Глава 32

1996, ХихонУду вернулся в команду Лорина и довольно быстро приобрел авторитет благодаря своему добродушному характеру и не менее ценного умения аккуратно вскрывать двери чужих машин.Уду клялся, что завязал с прошлым, что не хочет снова попасть за решетку и обострений отношений с отцом, но на стройке платили гроши, и он вскоре вернулся к старому промыслу.— Меня снова чуть не поймали, — пожаловался Уду Дереку, закуривая, когда они встречали очередную осеннюю, уже довольно прохладную ночь под мостом в компании Лорина.— У них не было бы никаких доказательств.— Они уже знают мой почерк— Это все равно ничего не доказывает— Эй, ну хватит нюни распускать. Все прошло, как нельзя лучше, — Лорин протянул Уду его долю, — Держи строитель, надеюсь, тебя это взбодрит. А тебе, Дерек, за возвращенного в компанию ценного человека причитается подарок.Дерек прищурил один глаз:— Это как?Уду с грустной улыбкой потрепал его по плечу. Дерек вырос человеком, который имеет смутное представление о подарках.— Увидишь, — пообещал Лорин. — Уду ты тоже с нами пойдешь.По пути компания закупилась сидром в бутылках.— Куда мы идем? — спросил Дерек с интересом, отпивая из бутылки огромный глоток, так что его щеки надулись.— Сейчас все увидишь.Троица подошла к железному вагончику у реки Пилес, причудливо расписанному красками из баллончика. Дерек остановился на минуту, чтобы рассмотреть образы людей на стенах — у всех были размытые лица, но четкие жесты пальцев, в основном неприличные.— Заходи, Дерек, — Лорин распахнул перед ним дверь вагончика.Дерек вошел в помещение и сразу все понял:— Хочешь поставить на мне клеймо?— Не клеймо, а памятную татуировку.— Это тату-салон? — спросил Уду, оглядываясь по сторонам.Лорин не ответил, проходя в глубь длинного коридора.— Мария! — позвал он.Из-за бордовых замшевых занавесок вышла девушка с пышными формами и коротко выбритыми висками, сзади ее волосы были собраны в пучок из мелких кос. В носу, губе, брови и ушах — везде был пирсинг. Брови она выкрасила в ярко-красный цвет. Дерек сразу же обратил внимание на золотое украшение на груди Марии.«Это уже профессиональное, — подумал он и усмехнулся, — Цепляться взглядом за чужие украшения».Где-то он уже видел этот кулон.— Что будем делать? — спросила Мария Дерека, потому что он сел напротив нее.Лорин засучил свой рукав и показал тонкую сплошную черную полосу вокруг запястья.— Такой же браслет, как у меняУду присвистнул.— И всего-то? — засмеялся Дерек.Мария посмотрела на него испепеляющим взглядом.— Это наш символ, на удачу, — объяснил Лорин, — Уду тоже сделаем.— Я сам себе можно? — попросил Уду, умоляюще сложив ладони.— Нет! — строго сказала девушка, — Это не так просто, как кажется на первый взгляд.— Простая линия вокруг запястья — это не просто? — Уду всерьез не верил.— Да, линия должна выглядеть идеально в таком минималистическом рисунке.— Спорим моя линия выйдет идеальные? — подмигнул Уду.Лорин покашлял, многозначительно смотря на него.— Готова спорить, что у тебя получится портак и ты будешь молить меня все исправить, — спокойно ответила Мария.— А если все-таки нет? — не унимался Уду.— Господи, ну ты и заноза в заднице, еще хуже, чем Дерек! — простонал Лорин.— Готова прыгнуть в холодную реку с разбегу, — ответила Мария с вызовом, не обращая внимания на Лорина, который просил ее не слушать его невоспитанных друзей. — Да ты работаешь возле этой реки, уверен, ты так и делаешь по утрам, чтобы взбодриться, — засмеялся Уду.Мария промолчала и принялась наносить линию на запястье Дерека. Вскоре тату была готова и выглядела достаточно четко и геометрично.— Вечный браслет? — усмехнулся Дерек, — Такой не украсть, не продать.Будет, где зарубки в тюрьме делать.— Сплюнь, — Уду передернуло от его слов.Мария встала и Уду сел на ее место. Взялся за машинку и довольно быстро вывел линию вокруг своего запястья. Идеальную. Она была ровно такой, какая должна быть — не тонкая и не толстая, равномерная по толщине — так, как будто кто-то заранее вымерил и сделал отметки на коже, а Уду лишь соединил точки. Концы линии идеально сошлись и теперь уже никто бы не нашел места соединения.Мария восхищенно смотрела на работу Уду и не верила глазам:— Как это возможно?— Ты его школьные тетради не видела, — усмехнулся Дерек, — Там всегда была идеальная чистота.Мария вздохнула:— Идем на реку.Лорин засуетился:— Парни! Да, бросьте! Я вот считаю у Дерека на руке ровнее линия...Но Мария уже вышла на улицу и шагала по тонкому мостику к реке. Компания друзей поспешила за ней.— Вы в воду не лезьте пока, — предупредила Мария Дерека и Уду, — Татуировки пока нельзя мочить.Лорин бежал за Марией, размахивая руками как крыльями, пытаясь догнать ее и остановить:— Эй, там может быть глубоко и ужасно холодно!Но Мария убегала от Лорина, легко балансируя на тонких досках мостика, несмотря на объемы своего тела, затем с писком прыгнула прямо в одежде в воду. Дерек заметил, какая у нее широкая, совсем как у мужчин, спина.Когда Мария вылезала из воды, Лорин подал ей руку и она, дрожа, взобралась на мостик. Лорин тут же снял с себя свою клетчатую рубашку из фланели и накинул на плечи девушке. Мария на минуту прижалась к Лорину, греясь о его грудь, и он с довольной улыбкой погладил ее по мокрой щеке. Затем она повязала рубашку Лорина на тело по типу платья, соединив рукава на полной талии узлом и с гордым видом вернулась в свой вагончик.— Ну, идем! — позвал друзей Лорин с недовольным видом.— Печалишься, что остался без рубашки? — спросил Уду, смеясь.— Думаю, скоро рубашка им не понадобится, — пошутил Дерек, но засмеялся только Уду.Лорин молчал всю дорогу, обиженно сопя и идя немого впереди друзей. Дерек и Уду шли позади, толкаясь и гогоча.Только когда они распрощались, и Дерек поднимался домой по своему крыльцу, он наконец вспомнил, где видел украшение на груди Марии и все понял. Сердце на цепочке. Украшение его учительницы Хельги, которое он украл в последний день его учебы в школе перед отчислением.«Теперь я знаю твою тайну, Лорин, — подумал Дерек и усмехнулся».Затем посмотрел на свою руку с тонкой черной линией, обвивающей запястье — такой же как у Лорина и Уду, его лучших друзей.И дело даже не в этих браслетах, а в доверии своих самых сокровенных тайн.