Before the Dawn

В обед, когда вся школа шокированным, но все же голодным табуном побежала в Большой зал, Мародеры нагло выкрали Ремуса из больничного крыла и вчетвером, под мантией, направились к кабинету директора, где уже собрались все очевидцы ужасных ночных событий .Как ни странно, это полнолуние было самым спокойным за все время. Ремус уговорил остальных не лазить по лесу в эту ночь и уйти подальше в долину, где полно интересных пещер, которые они еще не исследовали. Не то, чтобы ему нравилось пробираться по высохших жилам гор, стиснутым со всех сторон... хотя нет, пожалуй, что-то в этом было. Им попадались интересные места.И в ту ночь они пробирались по очередному гроту, путались, блуждали, терялись, боялись, что не выберутся, запаникуют, а потом умрут в этой пещере с голоду. Но умереть с голоду им не удалось, потому что грот вывел их на какой-то карниз высоко в горах, откуда открывался ослепительный вид на долину, и где они насладились ледяным весенним рассветом, сандвичами с курицей из рюкзака Бродяги, а еще отличнейшим магловским пивом, лучшего качества, прямо с утра. А когда они возвращались в школу, увидели, как из лесу выносят на носилках окровавленных учеников, мальчиков и девочек. И теперь стояли, прижавшись ухом к запертой двери директорского кабинета, надеясь узнать хоть что-нибудь, потому что все, даже Карадок Дирборн, Карадок, который частенько стрелял у Сириуса сигареты, когда их не могли видеть преподаватели, не желали колоться.- Это было чудовище. Огромное и ужасное, - говорила Эммелина Вэнс. Она сидела в центре кабинета на ситцевом стуле. На лбу у неё была ссадина, заклеенная пластырем, на губе запеклась кровью небольшая ранка, но, если не считать этого, она выглядела вполне нормально, её волосы были заплетены, она говорила бойко и смотрела на всех прямо и даже немного враждебно. Дамблдор сидел за своим столом, переплетя пальцы рук. По правую руку от него стояла Макгонагалл, рядом с ней покачивался с носков на пятки встревоженный Слизнорт. С другой стороны, в тени книжного шкафа стоял Джекилл, измотанный и еще более осунувшийся, чем раньше, хмурая Валери со скрещенными на груди руками, беззаботный Карадок Дирборн с жутко расцарапанным лицом, и еще один охотник с большим блокнотом и карандашом в руках. Собравшиеся слушали рассказ Эммелины о случившемся в лесу, а охотник с блокнотом пытался нарисовать таинственное чудовище со слов Эммелины.- У него было огромное тело, футов восемь или девять, две длинные руки, как у гориллы, розовая кожа, волосы торчком, - говорила когтевранка, неосознанно жестикулируя рукой с содранными костяшками. - Он был похож на тролля, или оборотня, только без меха. И передвигался на двух ногах. Ноги короче, чем руки, толстые и кривые. Когда я очнулась, он нес меня на плече через лес. - Нес на плече! - ахнул Слизнорт.- А вы можете вспомнить, где находились и что делали в течение дня? - спросил Дамблдор.Эммелина задумалась.- Обычный день. Ничего такого. Уроки, библиотека, домашние задания, гостиная. Последнее, что я помню - это как я шла на ужин. Спустилась по главной лестнице... а потом все как в тумане. - Империус, - вздохнул Дамблдор, взглянув на Макгонагалл, и откинулся на спинку кресла. - Мисс Вэнс, вы можете припомнить, не возникало ли у вас в последнее время никаких странностей в общении с другими людьми? Ссор?Эммелина опять потрясла головой.- А провалы в памяти до этого у вас бывали?- Нет. Только этот, когда я спускалась по лестнице и вдруг оказалась у этого чудовища в рук... в лапах.Дамблдор кивнул и постучал пальцами по столу, словно ставил точки после каких-то своих умозаключений.- Как же вы смогли вырваться? - спросила Макгонагалл.- Он же тащил меня через лес. Кусты, ветки. Я сломала одну из них и врезала этому монстру, - запросто сообщила Эммелина. - Воткнула ему в плечо. Это заявление вызвало у слушателей реакцию: одни переглянулись, другие уставились на Эммелину, Дирборн насмешливо фыркнул и качнул головой, потирая кончик носа.- Он выронил меня, я побежала. Он погнался за мной, но я выбежала на охотников и дальше они... я... я сказала что-то смешное? - немного агрессивно поинтересовалась у всех когтевранка, глядя, как охотники с улыбкой переглядываются.Карадок вскинул брови, Валери слегка пихнула его локтем, не размыкая скрещенных рук.- Мистер Дирборн просто выразил вам свое восхищение, мисс Вэнс, - ответила она, наградив напарника понимающим взглядом. Уголки её губ дрогнули. Атмосфера в кабинете слегка разрядилась. - Не каждая школьница найдет в себе силы воткнуть палку в создание, как минимум в три раза превосходящее её по размеру. В этот момент охотник с блокнотом закончил портрет и показал его Эммелине.- Похоже на этого монстра? - спросил он и остальные охотники невольно вытянули шеи, подступая поближе к стулу.- Да, только... он был шире в плечах и... - Эммелина без спроса взяла у охотника карандаш и принялась дорисовывать что-то. - Волосы... тут и тут... и еще вот здесь у него был шрам... и тут...- Мисс Грей, мистер Дирборн, вам доводилось видеть нечто подобное в нашем лесу? - спросил Дамблдор, когда они с преподавателями внимательно изучили рисунок. - У вас есть предположения, что это может быть? Или у вас, мистер Джекилл?Преподаватель по защите от Темных искусств выпрямился, рассеяно разглядывая рисунок. На лбу у него залегла складка.- Это может быть что угодно, профессор, - сказал он, наконец, возвращая рисунок директору, а тот в свою очередь передал его Слизнорту. Профессор зельеварения нацепил на нос очки и нахмурился, разглядывая рисунок с таким выражением, словно боялся, что картинка оживет и бросится на него. - Разновидность горного тролля, неудачная попытка трансформации оборотня. Такое бывает, если оборотень, укусивший свою жертву, страдает каким-нибудь волшебным недугом. - Кажется я видел этого чудика в лесу, - сказал вдруг Дирборн и все оглянулись на него. Охотник рассматривал рисунок, покусывая губу. - Один раз точно, во время полнолуния. Кажется, это было еще в сентябре. Он тогда тоже что-то тащил, мы обстреляли его, он бросил ношу и побежал в чащу. Мы пошли следом, а те, кто шел за нами нашли девочку. Ну ту... с кудряшками, - он показал руками кудряшки, поймал взгляд Макгонагалл, виновато сдвинул брови и опустил руку.- Остальные студенты были найдены на одной поляне, - подал голос охотник с блокнотом. - Буквально в двух шагах от того места, где мы накрыли стаю оборотней. Мы как раз гнали их к юнжой границе. Скорее всего, монстр нес туда же и последнюю, - он посмотрел на Эммелину. - Вот это-то и странно! - воскликнул вдруг Слизнорт. - Зачем ему могло это понадобиться? Что все это значит, это какое-то жертвоприношение, или что? И если это чудовище, как вы говорите, уже появлялось на нашей территории раньше, то, быть может, оно и стоит за всеми этими несчастными случаями? А мои ученики, - тут он сделал внушительную паузу. - И вовсе не причём!Дамблдор бросил быстрый взгляд на Макгонагалл и медленно поправил очки.- К тому же, - продолжал бушевать профессор зельеварения. - Насколько я помню, мисс Грей отвечает здесь за нашу безопасность, и за полный контроль школьной территории? Может быть она объяснит нам, как именно ученики раз за разом оказывается в лесу по ночам, преодолевая все уровни охраны? И как так получается, что мы тратим огромные средства на приобретение всевозможных волшебных ловушек, а оборотни снова, снова и снова проникают в наш...- «Профессор», - вдруг сказала Валери и Слизнорт осекся. На губах Грей покоилась едва заметная улыбка, когда она обратила на него свои пугающие, огромные глаза. - Я вам не «мисс Грей», профессор Слизнорт. В стенах этого замка мы с вами ничем не отличаемся и несем одинаковую ответственность за детей. Насколько я поняла, среди жертв есть слизеринка, ученица вашего факультета. Так может быть это вы поведаете нам, как ваша подопечная смогла покинуть гостиную после отбоя и оказаться за пределами замка?Слизнорт покраснел от негодования.- А что касается ответственности за пределами замка, - продолжила Валери, не дав ему заговорить. - То тут мне вообще непонятны ваши упреки. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но кажется это не вы были там в лесу, когда территорию замка прорывали снова, снова и снова. Там были мы, мои люди и я, и ценой нашей крови замок и все преподаватели остались невредимы. И всё это - по вине ваших, Гораций, студентов.- Это вина еще не доказана! - надавил Слизнорт, избегая смотреть охотнице в глаза и встряхнул головой и указательным пальцем одновременно.- Вопрос времени, - приятно улыбнулась Валери. - Как только девочка, лежащая без сознания в Крыле, придет в себя, и доказывать ничего будет не нужно. Вот тогда я с удовольствием обсужу с вами вопросы ответственности.После этих слов Слизнорт словно раздулся от возмущения - вид у него был такой, будто Валери при всех похлопала его по намечающейся лысине.- Это... это... Альбус! - профессор зельеварения стремительно обернулся к Дамблдору, как последнему оплоту справедливости в мире. - Я не потерплю, чтобы мне угрожали!- Гораций...- Вы глубоко ошибаетесь, если думаете, что можете мной манипулировать, профессор Грей! Нет, сэр! - его голос гулко разнесся по кабинету и как минимум трое человек подумали о том, как эффектно профессор зельеварения смотрелся бы на подмостках театра в образе какого-нибудь шекспировского короля. - Я прекрасно осознаю свои ошибки и никогда не бегу от них, но то, что творилось в Слизерине все эти месяцы, к ним не относится, в этом я вас уверяю! И мудрейший не может знать всего! Студенты Слизерина - это вам не доверчивые пуффендуйцы, они не доверяют свои секреты даже мне, а я не могу их пытать, - он достал платок и промокнул лысину. - И даже если все эти домыслы насчет какого-то там тайного антимагловского общества, в которых я сильно сомневаюсь, окажутся правдой... - он вдруг сузил глаза и потряс указательным пальцем в направлении Валери. - Вы, профессор, утверждаете, что здесь мы с вами на равных, а значит должны понимать, что учитель не может контролировать своих студентов двадцать четыре часа в сутки! И он не застрахован от ошибок, как и любой другой человек! Уверен, у вас тоже найдется пара досадных промашек, о которых вы жалеете! Валери переменилась в лице.- Так что не надо сваливать на меня всю вину! - голос Слизнорта теперь звучал не столько возмущенно, сколько жалобно и капризно. - Коли на то пошло, каждый в этой комнате одинаково виноват в случившемся.По замку прокатился удар колокола.- Мисс Вэнс, идите на урок, - с облегчением сказал Дамблдор и перепуганная Эммелина, о которой все как будто забыли, моментально шмыгнула за дверь. - Гораций, я прошу тебя, сейчас не время выяснять отношения. Нам нужно разрешить другие вопросы... - директор потер глаза. - Профессор Джекилл, я знаю, что вы прибыли на место одним из первых. Вы осмотрели студентов, что скажете об их состоянии? Нам есть чего опасаться?- Никто из них серьезно не пострадал. Укусов нет, - сказал Джекилл. - Мелкие травмы, ссадины, небольшие обморожения. Мадам Помфри, я уверен, успешно справится со всем этим. Неловко, что никто из них решительно не помнит, как оказался в лесу. - Неловко, что пострадали иностранные студенты! - снова подал голос Слизнорт, отошедший было к окну. - Вот увидите, администрации Шармбатона и Левенбурга еще вышлют нам обвинения в том, что мы не уследили за их студентами! И отзовет всех обратно! - истерично добавил он и громко высморкался в платок.- Профессор Грей, мистер Дирборн, что насчет чудовища? - громче обычного спросил Дамблдор. - Ночью вы сообщили, что выследили его. Есть какие-то результаты?- Мы занимаемся этим, - холодно ответила Грей. - Наши люди с самой ночи прочёсывают лес, возможно, им уже удалось что-нибудь найти. Так что, если вы не против, мы прямо сейчас пойдем к ним. В лесу наше присутствие сейчас принесет больше пользы.- Да, конечно, - Дамблдор выпрямился и провел ладонью по столу. - Вы можете идти. Не вы, профессор Слизнорт. Вас я бы попросил ненадолго задержаться, - Дамблдор кивнул Валери, она в свою очередь бросила тяжелый взгляд на Слизнорта и только потом потянулась к двери, оглянувшись на ходу, проверить, идет ли за ней Джекилл. За ними вышли все остальные и в кабинете остались трое - Дамблдор, серьезная Макгонагалл и озадаченный Гораций Слизнорт.

Ремусу стоило большого труда высидеть послеобеденные уроки Трансфигурации и не сорваться в кабинет Валери. Он знал, что её там сейчас нет, что она в лесу, ищет чудовище, но ничего не мог с собой поделать. Они не виделись со вчерашнего дня, а завтра он уедет домой. Мысль о такой долгой разлуке казалась невыносимой - равно как и бесконечные лекции, такие сложные, что Ремус, впервые за все семь лет учебы даже не пытался в них вникнуть. Просто сидел и смотрел то в окно, на Запретный лес, то на часы. В какой-то момент ему даже всерьез показалось, что кто-то заколдовал стрелку его часов. Но даже заколдованная, она все-таки достигла цели, и как только раздался спасительный удар колокола, Ремус вскочил со своего стула и бросился вон из кабинета, успев только бросить свою мантию и книги Джеймсу и остальным, и сказать, чтобы шли на ужин без него. Они принялись переглядываться, и конечно, истолковали все неправильно, да и наплевать.Ремус миновал один коридор, другой, налетел на дверь возле рыцарских доспехов, остановился возле неё на секунду, чтобы перевести дух, а потом, не раздумывая, повернул дверную ручку и ворвался внутрь.В кабинете было пусто, но всюду горел свет и в камине плясал огонь. Ремус со скрипом закрыл за собой дверь и тут же дверь, ведущая в спальню, открылась и появилась Валери. Судя по всему, она совсем недавно вернулась из леса. На стуле висела охотничья мантия, вся в грязи, рядом лежала тяжелая сумка с оборудованием и оружием. На ходу запахивая свой шелковый сливочный халат, она встряхнула влажными волосами, подняла взгляд и запнулась, увидев Ремуса. Всего пару мгновений - и они уже сжимали друг друга в объятиях. Она была все еще теплая и распаренная после душа, от неё пахло чем-то сладким, что все равно не перебивало горьковатый запах леса.- Цел, - прошептала Валери, резко выпустила его и обхватила ладонями его лицо, жадно вглядываясь в каждую черточку, словно пыталась отыскать новые, хитроумно замаскированные следы когтей, ласково погладила большими пальцами его темные круги под глазами, коснулась старых шрамов. - Ты цел. Мерлин, как же я переживала... - Я хотел увидеться перед отъездом, - пробормотал Ремус. - Я ведь уезжаю завтра...Его руки жадно скользнули по её плечам, спине и стиснули узкую талию. Дурацкий халат страшно ему мешал.- Ты же ужин пропустишь! - засмеялась Валери, лохматя его волосы. Её дыхание участилось, кажется она, как и он, уже не вполне понимала, что говорит. - А я не голоден, - Ремус улыбнулся, наступая на неё и оттесняя к двери. - Я совсем, совсем не голоден... - словно в забытьи шептал он, глядя на её губы, потом вдруг обхватил Валери за ноги и резко поднял, так что она взвизгнула.- Мерлин, глупый мальчик, что ты делаешь, - глотая слова шептала она, глядя на него сверху- вниз и купая в ладонях его лицо. - Что ты... надорвешься... ай!Они засмеялись, когда Ремус случайно врезался в проем. На входе в комнату Валери обвила его одной рукой за шею и горячо поцеловала, а другую руку вытянула и небрежно толкнула дверь.

* * *

Вечером, перед ужином у Роксаны произошла неожиданная и неприятная встреча.В замке было скучно, а на улице было малиново, холодно и хорошо. Многие потянулись во внутренний двор, поглазеть, как разъезжаются на каникулы иностранные студенты, и их компания в некотором смысле возглавила зрительскую аудиторию. По заказу Министерства школа создала серию спец-порталов - во Францию, Германию и Норвегию. Ради такого дела в замок приехала целая делегация из Департамента транспорта. Они же курировали отправку. Во дворе установили длинный стол, на который каждые десять минут выкладывали несколько старых шляп, потертых книг, или поношенных ботинок, а ученики по очереди подходили к ним с чемоданами и исчезали. Несмотря на поздний час, двор был переполнен, как никогда, а в воздухе звенела смесь незнакомых языков. Ученики прощались, обнимались с друзьями, разговаривали с приехавшими за ними родными, которые, очевидно, не доверяли английским порталам и хотели лично забрать свое чадо. Всё это выглядело как эвакуация на шлюпках с тонущего корабля, даже несмотря на то, как старательно все улыбались.- Спорим, большинство зассыт вернуться обратно? - спросил Сириус и бесстрашно затянулся сигаретой, несмотря на то, что риск напороться здесь на учителя был такой же, как если бы он закурил прямо под дверью учительской.Они расположились на небольшом отдалении, возле входа в переход между крыльями замка. Джеймс кутал Лили в свое мантию, Роксана сидела в оконце перехода, а Сириус прислонялся к стене рядом с ней и делал вид, что ему глубоко наплевать на происходящее. - Их можно понять, - острый нос Лили покраснел от холода, ветер трепал волосы, выпущенные из-под шапки. - После того, что случилось, им будет страшно сюда вернуться. Хотя мне будет их не хватать.В этот момент смуглая кудрявая девочка из младших, стоящая рядом с мамой в очереди к порталам, оглянулась и помахала Лили рукой в белой варежке. Оливия плакала чуть ли не каждую ночь, когда только приехала в замок. И часто прибегала к Лили. А сейчас выглядела веселой и счастливой, и не выпускала материнскую руку. Лили помахала ей в ответ и совсем расстроилась.- Вы уже решили, куда поедете на каникулы? - спросил Сириус, когда Джеймс отпустил Лили и влез на ограждение клумбы, заняв сразу самую высокую точку во дворе. - Да, - Джеймс принялся ходить по ограждению туда-сюда, изредка подпрыгивая и оборачиваясь. - Поедем к Эвансам.Лили широко улыбнулась, бросив на него быстрый взгляд.- Правда, я так и не понял, по какому поводу. Кажется, её сестра заарканила тюленя и хочет, чтобы мы все на него посмотрели, - небрежно добавил Джеймс и со смехом увернулся, когда Лили попыталась дернуть его за штанину и свалить в клумбу, где была навалена гора снега. Роксана вяло улыбнулась и поджала ноги в тяжелых ботинках.- Петунья выходит замуж, - пояснила Лили, обернувшись к Сириусу и Роксане. - А еще родители пришли в ужас, когда узнали, что меня прокляли, и все это время я была при смерти. Хотят повидаться и как можно скорее. Кроме того, я хочу официально представить им Джеймса.- Черт возьми, Эванс, надо было предупредить, я бы погладил свою лучшую бабочку и все такое, - сказал Джеймс, спрыгнув на землю и одернув куртку. - А вы куда поедете? - он попросил у Сириуса сигарету.- В Блэквуд, - отозвался Сириус, щелкнув зажигалкой. - Потом к Андромеде, на пасхальный ужин, а дальше будем колесить по стране, пока не надоест. Роксана быстро подняла взгляд и снова опустила - она слушала музыку в плеере.- «Румпельштильцхен» дают концерт в Дорсете, а Сэм Рампл - старый друг Альфарда, так что мы, может быть, сможем поездить за ними.- Я его помню, - обрадовался Джеймс. - Они заезжали к твоему дяде, когда я у тебя гостил. Это тот, который все время валялся в обнимку с той крашеной бабой?- Нет, это их барабанщик. - А, точно. Сэм все время орал и выпил весь виски. Прогудел удар колокола, возвещающий о начале ужина. Сириус выкинул сигарету, Роксана спрыгнула на землю и по пути к замку Сириус сам взял её за руку, когда Роксана вдруг услышала, как её зовет Клодетт Бойер, старая шармбатонская знакомая. Всё такая же кудрявая, но уже совсем не такая круглощекая и веселая, как раньше, она махала Роксане с противоположного конца двора и жестами подзывала к себе. Игнорировать её было бы невежливо, поэтому Роксана махнула остальным, чтобы шли без неё и подошла попрощаться. Когда Клоди наобнималась и наревелась всласть, а потом торопливо исчезла с группкой других студентов, Роксана повернулась, чтобы уйти, как вдруг снова услышала свое имя. На этот раз от звука голоса, который его произнес, её желудок подпрыгнул и совершил сальто.Она даже остановилась ненадолго, чтобы убедиться, что ей не послышалось, а потом медленно обернулась.Возле небольшой группки ожидающих родителей стоял Люциус, в наглухо застегнутой, черной мантии и смотрел прямо на Роксану.

В первую секунду Роксане показалось, что невидимая сила зацепилась за неё крючком и дернула вперед. Захотелось бегом броситься к брату через весь двор, запрыгнуть на него, обхватить руками и ногами, и разреветься. Пожаловаться ему на все то дерьмо, в котором их семья утонула по уши, а потом услышать, что он уже все исправил, и успокоиться.Но это желание длилось всего несколько секунд, а потом Роксана подняла руки, сунула их в карманы кожаной куртки и подошла к Люциусу. Их одинаковость и белые волосы так бросались в глаза, что проходящие по двору студенты оборачивались поглазеть на них, и лица у них были в этот момент такие, будто они наблюдали за общением двух белых бенгальских тигров в вольере. - Ну здравствуй, Роксана, - произнес Люциус. Его гладко выбритое лицо подозрительно задергалось, словно он хотел улыбнуться, но так и не смог. Люциус был так же хорош собой, как и всегда, ухожен, как девица, и с иголочки одет. Но что-то в нем определенно изменилось. Роксана пристально вглядывалась в его лицо, пытаясь уловить эту перемену, но так и не смогла. Возможно, все дело было в глазах. Раньше у него не было такого перепуганного и затравленного взгляда. - Что тебе нужно? - сухо спросила она- Я хотел увидеться с тобой, - как будто уязвленно проговорил Люциус. - Разве мы... после всех этих... - он на секунду прикрыл глаза и подвинул тугой воротник своей мантии. - После того, что случилось, я думал, ты захочешь поговорить.- С тобой? - Роксана усмехнулась и смерила брата таким снисходительным взглядом, словно он был законченным идиотом. - Люциус. Я бы не стала говорить об этом с тобой, даже если бы ты меня связал и начал пытать иголками.- Погибла наша мать, - сказал он, слегка переменившись в лице.- Погибла твоя мать, - поправила его Роксана, полезла в карман куртки и достала оттуда пачку сигарет. Достала одну и сунула в рот. Рядом с ними стояла компания женщин в симпатичной одежде. Сами того не замечая, они без конца трогали своих детей, поправляли им волосы, запахивали на них курточки и убирали с них соринки. - Роксана, она всегда любила... - начал было Люциус, пытаясь делать вид, что ничего не замечает.- Не надо, - перебила его Роксана, раскуривая сигарету, а потом вскинула голову и посмотрела на Люциуса долгим взглядом.- Мне жаль твоего сына, Люциус, - вдруг неожиданно для самой себя тихо проговорила она. - Этого не должно было случиться.Люциус был немало удивлен её словами, да и напоминание о погибшем ребенке не растопило между ними лед, но все же он склонил голову, выражая благодарность, и сказал коротко:- Да, - хрипло произнес он. - Не должно было.А после этого опустил голову и пару мгновений они оба молчали, наблюдая за тростью, которую Люциус прокручивал то по часовой стрелке, то против и слегка пристукивал по каменным плитам, собираясь с мыслями. - Завтра... в Сан-Себастьяне состоятся похороны нашей матери, - произнес наконец он и поднял голову. К нему вернулось прежнее выражение, с которым он обычно смотрел на всех, кто был ниже ростом и по положению. - Будет много гостей. Мы с Нарциссой уезжаем туда сегодня. Роксана, которая до этого смотрела в сторону, резко повернула голову в его сторону. - Я подумал, что ты тоже захочешь поехать с нами, - Люциус почему-то упрямо не желал смотреть ей в глаза. - После этого мы могли бы остаться на какое-то время во Франции. М-м... в Англии сейчас ужасная погода...Роксана повернулась к нему целиком, опустив руку с сигаретой.- ...а на побережье Франции сейчас уже цветут деревья и... было бы неплохо задержаться там на какое-то время. Устроить себе небольшой... отдых. Нарциссе полезен южный климат, и мы могли бы...- А отец... - перебила его Роксана. - ... тоже там будет?Он сглотнул.- Люциус, - у Роксаны вдруг задрожала челюсть и разом похолодели руки. Она шагнула вперед. - Отвечай!Люциус молчал.- Отвечай! - прорычала Роксана, чувствуя, как начинает стучать кровь в ушах.Люциус вздохнул, на секунду прикрыв глаза и тронув двумя пальцами переносицу.- Роксана, прежде всего, ты должна понять... - начал он.Роксана размахнулась и влепила ему пощечину.- Ты... - хрипло проговорила она, огромными глазами глядя на брата. Люциус в шоке обернулся к ней, закрывая щеку рукой.- Рокса...Она влепила ему еще одну пощечину, а потом вдруг накинулась на него как фурия. Наносила удары один за другим, по плечам, по груди, по рукам.- Ты... мерзкий... трусливый... подонок!Раньше она бы никогда не посмела ударить брата, он был для неё небожителем, неприкосновенной персоной, а теперь она избивала его все сильнее и сильнее, и не могла насытиться, потому что это, как ни странно, приносило ей облегчение. Да что там, её просто разрывало от желания схватить его и оттаскать за волосы, расцарапать его выбритую физиономию, избить его так, чтобы он понял, каково ей было все это время.- Гребанный сукин сын! - она задыхалась и отбивала себе руки, но не переставала размахивать ими, как взбесившаяся птица. - Ты бросаешь его, бежишь, как последний урод! Я тебя ненавижу! Ненавижу тебя!Первые несколько секунд ошалевший от неожиданности Люциус просто закрывался от её шлепков и отступал, а потом, когда понял, что их перепалка привлекает все больше внимания, быстро скрутил разбушевавшуюся сестру и уволок подальше от чужих глаз. И даже по пути Роксана все еще пыталась его ударить.- ...ради всего святого, угомонись! - наконец перекричал её Люциус, схватил её за предплечья и встряхнул. Роксана чуть не прикусила язык, но так устала, что вырваться не смогла. - Да, да, черт тебя дери, я бегу из страны, это ты хотела услышать?! - он оттолкнул её от себя и выпрямился, оббежав взглядом людный двор. Его лицо было розовым от напряжения, волосы растрепались, и Люциус трясущейся рукой зачесал их назад, изо всех сил пытаясь успокоиться. - Я действительно бегу из Англии, - добавил он, слегка дрожащим, но уже почти прежним тоном. - Так пожелал отец. Он сам приказал мне немедленно уехать и забрать с собой все документы. Нарцисса уехала еще до меня. Она сейчас далеко, вместе с родителями, там, где её не будут искать. Она забрала с собой все наши документы, печати и письма. Мы заглянем в Сан-Себастьян на день, проследить за похоронами, чтобы наше отсутствие не вызвало слухов, а потом уедем в Норвегию. Я... как член Попечительского совета, я сам предложил Дамблдору эту идею с порталами. Никому и в голову не придет отслеживать беглецов именно здесь. У меня есть определенный компромат на его сына. Серьезный и опасный. Я знаю, что этот мелкий засранец ищет его, на днях у нас в доме была делегация из отдела его папаши, искали какие-то письма... но я знаю, зачем они явились. Это уже не первая унизительная «проверка» и дальше будет только хуже. К счастью, я успел отправить компромат в надежное место... - Люциус, чей взгляд все это время нервно бегал по школьному двору, взглянул на Роксану. - Я собирался уехать, но мне доложили, что Мальсибер пытался тебя шантажировать. И тогда я понял, что не могу уехать один. - Ты его бросаешь... - пробормотала Роксана. Половину из того, что сказал Люциус, она не услышала и смотрела на Люциуса так, словно видела его впервые. - Ты его бросаешь!- Да, - ледяным тоном сказал Люциус после натянутой паузы. - Да, Роксана. Я его бросаю. Но так нужно, ты просто пока...Роксана неверяще покачала головой, отступив от брата на шаг.- Предатель... - прошипела она, и шок в её глазах загорелся ненавистью. Она метнулась прочь, но не уйти не получилось.Люциус, изо всех сил старавшийся вернуть себе дружелюбное выражение, разом потемнел, его глаза полыхнули злобой, он приподнял голову и его губы дрогнули в крайне неприятной улыбке.- Предатель, вот как... - слегка дрогнувшим голосом проговорил он, а потом он вдруг больно схватил Роксану за руку чуть повыше локтя и дернул на себя. - На твоем месте я бы не разбрасывался такими словами, сестрица! Роксана попыталась выдернуть руку, и он только сильнее её сжал, дернув еще ближе к себе, так что они чуть не стукнулись лбами.- Не тебе называть меня предателем. Или напомнить тебе, из-за кого мы оказались в этой ситуации? - прошипел он так, что на Роксану попала капелька слюны. - Напомнить, из-за кого погибла наша мать?!- Наша мать была бы жива, если бы не решила сбежать, как ты, - прорычала Роксана, бесстрашно глядя в серые, прозрачные глаза брата. - Вы оба только это и умеете. Отец, может быть, и предложил тебе это, но ты не имел. Права. Соглашаться! - раздельно проговорила она и вырвала, наконец, предплечье из его пальцев. Пару минут они молча сверлили друг друга взглядом.- Я бы не смог его защитить, - тихо произнес Люциус. - И, в отличие от тебя, он это понимает. И принимает это с достоинством.Роксана натужно сглотнула.- Сколько у него осталось времени? - тихо спросила она.- Я не знаю. Судя по всему, все решится в ближайшие дни. Он замолчал. Роксана смотрела на него во все глаза. Как странно. Чувство вины, страх и сомнения, глодавшие её весь этот месяц, вдруг куда-то исчезли, словно внезапно снявшийся с места табун диких лошадей.- Прости, что я... обвинил тебя во всем этом, - Люциус кашлянул и нахмурился. - Этот скандал с помолвкой. В том, что произошло виноваты мы все. Мы наделали много ошибок в прошлом, но теперь у нас есть шанс все исправить. Начать всё с начала и стать настоящей семьей. Мы нужны друг другу, Роксана, так что пожалуйста, - он коротко оглянулся на очередь, подходящюю к порталу, и протянул Роксане руку в черной перчатке, гипнотизируя её взглядом, как удав. - Поехали со мной. Роксана взглянула на его руку, и вдруг отчетливо услышала слова Абраксаса: «Даже если Люциусу удастся сбежать, он не сможет вернуть все, что мы потеряли. Он не способен требовать у жизни больше, чем она может ему предложить. Не способен давать отпор тем, кто заведомо сильнее его. Ты - способна. Ты - Малфой. И если у меня не хватило сил сохранить нашу семью и передать её наследие будущим поколениям, то у тебя должно хватить сил начать всё с начала»В этот момент у неё в голове словно что-то щелкнуло и встало на место.Она отступила от Люциуса на пару шагов, испуганно глядя на его руку.- Слишком поздно, - пробормотала Роксана и подняла на брата взгляд. Голос её внезапно окреп. - Я не поеду с тобой, Люциус. Ни во Францию, ни куда бы то ни было, - твердо сказала она- Роксана, я... я не могу тебя оставить здесь, неужели ты не понимаешь? - Люциус, наоборот, начал нервничать сильнее. - Мне ничего не угрожает. И даже если бы угрожало, ты не сможешь помочь мне, Люциус. Пора признать, что мы никогда не сможем быть настоящей семьей. И что теперь каждый из нас должен идти своей дорогой. И исправлять свои ошибки. Люциус приподнял подбородок и сузил глаза, вглядываясь в сестру так пристально, словно у неё на лбу было написано что-то очень важное, но на языке, которого он не знал. - И куда же ты... пойдешь? - спросил он.- Этого я тебе не скажу. - Роксана, прошу тебя, прекрати. Сейчас не время «каждому идти своей дорогой». Ты... разве не видишь, что происходит? - прошипел Люциус. - На нас идет охота. Носить сейчас фамилию Малфой и быть одной - почти самоубийство. Я... я прошу тебя, поехали со мной, - он оглянулся, услышав, как портал с очередной группой втянулся в пустоту. Роксана проследила за его взглядом и слабо улыбнулась. - Жалко, что прошло то время, когда можно было исправить все ошибки, просто уехав во Францию, - она отступила от него на шаг. - Мне оно нравилось.Люциус растерялся и шагнул было следом, но Роксана вытянула руку, и он остановился, хотя вид у него был такой, словно он готов был в любую секунду схватить сестру в охапку и увезти отсюда силой.- Роксана... прошу тебя, - дрожащим голосом проговорил Люциус, настойчиво встряхнув рукой. На секунду всё словно застыло, а потом...- Прощай, Люциус, - прошептала Роксана и сорвалась с места.Люциус метнулся было следом, но Роксана оказалась быстрее и в мгновение ока выбежала со школьного двора, затерявшись в толпе студентов, идущих на ужин. Люциус затормозил у входа в замок, безнадежно пытаясь высмотреть сестру в толпе, но это было бесполезно. Пару минут он еще простоял там, обтекаемый толпой со всех сторон, а потом медленно, тяжело, словно невидимая сила держала его в аркане, вернулся к порталам. Перед тем, как коснуться старой поношенной Шляпы, он оглянулся на тот проход, где скрылась его сестра. На лице его были написаны тревога и жалкое, виноватое сожаление, как у пассажира, нечестным путем покидающего тонущий корабль. А потом он устало закрыл глаза, его палец с фамильным перстнем коснулся потертой шелковой тульи, и Люциус Малфой исчез.

* * *

Воздух в маленькой темной спальне уже давно перестал звенеть, но Ремус все еще не мог заставить себя подняться. Его горячая голова лежала у Валери на груди. Он тяжело, часто дышал. Изредка его ресницы приподнимались и тогда в темноте влажно поблескивали утоленные, сонные глаза. А потом он снова закрывал глаза. Валери упиралась подбородком в его макушку и лениво перебирала его взмокшие волосы. На лбу и плечах у неё поблескивали капельки пота, темные пряди прилипли к вискам, а глаза, потемневшие, как две июльские тучи, устало и немного удивленно смотрели в темноту балдахина. Ремус приподнялся на локтях и заглянул в её лицо, провел пальцами по нему, убирая волосы, поцеловал, раз, другой. А потом припал к её шее. Валери рассмеялась низким, грудным голосом, когда ей стало щекотно, но Ремус не отставал, и тогда она резво перевернула его, оказавшись сверху. Ремус моментально сбавил обороты и опасливо откинулся на влажную, прохладную подушку, почувствовав невольный трепет - эта сцена напомнила ему ночь в колонии перед полнолунием. Валери медленно повела плечом и вернула на место упавшую лямку черной шелковой комбинации, глядя Ремусу в глаза. Потом так же медленно опустилась на него, вдавливая своим весом в матрас. Поцеловала в губы, один раз, другой, третий, держа глаза открытыми и глядя так сосредоточенно словно ей просто нравилось к ним прикасаться. Её губы были такими мягкими и расслабленными, прямо как две влажных лепестка. Ремус хотел было углубить поцелуй, но она внезапно приподнялась, провела пальцем по шраму у него на лице и поцеловала его. Его, тот, что был с ним рядом, спустилась к шее...Она прикоснулась губами к каждому шраму на его теле. А потом...Потом Ремус вообще потерял всякую способность осознавать происходящее и просто выпал из реальности минут на семь. Помнил только, как путались пальцы в её волосах, как эти пальцы цеплялись за подушку, и как его разрывало удовольствие сродни сильной боли. И как потом он задыхался, не мог заставить себя открыть глаза и боялся, что у него остановится сердце. После этого они очень долго молчали. Валери лежала у него на груди, подперев подбородок кулаком, и наблюдала за ним со странной кошачьей улыбкой. Ремус в первую же минуту хотел сказать ей, как сильно её любит, но его обуял такой ураган благодарности, любви, нежности и всего-всего-всего, что он никак не мог подобрать слова. Минуте на десятой он сообразил, что просто таращится на неё, как полный идиот. И ему стало неловко. Наверное, поэтому она так улыбалась.- Я люблю тебя, - просто сказал он и сам не узнал свой голос.Улыбка Валери стала чуть-чуть шире, и она склонила голову набок. Протянула руку и провела пальцем две дуги над его бровями, так что Ремусу сразу же захотелось закрыть глаза и отключиться лет на сто.- Мы знакомы уже так давно, - задумчиво пробормотал Ремус, перебирая её волосы. - А я ведь почти ничего о тебе не знаю. - Ты итак знаешь намного больше, чем нужно.- А хотел бы знать все, - слабо улыбнулся Ремус. - Например, о чем ты мечтала в детстве? Кем ты хотела стать? Какая у тебя любимая еда? Чем ты занималась до Хогвартса? У тебя здесь полным-полно оружия, но ты им не пользуешься... расскажи мне о себе, Валери. Я правда хочу знать.Валери молчала довольно долго, изучая Ремуса внимательным взглядом. А потом отодвинулась, уперлась локтем в подушку и подперла голову кулаком. - Вообще-то я только в прошлом году вернулась в Англию, - проговорила она, едва ощутимо скользя ногтями по его коже. - До этого я три года жила в Японии. - В Японии? Что ты там делала?- Работала. В тысяча девятьсот семьдесят пятом году маленькую провинцию недалеко от Осаки поразила непонятная эпидемия. Люди умирали целыми семьями и кварталами, и врачи ничего не могли поделать. Болезнь не поддавалась никаким лекарствам. Тогда Министерство Магии в Японии позвало на помощь, и мой отряд выдвинулся туда. Мы ведь не просто сотрудники комиссии по Обезвреживанию волшебных существ. Наша деятельность куда более... специфична, нас вызывают только в том случае, если волшебное существо или существа надо обезвредить окончательно и сделать все так, чтобы не осталось никаких следов... Как и предполагалось, виной эпидемии оказалась стая Нунду, поселившаяся в местных лесах. Мы выследили их всех до единого. Это было сложно, ведь их дыхание ядовито и способно поразить человека за считанные секунды. Леса были зараженной территорией. Когда нам казалось, что мы вот-вот их одолеем, какой-то умник пронес в наш лагерь выводок щенят Нунду и за ночь эти щенята отравили весь наш лагерь. Если бы не доктор Джекилл, болезнь выкосила бы и нас, как выкосила половину провинции. К счастью, ему удалось вывести сыворотку, которая замедляет действие их проклятия. Мы уничтожили остатки стаи, и министр магии Японии вручил нашему отряду награды в виде золота и этих мечей, - она указала на каминную полку, над которой красовался длинный изогнутый меч в черных ножнах с причудливой золотой росписью по всей длине. - Доктор Джекилл тоже был в Японии? Вместе с тобой? - спросил Ремус. Так спокойно, как только мог. Губы Валери дрогнули в улыбке.- Он всегда был неотъемлемой частью моей... работы. Отвечал за научную составляющую наших экспедиций. Лечил, когда это было нужно, готовил лекарства, с одним из них ты уже знаком, смеси для транквилизаторов и многое-многое другое. Он не раз спасал мне жизнь. Мне и всем остальным.Ремус не стал ничего говорить. Валери коротко вздохнула и опустила взгляд на его грудь.- До Японии я год путешествовала по Мексике и Южной Америке. Это выпало как раз на то время, когда у большинства европейских драконов начался век брачного периода, и все они вели себя крайне неприлично. Девять месяцев мы охотились за Перуанским ядозубом, который выжег дотла целую деревню. А до этого несколько месяцев провели в Норвегии, разыскивая выводок Норвежских горбатых... - её пальцы скользили по животу и груди Ремуса, рисуя невидимую карту. Ремус улыбался, наблюдая за ней, а она улыбалась, наблюдая за ним. - ... Новая Зеландия... Швеция... Венгрия... Китай... мы охотились на великанов в горах Германии, а потом...- Ты много времени проводила в путешествиях, я понял, - рассмеялся Ремус, перехватив её руку у полоски волос ниже пупка. - А восемь лет назад я была в Египте, - проговорила она, округлив глаза. Ремус снова откинул голову на подушку и переплел пальцы с пальцами Валери, чтобы она не вздумала опять что-то рисовать и ставить его в неловкое положение. - Мы работали совместно с Ликвидаторами проклятий и нам выпала миссия обезвредить одну крайне капризную мумию древнеегипетского царя, который вздумал проклинать всякого, кто приблизится к пирамиде. Там я познакомилась с половиной того отряда, который полег под Уиллоу-Крик этой зимой, - её улыбка поугасла. - Я до сих пор помню, как по ночам они делали костер в бочке, шумно смеялись и пили, слушая радио, а в паре десятков футов под ними спало в гробнице опасное, страшное существо...- Они знали, на что идут, Валери, - проговорил Ремус, касаясь её лица тыльной стороной ладони.- Да, они знали, на что идут. Хотя и не подозревали, что через семь месяцев мумия высосет соки из трех человек в нашей команде, а через несколько лет еще двое погибнут в пасти великанов. Но все же они знали, на что идут... - Валери убрала волосы с его лба. - В отличие от меня. Я понятия не имела, на что иду, когда подала тебе руку на самом первом уроке, - задумчиво произнесла она. - Помнишь? Ты испугался, что боггарт, принявший обличие полной луны выдаст твой секрет. Как и эти несчастные ребята, я не знала, что всего через несколько месяцев моя жизнь изменится, я соблазню глупого, неопытного мальчишку и сломаю ему жизнь. - Ну... у мальчишек не растет щетина, - со сдержанной обидой отозвался Ремус. Валери с улыбкой покачала головой. - А насчет того, что ты меня соблазнила... кажется, все было немного наоборот, - Ремус поцеловал её ладонь. - О, вот как!- Да. И, честно говоря, я очень этим горжусь... - Валери рассмеялась. Ремус тоже, но тут его желудок внезапно заурчал. - А еще очень хочу есть, - добавил он с виноватой улыбкой.

Эльф доставил горячий ужин прямо в кабинет к Валери. Ремус, естественно, не выходил из спальни, ведь всем известно, что домовые эльфы - вторые в замке сплетники после картин. Но картин в кабинете Валери не было, вместо них на стенах в изобилии висело оружие.Ремусу как раз захотелось снять с крючков над камином красивую катану в черных позолоченных ножнах, которую он замечал каждый раз, когда приходил сюда, но тут в спальню вернулась Валери с тяжело нагруженным подносом и от запаха жареного мяса у Ремуса подвело желудок. Непрожаренный бифштекс с кровью, жареный картофель со специями, сладкая кукуруза и холодный тыквенный сок. Валери, как всегда, с поразительной точностью угадала все его желания. Они расположились на ковре у камина. Ремус жадно, по-волчьи отгрызал от бифштекса куски передними зубами и проглатывал, почти не жуя. Валери сидела напротив и наблюдала за Ремусом с легкой улыбкой. Поймав её взгляд, он замедлился и виновато улыбнулся. А потом снова набросился на мясо.Ближе к утру он ушел. Надо было еще собрать чемодан. Пока он одевался, Валери стояла у окна и курила. Если бы Ремусу было чуть больше лет и он был более внимательным, он бы заметил, как у неё дрожит рука, и как судорожно она заглатывает дым. Когда он подошел к ней и обнял, Валери на секунду зажмурилась и прошептала:- Иногда, когда ты уходишь, мне кажется, будто ты уходишь отсюда навсегда... - А что ты чувствуешь, когда я возвращаюсь? - спросил Ремус, уткнувшись подбородком в её плечо.Валери приоткрыла глаза и затравленным, несчастным взглядом посмотрела на школьную лужайку, над которой уже занимался рассвет.- Вину, - пробормотала она и оглянулась. - Иди. Тебе уже пора. Скоро выйдут дежурные, если тебя увидят так рано за пределами комнаты, пойдут слухи... сейчас для них неподходящее время.Ремус поцеловал её, так нежно и заботливо, словно хотел прогнать из её головы все тягостные мысли. А когда направился к двери, Валери вдруг выпалила «Нет!» и схватила его за руку.- Выйди лучше через черный ход, - попросила она. - Пожалуйста.Она нажала на какую-то кнопочку сбоку книжного шкафа, и он с тихим щелчком отделился от стены. Перед уходом Ремус оглянулся и улыбнулся Валери так, как умеют улыбаться только семнадцатилетние мальчишки.

Когда звук его шагов стих в отдалении, Валери закрыла потайной ход, постояла немного, держась за столбик на кровати и глядя на пустые подушки, а потом резко оттолкнула его от себя, стремительно пересекла спальню и распахнула дверь в кабинет.Джекилл сидела в кресле у камина, закинув ногу на ногу, и читал какую-то книгу. Он был полностью одет и готов к дороге, на полу возле его кресла стоял чемодан, на коленях у него лежал какой-то сверток.Услышав скрип двери, он на секунду прикрыл книгу, держа палец вместо закладки, и поднял взгляд. Пару секунд они с Валери молча смотрели друг на друга. Точнее, она смотрела на него с вызовом, а он оббежал её, полуголую, внимательным, читающим взглядом, а потом бесстрастно сказал «Доброе утро», и как ни в чем ни бывало вернулся к книге.- Все уже готовы? - спросила Валери.- Да, - отозвался Джекилл, переворачивая страницу. - Все ждут тебя.У Валери дрогнули губы, но она ничего не сказала и отступила от двери, чтобы вернуться к себе и одеться, когда Джекилл вдруг снова поднял голову и сказал:- Валери.Она остановилась и медленно оглянулась. Джекилл закрыл книгу, поднялся из кресла, подошел к ней и протянул сверток.- Я принес тебе завтрак. Твой любимый.Валери заглянула в пакет и вскинула на Джекилла взгляд. Тот значительно приподнял брови и отступил, держа руки в карманах пальто.- Думаю, пятнадцати минут тебе хватит, чтобы поесть и одеться? - деланно-беззаботно спросил он пошел к двери. - Поспать сможем только там. У двери Джекилл вдруг остановился, взялся за ручку, пристукнул по ней пальцами и снова сунул руку в карман.- Валери, ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? - негромко спросил он и оглянулся.Валери стояла, прижавшись спиной к дверному косяку и обнимала руками пакет. Голова её была лениво откинута назад, а глаза закрыты.- А ты? - мечтательно спросила она, повернула голову и посмотрела Джекиллу прямо в глаза.- Мы ждем тебя внизу, - бесстрастно ответил он, вышел из кабинета и захлопнул за собой дверь.

* * *

Утром волшебный мир накрыло новостью о покушении на министра магии.К счастью, убийцам не удалось совершить задуманное, но новость была из ряда вон и в честь такого события на сутки перекрыли все сети магического транспорта, пытаясь найти виновников. Ни трансгрессии, ни увлекательных перелетов по каминным трубам. Поезд до Лондона Роксана и Сириус проспали, так как рассчитывали трансгрессировать прямо к воротам Блэквуда, а когда выяснилось, что это невозможно, пришлось лететь на мотоцикле. Новость о покушении на министра стала последней в череде неприятных неожиданностей, включая визит Люциуса. Роксане буквально казалось, что Мальсибер- старший дышит ей в затылок, и про себя она снова и снова благословляла тот момент, когда рука убийцы дрогнула и он не попал в Матильду Бэгнольд, потому что следующим за ней стал бы её отец. Эта промашка дала ей время, в котором она нуждалась после приезда Люциуса. И теперь все, о чем Роксана думала - это Блэквуд и ближайшие двадцать четыре часа. Она очень хотела поговорить с Сириусом в Блэквуде, но путь занял у них почти целый день (с двумя короткими остановками в ужасных придорожных забегаловках, где была еда и туалет), так что, когда они наконец добрались до чертовых ворот, на улице начало темнеть, и они оба валились с ног.Роксана запомнила только, как бухнулась на постель, которую Сириус не заправил еще во время их рождественских каникул, и как потом он сам повалился на спину рядом и довольно вздохнул. Говорить о чем-то сейчас было бесполезно, сон затягивал их обоих с такой силой, будто они наглотались сонного зелья. Решив, в конце концов, что поговорить можно и через пару часов, ведь время еще есть, Роксана забилась Сириусу под бок комочком, обняла его и закрыла глаза, а в следующий миг её разбудили грохот тяжелой музыки, гул голосов, и звон бьющегося стекла на первом этаже. Роксана подняла всклокоченную голову с подушки, все еще не понимая, сон это был, или явь. Неожиданно внизу опять что-то разбилось и раздался всплеск человеческих голосов. Понятно. К Сириусу внезапно нагрянули гости, вечеринка вошла в штопор и теперь внизу творится безумие.Роксана села и сонно осмотрелась. В комнате было пусто, а за окнами совсем стемнело. Спать после заката было явно плохой идеей, её жутко мутило, и голова раскалывалась. Роксана выбралась из постели (полосатое шелковое покрывало размером с цирковой шатер сползло с кровати и заняло половину комнаты) и огляделась в поисках своих джинсов. Должно быть, она сняла их перед сном, или Сириус стянул их с неё. В любом случае, штаны так и не нашлись, зато в комоде обнаружилась футболка, доходящая ей почти до колена. Перед выходом Роксана увидела на полу черные носки. Посмотрела на них несколько секунд, потом подняла и швырнула в корзину.Она спускалась по боковой лестнице, ведущей в холл, когда в картину в паре футов от неё вдруг прилетела пустая бутылка виски и разлетелась на кусочки. Роксана вовремя отскочила и все еще сонно, но очень сердито взглянула вниз, на шумную компанию, которая развлекалась тем, что запускала в воздух бутылки и взрывала их чарами. Людей было очень много, выглядели они как байкеры, которых Роксана и Сириус встретили в одной из забегаловок. Косухи, банданы, рваные джинсы и блестящая черная кожа. Женщины в обтягивающих мини- юбках и с раскрашенными лицами, все танцуют, обжимаются у стен, на антикварных диванах и креслах, все пьют и курят дурь. Мир утонул в дыме их сигарет и парах алкоголя, так что рассмотреть что-то было трудно, тем более, что свет здесь не зажигали. Роксана облокотилась на перила промежуточной площадки между этажами, где её настигла бутылка, подперла голову рукой и пару минут сонно наблюдала за царящим внизу безумием. А потом и сама отправилась туда. Оказывается, пока она спала, в Блэквуд нагрянула рок- группа «Румпельштильцхен» и закатила бурную вечеринку. Когда-то Альфард Блэк и Сэм Рампл, лидер группы, были хорошими друзьями, почти как Сириус и Поттер. И даже после того, как Альфард умер, члены группы время от времени навещали его племянника. Влиться в вечеринку не составило никакого труда. Пара стаканчиков огневиски, скрученная кем-то сигарета - и Роксана обнаружила себя в самой гуще танцующих, в обнимку с Сириусом в расстегнутой рубашке, и с мокрыми волосами. Они плясали, мотали руками и головами, прыгали и отрывались в море точно таких же, прыгающих, потных тел, изредка затягивались тентакулой, или любой другой сигаретой, и пили все, что попадало под руку. Глаза Сириуса время от времени поблескивали в темноте, он пьяно улыбался и откидывал голову, пот катился по его шее и груди, он был весь мокрый и возбужденный, они целовались взасос, не переставая танцевать, музыка гремела и била по голове, все это было какое-то бесконечное, дикое безумие. И больше всего на свете Роксане хотелось, чтобы оно не заканчивалось.Раньше ей казалось, что Сэм Рампл - это кто-то вроде Мирона. Тощий, патлатый и злой на жизнь. На деле же он оказался толстым седым мужиком с усами и лукавыми, веселыми глазами. Если бы не кожаная жилетка, подведенные карандашом веки и татуировки, покрывающие каждый сантиметр его кожи, он бы сошел за какого-нибудь актера на пенсии. - Вот я не понимаю, - пьяно орал Роксане Сэм, пока все остальные продолжали плясать и беспощадно травиться. Роксана сидела в кресле напротив него и старалась внимать ему с самым серьезным видом, хотя количество выпитого уже превратило её кресло в лодочк. - Вот пчему у тея ткие белые волосы? - он со второй попытки схватился за её белую, растрепанную косу и встряхнул ею у Роксаны перед носом. Роксана, которая до этого сверлила серьезным взглядом Сэма уставилась на косичку и озадаченно выпучила глаза. - Ты, что, никак в родстве с Мфл..Мафи... Вафлоями, или как их там?- Не-е-ет, - в ужасе протянула Роксана, закрывшись от Сэма обеими руками, а потом вдруг наклонилась к нему поближе и поманила пальцем. Сэм тоже наклонился. От него так несло выпивкой, что у Роксаны заслезились глаза. - У М... Малфоев... - она икнула и на секунду ей показалось, что сейчас весь огневиски попросится назад, но миновало. Она прижала палец к губам, покачнулась и вскинула этот палец. - ...есть только сын, - Роксана сделала губами смешной звук и захихикала.Сэм нахмурился и поджал губы, взглядом великого трагика глядя в камин.- Один? - зачем уточнил он, всеми усилиями подавляя отрыжку.Роксана серьезно кивнула.- Од... ик... ой. Да. Один. Не верьте тем, кто говорит, что у них есть еще и дочь. Всё это по-одлые слухи. Слухи, - она пожала плечами и попыталась было небрежно подпереть голову рукой, но её локоть соскользнул с подлокотника кресла. - Ага... - Сэм устремил взор в ковер, раскачиваясь так, что получалась идеальная крошечная восьмерка. А потом опять уставился на Роксану. - А если ты не дочь... ты тогда кто? Роксана откинулась на спинку кресла и окинула Сэма снисходительным и немного высокомерным взглядом, а потом царственным жестом вытянула руку и указала на Сириуса. - Я - с ним, - сурово изрекла она.- Сестра, что-ли? - поднял брови толстяк.- Я?! - Роксана так громко удивилась, что он подскочил. - Не-е-ет, - она на секунду задумалась, вспомнила про носки и просияла. - Я его жена.Сэм уставился на неё. Роксана тоже уставилась на него, а потом она вдруг заразительно расхохоталась, прижав к губам стакан.

Сириус никак не мог понять, что происходит с Роксаной.Весь месяц она ходила, как в воду опущенная. Бледная, с обкусанными губами, пропускала уроки, завтраки, обеды и ужины, или приходила на завтрак, но грустная и с красными глазами, и выходила из этого состояния только ради того, чтобы залезть к Сириусу в штаны. Всё это очень напоминало ту истерику, которая недавно случилась у неё в библиотеке. И если это так, значит он был прав, и её депрессия действительно связана с матерью, её предательством и последующей гибелью. Сириус несколько раз пытался её разговорить, вытрясти из неё, наконец, правду о том, что стряслось в Уилтшире, но она каждый раз уходила от ответа, а навязываться и строить из себя озабоченного няньку Сириус не собирался. Он был бы рад помочь ей избавиться наконец от этой бесполезной, отравляющей связи, дать ей возможность выговориться, договориться с самой собой раз и навсегда, если бы она и сама этого хотела. А судя по тому, как она прятала от него все свои секреты - не хотела. И в помощи не нуждалась. И Сириуса это бесило. Его бесило, что она по-прежнему носится с этими людьми, и в упор не желает посмотреть правде в глаза, даже после стольких предательств. Нет смысла себя обманывать, какая-то часть Сириуса понимала, почему она себя так ведет, и почему ей так хочется верить в то, что её там кто-то любит. Но ведь он смог подавить все это и поставить точку. Почему она не может? Почему она вечно позволяет прошлому втискиваться в их жизнь и все портить? Это бесило его больше всего. Они с Сэмом и еще несколькими людьми играли в покер, когда Сириус поднял глаза и увидел, что Роксана пропала из комнаты. Её легко было обнаружить даже в темноте, благодаря волосам и поведению. А теперь она исчезла.Охваченный каким-то нехорошим предчувствием, Сириус отложил карты, с громким скрипом отодвинул стул и пошел её искать. Роксана нашлась в холле. Когда Сириус вышел туда, её жутко тошнило в одну из стоящих там ваз. Сириус оглянулся в гостиную и прикрыл одну из парных дверей, а потом подошел к Роксане и присел рядом на корточки.- Ради всего святого, Рокс, скажи, что ты не залетела, - сказал он, страдальчески сдвинув брови при очередной потуге. Роксана вытерла рот тыльной стороной руки и помотала головой, правда тут же опять вцепилась в пьедестал и согнулась.- Вторая хорошая новость, - усмехнулся Сириус. - А какая первая? - прохрипела Роксана, закрыв лоб трясущейся рукой.- Это всегда была любимая ваза моей матери, - сказал Сириус, иронично выгнув уголок рта. - Я рад, что ей наконец нашлось достойное применение. Ну-ка... - увидев, что приступ закончился, подхватил Роксану под руку, не дав усесться на пол. - Пойдем наверх. По-моему, с тебя уже хватит этой вечеринки.- Мерлин... я никогда еще столько не пила, - жалобно проговорила Роксана, не открывая глаз, пока Сириус нес её на второй этаж. - Прелесть моя, столько даже Хагрид не пил. Причем за всю свою жизнь, - с усилием проговорил Сириуса.Поднявшись в комнату, он первым делом засунул Роксану в душ и помог смыть все остатки опьянения. Сама она держалась на ногах не лучше, чем новорожденный теленок, поэтому ему и самому пришлось намокнуть. Потом он уложил её в постель и собрался было вернуться к Сэму и остальным, но Роксана его удержала.- Подожди! - вдруг выпалила она, когда Сириус уже взялся за дверную ручку.Он обернулся, вопросительно подняв брови. Роксана по-лягушачьи сидела на постели, сжав на груди большое банное полотенце.- Что? - его губы дрогнули в легкой издевательской усмешке. - Принести матушкину вазу?Роксана помотала головой.- Нет. Ничего. Я... останься со мной, - сипло проговорила она, глядя на него так пристально, словно хотела что-то внушить. - Пожалуйста.- Меня ждет Сэм, Рокс.- К черту Сэма, - перебила Роксана, не сводя с него странного, жадного взгляда. - Останься со мной. Он все равно решил, что мы сбежали, чтобы потрахаться. - А это так? - с улыбкой спросил Сириус, протянул руку и взял Роксану за подбородок.Роксана повела подбородком, так, чтобы коснуться его пальцев еще и щекой, а потом вдруг сжала его ладонь обеими руками и прижалась к ней губами. Сириус замер. С недоверием и любопытством он наблюдал за тем, как Роксана, закрыв глаза, водит губами по его руке, касается её щекой, носом и ластится, как кошка. Он хотел что-то ей сказать, но слова почему-то не шли. А потом Роксана подняла голову и посмотрела на него снизу-вверх.

* * *

Этой ночью Роксана так и не смогла заснуть. Даже когда Сириус уснул, а музыка и голоса внизу стихли, сон к ней так и не пришел. Пару часов она просто лежала, подложив ладонь под щеку, и наблюдала за Сириусом. Он спал на животе, обняв руками подушку, дышал спокойно и глубоко, изредка шевелясь и устраиваясь поудобнее. Все это время, пока она за ним наблюдала, Роксане хотелось его потрогать, но этого она так и не сделала. А когда в просвет между тяжелыми шторами стали прокрадываться бледные лучи нового дня, Роксана поднялась с постели...

Узкое черное платье было слишком тесным и не давало нормально дышать. Больше всего на свете Роксане хотелось вылезти из него и надеть просторную черную футболку с логотипом «Диких сестричек», в которой она ходила всю ночь. Она вообще не привыкла носить такую обтягивающую одежду и чувствовала себя ужасно неуютно. Волосы спутались и походили на воронье гнездо. Понадобились время и магия, чтобы они выглядели так, как нужно, но в конце концов Роксана осталась им довольна, расчесала их до идеально гладкости, сделала «мальвину», которую носила в детстве и повязала её черной бархатной лентой. Она посмотрела в запотевшее зеркало и печальная, бледная девушка посмотрела на неё в ответ.Что же ты делаешь, Роксана? Она закрыла глаза.- Послушай, Забини... - Роксана обернулась. Блэйк всё так же сидела на постели, опустив голову. - Я никогда никому не скажу, клянусь. И если надо, могу принести тебе Обет. Только скажи мне, неужели это действительно того стоило? - Роксана качнула головой. - Твоя чокнутая бабка с радостью готова заложить свою семью Волан-де-Морту, - Блэйк дернулась, - Семья продает свою дочь неизвестно кому, а ты ради этих людей сделала...такое. Неужели тебе не хотелось сбежать? Просто сбежать и жить в своё удовольствие?Блэйк вдруг слабо улыбнулась и подняла голову.- Какая бы ни была, но это моя семья, - с её ресниц снова сорвалась пара капель, а губы приоткрылись. - И я люблю их, что бы там ни было. Без них я никто! - её губы задрожали, - А в нашем мире опасно быть никем, - она затрясла головой, не отрывая от Роксаны взгляда. - Я знаю, на что способен Лорд. Отец рассказывал мне, что он делает с предателями. С ними расправляются хуже, чем с грязнокровками! Я не хочу, чтобы меня считали предательницей, не хочу, чтобы меня равняли с отребьем и тыкали в меня пальцем, как в какую-то грязнокровку! Я думала, Сириус поймет, что нам нельзя отрываться от своих, но ему наплевать на всех, он... ему нет дела ни до кого, кроме самого себя и это правда. И что бы там ты не говорила, мои родители заботятся обо мне и если бы мне пришлось сделать ещё раз то, что я сделала сегодня...- Ты хотя бы любила его?Забини осеклась и уставилась на Роксану.- Да. Да я его любила. Я никогда и никого не подпускала к себе так, как его, он был моим с самого начала, ещё в детстве я чувствовала, что мы с ним когда-нибудь будем вместе. Но всё это не имеет никакого значения по сравнению с семьей. Семья - это последнее, что остается у всех нас.Роксана открыла глаза. Бледная, печальная девушка теперь выглядела еще и удивленной.- Не такие уж мы и разные, да? - хрипло спросила она у отражения. А ведь действительно. Сложись всё иначе, Блэйк Забини, пожалуй, могла бы стать её подругой. Возможно, даже лучшей подругой. Ведь, на самом деле, чем таким они отличаются? Они совершенно одинаковые, просто оказались в разных условиях. Но, поменяй их местами, что бы изменилось? Блэйк, с её характером, запросто смогла бы выжить в Дурмстранге. А Роксана, окажись она в обществе Хлои и Мальсибера, наверняка выросла бы в законченную стерву. Когда она нашла Блэйк в ванной, всю в крови, была абсолютно уверена, что никогда не окажется перед таким выбором. А если и окажется, то никогда не поступит так, как поступила Блэйк. И что в итоге?Роксана медленно провела по зеркалу рукой, стирая пар.У судьбы отвратительное чувство юмора.Когда она вышла из ванной, в комнате уже никого не было, а внизу раздавались голоса и звон посуды. Даже сюда, наверх проникал запах жареного бекона и кофе. Значит все на кухне и Сириус среди них.Так даже лучше.Роксана сложила всё самое необходимое в свою красную сумку, вскинула её на плечо и, не оглядываясь, вышла из комнаты. Путь до лестницы казался бесконечным, а каждая ступенька вызывала все более растущий страх и дрожь в коленках. Хотелось бросить все к черту, взбежать обратно наверх, броситься на кровать и проспать несколько дней к ряду. Но этого она не сделала.Роксана спустилась в холл и пошла к выходу. Здесь голоса и утренние звуки звучали громче, и Роксана ускорила шаг. Она была почти у выхода, когда из дверей гостиной вышел Сириус в джинсах и с бутылкой минералки в руке. Он мельком оглянулся в сторону прошедшей мимо девушки, и почти сразу обернулся к ней целиком.- Роксана?У Роксаны ёкнуло сердце. Она замерла на секунду, прямо как вор, захваченный врасплох при побеге, и только потом обернулась.Сириус подошел ближе, рассматривая Роксану так подробно и с таким недоумением, что у Роксаны возникло огромное желание как-нибудь закрыться. А Сириус остановился в нескольких шагах от неё и удивление на его лице сменилось чем-то нехорошим. - Ну и куда ты идешь? - убийственно-спокойным тоном поинтересовался он, а Роксане вдруг стало страшно. Она беспомощно посмотрела Сириусу в глаза и вдруг поняла, что не сможет просто взять и уйти. Нет, не сможет. Это слишком трудно. Это просто безумие! Это какая-то глупость! Как это вообще возможно? Нет, она никуда не пойдет. Конечно не пойдет. Она прямо сейчас ему все расскажет и пусть он сам решает, как...- Ты едешь к ним? - вдруг спросил Сириус. - Едешь в Уилтшир?Роксана моргнула и ошеломленно уставилась на него. Ей эта версия, почему-то, и в голову не пришла.- Да, - выдохнула она, глядя на Сириуса во все глаза. - То есть нет. Я...я еду в Сан-Себастьян. Сегодня состоятся... похороны. Мне надо...Еще до того, как она договорила, Сириус цокнул языком и откинул назад голову, издав не то вздох, полный разочарования. Роксана замолчала и на секунду прикрыла глаза.- Ну что ж... понятно, - Сириус уронил голову, потер глаз и не то фыркнул, не то усмехнулся чему-то. Роксана вдруг шагнула к нему, обхватила за шею и поцеловала. Целовала долго, под конец обняв его лицо ладонями, целовала так, словно хотела выпросить прощение. И даже отлепившись от него, не смогла разжать рук, так и стояла, прижавшись к нему носом.- Я хочу, чтобы ты поехал со мной, - прошептала она, не открывая глаза. Если он согласится, все изменится. Мерлин, все изменится. Пожалуйста, ну пожалуйста, скажи да. Пожалуйста. - Ты согласен... согласен поехать со мной?Она открыла глаза и посмотрела на Сириуса, но это было так же трудно, как смотреть на источник слепящего, яркого света.Её пальцы чувствовали, как бешено бьется жилка у него на шее, но внешне Сириус был совершенно спокоен. Он еще раз окинул взглядом её лицо, её прилизанные волосы, а потом вежливо убрал от своего лица её руки и сказал, твердо и непреклонно:- Нет. Роксана моргнула. На секунду ей показалось, что все вазы в этом холле вдруг покачнулись и упали со своих пьедесталов.- Я не могу запретить тебе наступать на одни и те же грабли, раз уж тебе это так нравится, - добавил Сириус, отступив от неё. - Но у меня нет желания снова это делать. - Сириус, пожалуйста, - надавила Роксана, прожигая Сириуса взглядом. Глаза заволокло слезами, но сейчас было не до них. Ну давай же. Пойми. Пойми. - Пожалуйста, Сириус.- Нет, Рокс, - Сириус отступил еще дальше и повернулся, чтобы уйти.- То есть ты готовь бросить меня с этим один на один? - дрожащим от злости голосом уточнила она и пара слез одна за другой все-таки сорвались с ресниц. Да, она злилась. О, как она вдруг разозлилась. Ей захотелось схватить Сириуса и встряхнуть, заорать на него, завизжать, чтобы он понял, как ей сейчас тяжело. Сириус медленно обернулся и бросил на неё такой взгляд, что Роксана вдруг отчетливо вспомнила самодовольного, выводящего из себя парня, который прицепился к ней после Распределения.- А ты, что, боишься? - вкрадчиво спросил он. Роксана приподняла голову, почувствовав в его голосе вызов. - Это твое решение - ехать туда. Ты можешь отказаться прямо сейчас, - он насмешливо взглянул на её траурный наряд. - Но если уж решила, то не будь такой трусихой, а то я тебя разлюблю.Ах вот как. Трусихой, значит. Роксана подняла голову и расправила плечи. Весь ей страх и трясучка куда-то подевались, зато на место вернулись упрямство и злость, погасшие под порывами ужаса. Сириус засмеялся и салютовал ей бутылкой.- Удачно добраться, мисс Малфой. Постарайтесь, чтобы в пути вас не расщепило, а то мне как-то не хочется собирать вас по всей стране.- Постараюсь, - ядовито отозвалась Роксана и взялась за дверную ручку, а Сириус отвернулся и пошел к кухне.- Рокс! - вдруг позвал он, когда Роксана толкнула дверь. Она обернулась. Сириус стоял, небрежно засунув свободную руку в карман джинсов и смотрел на Роксану, слегка откинув голову. - Я надеюсь, ты вернешься, - произнес он после небольшой паузы. Требование, вопрос и едва уловимый страх смешались в этих словах. Роксана прерывисто вздохнула и хотела было уже что-то сказать, но вместо этого просто коротко посмотрела на Сириуса, вышла на улицу и закрыла за собой дверь.

* * *

Большой белый дом с террасой, колоннами и стеклянными дверями выглядел точно так же, как и когда Роксана была здесь в последний раз. Это место всегда пугало её, с самого детства, и дом из белого мрамора, окруженный мрачным черным лесом, казался ей похожим на склеп. Эльф открыл перед ней дверь и поклонился, пропуская её в дом. Из гостиной доносились звуки довольно заунывной классической музыки. Как только Роксана вошла в пышный красивый холл, из комнаты вышел высокий, подтянутый пожилой мужчина в узорчатом пурпурном халате поверх белой рубашки и черных брюк. В руках у него была газета, а в зубах зажата сигара. Увидев Роксану, он немало удивился и вынул изо рта сигару. Секунду они оценивающе смотрели друг на друга, а потом мужчина слегка наклонил голову. Роксана ответила ему тем же. Мраморная лестница стелилась в холл как язык какого-нибудь чудовища. Люстры с хрустальными бусинами с трудом рассеивали удивительно плотный полумрак дома. Следом за эльфом Роксана прошла по коридору с множеством дверей, а затем остановилась у одной из них в самом конце.Эльф постучал в дверь, а когда раздалось приглашение, молча поклонился и ушел. Роксана сделала глубокий вдох, прикрыла глаза, а потом повернула ручку и вошла в комнату.Генри Мальсибер, лежащий у себя на постели в шелковом халате и с книжкой в руках, поднял голову. Секунду он осознавал, что происходит, пораженно глядя на гостью, а потом медленно закрыл книгу и приподнялся на локте.- Мерлинова борода, Малфой! - протянул он с улыбкой. - Чему я обязан таким удовольствием? - Мальсибер бросил книжку на богатое, узорчатое покрывало и, не меняя позы, сцепил руки в замок.С трудом преодолевая тошноту от его приторного, мерзкого голоса, Роксана прошла в комнату и остановилась возле его кровати, такой роскошной, словно её делали для какого-нибудь падишаха: алый и золотой шелк, кисточки, завитушки, и целое буйство самых разных узоров.- Кончай актерствовать, Мальсибер, ты прекрасно знаешь, зачем я пришла, - процедила Роксана.- Да, пожалуй, что знаю, - Мальсибер с удовольствием откинулся на подушки, заложив руки за голову и разглядывая Роксану. - Ты хочешь заключить сделку и принести Обет, что станешь моей женой. Роксана приподняла голову, глядя на него с откровенной ненавистью.Мальсибер блеснул глазами и усмехнулся.- А ты неплохо выглядишь, - его липкий взгляд быстро пробежался по ней, и Роксана подавила желание передернуть плечами. - Только зачем столько черного? - он выгнул губы. - Ты как будто на похороны явилась.- А разве нет? - бросила Роксана и отвернулась от кровати, потому что видеть Мальсибера дольше одной минуты ей было противно. Она прошлась по комнате. Надо было отдать должное покойной миссис Мальсибер. Может быть, сын у неё получился так себе, но зато вкус по части декорирования дома у неё, определенно, был. - Может быть уже начнем, или ты так и будешь валяться там? - не выдержала она.Мальсибер как-то странно улыбнулся, а потом вдруг порывисто поднялся, и Роксана невольно отступила, слегка подрастеряв свой пыл.- Я смотрю, тебе прямо-таки не терпится. Вообще, твоей наглости можно только позавидовать. Ты явилась сюда, после того, как плюнула мне в лицо и еще на что-то рассчитываешь? - Мальсибер налил в стакан какой-то рубиново-красный напиток из хрустального кувшина на столике. Роксане предлагать не стал и пошел обратно к постели. Роксана побледнела.- О чем ты?Мальсибер со вздохом упал обратно на постель и закинул на покрывало ногу в черном блестящем «дерби».- Ну-у... а может быть я передумал? - с ленивой улыбкой протянул он, баюкая наливку в стакане. - Ты знаешь, меня так достали твои отказы... последний был особенно убедительным. Так что... ты можешь чувствовать себя совершенно свободной. Я как-нибудь выкручусь и сам.Роксана почувствовала, как зашумело в ушах. Она сузила глаза.- И не рассчитывай, что я буду тебя упрашивать, слизняк, - прошипела она, сражаясь с желанием выхватить палочку и скормить Мальсибера самой большой и жирной летучей мыши, какую только сможет наколдовать. - Не хочешь заключать сделку - ну и черт с тобой. Только знай, что мне известно, где находится флакон с воспоминаниями Люциуса...Улыбка пропала с лица Мальсибера.- ...а ты можешь и дальше просить папочку провести обыск у нас в доме, только хрен ты что-нибудь там найдешь. И если с моим братом, или отцом что-нибудь случиться, я лично преподнесу этот флакон секретарю французского министра магии, который обедает у нас каждый вторник. Меня она, может, и не помнит, зато очень хорошо помнит мою фамилию. Зачем нам скромничать, правда? Пусть во всем мире узнают о том, какой ты любвеобильный, - она развернулась и направилась к двери.- Стой, - коротко приказал Мальсибер, Роксана остановилась на полпути к двери. - Ты знаешь, где находится флакон? - переспросил он, когда Роксана оглянулась.- Знаю, - она скрестила на груди руки. - И ты узнаешь, как только твой отец поклянется, что прекратит охоту на мою семью. - Ну что же... - Мальсибер вздохнул и дернул бровями, словно признавал закономерность предложенного. - Это уже похоже на деловой разговор. Он вдруг хлопнул в ладоши, снова вскочил и вернулся к кувшину.- Думаю, я смог бы закрыть глаза на твое недавнее поведение и снова предложить тебе свою... помощь в нашем общем деле, - он вынул из графина пробку. - Но сначала отметим это знаменательное событие, - наливка заплескалась в стакане. Закончив, Мальсибер заткнул графин и протянул Роксане стакан. - Не каждый день Мальсибер делает предложение Малфой. Вот. Пей. Это лучшая наливка в пяти графствах.- Не хочу, - проворчала Роксана, бросив на стакан короткий взгляд и вспомнив вазу в холле Блэквуда. Мальсибер озадаченно нахмурил брови.- Я не спрашивал тебя, хочешь ты, или нет, - с неожиданной угрозой произнес он, ввинчиваясь в неё взглядом. - Ты выпьешь со мной.Роксана стиснула зубы и взяла свой стакан, а сама вдруг ни с того, ни с сего вспомнила, как плеснула Мальсиберу в лицо огневиски, когда сбежала со своей помолвки. Неужели в этом все дело? Он, что, такой злопамятный?- За удачный исход дела! - провозгласил Мальсибер и поднес стакан ко рту. Роксана сделала вид, что пьет, но у неё вдруг так задрожали руки, что какая-то часть наливки пролилась на подбородок. К счастью, Мальсибер этого не заметил.

- ...итак, повторим еще раз, - сказал Мальсибер, когда они уже встали друг перед другом на колени. Достав из кармана палочку, он вручил её старому домовому эльфу, которому и предстояло скрепить обед. Эльф выглядел на удивление безразличным. Казалось, его уже ничем не удивишь. Роксану слегка трясло. Она всерьез боялась, что в любой момент может внезапно вскочить, убежать, или даже грохнуться в обморок. - Я клянусь, что возьму тебя в жены сразу после окончания школы, клянусь, что сразу после того, как мы закрепим договор, я сообщу о помолвке своему отцу и заставлю его пощадить твоего отца. Клянусь, что исполню свое обещание, ну и... вроде бы все. Теперь ты.- Я клянусь, что после школы стану твоей женой, а сразу после заключения договора заставлю Люциуса отдать мне компрометирующие тебя воспоминания. А потом отдам их тебе, - безо всякого выражения пробубнела Роксана. - Это всё?- Нет, - вдруг сказал Мальсибер и Роксана удивленно на него посмотрела. - Это не все. - Что тебя не устраивает? - прорычала Роксана. - Ты сам составлял этот список!- Я вдруг понял, что в нем кое-чего не хватает, - Мальсибер небрежно бросил палочку на пол между ними и скрестил на груди руки. - Скажи-ка мне, Малфой, а как Блэк отнесся к тому, что мы тут собираемся сделать?Роксана на секунду зажмурилась, стиснув в кулаки руки, лежащие на коленях.- Вряд ли ему это понравилось. Кажется, вы уезжали вместе, значит ты точно должна была ему сказать, если не струсила, конечно. Значит, он тебя выгнал? Или ты сама сбежала?- Если ты еще хоть слово скажешь об этом, клянусь, Мальсибер, я тебя убью, - процедила Роксана.- Ты ему не сказала! - Мальсибер громко хлопнул в ладони. Роксана невольно дернулась. - Птичка, да ты просто умница!- Что ты, мать твою, несешь?- Вот что. Новое условие, Малфой. Примешь его, мы заключим Обет и все будет позади. Нет... ну ты сама понимаешь, что будет. Итак, - Мальсибер картинно кашлянул. - Условие: после того, как мы с тобой заключаем договор, ты официально, при всех бросаешь Блэка и говоришь ему, что влюбилась в меня, - темные глаза слизеринца сверкнули, он слегка опустил голову, с удовольствием наблюдая за тем, как краска сбегает с лица и губ Роксаны. - О да-а, Малфой. Ты страшно в меня влюбилась, так, что жить без меня не можешь. И никогда, ни за что не рассказываешь ему о нашем Обете. Пусть думает, что это было исключительно твоё желание. Это будет достойная плата за все то дерьмо, которое он сделал. Что скажешь?- Ты больной конченый ублюдок, - слабым голосом пробормотала Роксана и несолидно икнула под конец, а потом вскочила на ноги. - Я не стану этого делать!Она схватила с пола свою сумку и рванула к двери, но тут Мальсибер вскочил с удивительной прытью и больно ухватил её за руку, повыше запястья.- Нет, будешь! - прорычал он и выхватил у эльфа свою палочку. - Будешь, или, клянусь Мерлином, твой папаша не доживет до сегодняшнего вечера! - он оттолкнул её, и Роксана машинально отбежала от него на несколько шагов. - Да, Малфой, - вкрадчиво добавил он, глядя на Роксану, глотающую слезы ужаса. - Выбирай. Или Блэк, или твой отец, - он медленно закатал рукав халата. Глаза Роксаны расширились, когда из-под него медленно выползла самая настоящая Черная Метка. - Если откажешь мне, я сдам тебя Темному Лорду, как предателя, - добавил он. - Он поставит на тебя Метку и наложит заклятие Империус, чтобы ты выполняла самые грязные и отвратительные задания. И твой отец все равно умрет. Роксану сотрясло в ознобе. Это не может быть правдой. Не может быть, чтобы она так легко попалась в такую идиотскую ловушку. Этого не может быть!- Какой непростой выбор, правда? - прошептал Мальсибер, с садистским удовольствием наблюдая за её мучениями. - Но в то же время такой очевидный, - он протянул ей свою левую руку и медленно растопырил пальцы. - Давай же, птичка. Ты ведь не хочешь, чтобы папа умер по твоей вине? - просюсюкал он точь-в-точь как Беллатриса и занес над Меткой палочку. - Раз-два... три-четыре-пять...Роксана судорожно глотнула воздух и вскинула на него перепуганный взгляд. - ...я... иду...О Боже, прости меня. Она зажмурилась.- ...искать!И в тот момент, когда его палочка уже должна была коснуться Метки, Роксана схватила его за руку и палочка Мальсибера больно воткнулась в тыльную сторону её ладони. Тут же первый язык пламени вырвался из её кончика и обвил их руки.Они принесли две первые клятвы. Две раскаленные до бела нити обвили их руки и налились силой, став по ощущениям такими же крепкими, как если бы были из стали. Настало время окончательной, третьей клятвы, скрепляющий Непреложный Обет.- ... и последнее, - Мальсибер, не отрываясь смотрел на Роксану, его лицо горело триумфом. Роксана смотрела на нити, лежащие крест-накрест поверх их рук, и дрожала, как в лихорадке. - Клянешься ли ты, Роксана Эдвин Малфой, что публично порвешь отношения с Сириусом Блэком...Роксана сжала веки.- ... и скажешь ему, что полюбила меня? - Мальсибер заговорил еще громче и напористее. - Клянешься ли, что никогда и ни при каких условиях не расскажешь ему, или кому-либо из его знакомых о нашем Обете, ни намеком, ни письмом, ни любым другим возможным способом не выдашь никому этот секрет? Роксана не выдержала и разрыдалась.- Ты клянешься? - он вдруг так сжал её руку, что у Роксаны онемели пальцы. Она пыталась что-то сказать, но не могла. - Ты клянешься, или нет?! - вдруг не своим голосом заорал Мальсибер и Роксана не выдержала боли, выкрикнула «Да!» и тогда третья нить, вырвавшись из палочки в руке эльфа, схлестнулась вокруг двух предыдущих.Непреложный Обет вступил в силу.Как только нити исчезли, Роксана вырвала руку из цепкого капкана Мальсибера, бухнулась на ближайшую софу и закрыла лицо руками. Перед глазами вихрем проносились образы. Отец на кухне поместья. Пруд с лебедями. Люциус, подхватывающий её на руки. Сириус оборачивается к ней, когда она впервые садится за стол Слизерина. Сириус поднимается с земли и в ужасе смотрит на неё, после того, как они чуть не разбились, сорвавшись с метел. Блэйк Забини рыдает в луже крови. Сириус смеется, танцуя вместе с ней в гостиной Слизерина. Фокусники жонглируют факелами на Ярмраке Фей. Она сидит на мотоцикле, Сириус подносит к её губам бутылку огневиски...Нет-нет-нет! Что же она наделала?!Роксана вцепилась в волосы.- Иди, Расти, - приказал Мальсибер эльфу. Тот поклонился и исчез с легким хлопком. - Все невесты так чувствительны в день помолвки, - Мальсибер как ни в чем ни бывало разливал в стаканы наливку, искоса поглядывая на рыдающую Роксану. - Не стоит так расстраиваться, Роксана. Я ведь теперь могу называть тебя по имени? - он подошел к ней со своим стаканом. - Нас с тобой ждет изумительное будущее... - он вдруг сузил глаза. - Кстати, о будущем и прошлом. Насколько я помню, в нашем общем прошлом было одно незавершенное дело... помнишь его? Пустой класс заклинаний?Он вдруг протянул руку и взял двумя пальцами прядку её волос. Роксана шарахнулась и вскинула на Мальсибера удивленный, неприязненный взгляд, а когда увидела выражение его лица, её охватил дикий, животный ужас.Она рванула с места к своей сумке, где лежала палочка, но Мальсибер, очевидно, предвидел это. Стакан с булькающим звуком упал на пол, расплескивая содержимое. В два счета Мальсибер скрутил Роксану и ногой отшвырнул её сумку в дальний угол. Роксана упиралась как могла, рычала, хваталась за мебель и даже звала на помощь, но все было без толку, физически Мальсибер был сильнее. В какой-то момент ему, похоже, надоело с ней бороться, и он отвесил ей звонкую пощечину.Мир взорвался от звона и боли. Роксана не успела подняться с пола и ощупать разбитую губу, как Мальсибер уже схватил её за шкирку и швырнул на кровать. Короткое заклинание - и она не может пошевелиться.Тяжело отдуваясь, Мальсибер отбросил свою палочку в сторону и окинул взглядом свою жертву.- Тебе стоило включить в наш договор пункт о неприкосновенности, - прорычал он и хищно оскалился, облизав нижнюю губу. - Я ведь не обещал, что не трону тебя, верно? - Мальсибер рванул пояс шелкового халата и распахнул полы. Роксана не могла двинуть ни рукой, ни ногой, не могла даже закричать, только в ужасе смотрела на него и мычала. - Тебе стоило об этом позаботиться еще два месяца назад, в том гребанном пустом классе, - добавил он, разглядывая её странным, отсутствующим взглядом. - Не надо было тогда мне отказывать. Может быть тогда и этого всего не было бы. Но ты сама виновата. И не жди, что тебе понравится. Я ведь тебе не Блэк.И с этими словами он забрался на постель, одновременно расстегивая ремень.