Справишься?

Глава 22

РукДолгие тренировки в спортзале стали для меня настоящей потребностью: меня распирало от не имевшей выхода беспокойной энергии, рождавшейся во мне рядом с роскошной, сексуальной женщиной, матерью моего ребенка. Лейни от природы красива, ей можно и не прихорашиваться, и она на редкость талантливая и терпеливая мать (что, впрочем, еще месяц назад меня бы не возбуждало).В последнее время я часто видел ее груди, но тут, как говорится, видит око, да зуб неймет – странная сладостная пытка. У нас все чаще случались объятия, поцелуи и игривые прикосновения, но я не хотел слишком быстро выводить отношения за грань.А потом случилась прошлая ночь. Коди уже несколько дней капризничал, потому что у него резались зубки, и Лейни просто с ног валилась от недостатка сна. Я предложил остаться наночь и покормить сына из бутылочки, чтобы Лейни хоть немного отоспалась. Я приготовился ночевать на диване и сейчас, оглядываясь назад, могу сказать: это было бы намного умнее.Она прилегла, держа Коди у груди. Я дождался, пока они оба заснут, и перенес малыша в кроватку, рассудив, что уже часа через два он проснется поесть. Кровать удобнее короткого дивана, поэтому я устроился рядом с Лейни.Ночного кормления, впрочем, так и не случилось, поэтому перебираться на диван не пришлось. Я проснулся, лежа вплотную к Лейни; моя, гм, утренняя эрекция упиралась ей в спину, а рука находилась в опасной близости от грудей. К счастью, Лейни отнеслась к этому без малейшей неловкости, что я воспринял как хороший знак.Однако нарастающее сексуальное напряжение привело к тому, что я в шестой раз начал десятку жимов лежа.– Где ты прячешься последние недели? Я тебя вижу только на тренировках да в спортзале, – не выдержал считавший моиупражнения Ланс.– Я сейчас малость занят, – проговорил я с натугой, в восьмой раз поднимая штангу.– Когда перестанешь скрывать свою экскурсоводшу?– Я Лейни не скрываю, просто не хочу подставлять под медиарадар, к тому же мы еще выясняем отношения. Один раз пошли в кафе, так набежали фанаты, Лейни смотрела на все это квадратными глазами…– Она и не привыкнет, если ее все время скрывать! – Ланс помог мне положить штангу на упоры. – От репортеров и блогеров защищать без толку, лучше сразу содрать пластырь, Рук. Приводи ее на тренировки, а когда освоится, бери ее и Коди на игру и знакомь с женами наших. Пусть убедится, что она не одна. Твоя команда – это же твоя семья!– Лейни не выносит толпу.– Пусть сидит в ВИП-ложе. Поппи и Санни – это ж просто готовая команда дзен, сразу ее успокоят и урезонят, – Ланс хлопнул меня по плечу. – Я в сауну, да и тебе не мешает, если не хочешь завтра хныкать, как дитя.Пожалуй, Ланс был прав. Янастойчиво зазывал Лейни на наши тренировки – это позволило бы ей освоиться, прежде чем присутствовать на играх чемпионата, когда на трибунах сущее безумие. Надо будет снова поднять этот вопрос сегодня, когда мы уложим Коди.Я быстро набрал сообщение узнать, не хочет ли Лейни пообедать вместе со мной. Как правило, я что-нибудь покупал и привозил в океанариум, но сегодня решил – не вредно наведаться и в кафе. Будем понемногу привыкать.Ответа я не получил и уже доехал до океанариума, но в этом не было ничего необычного: Лейни не отвечает на сообщения, если ведет экскурсию или занята с кем-то из обитателей аквариумов. Но Иден сказала, что Лейни отпустили час назад – у нее поднялась температура, начался озноб и тошнота.Я перезвонил ей на сотовый, но ответа не дождался.– А как же Коди? – спросил я у Иден.– Насколько я знаю, он в яслях. По крайней мере, я на это надеюсь – Лейни сейчас не в том состоянии, чтобы с ним возиться. Она едва на ногах держится.– Поднимусь-ка я проверю. Может, ей что нужно… – но на полпути к выходу я спохватился, что у меня нет ключа, а раз Лейни не отвечает на звонки, она может и дверь не открыть. Я повернулся и увидел, что сзади стоит Иден, покачивая на пальце связку ключей.– Вы мне их одолжите?– Нет, я хотела вас подразнить, – парировала она и показала, какой ключ от подъезда, а какой – от квартиры.Я бегом побежал через улицу и поднялся на лифте на нужный этаж. Сперва я постучал, чтобы не перепугать ее до смерти, но, не дождавшись ответа, отпер дверь и вошел.– Лейни! – погромче позвал я.Закрыв замок, я опустил ключи в карман и с тревожно бьющимся сердцем пошел по квартире, на ходу заглянув в детскую и убедившись, что Коди там нет. Миновав открытую пустую ванную, я свернул к спальне. Одеяло на кровати было откинуто, на полу стоял тазик, а на тумбочке – стакан, где воды осталось совсем чуть-чуть.– Лейни, ты здесь?– Эр Джей? – голос напоминал скорее карканье и доносился из смежного туалета.– Иден говорит, ты заболела?– Нет, я в порядке… Я сейчас… – это заявление сопровождалось мучительным рвотным позывом, плеском и звуком спускаемой воды.Войдя, я увидел, что Лейни буквально обнимает унитаз, прижавшись щекой к краю. На ней была широкая ночная сорочка, не скрывавшая голых ног. Волосы заплетены как попало в одну косу, змеившуюся по спине, выбившиеся пряди прилипли к шее и ко лбу. Обычно загорелая кожа казалась мучнисто-бледной, лицо и шея блестели от пота, хотя руки и ноги были покрыты мурашками.– Что-то ты расклеилась.Лейни медленно повела на меня лихорадочно блестящими глазами.– Не смотри на меня, я ужасно выгляжу…Не слушая, я присел на корточки, хотя Лейни слабым жестом пыталась меня отогнать, и потрогал ей лоб тыльной стороной руки, а затем нагнулся и прижался губами, как в детстве мне делала мама. Лейни издалатихий, какой-то утробный стон.– Ты вся горишь. У тебя градусник есть?– Да, в аптечке в ванной напротив детской. Но это просто желудочный грипп. Мне надо отлежаться, поспать…– Что, в обнимку с унитазом?– Тут коврик мягкий, – она огляделась, трясясь в ознобе.– Я тебя сейчас отведу в кровать.– Не могу, меня тош… – Лейни еще сильнее побледнела, глаза полезли из орбит, она приподнялась на дрожащих руках – вцепившиеся в край стульчака пальцы совсем побелели, и ее вырвало. Она пыталась меня прогнать, но не могла толком выговорить ни слова; ее снова начало выворачивать, хотя было уже нечем. Лейни нажала на смыв, но рвотные спазмы мучили ее еще минуты две, прежде чем она обессиленно сникла, припав щекой к унитазу.Я намочил полотенце и вытер ей лицо. Лейни была такая слабая и вялая, что не сопротивлялась.– Это давно продолжается?– Не знаю. Накатывает, и все. Я как домой вернулась, сразу побежала сюда, это еще до обедабыло.– Так, я тебе сейчас померяю температуру и дам воды, чтобы хоть водой тебя тошнило, это легче, – я откинул ей волосы со лба.Налив ей воды, я пошел искать градусник. Когда я вернулся, Лейни снова выворачивало. Дождавшись, пока ее немного отпустило, я измерил температуру: выше тридцати девяти. Прошло не меньше часа, прежде чем Лейни перестало тошнить. Я подхватил ее, бледную, потную и обессилевшую, на руки и отнес в кровать.Лейни попыталась сесть, дрожа в ознобе. Глаза ее были в красных прожилках и блестели от жара.– Мне надо одеться и идти за Коди…– Ты никуда не пойдешь. Коди заберу я, а ты лежи и отдыхай.– Но я…– Лейни, – я мягко придержал ее за плечо, не давая сесть. – Ты же не хочешь заразить еще и Коди?Глаза у Лейни распахнулись еще шире:– Господи, я об этом не подумала…– Раз я здесь, я сам этим займусь. Вот увидишь, с твоей помощью я справлюсь.Она со стоном откинулась на подушки. Зубы стучали, хотя я накрыл ее несколькими одеялами.– Тебе что-нибудь теплое из одежды дать?Лейни натянула одеяла до подбородка.– Н-нет… Я сейчас начну потеть, потом все равно менять придется… С-скоро п-п-пройдет…Но я не мог оставить ее одну, когда ее трясло, будто в морозильнике. Обойдя кровать, я стянул с себя рубашку.– Т-ты что д-делаешь? – спросила Лейни.– Сейчас будем тебя греть, – я откинул одеяла и улегся рядом.– Ты же з-заразишься…– Если ты ко мне целоваться не потянешься, то нет. – Я сгреб ее в охапку и положил на себя, крепко обняв.Сил сопротивляться у нее не осталось, поэтому она прижалась ко мне, спрятав ледяные ступни у меня между бедер. Липкий лоб касался моей шеи, а ладони – груди.– Ты такой теплый…– Твой личный большой плюшевый мишка, помнишь?– М-м, помню…Ее волосы щекотали мне плечо. Я тихонько поглаживал Лейни по бедру, ожидая, когда озноб ослабнет, а она все укладывалась на мне поудобнее.Несмотря на то что она совсем расклеилась, мое тело начало реагировать на близость Лейни, на ощущение ее ладоней на моей груди и на это нечаянное трение.– Эр Джей!– Да, милая?– Это у тебя телефон в кармане?– Нет, а что? Тебе надо кому-то позвонить?Она еще подвигала попой.– Нет, просто я сижу на чем-то твердом – ой! – Лейни подняла голову, и глаза в красных прожилках встретились с моими. Она зажала рот ладонью, и на мгновенье я забеспокоился, что ее снова тошнит, но тут она спросила: – У тебя что, эрекция?Я не скрыл улыбки, приподняв и опустив плечо.– Ты так активно на мне двигаешься. Некоторые части моего организма лишены деликатности и не желают знать, что тыплохо себя чувствуешь.– Я выгляжу ужасно и пахну так же. – Она опустила руку, и я успел заметить тень улыбки на ее губах, прежде чем Лейни снова уронила голову мне на грудь. Наконец дрожь утихла, дыхание стало ровным. Убедившись, что Лейни заснула, я сдвинул ее на кровать и укутал одеялами.Убедившись, что у Лейни есть все, что нужно, я натянул рубашку и пошел мыть руки в ванную при детской, решив позвонить уборщице, чтобы пришла и все продезинфицировала. Не хватало еще нам всем переболеть.Я взял ключи Лейни, чтобы вернуть Иден ее связку, и бегом вернулся забрать Коди из яслей, радуясь, что Лейни добавила меня в очень короткий список людей, которым можно отдать Коди (самой Лейни, Иден и мне). Я с удовлетворением отметил, что Уолтер так и не дождался этой чести.– Лейни задерживается? – спросила Кристен, одна из ясельных нянечек, ведя меня к развивающим штукам на колесиках, сидя в которых Коди и другие младенцы играли со всякими светящимися кнопкамиили штуковинами с разной текстурой. Вторая нянечка сидела по-турецки на полу, занимая малышей.– Она себя плохо чувствует. Как Коди сегодня?– О, молодцом. Днем хорошо спал и отлично уплетает кашу, которую передает с ним Лейни. Сейчас ходит желудочный грипп, поэтому мы пристально следим за детьми и каждого приходящего заставляем мыть руки.– Вряд ли работа в океанариуме, где ежедневно проходят тысячи посетителей, безопасна с точки зрения инфекции. – Я присел на корточки перед Коди. – Как поживает мой мужичок? – я поцеловал его в лоб, проверив, нет ли температуры. Коди улыбнулся и радостно пискнул, с готовностью подняв ручонки. Я подхватил его на руки, а Кристен вручила мне его вещи. Я не додумался взять с собой коляску, как обычно делает Лейни, поэтому сразу понял, насколько нелегок хлеб жонглера, но с помощью нянечки мне удалось забросить на плечо сумки и не выронить Коди.В лифте вместе с нами ехали соседи Лейни, возвращавшиесс работы.– Мама сегодня приболела, приятель, будем за ней ухаживать и проведем ночь вместе, без девчонок. Согласен? – Коди пискнул, будто соглашаясь, и я продолжал: – Можем посмотреть хоккей, и я даже дам тебе маминого молока, только ты меня не выдавай. – Коди радостно загулил и замахал ручонками, шлепнув мне по лицу. – Это ты дал мне пять, что ли?Звоночек лифта заставил меня мельком взглянуть на номер этажа – не пора ли выходить, и тут я заметил, что все женщины в лифте смотрят на меня. К счастью, этаж действительно оказался нужный, и все потеснились, расступившись и придержав дверцы лифта, потому что я был навьючен вещами и ребенком.– Кто как, а у меня взрыв яичников, – объявила одна из дам, когда лифт начал закрываться.– Его на постер надо как молодого сексуального папашу, – поддержала ее другая.Больше комментариев я не услышал, так как дверцы сомкнулись. Мне пришлось поставить сумки на пол, чтобы нашарить в кармане ключи.Дверь напротив распахнулась, и на пороге появился Уолтер. Я нехотя признал, что он вовсе не урод – стройный, почти что жилистый, с густыми волосами (правда, виски начали редеть, значит, через лет десять будет сверкать макушкой) – короче, на крепкую четверку, хотя и козел.– Что, нелегко приходится?– Нашел уже, – буркнул я, доставая ключи.– К твоему сведению, я буду ждать того дня, когда тебе надоест играть в домик и ты снова бросишь Лейни.Я покосился через плечо: Уолтер прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. Да, он не трус, этого не отнять.– Слышь, Уолт, я, конечно, понимаю, что мое появление стало гаечным ключом, брошенным в твои хрустальные планы, и я тебе благодарен, что ты помогал Лейни, но поищи-ка свою судьбу в иных краях. Я никуда не уйду.– Пожалуй, погожу с полгода. Ты же вечно в разъездах, профессиональный хоккеист? Сложно поддерживать отношения на расстоянии. Лейни необойтись без помощи, а я-то рядом – всего лишь коридор перейти, – он криво улыбнулся. – Спокойной ночи, Эр Джей… – Он протянул руку и невесело пощекотал Коди под подбородком, не удержав образ крутого парня. – Смотри не огорчай маму.Уолтер скрылся в своей квартире, и несколько секунд я ему даже сочувствовал. Он помогал, когда меня не было рядом. Он мечтал о Лейни, хотя новая соседка въехала с младенцем, к которому Уолт не имел решительно никакого отношения. Он понимал, что второй такой на всем свете нет. Но он зря надеялся остаться на подхвате: как только Лейни будет готова, я перевезу их с Коди к себе, и Уолтер по-любому вылетит из уравнения.Пусть я ему немного сочувствую, но соперников мне не надо.Я сгрузил Коди в его ходунки на колесах и вернулся за кучей сумок, которые Лейни передает с ним в ясли. Побросав сумки на диван, я запер дверь, снова взял Коди на руки и пошел взглянуть на Лейни.Через приоткрытую дверь яувидел, что она спит. Это хорошо, пусть отлежится. Я прикинул, какие дела она обычно делает, вернувшись с работы. Во-первых, сразу кормит Коди, и, учитывая, как он тыкается носом мне в плечо, я догадался, что парень не станет долго молчать о том, что голоден. О том, чтобы будить Лейни, речь не шла.– Пошли, парень, сообразим тебе что-нибудь на ужин…Бутылочки со сцеженным молоком Лейни держала в морозилке, а на кухонном столе стояла коробка детской каши – наверное, утром открыла. Я посадил Коди в его круглые ходунки, чтобы чем-то занять, пока я, соблюдая инструкции, делал ему кашу и подогревал бутылочку.Я думаю, ни для кого не новость, что кормить ребенка кашей консистенции… ладно, не буду сравнивать, – настоящая пачкотня. Каша оказалась у Коди в волосах, на шее, на слюнявчике и на руках, а я умудрился перемазать еще и свою рубашку. Сменной одежды у меня при себе не было, поэтому пришлось оттирать пятна кухонным полотенцем.Коди я отнес в ванную, налил ему тепленькую ванну и смыл с него кашу, после чего вручил бутылочку.Было почти семь часов, когда мы покончили с кормлением и ванной, а я еще не проглотил ни крошки. Мне не хотелось шуметь, чтобы нечаянно не разбудить Лейни, да и запах еды мог снова вызвать у нее тошноту.Пересмотрев, что у нее имеется в кладовой и холодильнике, я решил выйти в магазин. По соседству был продуктовый, где я собирался купить диетической еды для Лейни и что-то для себя. Я оставил на тумбочке записку и одел Коди как для прогулки.Усадить его в коляску оказалось сродни эпическому подвигу, но я разобрался. У Лейни имелась детская переноска, которую надевают на себя, но там было метров десять ткани, которую я не знал, как наматывать.Я не учел, что в это время Коди обычно капризничает, и упустил момент, когда он начал раздраженно покрикивать, что его еще не уложили спать, и вообще, где мамины руки? Мнеудалось побросать в корзину самое необходимое – имбирный эль, соленые крекеры, куриный бульон, спортивные напитки, хлеб и мясные нарезки, чтобы соорудить бутерброды. Еще я взял себе ломоть готовой пиццы и управился с ним за несколько укусов, пока выкладывал покупки на ленту.Когда подошла моя очередь, Коди разошелся не на шутку и истошно вопил. Окружающие глядели на меня с сочувствием, брезгливостью и осуждением. Коди, побагровев, орал, широко разинув рот. По щекам катились слезы.– Ладно, парень, я тебя услышал, мы уже идем домой. – Я расстегнул ремни коляски, думая, что, может, слишком туго его пристегнул, но как только я наклонился к Коди, то понял, в чем дело. – Вот бл… – мне удалось сдержаться – мимо проходила женщина с ребенком ненамного старше Коди. – Похоже, ты малость набезобразничал!Ясное дело, памперсов я с собой не захватил, поэтому пришлось покупать целую упаковку, крем под подгузники и влажные салфетки, чтобы не заставлять пацана терпеть до дома. К счастью, в коляске нашелся запасной комбинезон, потому что свой Коди уделал вусмерть.Я извел полпачки салфеток, понимая, что купать кое-кого придется еще раз, как только придем. Распространившийся вокруг запах смело мог соперничать с вонью из хоккейной сумки пополам с деревенским сортиром.Когда мы вернулись, шел уже восьмой час, а с купаньем управились только к восьми, то есть из режима мы вышли: Коди давно пора было спать, и он разошелся не на шутку. Ну, хоть я догадался подогреть ему бутылочку перед тем, как начал купать, и смог покормить, как только малыш стал чистенький, сухой и одетый в пижамку (я выбрал с рисунком на хоккейную тему). Отрубился мой парень в рекордное время, а я остался с ощущением, что вот-вот составлю ему компанию.Опустив его в кроватку, я снова заглянул в спальню: Лейни по-прежнему спала. На тумбочке тихо гудел ее сотовый, который я унес в гостиную, не желая ее беспокоить. На экране светилось слово «Мама». Я подождал, пока включится автоответчик.Конечно, ее мамаша в курсе, что я вернулся в жизнь ее дочери. Я не лез к Лейни с расспросами, но расстояние, на которое она сбежала от любящей семейки, говорило само за себя. Еще я знал, что она общается с матерью по телефону несколько раз в неделю, то есть при всем желании Лейни доказать свою самостоятельность между ними много любви.Не прошло и пятнадцати минут, как ее мать позвонила снова. На этот раз я решил ответить.– Алло?– Простите, я, должно быть, ошиблась номером.– Вам Лейни нужна?На другом конце провода повисла пауза.– Д-да. А это кто?– Это Эр Джей, Рук. Я… друг Лейни, – от этого слова я поморщился. Я уже не отношу себя исключительно к разряду друзей, но она не называет меня своим бойфрендом, да и не до свиданий нам сейчас (случайный сон в обнимку не считается).Ее мать фыркнула:– Это теперь так называется? Вы соблазнили мою дочь, нагородили про себя сплошной лжи, а год спустя показали свои ясные очи! Ничего себе друг! Вы, небось, считаете – раз вы какой-то известный хоккеист, так вам уже и закон не писан?Когда тебя пилит еще не состоявшаяся теща, это вдвойне неприятно, но я понимал ее позицию и не замедлил ей об этом сообщить.– При всем уважении, миссис Карвер, вы имеете полное право быть ко мне в претензии. Будь у меня дочь и случись с ней такое, я бы сделал все от меня зависящее, чтобы ее защитить, и ни малейших теплых чувств не питал бы к человеку, которым в данной ситуации получаюсь я сам.– Ну, не могу сказать, что вы ошибаетесь. Лейни всегда была особенной девочкой – она у меня такая слабенькая…– Она не настолько слабенькая, как вам кажется.– Вы не знаете, что она пережила!– Вы про стрельбу в колледже?– Лейни вам это рассказала?! – шокированно ахнула миссис Карвер.– Да. Прошлым летом на Аляске были сильные грозы, и это послужило триггером.– А ведь она об этом ни одной живой душе… – уже тише произнесла ее мать. – Позовите-ка ее к телефону, она мне нужна!– Простите, миссис Карвер, как бы я ни хотел выполнить вашу просьбу, Лейни плохо себя чувствует и сейчас спит. Уверен, вы разрешите мне ее не будить.– Ей плохо? Она заболела?– Кажется, у нее грипп.– Грипп?.. Или вы заделали моей дочери второго ребенка?! – В ее голосе прозвучала настоящая угроза.– Я уверен, что это грипп. Лейни пока… никак не может быть беременной.Никогда бы не подумал, как неловко объяснять столь интимные моменты женщине, которая однажды станет моей родственницей.– Слава Создателю! – не без злорадства отозвалась будущая теща. – Скажите, ей очень худо? Может, вам ее в больницу отвезти? Мне прилетать или как? Вот я ей всегда говорила – работа в океанариуме добром не кончится, это же рассадникмикробов и всякой заразы! Непонятно, как она раньше не свалилась! Пора, пора ей с этим заканчивать и приезжать домой, чтобы здесь ей помогли растить этого ребенка…– У Лейни есть я.– Да? А надолго ли? Что вы знаете о том, как детей растить? Кто ей поможет, когда вы будете мотаться по стране, а ей одной достанется тянуть вашего ребенка?– У нее здесь подруги, а у меня друзья. Другие-то жены как-то справля…– Жёны?! – заорали в трубке так, что у меня зазвенело в ухе. – Вы что, уже свадьбу сыграли? господи, неужели вы женились на моей дочери без моего родительского благословения?!Я начал понимать, почему Лейни удрала из дома на другой конец страны.– Нет, я говорю о женах моих одноклубников. Мы с Лейни не оформляли отношений. Я наделал много ошибок…– Дошло, наконец? – с сарказмом раздалось из трубки.– Мне не стоило утаивать, кто я, просто жизнь у меня довольно своеобразная… Хотя, конечно, это меня не оправдывает. Знайте одно: я меньше всего хотел расставаться с Лейни. К вашему сведению, я целый год в себя прийти не мог, когда потерял ее след после Аляски. Случайно увидев ее в Чикаго, я узнал, что произошло за год, и чуть с ума не сошел. Я же пропустил всю ее беременность, рождение сына, первые четыре месяца его жизни! Я не могу повернуть время вспять и изменить прошлое, но я пытаюсь исправить то, что можно, поэтому сейчас я здесь и забочусь о ней, как умею. Например, даю ей выспаться, чтобы она быстрее поправилась.Мамаша Лейни долго молчала и наконец спросила:– Как там Коди?– Тоже спит пока. Как только Лейни проснется, я передам, чтобы она вас набрала.– Да, непременно передайте! И мне нужно знать о ее состоянии каждые несколько часов. Когда Лейни заболевала гриппом, она валялась по нескольку дней в страшном жару. В детстве ее несколько раз в больницу забирали… И не вздумайте давать ей Коди, пока не спадет лихорадка! Она захочет сама его кормить, но это слишком рискованно… И приготовьте имбирный эль и соленые крекеры, когда она сможет что-нибудь проглотить…– Уже купил. Я буду регулярно присылать вам СМС о состоянии Лейни.– Как бы я хотела, чтобы она вернулась домой, а я бы о ней позаботилась…И тут я решился. Лучший способ расположить к себе будущих тещу и тестя – это дать им возможность повидаться с дочерью.– А вы не хотите приехать в гости?– В такую-то даль?– Я могу заказать вам билеты на самолет.– Гм, я… боюсь летать. – Я так и видел, как моя почти-теща нервно крутит руки, совсем как дочь. Становилось понятно, откуда у Лейни столько страхов.– Ну, потерпите ради дочери! Когда вы в последний раз Коди видели?– В роддоме… Так, а ферма наша как же?– Разве там помочь некому? Лейни наверняка обрадуется встрече. Коди уже сидеть начал… Вы подумайте над моим предложением.– Я с мужем посоветуюсь, как он скажет… – Некоторое время я слушал в трубке отрывки приглушенного разговора. – Вы слушаете? Саймон считает, что в гости – это хорошо.– Тогда я закажу вам билеты и гостиницу.– Да зачем же, Саймон сам…– Прошу вас, для меня большая честь обо всем позаботиться. Мне нужны от вас кое-какие данные для билетов и адрес электронной почты, куда их прислать.Будущая теща посомневалась, но наконец решилась. Я записал всю необходимую информацию, взял ноутбук Лейни и открыл список рейсов из Вашингтона в Чикаго, выбрав ближайший.Заказав билеты, я сбросил их Карверам на почту.Мобильный Лейни я бросил на диван. Я буквально валился с ног. И как это Лейни столько времени справлялась одна?! Итак, я пригласил в гости ее родителей. Завоевать расположение ее мамаши – это, можно сказать, сделано, но вот будущий тесть… Оставалось надеяться, что, когда Карверы отбудут домой в Вашингтон, мои яйца останутся при мне.