50 ~ Воскресный банкет

Ближе к полудню воскресенья на ступенях Метрополитен-музея толпился народ. Там были туристы и местные жители, которые заглянули на часок, чтобы потом хвастаться перед друзьями своей образованностью.Тем временем в Египетском зале шел банкет для попечителей музея и их семей. Египетский зал был незабываемым местом для проведения ночных торжеств — весь в золоте, заполненный экзотическими экспонатами, над которыми сквозь стеклянную крышу мерцает призрачный лунный свет. Но для дневного банкета сложно было выбрать место хуже. Копченый лосось и яйца плохо сочетаются с мумиями фараонов. Яркое солнце с такой силой сияло сквозь крышу, что головная боль от вчерашней выпивки усиливалась десятикратно.И кто придумал дневные банкеты? Воскресенья существуют для того, чтобы отсыпаться.Зал был уставлен круглыми столами, за которыми собрались вычищенные и выглаженные обитатели пентхаусов. Элеонор Уолдорф, Сайрус Роуз, Ван дер Вудсены, Бассы, Арчибальды и все их дети сидели за одним столом. Блэр в полном унынии сидела между Сайрусом и матерью. Нейт с самой пятницы был в отрубе, а приходя в себя, снова пил и курил травку и теперь выглядел сонным и помятым, будто только что из постели. На Серене был один из нарядов, выбранных накануне матерью. Она сходила к парикмахеру, и теперь пряди волос мягко обрамляли ее лицо. Она казалась еще прекраснее, чем обычно, разве что очень нервничала и готова была подскочить от малейшего шума — сказались шесть чашек кофе. Только Чак как ни в чем не бывало потягивал «Кровавую Мэри».Сайрус Роуз разрезал свой омлет с лососем и луком пополам и уложил его на ржаную булочку.— А вот и долгожданный омлет, — сказал он, плотоядно вгрызаясь в свой бутерброд. — Знаете, иногда организм сам подсказывает, чего ему надо для счастья, — сказал он вслух, ни к кому не обращаясь. — Так вот, мой просто кричит: «Яиц, яиц!»«А мой кричит: „Заткни свою пасть!"» — подумала Блэр.Она подвинула к Сайрусу свою тарелку:— Бери и мой. Терпеть не могу омлет. Сайрус отпихнул тарелку:— Ешь сама. Ты растешь, тебе нужно больше есть.— Именно, Блэр, — поддакнула мать. — Ешь омлет. Яйца полезны.— От них волосы лучше блестят, — подтвердила Мисти Басс.Блэр помотала головой.— Не буду я есть куриные выкидыши, — упрямо сказала она. — Меня от них тошнит.Чак потянулся через стол:— Раз не хочешь, давай я съем.— Прекрати, Чак, — всполошилась миссис Басс. — Ты ведешь себя как поросенок.— Она сама сказала, что не хочет, — ответил Чак. — Верно, Блэр?Блэр передала ему тарелку, стараясь не смотреть на Серену и Нейта, сидевших по обе стороны от Чака.Серена была поглощена разрезанием омлета на мелкие кусочки, как в составных картинках. Покончив с этим, она начала складывать из них башню.Нейт следил за ней краем глаза. За ней и за руками Чака. Каждый раз, когда руки исчезали под скатертью, Нейту казалось, что Чак лапает ноги Серены.— Видели колонку «Стиль» в сегодняшней «Таймс»? — спросил Сайрус, оглядывая гостей.Серена вскинула голову. В той колонке должна быть ее фотография с братьями Реми. Серена совсем о ней забыла.Она сжала губы и съежилась на стуле, ожидая гневных порицаний со стороны родителей и их друзей. Но ничего не произошло. Правила светского поведения предписывали обходить любые скользкие темы.— Нейт, дорогой, передай мне сливки, — сказала миссис Ван дер Вудсен, улыбаясь дочери.И больше ни слова.Миссис Арчибальд откашлялась.— Блэр, как идет подготовка к «Поцелую в губы»? Все готово, девочки? — спросила она, покачивая бокалом.— Да, все готово, — вежливо отозвалась Блэр. — Мы наконец-то разобрались с приглашениями. А Кейт Спей пришлет подарочные сумочки в четверг.— Сколько праздников мне довелось организовать в вашем возрасте, — мечтательно сказала миссис Ван дер Вудсен. — Больше всего мы волновались, придут ли мальчики. — Она улыбнулась Нейту и Чаку. — Ну, вы-то не подведете наших девочек, правда?— Жду не дождусь, — сказал Чак, подчищая омлет Блэр.— Я тоже приду, — сказал Нейт. И взглянул на Блэр, которая смотрела на него во все глаза.На Нейте был зеленый кашемировый свитер, который она подарила ему в Солнечной долине. Тот, в рукаве которого пряталось золотое сердечко.— Прошу прощения, — сказала Блэр. И выскочила из-за стола.Нейт побежал за ней.— Блэр! — крикнул он, огибая столы и не обращая внимания на приветственные взмахи своего друга Джереми с другого конца зала. — Погоди!Не оборачиваясь, Блэр ускорила шаг. Каблуки цокали по белому мраморному полу.Нейт догнал ее в коридоре, ведущем к туалетам.— Погоди, Блэр. Я виноват, прости. Давай поговорим, — попросил он.Блэр обернулась, открывая боком дверь женского туалета.— Оставь меня в покое, хорошо? — резко сказала она и скрылась внутри.Несколько секунд Нейт стоял перед дверью, засунув руки в карманы и размышляя. Тем утром, надевая свитер, он заметил кулон в форме сердечка, пришитый с изнанки рукава. Раньше он его не замечал, но сразу понял, что его пришила Блэр. В первый раз он понял, что она не шутила, когда говорила, что любит его.Нейт чувствовал неловкость. Тем не менее ему было приятно. И он снова захотел быть с Блэр. Не каждая девушка дарит вместе с одеждой свое сердце.Тут он не ошибся.Серене страшно хотелось в туалет, но она боялась столкнуться там с Блэр. Прошло пять минут, но Нейт и Блэр не возвращались. Серена не вытерпела, встала и пошла к выходу.Со всех сторон на нее смотрели знакомые лица. Официантка предложила ей бокал шампанского. Но Серена покачала головой и припустила по мраморному коридору к туалетам. Сзади раздались быстрые тяжелые шаги, и она обернулась. Из зала вышел Сайрус.— Скажи Блэр, пускай поторопится, а то пропустит десерт, хорошо? — попросил он.Серена кивнула и открыла дверь женского туалета. Блэр мыла руки. Она подняла взгляд и посмотрела на отражение Серены в зеркале над раковиной.— Сайрус сказал, чтобы ты поспешила, а то пропустишь десерт, — коротко произнесла Серена, зашла в кабинку и плотно закрыла дверь. Спустила трусы, но не могла начать, зная, что Блэр рядом.Серене не верилось. Сколько раз они с Блэр вместе ходили в туалет, одновременно журча, смеясь и болтая? Не сосчитать. А теперь Серена чувствовала себя в ее присутствии так неловко, что сопротивлялся даже мочевой пузырь. Ерунда какая-то.Повисла неловкая тишина.Что может быть хуже неловкой тишины?— Ага, — сказала Блэр и вышла из туалета.Дверь за ней закрылась, Серена успокоилась и наконец расслабилась.Сайрус застал Нейта в туалете.— Поругались с Блэр? — спросил Сайрус. Он расстегнул ширинку и встал перед писсуаром.Бедняга Нейт.Нейт пожал плечами, моя руки под краном.— Вроде того. — сказал он.— Дай угадаю. Это из-за секса, а? — сказал Сайрус.Нейт покраснел и выдернул бумажное полотенце из держателя.— Ну... типа того, — сказал он. Он не собирался вдаваться в подробности.Сайрус спустил воду и встал у соседней раковины. Он вымыл руки и поправил галстук с желтыми львиными головами на розовом фоне. Очень в стиле Versace.То есть совершенно безвкусно.— А все ссоры между мужчиной и женщиной либо из-за денег, либо из-за секса, — пояснил Сайрус.Нейт молчал, сунув руки в карманы.— Расслабься, парень. Я не собираюсь тебя учить жизни. Мы говорим о моей будущей падчерице. И уж поверь, я не допущу, чтобы ты залез ей под юбку.Сайрус цокнул языком и вышел, оставив Нейта глазеть ему вслед. Нейт подумал, а знает ли Блэр, что ее мать собралась замуж.Нейт повернулся к раковине и обрызгал лицо холодной водой. Затем посмотрел на свое отражение. Накануне он допоздна сидел с друзьями, играл в дурацкие игры на выпивание. Они включили «Расхитительницу гробниц», и каждый раз, когда на экране появлялись соски Анджелины Джоли, нужно было опорожнить стакан. Нейт пытался утопить все мысли о Серене и Блэр в выпивке и теперь расплачивался за это. Его лицо было зеленым, под глазами залегли траурно-фиолетовые круги, а щеки впали. Выглядел он паршиво.Как только закончится этот идиотский банкет, он сбежит в парк, ляжет на солнце, обкурится и опрокинет пару стаканов. Лучшее лекарство.Но сначала надо было уломать Блэр. Сделать так, чтобы она снова захотела быть с ним.Вот и умница.

Вместо того чтобы сесть за свой стол, Блэр пошла по залу, выискивая Кати и Изабель.— Блэр! Мы здесь! — крикнула Кати, хлопая по сиденью пустого стула рядом с собой. Их друзья и родители разошлись по залу, поддерживая светский разговор, и за столом больше никого не было.— Держи, — сказала Изабель, протягивая Блэр бокал с шампанским и апельсиновым соком.— Спасибо. — Блэр сделала глоток.— Джереми Скотт Томпкинсон только что звал нас с собой в парк, — сказала Кати и хихикнула. — А он милый. Такой, в стиле отмороченных.— Любопытное словечко!Изабель повернулась к Блэр и зевнула:— Ну и скука. За твоим столом то же самое?— И не спрашивай, — сказала Блэр. — Угадай, кто сидит напротив меня?Девушки фыркнули. Все было ясно без слов.— Видела ее плакат? — сказала Изабель. Блэр кивнула и закатила глаза.— И что бы это значило? — спросила Кати. — Ее пупок?Блэр понятия не имела.— Какая разница.— Бесстыжая, — произнесла Изабель. — Мне ее даже жаль.— И мне, — согласилась Кати.— Вот еще, — рявкнула Блэр. Р-ррр.

Нейт вышел из туалета одновременно с Сереной. Они вместе прошли по коридору и вернулись за стол.— Нейт, — начала Серена, расправляя новую замшевую юбку. — Объясни, пожалуйста, почему ты со мной больше не разговариваешь.— Я не не разговариваю, — отозвался Нейт. — Видишь, я с тобой говорю.— Нет, не вижу, — сказала Серена. Что случилось? Что не так? Блэр тебе про меня что-то наговорила?Нейт инстинктивно сунул руку в карман, нащупывая фляжку с виски. Он смотрел в пол, избегая прекрасных печальных глаз Серены.— Пора назад, — сказал он, ускоряя шаг.— Хорошо, — произнесла Серена, медленно идя следом.Она снова почувствовала во рту солоноватый привкус — привкус слез. Она столько дней их сдерживала, что теперь они нахлынули гигантской волной. Вот-вот она разрыдается и не сможет остановиться.Когда Серена и Нейт вернулись на свои места, Чак понимающе ухмыльнулся. Его взгляд словно говорил: «Как перепихнулись?» Серене захотелось влепить ему пощечину.Она заказала новую чашку кофе, положила четыре ложки сахара и принялась размешивать и размешивать, будто пытаясь протереть чашку, блюдце и даже пол насквозь, зарыться в древнюю гробницу фараона, где ее никто не увидит и где можно всласть нарыдаться.Нейт заказал «Кровавую Мэри».— До дна! — весело сказал Чак, чокаясь с Нейтом и делая большой глоток.Блэр вернулась за стол. Она уже съела свою порцию крем-брюле И принялась за материну. На крем-брюле пошло множество куриных выкидышей, но Блэр было наплевать — вот именно, через минуту ее все равно вытошнит.— Блэр, — мягко позвал Нейт, и Блэр со стуком выронила ложку. Он улыбнулся и наклонился к ней через стол. — Как аппетитно, — сказал он. — Угостишь меня?Блэр нервно потянула руку к горлу. Сексуальный Нейт. Ее Нейт. Боже, как же ей хотелось быть с ним. Но она не собиралась сдаваться без боя. У нее есть гордость.Блэр приняла надменный вид и передвинула тарелку ему под нос. Взяла свой бокал и прикончила его содержимое одним глотком.— Доедай, если хочешь, — сказала она и встала. — Прошу прощения. — Она вновь зацокала каблуками в сторону туалета, чтобы сунуть два пальца в рот.Как по-великосветски.