Глава 40. Только ты и я🔞

Проснуться рядом с ним — было как остаться в тепле посреди холодного мира. День действительно никому не принадлежал. Не было звонков, расписаний, срочности — только Пэйтон, твои спутанные волосы и солнечные пятна на его спине, когда он встал с кровати и потянулся.

— Пойдём, я сделаю кофе, — сказал он, бросив на тебя взгляд через плечо.

Ты кивнула, натянув его серую футболку, которая сразу же пропиталась его запахом.

День прошёл, как будто сам по себе: ты сидела на кухонном стуле, болтая ногами, пока он жарил тосты и плескал апельсиновый сок в стаканы. Позже вы вдвоём залипли в старый фильм, устроившись на диване, Пэйтон закинул руку тебе за спину, и время растворилось.

Вы никуда не спешили. И это было особенно красиво.

Когда солнце ушло за горизонт, а на улицах воцарилась тишина, ты встала и пошла в душ. Хотелось смыть с себя всё — шум ночи, гонки, волнение, страх, даже слова Эммы, пусть и шуточные. Вода стекала по плечам, по ключицам, забирая с собой усталость.

Закончив, ты накинула на себя большое полотенце и тихо вышла в спальню, чтобы взять у Пэйтона чистую футболку. Он лежал на кровати, пролистывая что-то в телефоне, но когда увидел тебя — замер.

Его взгляд скользнул по твоим ногам, оголённым плечам, каплям воды, которые медленно стекали по твоей коже. Полотенце держалось едва ли — и он это видел.

Ты уже потянулась к полке, но в следующую секунду услышала, как за спиной раздался сдержанный, глухой выдох, а потом — его шаги. Он оказался рядом быстрее, чем ты успела что-то сказать. Рука обвила твою талию, притянув ближе.

— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу, — прошептал он, касаясь ладонями твоей талии.

Ты успела только вдохнуть — не испугаться, а ощутить, как внутри всё начинает дрожать.

Он поцеловал тебя. Сначала медленно, осторожно. Потом — глубже, как будто хотел доказать этим поцелуем всё, что копилось в нём с той самой первой встречи.

Ты обвила его руками, чувствуя, как он прижимает тебя ближе, как пальцы скользят по спине, изучая изгибы, будто он боялся забыть хоть что-то.

Он поднял тебя на руки, и ты легко прижалась к нему, позволяя отнести себя к кровати. В движениях Пэйтона не было спешки — только нежность, только бережность.

Одежда исчезала будто сама собой, но в этой близости не было неловкости. Было тепло, дыхание, стук сердца под ладонью. Его руки скользили по твоим рёбрам, по животу, будто спрашивая: «Ты точно здесь? Это не сон?»

Ты шептала его имя, когда он касался тебя так, как не касался ещё никто. Он будто читал тебя, чувствуя каждый твой отклик.

В этот момент ты была только его, а он — полностью твой.

И когда ваши тела наконец стали единым целым, ты не чувствовала страха. Только уверенность. Только любовь.

Ночь была долгой. Но вы не спешили засыпать.