыскать дальше.Пустые комнаты на четвёртом и пятом этажах, подвал, кроме того, стоит заглянуть под все ковры в доме…Но не успел он шагнуть вниз по лестнице, как Сирин схватила его за руку и одними губами прошептала: «Стой!»В коридоре этажом ниже кто-то перешёптывался. Негрет и Сирин на цыпочках подкрались туда, где лестница делала поворот, и затаились, подслушивая.— Не глупи, — шептал голос Джорджи, — я знаю, что это не ты, иначе, не сомневаюсь, я бы даже не узнала, что блокнот вообще пропадал, поскольку ты вернула бы его раньше, чем я успела бы заметить исчезновение.— Сущая правда. — Это была Клем.— Мне нужна твоя помощь. — Судя по голосу, Джорджи не хотелось обращаться к Клем с просьбой, ей это было неприятно. — Нужно вернуть мой блокнот.— Почему, черт возьми, ты не спрятала его получше?— Потому что я думала, что единственный человек, от которого я прячу блокнот, — это ты, гений, ведь от тебя ничего особенно не спрячешь, да ещё в таком замкнутом пространстве, — теперь в голосе Джорджи звучала злость. — Кроме того, ты бы его не забрала.Клем хихикнула.— Ну, спасибо, что ли.— Если ты поможешь мне его найти, — со вздохом сказала Джорджи, — я поделюсь с тобой тем, что записано.Повисла пауза.— Нет, тебе придётся рассказать о том, чего в блокноте нет.Джорджи рассмеялась, но смех вышел невесёлым. Это была капитуляция.— Разумеется. Стоило бы догадаться, что ты уже изучила мой блокнот.— Ну? Знаешь ты ещё что-то помимо того, что в блокноте, Синевласка?— Разумеется!Негрет, присевший на лестнице, наморщил нос. Здесь появился запах, которого раньше не было, резкий и в то же время сладкий.— Хорошо…. И что же это? — Раздался щелчок пальцами. — Знаю. Твоя маленькая придумка с камерой. — Пауза. — Точно. Я хочу именно это. Пообещай, что ты покажешь мне фотографию, которую сделаешь, когда проявишь. Но только настоящую, а не всякую ерунду, которую собираешься показать парнишке.— Это всего лишь… шутка! Мальчик вроде бы заинтересовался. Вот и всё. Это не имеет отношения к Оуэну.Оуэн?— Враки, Синевласка! Ты никогда ничего не делаешь в шутку. Я хочу увидеть снимок. И без фокусов.Снова пауза, а потом опять какой-то звук. То ли фырканье, то ли вздох.— Хорошо.— И раз уж мы так мило беседуем, не ты ли случаем побывала в моей комнате? — требовательно спросила Клем.Негрет ткнул локтем Сирин: она знает?— Разумеется, нет. Я не настолько глупа. Я правильно оцениваю свои возможности.— Я решила, что это ты, поскольку в комнате ничего не тронули, насколько я могу судить. Кто бы это ни был, он как раз таки правильно оценивал свои возможности.— Но это не я, Клем. Слушай, так мы заключаем сделку или нет?— Да. Я дам знать, когда появятся новости. Скажи, ты что, купалась в духах?— Мальчик разбил пузырёк у меня в сумке. Это единственный свитер, который у меня с собой. Его нужно отдавать в химчистку, так что миссис Пайн не может просто постирать, а сегодня ужасно холодно. Итак, по рукам?Духи. Духи Джорджи из разбитой бутылочки, вот чем пахло на лестнице.— Боже мой, я тебе одолжу один из моих свитеров! Подожди тут.Пока Клем бегала к себе в комнату, чтобы принести Джорджи не столь ароматный свитер, в голове Негрета мысли так и закрутились. Сирин одними губами спросила: «Что?» Негрет покачал головой. Это как-то связано с духами…Клем вернулась, Джорджи поблагодарила её, а Клем сказала, дескать, жулик с жуликом свитером поделится. Странно, но совсем не так интересно, как навязчивая мысль о духах, занимавшая в тот момент Негрета. Когда гостьи двинулись вниз по лестнице, кусочки головоломки внезапно сложились.Он схватил Сирин за жёлтый рукав.— Пошли! Я знаю, где блокнот!Негрет потрусил вниз по ступенькам, а Сирин буквально наступала ему на пятки, даже не пытаясь в этот раз вести себя тихо. В конце концов, это не имело значения. Сумочка для рукоделия и часы в рюкзаке, так что вору уже нечего перепрятывать, даже если он (или она) их заметит.— Извините! — весело сказал Негрет, пробегая мимо Джорджи, которая как раз добралась до своего этажа.— Ты не хочешь ей сказать? — прошептала Сирин, пока они спустились на третий этаж.— Не сейчас, — прошептал в ответ Негрет.— Может, хоть мне скажешь?— Не скажу, а покажу.Он остановился на площадке третьего этажа, а потом бросился в конец коридора, схватил белый молочай в зелёном керамическом горшке и прокрался обратно, чтобы преодолеть ещё один пролёт так быстро, как только мог. Затем они с Сирин поспешили в комнату Майло.— Возьми мусорное ведро, — велел он, как только дверь плотно закрылась за ними. Затем, держа горшок над ведром, Негрет аккуратно потянул цветок за стебель и вытащил его. Влажная почва пару мгновений сохраняла форму горшка, а потом осыпалась с корней в мусорное ведро, а вместе с землёй туда упало и ещё что-то, завёрнутое в пластиковый пакет.Сирин взяла пакет и осторожно открыла его. Когда она вытащила маленький, залитый духами блокнот с кучей вложенных в него листков бумаги, по комнате растёкся пряно-сладкий аромат, который Негрет учуял от молочая, а потом на лестнице около чердака.— Стоило вспомнить об этом пораньше. — Негрет гордо улыбнулся. — Молочай же на самом деле не пахнет!Они сели на кровать, разложив на одеяле три найденных предмета: сладко пахнувший блокнот Джорджи, золотые часы мистера Винджа и вышитую сумочку для рукоделия миссис Геревард.— И что теперь? — спросила Сирин. — Можно просто вернуть всё обратно?— Не уверен, — Негрет взял блокнот и попытался задержать дыхание, пока говорил, чтобы не вдыхать ещё больше духов. — Я по-прежнему боюсь, что если мы так поступим, решат, что вещи взяли мы. Если бы мы нашли что-то одно, другое дело. Но все три? Думаю, придётся немного схитрить.Он приподнял обложку блокнота.— Плохо, если я взгляну?— Взглянешь?— Полистаю блокнот — посмотреть, что там такое, раз все так хотят его украсть.Сирин просияла.— Ты шутишь? Если ты не заглянешь внутрь, то я сама это сделаю! Особенно после того, что Джорджи и Клем наговорили наверху.— Просто… — Негрет замялся. — Это всё равно что читать чужой дневник или что-то вроде того.— Ну-ка дай! — Сирин выхватила блокнот у него из рук и открыла, потом нахмурилась, перелистнула пару страниц и нахмурилась ещё сильнее. — Чёрт!— Что такое?Она раздражённо хмыкнула и бросила ему блокнот. Негрет неуклюже поймал его и открыл на первой странице. Вся она была испещрена строчками непонятных слов. Он перевернул другую страницу, потом третью. Сплошные стрелки, квадратики, что-то перечёркнуто, обведено в кружок или подчёркнуто, но ни одного слова ни на единой странице не было написано по-английски.— Что это, чёрт побери, за язык?!— Я не думаю, что это вообще язык, Негрет, — подруга-дух одарила его многозначительным взглядом. — Помнишь, она сказала, что прятала бы блокнот от кого угодно, но не от Клем, поэтому не особо волновалась. Она понимала, что блокнот могут найти, но не хотела, чтобы кто-то понял записи. Готова поклясться, что это шифр.— Целый блокнот зашифрован? — Негрет уронил блокнот на постель и уставился на Сирин. — Господи, что со всеми этими людьми?— Я не знаю. Может, пора подытожить всё, что мы узнали о них? Есть на чём писать?— Блокнот на пружинке, который мы прихватили из Эмпориума, в рюкзаке. На полу у стола. Там же должна быть и ручка.Сирин соскользнула с кровати, порылась в рюкзаке и вернулась с блокнотом и ручкой.— Давай идти в том порядке, в котором они появлялись здесь, — предложила она, расписывая старую шариковую ручку. — Первым был мистер Виндж? — Она написала имя в верхней части страницы. — Что нам известно?— Носит странные носки, — сказал Негрет. — Много читает, но я не заметил, что именно. — Он снова открыл крышку часов. — Внеси и эту надпись:«Д. К. В. с уважением и благодарностью за отлично выполненную работу от Д. & М.».— Что ещё? — Сирин постучала ручкой по подбородку.Негрет откинулся на изголовье кровати и посмотрел на потолок. — Больше ничего в голову не приходит.— Вернёмся к нему позже. — Сирин перелистнула страницу. — Кто дальше?— Джорджи Мозель. Клем называет её Синевлаской. Они определённо друг друга знали до приезда сюда. Не похожи на подружек, но довольно мило общаются. — Тут Негрет кое-что припомнил: — Джорджи сказала одну интересную вещь. Когда Клем заявила, что хочет увидеть снимок, сделанный камерой из сигарной коробки, то Джорджи ответила, что это не имеет отношения к Оуэну. Кто такой Оуэн? Может, они знакомы, поскольку обе знают этого Оэуна?— Кстати, о камерах, — заметила Сирин, — Джорджи умеет делать камеры из обычных вещей, а Клем считает, что она сделает какой-то особый снимок и ещё один, чтобы показать тебе, фальшивку.— А ещё у неё целый блокнот зашифрованных записей. — Негрет снова взял блокнот. — Не хочешь переписать из него что-нибудь?— Пожалуй. — Сирин скопировала несколько строк. — Что ещё?— Она дала мне почитать книгу «Записки раконтёра». — Он припомнил события первого дня. — Сказала, что мне понравится начало.— А что там?— Начинается всё с того, что компания людей застряла на постоялом дворе, и один из гостей предлагает рассказывать истории. И тут… — он замолчал и нахмурился. — Вот оттуда я и позаимствовал идею вчера вечером, но…Сирин пристально посмотрела на него.— Но что?Теперь ему в голову пришла ещё одна мысль, которая казалась довольно неправдоподобной.— Тебе не кажется, что Джорджи именно на это и надеялась, когда давала мне книгу? Что я попытаюсь уговорить всех рассказывать истории?— Очень на то похоже, — кивнула Сирин. — Но я не знаю, настолько ли это странно, как всё остальное, что тут происходит. Ещё что-то?Негрет покачал головой, а затем щёлкнул пальцами.— Сегодня утром, когда мы болтали с ней на лестнице, она сказала…— Точно! — просияла Сирин. — Когда ты спросил, что было в блокноте, она ответила, что делала пометки об этом доме…— …и о ком-то, кто связан с этим домом, — кивнул Негрет. — Речь про того Оуэна?— Готова поспорить, да. Можешь спросить родителей, знают ли они какого-нибудь Оуэна?— Конечно. — Негрет потёр лоб. — Ладно, пошли дальше. Следующие на очереди доктор Уилбер Гауэрвайн и миссис Эглантина Геревард. — Он улыбнулся, вспомнив, как эти двое втиснулись вместе в вагончик «Уилфорберского вихря». — Они приехали одновременно.— Знаешь, — заметила Сирин, — если Джорджи права и Клем не крала эти три вещи, тогда действительно остаётся только доктор Гауэрвайн. И мы знаем, что он проник в комнату Клем.— Я об этом думал, — признался Негрет, — но Клем сказала, что ничего не тронули, а значит, он, по-видимому, заходил туда не для того, чтобы что-то украсть. Была какая-то другая причина.— Какая?— Понятия не имею, — честно признался Негрет. — По правде сказать, даже непонятно, что о нём можно написать. Такое впечатление, что я знаю о нём меньше, чем об остальных.— А он доктор чего?— Не знаю.— А ещё он часто выходит на крыльцо.— Ну, он курит трубку. Думаю, это нам известно.— Да, но я хотела сказать вот что: каким бы ни был предлог, он много времени проводит на крыльце один, — терпеливо сказала Сирин. — Наверное, стоит присмотреться. — Она перевернула страницу. — Миссис Геревард.Вот тут информации побольше. Они записали всё, что вспомнили из истории, рассказанной пожилой леди накануне вечером, и то, что она поведала им утром.— Её предки были мореплавателями. Может, она как-то связана с картой? — Негрет взял сумочку для рукоделия, посмотрел на вышивку, а затем пригляделся к маленькому фонарику рядом с воротами. — Ворота должны быть ключом к разгадке, — пробормотал он. — Они везде.Сирин повернула сумочку другой стороной, той, где был вышит дом, а потом обратно.— Непонятно, находятся ли ворота где-то здесь поблизости, или это просто картинка.— Да, трудно сказать. — И тут Негрет заметил кое-что, чего не разглядел раньше, на вышивке с изображением дома. На двери был вышит узор из маленьких ровных стежков, которые выглядели как символы. Негрет сунул в руки Сирин сумку, а сам достал связку ключей из кармана и изучил маленький чеканный диск на кожаном кольце. С одной стороны диска было вытеснено изображение короны с крапинками голубой эмали, а с другой — четыре китайских иероглифа, которые в точности соответствовали вышитым значкам на двери.— Что это значит? — взмолился Негрет. — С ума можно сойти!— Миссис Геревард может знать, что это за символы, — сказала Сирин, похлопав его по плечу. — Мы просто спросим её, когда отдадим сумочку. Давай, сосредоточься! — Она взяла у него брелок и перерисовала значки на страницу блокнота, посвящённую миссис Геревард. — Кто дальше?Негрет вздохнул.— Клем. Клеменс О. Кэндлер. Быстрая, бесшумная. Пошутила, что она воровка. А ещё намекала, что Джорджи тоже воровка. — Он щёлкнул пальцами, припомнив ещё кое-что, что сказала Клем. — Я слишком сосредоточился на духах и чуть не упустил из виду. Когда она отдавала Джорджи свой свитер, то сказала, что жулик с жуликом всегда поделится. А я читал в «Странных следах» раздел «Ловкий жулик»! Это…— …умение украсть почти всё что угодно, — закончила за него Сирин, задумчиво кивая.— Именно!— Ну, это может означать, что они обе просто играли в «Странные следы», — заметила Сирин.Негрет покачал головой.— Но Клем призналась, что у неё были причины стащить блокнот, о чём Джорджи уже знала.— Но даже Джорджи считала, что это не Клем.— Ну, Джорджи заверила Клем, что не подозревает её. А может, это было всего лишь… как это называется… она нарочно ввела её в заблуждение? А это, как говорится в разделе «Прохвосты с Большой дороги», ещё один ключевой навык.— Она вроде как давала Клем шанс вернуть блокнот и притвориться, что это не она его взяла? — Сирин снова задумчиво покивала. — Может, и так. Но разве ты не поверил Клем, когда она сказала, что не брала блокнот?Негрет поверил Клем, но не был уверен, что это что-то значит.— Может, она так же искусно врёт, как и шныряет повсюду. Не думаю, можно ли так просто сбрасывать её со счетов.— Справедливо. А что ещё мы о ней знаем?Казалось, не так уж много. Они решили составить список других подсказок и вопросов, и вот что получилось:• Навигационная карта, найденная на улице, нарисована на бумаге с водяным знаком в виде ворот.• Карта украдена, а вместо неё положена фальшивка (бумага с таким же водяным знаком).• Обрывок такой же бумаги нашёлся в Эмпориуме (фирма «Лаксмит»).• Рисунок ворот есть на окнах.• А ещё на сумочке для рукоделия миссис Г.• Китайские иероглифы на сумочке миссис Г. совпадают с иероглифами на брелоке Негрета.• Кто выронил карту?• Это тот же человек, что украл все остальные вещи?• Доктор Гауэрвайн — вор или же был в комнате Клем по какой-то иной причине?Они уставились на список, пробежались ещё раз по своим записям, всё обсудили и поспорили, но никаких новых выводов так и не сделали. Оба согласились, что нужно будет спросить у миссис Геревард про символы на двери, как только они смогут вернуть украденные вещи их законным владельцам, не навлекая на себя подозрений.Негрет не сомневался: это по крайней мере ему удастся сделать. Идея, где спрятать часы и сумочку, появившаяся до того, как был обнаружен блокнот, превратилась в замечательный план, как вернуть все пропавшие предметы.Он отправился в кабинет на втором этаже, где миссис Пайн заворачивала подарки, пока не нагрянула вся эта орава гостей, взял два рулона упаковочной бумаги, держатель для клейкой ленты, пару ножниц и три одинаковых коробки и вернулся со всем добром к себе в комнату.— Отличная идея! — воскликнула Сирин, когда они поместили находки в коробки, проложив их бумагой, чтобы те не болтались внутри, а потом завернули в обёрточную бумагу, незаметно подписав буквами «ч», «б» и «с» в том углу, где на рисунке маршировала целая толпа маленьких барабанщиков.После этого, чтобы не вызывать подозрений, они взялись за второй рулон упаковочной бумаги и завернули подарки, которые Майло приготовил для родителей. Он как раз завязывал бантик на последнем из подарков, когда в дверь постучали. Майло запихнул блокнот на пружинке под ближайшую коробку и крикнул:— Входите!Миссис Пайн заглянула в комнату и улыбнулась, увидев гору наспех завёрнутых подарков.— Опять потерял счёт времени?Майло и Мэдди обменялись виноватыми улыбками.— Да, — честно признался Майло.А Мэдди взглянула на часы на столике у кровати.— Мы пропустили обед?Миссис Пайн махнула рукой.— Я решила, что пора уже спасать кое-кого от голодной смерти. Миссис Каравэй приготовила макароны с сыром, сэндвичи с ветчиной, и мы отложили кое-что для голодающих. Майло, спускайся, пока всё не остыло.— Сейчас, мамочка!Он подождал, пока дверь за миссис Пайн закрылась, затем сложил упакованные подарки в рюкзак.— Идёшь?Мэдди покачала головой и снова взяла в руки блокнот.— Хочу немного подумать. Не возражаешь, если я посижу здесь в тишине и поизучаю подсказки?Сложный вопрос. Не возражал ли он, чтобы Мэдди осталась одна в его комнате? Вообще-то он, разумеется, возражал, ведь это его личное пространство. Стоило спросить иначе: возражал ли он настолько, чтобы ответить отказом? Девочка терпеливо ждала, пока Майло размышлял.— Ну, или я могу отправиться в другое место, если хочешь.И тут он вспомнил об игре и принял решение. Они соратники в этом приключении. Если он не сможет доверять Мэдди, то останется один.— Нет, можешь побыть здесь, — наконец произнёс Майло. — Но могла бы ты постараться ничего тут не передвигать? Вещи лежат так, как мне нравится.Она кивнула:— Обещаю.— Хорошо. — Майло открыл дверь, шагнул в коридор и сделал глубокий вдох. Да, сложно, но не настолько, как он ожидал. — Увидимся!