Глава 10 - Там, где гордость ломается

Следующий вечер. Немезида. 19:00. Комната Мегатрона.

Он сидел в тени. Стальной корпус отражал холодный свет неоновой лампы. В его руках — старый обломок щита. Щит когда-то принадлежал ему. Когда он был гладиатором. Когда имя Мегатронус заставляло дрожать стадионы.

Он молчал. Долго.

Мегатрон (мысленно):"Я был силой. Я был криком. Я был… страхом."

Но теперь — он сам себя не узнавал. Прайм сбил его с оси. Разбил все прежние координаты.

Мегатрон (вслух):— Почему ты плакал, Прайм?

Он поднялся. Гордое лицо, всё ещё властное, но во взгляде — замешательство. Как будто его мир оказался на тонкой линии.

Мегатрон (сквозь зубы):— Он не должен был быть слабым. Не должен был рыдать. Это не он. Это… не тот, кого я знал.

Он медленно прошёлся по комнате, тяжело дыша.

— Он должен был ударить, а не дрожать. Он должен был спорить, сражаться, выгонять меня к чертям... Но он...

Он остановился у зеркала. Взглянул на себя.

— А я... я причинил боль. Я! — сказал он, и в голосе впервые появилась не злость — а сожаление.

---

20:10. Коридор Немезиды.

Мегатрон медленно направляется к техническому отсеку. Он слышит голоса — Джек и Балк спорят о ремонте антенны. Он проходит мимо, не говоря ни слова.

Уилджек:— Эй, Злой и ужасный, ты чего как тень?

Мег.:— Не твоё дело, Уилджек

Балк:— Даже Прайм сегодня молчит. У вас что, драка была?

Мегатрон бросает на них ледяной взгляд.

— Не лезь, Балхед

Балк пожимает плечами, но что-то в голосе Мегатрона заставляет замолчать даже его.

---

20:45. Комната Оптимуса.

Оптимус сидит, упершись спиной в стену. Он давно снял броню, хотя и не спал. Он просто смотрел в пол, будто ожидая… чего — сам не знал.

Звук шагов заставляет его вздрогнуть.

Дверь открывается. На пороге — Мегатрон.

Он смотрит на Оптимуса. Не с вызовом. Не с гневом. А… просто смотрит.Тот взгляд, когда хочешь что-то сказать, но слова — как острые гвозди в горле.

Оптимус:— Что тебе нужно? — тихо, не зло, но с осторожностью.

Мегатрон (после паузы):— Признать, что был неправ.

Оптимус не отвечает. Он будто не верит в услышанное.

Мег.:— Я гордый. Я упрямый. И, да, я не умею… быть рядом. Не как должен.

Он опустил взгляд.

Мег.:— Но я не могу… тебя терять. Даже если ты считаешь, что уже потерялся сам.

Опт. (едва слышно):— Почему ты пришёл?

Мег.:— Потому что ты плакал.

Оптимус вздрогнул.

— Потому что я... я впервые понял, что могу не просто побеждать, а ранить.

Мегатрон подошёл ближе, но остановился на расстоянии вытянутой руки.

Мег.:— Я не хочу быть причиной твоих слёз, Прайм. Даже если ты ещё считаешь меня врагом.

Оптимус (шепчет):— Я не считаю...

Он замолкает. Слова тяжёлые. Трудные. Но Мегатрон слышит главное.

Мег.:— Я не прошу тебя простить. Просто… позволь быть рядом. Без войны. Без унижений. Просто… быть.

Оптимус поднял на него взгляд. Долго молчал.

Затем кивнул.

Мегатрон сделал один шаг вперёд.

Оптимус не отстранился.

— Мегатрон, — тихо сказал он. — Твоя гордость — это броня. А я… я устал биться с ней.

Мег. (глухо):— Может, я готов снять её.

И он сел рядом. Не касаясь. Просто сидел. Вместе с ним. В тишине.

---

22:00. Всё ещё в комнате.

Двое сидят молча. Только редкий шум за стенами Немезиды нарушает покой. И впервые за долгое время... тишина между ними не кажется тяжёлой.

Мег.:— Если скажешь "уйди" — я уйду.

Опт.:— Нет. Останься.

Конец 10 главы.