Глава 19: Время

Время пролетело незаметно.Недели сливались в дни, дни — в часы, а часы исчезали в катке, в холоде, в шнуровке коньков, в отбивающемся в ушах счёте: «Ещё раз. Дубль. Упала — вставай. Никаких поблажек».

Я не чувствовала ни тепла, ни страха, ни усталости — только лёд, музыку и цель.Цель была одна.Олимпиада. Через неделю.

---

Мы с Педри больше не пересекались.После той истории на вечеринке и его драка с тем испанским бизнесменом — всё будто оборвалось.Как будто кто-то нажал на паузу, но забыл сказать, будет ли когда-нибудь продолжение.

Я иногда видела его на экранах — Барселона играла в плотном графике, он забивал, он ругался с прессой, он уходил с поля с каменным лицом.И всё равно где-то глубоко внутри сидело это глупое, бесполезное «а что, если...».

Но я вытолкнула это из себя.

Сейчас — только лёд.Только прыжки.Только идеальная короткая программа и рискованная произвольная, в которую мы включили четверной тулуп — элемент, который на грани человеческих возможностей.

---

Мои тренировки стали адом.Мы вставали в шесть, разминка, лёд, сухие занятия, растяжка, психолог, потом снова лёд.Я почти не ела.Я почти не спала.

Но я знала:если я хочу победить — я должна быть лучше, чем когда-либо.

И не просто для медали.Для себя.Для страны.Для той девочки, которая в семь лет каталась на замёрзшей речке в Вологде и мечтала однажды оказаться здесь.

---

Сегодня — особенный день.

Сегодня в Испанию прилетает Алина Орлова.Моя бывшая напарница по сборной.Именно та, кого российский штаб выбрал вместо меня.Та, которую теперь накачивают интервью, репетициями, пиаром, как будущую звезду.Та, кто теперь — моя главная соперница на Олимпиаде.

Я узнала об этом случайно — из статьи, где упоминали, что Алина будет жить в том же отеле, что и я.

Не скажу, что мне было страшно.Но внутри всё сжалось.«Они не просто заменили тебя, Женя. Они в тебя больше не верят», — шептал противный голос в голове.

И всё равно я пришла на каток в семь.Раньше обычного.

Тренер встретил меня без слов. Только кивнул.Я переоделась, завязала волосы в хвост, натянула кофту.На льду было холодно, как в январе.И я прыгала, и падала, и снова поднималась.

В этот день я дала себе обещание:пусть это будет моя последняя Олимпиада — но они запомнят меня. Все.

---От лица Педри.

Этот год будто стёрли.

Не в том смысле, что он пролетел — наоборот. Он тянулся медленно, как размотанная плёнка старого фильма, где ты заранее знаешь финал и не хочешь туда идти.Футбол, тренировки, перелёты, интервью. Снова футбол.

Сборы.Матчи.Усталость.

И пустота.

---

После той драки — я думал, что что-то изменится.Что, может, Женя... ну, не знаю. Поговорит со мной. Напишет.Но она исчезла. Полностью.

Да и я, если честно, сделал всё, чтобы держаться подальше.

Я убеждал себя, что это просто порыв, защита, рефлекс. Что мне всё равно. Что «она вообще была кем? Просто фигуристкой. Просто гостьей в Барселоне.»

Но врать себе — самое трудное.---

Я пытался отвлечься.Лусия снова появилась рядом — та самая, которой всегда было удобно со мной.У нас не было ни любви, ни настоящей близости, но она знала, что сказать.Знала, как заставить замолчать мысли.На время.

Я соглашался на съёмки, на маркетинговые кампании, давал интервью, играл хорошо. Даже очень.Мы вышли в полуфинал Лиги чемпионов, а я провёл один из лучших сезонов за всю карьеру.Но каждый раз, когда возвращался домой, в тишину, снова появлялась она.

Её глаза.То, как она сжала кулаки, когда спорила со мной.Как смотрела с катка вверх, как будто в ней был мир, к которому я не имел доступа.

---

И вот уже неделя до Олимпиады.В Испанию прилетели лучшие спортсмены мира. Город живёт в каком-то особом ритме — будто на грани взрыва.И я вдруг слышу от Жорди, нашего пресс-менеджера:

— Знаешь, кто будет выступать на Олимпиаде? Женя Смирнова. От России. Но тренеры у неё — наши.

Он сказал это с усмешкой, не понимая, как меня пробило этим именем.Я молча кивнул, но внутри — что-то дёрнулось.

«Женя».Снова.Здесь.

---

Я не знаю, хочу ли я её видеть.Не знаю, простила ли она мне ту грубость, то отталкивание, ту стену, которую я сам между нами выстроил.

Но знаю одно:я не смогу избежать этой встречи.

И, может, не хочу.

---