27

С пяти часов утра я лежу с открытыми глазами. Сердце неровно колотится, конечности сводит холодом. Ощущение того, что я нахожусь в незнакомом месте, усиливается знанием того, что мне скоро предстоит сделать. Вернуться в квартиру Чимина, чтобы забрать документы. Забрать паспорта и вернуться – звучит куда проще, чем суметь это осуществить.На душе отчего-то пусто и тоскливо – и это в условиях того, что ко мне вернулся папа. Такое состояние настораживает меня саму, а как его изменить - не имею ни малейшего понятия. Наверное, нужно еще немного времени.В шесть часов, не выдержав, я заставляю себя встать, принимаю горячий душ и спускаюсь вниз. Руфина уже на кухне, укладывает грязную посуду в мойку. Мой взгляд задерживается на початой бутылке виски, стоящей на столе. Кажется, папа отмечал свое возвращение.-Доброе утро, матурым! Обернувшись, женщина ласково мне улыбается. – Завтракать будешь?Т.И:А кофе есть? Я робко присаживаюсь на краешек дизайнерского стула – в доме Винокуровых были такие же.-Сейчас сварю.Напевая отвечает она, начиная порхать по кухне, открывая и закрывая шкафы.Воздух наполняется ароматом молотых зерен, и спустя пару минут передо мной опускается чашка американо, молочник, до краев наполненный густыми сливками, и тарелка со свежим хлебом, покрытым ломтиками тончайшей пармской ветчины.-На голодные желудок кофе пить вредно.Поясняет Руфина, заботливо придвигая ко мне бутерброды. -Кушай, матурым.Добавив сливки, я делаю первый осторожный глоток. Кофе оказывается очень вкусным – тот, кто покупал зерна, определенно знал в них толк.-Может быть, еще что-нибудь хочешь? Женщина открывает холодильник, приглашающе обводя рукой забитые полки. Итальянские сыры, банки оливок, бутылки свежевыжатых соков, контейнеры с фруктами и овощами... Все то, чего я долгое время не могла себе позволить.Я хочу спросить, как зовут хозяина дома, решившего предоставить нам такое нескромное жилье и дорогое питание, но в потом передумую и молча пью кофе. Придет время – папа сам мне обо всем расскажет.Когда я расправляюсь с бутербродом, входная дверь распахивается и на кухне появляется вчерашний водитель Евгений.-Где? Он мечет вопросительный взгляд в Руфину.-Наверху.Кротко отвечает она, сразу поняв, о ком идет речь.-Еще не спускался.Мужчина подходит к столу, садится напротив и оценивающе меня оглядывает.-Скоро поедем. С этими словами он бесцеремонно сгребает бутерброд с моей тарелки и начинает жевать.Решив не притворяться, что мне приятна его компания, я демонстративно выхожу из-за стола. Во-первых, он мог бы поздороваться, во-вторых, не трогать чужую еду. Если так голоден – следует, по крайней мере, спросить разрешения. Это же элементарная воспитанность.Чувство тревоги продолжает расти. Уж слишком этот Женя отличается от тех людей, с кем папа общался раньше.-Доброе утро!Знакомый бодрый голос, раздавшийся с лестницы, заставляет меня облегченно выдохнуть. – Встала уже?Спустившись, папа ласково треплет меня по плечу и просит Руфину сделать кофе. С Евгением они обмениваются рукопожатиями, что тоже выглядит странно. За руку папа здоровался только с равными себе по статусу. А этот тип выглядит как обычный уличный гаврёшка.-Ну что, готовы ехать? Папа энергично хлопает в ладоши. – На все даю вам два часа.Т.И:Пап, можно тебя на пару слов? Я трогаю его за руку.Вопросительно меня оглядев, он кивком указывает на гостиную. Мол, идем.-Что такое? Спрашивает он, щелкнув пультом от телевизора, занимающего полстены.Я с шумом выпускаю носом воздух, перед тем как начать говорить. Ставить под сомнения действия папы я не привыкла, а потому очень волнуюсь.Т.И:Пап, я не то чтобы критикую твой выбор.Просто...хочу спросить... Этот Евгений. Откуда ты его знаешь? В смысле, ты в нем уверен? Он довольно странный и грубый. Мне с ним неуютно и я понятия не имею, как себя вести.-Нормально все. Думаешь, я бы тебя отправил с тем, кому не доверяю?Но ты ведь оставил меня с человеком, которого презираешь.Напоминает внутренний голосок.Т.И:Хорошо. Я пытаюсь улыбнуться, чтобы папа не подумал, что я ему не верю.Т.И:Просто он словно из другого мира... Не из твоего круга.-Так и есть. В голосе папы звенит металлом. - Но сейчас он и его люди мне нужны. Когда придет время – он исчезнет, не переживай. А пока придется потерпеть. Ты меня поняла?Он сжимает мое плечо, словно желая усилить значимость этого вопроса.Я послушно киваю.Т.И:Поняла, пап.-Ну все, поезжайте. Стальная хватка моментально переходит в ласковое объятие, и папа ведет меня в прихожую. – Ты ведь у меня умница. Заберешь паспорта тихо и без скандала.Т.И:А если Чимин не даст мне уйти? Шепотом я озвучиваю то, что со вчерашнего дня не дает мне покоя.-Да ничего он тебе не сделает. Поморщившись, папа отмахивается. – То ли влюбился в тебя, то ли жалеет – пока не могу понять..   Я кусаю губу до крови. Любить? Если Чимин ко мне что-то и чувствует – то только второе. Любить такой как он не способен.   – Но если попробует удерживать – дави на жалость. Плачь, умоляй, вставай на колени – ты женщина, так что сама ориентируйся по ситуации.   – И вот еще что. Папа смотрит на меня пытливо. – Женя пусть остается в машине. Силой нам решать ничего не нужно. Пока мы на каннамской территории – это крайний вариант.