Часть 24

Когда на следующий день Джин в офисе не появился, тревога, поселившаяся в моем животе, интегрировалась во все мои чувства.

Ясно было, что что-то изменилось, но я понятия не имела с чем именно это связано — с женщиной, которая вышла вчера из кабинета вместе с Джином, или с реакцией Кевина на новость о нашем статусе пары или с чем-то еще. И эта неизвестность меня просто убивала.

Все мои сообщения Джину оставались без ответа.

Мой iPhone был настроен так, чтобы издавать сигнал всякий раз, когда придет новое сообщение, но я так нервничала, что все равно хватала его каждые две минуты, проверить, не пропустила ли SMS.

Тихий голосок в моей голове нашептывал: «Видишь? Вот, что бывает, когда заводишь интрижку на работе. Неужели прошлый опыт тебя ничему не научил?».

Я старалась не слушать его, но к концу дня, не выдержав, решила наведаться к секретарю Джина.

‒ Случайно не знаешь, когда босс появится на работе? ‒ как бы между прочим поинтересовалась я.

‒ Он не сказал. Прислал сообщение, что его не будет, и все. ‒ Секретарь нахмурилась и пожала плечами. ‒ Это так на него не похоже.

Я пробыла в офисе до семи и, прежде чем уйти домой, набрала номер Джина. После первого же гудка вызов переадресовался на голосовую почту. Моя тревога достигла красного уровня, я написала еще одно SMS, но теперь оно даже не было доставлено. Это могло означать только одно – телефон выключен. Либо аппарат разрядился, либо Джин сам его отключил.

В растерянности я замерла, не зная, что делать дальше.

«Могу ли я появиться на пороге его дома без предупреждения?»

Да, мы были парой, и было бы вполне естественно приехать к Джину, учитывая, что я беспокоилась, ведь он молчал целый день. Но с другой стороны, если б он хотел поговорить со мной, то уже сделал бы это, ведь я находилась в зоне доступа любых средств связи, начиная с мобильного и офисного телефонов и заканчивая электронной почтой.

«Он мог бы запросто связаться со мной, если только... если только с ним что-то не случилось! ‒ Меня буквально тряхнуло от этой мысли. ‒ С Джином что-то случилось, а я сижу тут в офисе и рассуждаю!»

Почти бегом я спустилась в подземку и запрыгнула в первый же поезд, идущий в центр.

В окнах дома Джина не видно было ни огонька, в почтовом ящике на двери скопилась почта, которую не забирали день или может два, но я все же нажала на звонок и подождала несколько минут. Когда мне предсказуемо никто не открыл, я неохотно направилась домой, решив, что если в ближайшее время Джин не свяжется со мной, первым делом с утра буду звонить Сон Хва.

Всю ночь я вертелась и ворочалась в своей кровати, и была полностью готова к началу нового дня уже в пять утра. Отсоединив iPhone от зарядки, я разблокировала его и увидела, что мои вчерашние сообщения Джину были прочитаны, но остались без ответа.

Мои эмоции закачались, словно маятник старинных часов.

Если Джин вернул к жизни свой iPhone и прочел сообщения, то почему не позвонил или не написал, что с ним все в порядке?

А что если он не был в порядке? А вдруг он нуждался в ком-то? А может он нуждался именно во мне?

Первые лучи солнца едва осветили небо, когда я второй раз за последние двенадцать часов подошла к дому Джина. На этот раз в окнах горел свет, а письма, торчащие вчера из отверстия почтового ящика, исчезли.

Снедаемая тревогой я нажала на звонок и спустилась на две ступеньки. Через пару минут дверь открылась, и я затаила дыхание, ожидая первых слов Джина. Но он, молча, вышел на крыльцо, закрыл за собой дверь и, поддерживая расстояние между нами, уставился куда-то вдаль невидящим взглядом.

‒Джин? ‒ Я поднялась было на одну ступеньку, но тут же остановилась, почувствовав запах алкоголя, который, казалось, сочился из каждой его поры.

Именно тогда я обратила внимание, что он был одет в те же рубашку и брюки, в которых я последний раз видела его в офисе. Сейчас они были несвежими и сильно помятыми, галстук отсутствовал, но это точно была та же самая одежда.

Джин так и не произнес ни слова и не смотрел на меня.

‒ Джин, что случилось? Ты в порядке?

Казалось, в его молчании крылась какая-то сильная боль. Словно кто-то умер, а он не мог принять этого, сказать об этом вслух.

«Кто-то умер? Нет! Только не это!»

‒ С Ин Гиль и малышом все хорошо?

Он закрыл глаза и ответил:

‒ Да.

Ободренная тем, что он, наконец, заговорил, я выпалила следующий вопрос:

‒ Где ты был?

‒ Мне нужно было побыть одному.

‒ Это имеет отношение к женщине, которая была у тебя в кабинете вчера? ‒ продолжала допытываться я.

‒ С тобой это не связано.

‒ Тогда с кем связано?! ‒ воскликнула я, но затем мой запал угас, и я добавила почти шепотом: ‒ Я не понимаю...

Он впервые посмотрел на меня, и когда наши взгляды встретились, я едва сдержалась, чтобы не ахнуть вслух. В его глазах отражались страдание, печаль, гнев, грусть, и я не только видела их, но и буквально чувствовала. В моей груди что-то болезненно сжалось, а в горле возник ком, который я не смогла проглотить.

Несмотря на то, что Джин всем своим видом показывал, что не стоит к нему приближаться, я все же потянулась к нему, желая утешить, но он тут же отступил назад, словно моя рука была охвачена огнем.

‒ Джин? ‒ растерянно пробормотала я.

Он покачал головой.

‒ Прости.

‒ За что ты извиняешься? ‒ Я нахмурилась, не понимая. ‒ Что происходит?

‒ Ты была права. Так как мы работаем вместе, между нами не должно быть никаких отношений, за исключением деловых.

Я дернулась, словно от удара.

‒ Что?!

Он снова посмотрел на меня невидящим взглядом, и мне почему-то показалось, будто мыслями он находится сейчас где-то далеко.

«Почему он выглядит таким потерянным?»

‒ Надеюсь, ты останешься в компании, ‒ безжизненным голосом продолжал Джин, ‒ Кевин считает тебя ценным сотрудником.

‒ Это такая шутка? Я не понимаю!

В этот момент маска с нейтральным выражением слетела с его лица, снова обнажая немыслимую боль. Но сейчас я не была этим расстроена, так как чувствовала себя использованной и незначительной. А еще мне было стыдно. Я ненавидела то, что он заставил меня испытать эти эмоции. Это ему, а не мне, должно быть стыдно за то, как он себя вел.

Он, как последний трус, опустил голову, чтобы не смотреть на меня, и произнес:

‒ Прости.

‒ Ты все время извиняешься, а я понять не могу за что?

‒ Я не тот мужчина, что тебе нужен.

Я шагнула на ступеньку вперед, заставляя его наконец действительно взглянуть на меня.

‒ А знаешь, ты прав. У «того» мужчины хватило бы смелости сказать мне правду. Не знаю, что, черт возьми, у тебя случилось, но, в любом случае, я не заслуживаю такого отношения!

Я увидела, как вспыхнули глаза Джина, и на секунду мне почудилось, что передо мной стоит мой прежний Босс . Мне даже показалось, что он хотел ринуться ко мне, но этого не произошло. Вместо этого он отступил назад, словно нуждаясь в расстоянии, чтобы удержаться от прикосновения.

Я начала спускаться по ступенькам вниз, желая поскорее убраться отсюда, сохранив хоть капельку собственного достоинства, но потом остановилась и повернулась назад.

‒ Знаешь, что самое фиговое во всем этом? С тобой я впервые, с тех пор как была ребенком, почувствовала себя в безопасности.