Не всё вечное оказывается вечным

Дом встретил их тишиной. Запахи родных стен, чуть прохладный воздух в квартире, недопитая бутылка сока в холодильнике, заброшенные до поездки вещи — всё оставалось на месте, будто замерло, дожидаясь их.Пэйтон сразу же рухнул на диван и закинул ноги на стол, обняв Бриану за талию, когда она прошла мимо с чемоданом.— Я всё понял. Уезжать — круто, но возвращаться к тебе — лучше, — пробормотал он, глядя снизу вверх.— А ты попробуй распаковать мой чемодан, тогда поговорим, что круче, — фыркнула она, пряча улыбку.

Прошли недели.Жизнь снова закрутилась в обычной скорости. Утром — кофе с корицей и поцелуи насквозь сонные, потом — работа. Бриана всё больше брала на себя в кафе, уже уверенно общалась с клиентами, раздавала задания младшим официантам и училась вести смену без Пэйтона.А по вечерам они гуляли. Иногда до изнеможения — просто болтали, обсуждали книги, музыку, планы. Смех, кофе на вынос, пицца на подоконнике, запахи весеннего города.

— Ты же знаешь, что я теперь боюсь только одного? — как-то сказала она ему, склонив голову на плечо.— Мышей?— Нет. Потерять это. Потерять нас.Он не ответил. Только крепче сжал её руку.

Сначала это казалось ерундой. Усталость после работы. Лёгкое головокружение. Сердце начинало биться как-то странно, будто сбивалось с ритма. Но Бриана списывала всё на стресс, недосып, кофе.— Пэй, я что-то устаю быстро, — пожаловалась она вечером, опускаясь рядом с ним на диван.— Тааак, ты устала и хочешь, чтобы я тебя массировал? Или чтобы я приготовил ужин?— И то, и другое, пожалуйста, — устало усмехнулась она.

Но внутри уже закрадывалась тревога. Она просыпалась среди ночи от того, что сердце колотилось, как будто она бежала марафон. Иногда кружилась голова, и однажды она чуть не упала в душевой.Пэйтон ничего не замечал. Или замечал, но не придавал значения. Бриана старалась не показывать.

— Ты как? — спросил он однажды, увидев, как она приложила руку к груди.— Всё нормально, просто странное ощущение. Может, сердце шалит.— Пойдём к врачу.— Ну куда ты меня тащишь, — отмахнулась она, — мне просто отдохнуть нужно.

И в этот вечер она пошла одна на кухню, открыла браузер и ввела:"Учащенное сердцебиение. Боль в груди. Что это может быть?"

Ответы её не утешили.Что-то внутри сжалось.

Через несколько дней она всё-таки сдалась — пошла в больницу, одна. Взяла выходной, сказала Пэйтону, что поедет на маникюр. А сама — в холодную, белую, пахнущую лекарствами поликлинику.

Осмотр, вопросы, ЭКГ. И потом — врач с нахмуренными бровями.— У вас порок сердца, врождённый. Вы знали?— Нет...— Я поражён, что вы без медикаментов, без наблюдения, дожили до совершеннолетия.— Что теперь?— Немедленная госпитализация. Вам нужна операция. Как можно скорее.

Бриана смотрела на него в тишине. Внутри было всё: страх, пустота, глухой звон в ушах. Она кивнула.Но не сказала Пэйтону.Пока что.

Позже, вернувшись домой, она встала у зеркала, посмотрела на себя, как будто пыталась запомнить.Пэйтон в это время в душевой насвистывал что-то. Он не знал. А она не могла.Не могла разрушить их «всё хорошо».

— Завтра у тебя смена с утра? — спросила она за ужином.— Угу. У тебя выходной. Отдохнёшь. Может, к Райли сходишь.— Ага... Может.

Она молча доела, стараясь не смотреть на него. Сердце снова кольнуло. Сильнее.Слишком сильно.