Глава 26

ЛИСА.

Тяжелое тело, распростертое на моей спине, стонет, а на тумбочке зазвонил будильник.

«Выключи его», — сонный голос действует мне на нервы.

Никто не должен звучать так сексуально, как только просыпается.Я тянусь левой рукой, чтобы схватить телефон, но не могу дотянуться.Я тянусь, но вес Чонгука прижимает меня к месту.До того, как я встретила Чонгука, когда я засыпала, представляя себе жизнь, в которой мне придется делить постель с кем-то, я представляла себя, мило прижавшейся к нему. Его рука обнимала меня за плечи. Я спала, положив голову ему на плечо и закрыв рот, и совсем не пускала слюни ему на грудь.Но нет.Мои привычки сна не изменились внезапно, так что я все еще лежу лицом вниз, вероятно, храплю. И глава мафии, который заставил меня выйти замуж, не тянет меня к себе. Он не обнимает меня, обнимая за талию. Нет. Он кладет свое тело на мое, как морская звезда. Впечатывая меня в чертов матрас.И как и все остальное в Чонгуке, я ненавижу то, что мне это нравится.

«Отстань от меня», — рычу я.

«Еще слишком рано, Ангел», — он зарылся лицом в мои волосы.Я не могу этого вынести.

«Убирайся. Слезай».

Я поворачиваюсь и поджимаю под себя руки, затем изо всех сил отталкиваюсь, поднимаясь только на локти.Чонгук стонет, но в конце концов скатывается с меня.

«Почему ты не спишь?»

Я выползаю из кровати и выключаю будильник. «Я же говорила. Я сегодня иду в офис».

«Точно», — он прикрывает глаза рукой, чтобы защититься от утренних солнечных лучей.

Я отвожу взгляд, обхожу кровать и иду в ванную, закрывая и запирая за собой дверь.Я привыкла спать в брюках и с длинными рукавами, чтобы свести к минимуму вероятность секса. Но Чонгук спит только в своих чертовых боксерах. И мне не нужно начинать день, глядя на нашу свадебную клятву, вытатуированную над его членом.

Схватив зубную щетку со стойки, я признаю, что у меня плохое настроение.Терапия всегда оставляет меня немного вымотанной. Но вчерашний день был особенно интенсивным. И запутанным. Обсуждение доверия и любви действительно запутало мою голову.Потому что я не хочу доверять Чонгуку, так же как и не хочу любить его. То, что он сделал со мной, было непростительно. И не похоже, что он когда-либо извинится. Он сказал мне, что никогда этого не делает.

И оглядываясь назад на все наши разговоры, я, пользуясь привилегией задним числом, вижу все подсказки, которые он мне оставил.Маленькие хлебные крошки, которые я могу подобрать и отнести в его ядовитый пряничный домик. Правда, скрытая за сексуальными татуированными стенами.Я чищу зубы немного усерднее.Он не заслуживает такой власти надо мной.Пришло время мне дать отпор.

ЧОНГУК. Шаги Лалисы сигнализируют о ее приближении, и я опускаю кружку с кофе.Она держит ноутбук в одной руке и перила в другой, спускаясь по лестнице. Ее глаза заняты тем, куда она идет, так что я могу впитать ее.И впитать ее — это именно то, чего я хочу.На ней еще одна пара этих высоких танкеток. На этот раз ярко-красного цвета. А ее юбка...

Свободной рукой я поправляю свой член.Я видел ее платья, но это другое. Оно блестящее, как кожа, и обтягивает ее, как будто оно, блядь, нарисовано.Она должна быть эластичной, чтобы она могла ходить. Но она заканчивается у ее колен, и я хочу засунуть руки, чтобы увидеть, носит ли она что-нибудь под ней.Верх у нее ярко-белый. Какой-то струящийся шелковый материал, который она заправляет в юбку. И это...Он низкий.Он обрезан чертовски низко.Или, может быть, это просто из-за ее больших сисек так кажется.

Лиса делает последнюю ступеньку вниз, откидывает волосы с лица и поправляет одежду, прежде чем замечает меня.Я наблюдаю, как она делает второй дубль у большого телевизора в центре гостиной, вероятно, задаваясь вопросом, откуда он взялся. Поэтому я нажимаю кнопку, чтобы опустить его обратно на пол. Я не смогу сосредоточиться на просмотре чего-либо после того, как она уйдет.

«Подлый», — она кивает на исчезающий телевизор.

«Лалиса, что на тебе надето?»Я встаю с дивана.

Она смотрит вниз.«Что с ним не так?»

В ее тоне есть легкая нерешительность, которая мне не нравится.«Ничего страшного, жена. Ты просто похожа на секретаршу в начале порно».

Она прищурилась, глядя на меня.Роб прочищает горло на кухне, привлекая наше внимание.Верно.Я протягиваю руку своему второму.

«Лиса, это Роб. Он отвезет тебя сегодня на работу и обратно».

Что-то в позе Лалисы говорит мне, что она раздражена. Но я не совсем уверен, чем именно. Она никак не может знать, что я шпионил за ее сеансом вчера. И меня вызвали проверить зацепку прошлой ночью. Она уже спала к тому времени, как я вернулся домой, так что не похоже, чтобы у нас была ссора.Она смотрит на Роба, потом снова на меня.

«По крайней мере, ты дал мне кого-то горячего, на кого можно смотреть».

Кажется, у меня отвисает  челюсть.Она только что назвала Роба «горячим»?Мой предатель Роб кашляет, чтобы скрыть свой смех.

«Спасибо, мэм».

«Пожалуйста». Лиса подходит к Робу.«Называй меня Госпожой».

На этот раз Роб смеется.

«Да на хер он это сделает», — огрызаюсь я, направляясь на кухню. «Если кто-то тебя так назовет, я ему язык отрежу».

Лиса останавливается на острове, чтобы сунуть свой ноутбук в рюкзак, а затем закатывает глаза. «Не будь таким драматичным».

«Драматично?» — повторяю я.И тут, когда она застегивает молнию на сумке, я вижу это.«Ты хочешь играть, жена. Мы будем играть».

Я сократил расстояние между нами в несколько шагов.Она пытается отстраниться от меня, но я хватаю ее за талию и прижимаю ее грудь к своей.

"Что ты"Я хватаю ее за левое запястье и поднимаю ее руку.

«Нет».Она вырывается из моей хватки, заставляя свой покрытый макияжем безымянный палец махать мне в лицо.«Чонгук...»

«Нет, Лалиса. Я дал тебе выбор. И поскольку ты не будешь носить мое кольцо, ты будешь носить мое имя».

Она сжимает челюсти. «Мне нужно идти в офис».

«Да. И люди в твоем офисе будут знать, кому ты принадлежишь, как и весь остальной гребаный мир. А теперь смой это».

Я в ярости.И был впечатлен ее неповиновением.И более чем немного возбужден.Ноздри Лисы раздуваются, и я с нетерпением жду ее ответа еще до того, как она его даст.

"Нет."

Я ухмыляюсь.«Неправильный ответ».Затем я поднимаю ее.

«Чонгук!» Ее ноги болтаются в футе над землей, пока я иду с нами по острову. «Опусти меня».Я ее игнорирую.«Чонгук. Серьёзно...»

Она обрывается, когда я скольжу ею по своему телу. Я знаю, что она чувствует, насколько я тверд.

«Нажми на мои кнопки, жена, и ты заплатишь за последствия».

Прежде чем она успевает ответить, я разворачиваю ее и прижимаю бедра к ее заднице, а свои ноги ставлю по обе стороны от ее ног, прижимая ее к стойке.

«Я смогу это сделать», — теперь ее голос хриплый.

«У тебя был шанс».

Я обнимаю ее одной рукой, достаточно высоко, чтобы ее грудь лежала на моем предплечье. Другой рукой я протягиваю руку и включаю воду.Я оставляю пальцы под струей, жду, пока вода станет теплой, затем набираю на ладонь мыло.

«Дай сюда».

Ее грудная клетка расширяется под моими объятиями, но на выдохе она подчиняется и кладет свою руку в мою.Я отпускаю ее талию, чтобы намылить ее руку, и держу ее руку в своих руках.Затем я аккуратно смываю макияж. То, что она использовала, хорошо скрыло чернила, но смывается оно достаточно легко.Когда она чистая, я поворачиваю кран, чтобы вода остыла, затем подставляю ее палец под струю.

«Ты будешь раздражать кожу, используя такую ерунду на свежей татуировке. Я могу принести мазь, если хочешь, чтобы ты нанесла ее перед уходом».

Лиса качает головой, и ее дыхание прерывается.У меня есть одна ужасная секунда, чтобы подумать, что она, возможно, плачет, но затем ее задница двигается навстречу мне, когда она трётся бедрами друг о друга.Я прислоняюсь к ней немного сильнее.Она хочет меня.Мне нужно напомнить ей, насколько.

ЛИСА. Мое отражение смотрит на меня в дверях лифта, и мне хочется застегнуть рубашку до самого горла.Я уже бывала в офисе и знала, что сегодня будет слишком — потому что знала, что девушки на вчерашней телефонной конференции проболтаются о том, что я вышла замуж за Чонгука. И я знала, что татуированный палец станет большой проблемой. Но я не ожидала, что мой босс будет вести себя так скользко.

Мистер Ритц всегда был немного... слишком дружелюбным. Он перешагнул черту между неловкостью в общении и тем, о чем можно сообщить в отдел кадров. Но сегодня...

Я провожу руками по краям юбки.Может быть, это была моя вина, что я надела что-то более облегающее, чем обычно, но вы бы подумали, что недавно вышедшая замуж женщина должна была бы поместить меня в категорию «недоступных» . Я имею в виду, что каждый сотрудник должен быть в этой категории для мистера Ритца в любом случае, но его взгляды сегодня были больше похожи на ухмылки. И не раз он стоял слишком близко ко мне, и я клянусь, он заглядывал мне под рубашку.

Роб молча стоит рядом со мной, и я открываю рот, чтобы спросить его, стоит ли мне рассказать об этом Чонгуку.Но потом я закрыл рот.Если я спрошу Роба, он скажет Чонгуку. И я не совсем уверена, что Чонгук не убьет моего босса.На самом деле, я почти уверен, что Чонгук убил бы его.И хотя я начинаю верить, что мистер Ритц — подлец, я не уверена, что он заслуживает смерти.

Лифт открывается, и я выхожу вперед Роба.Не знаю, сказали ли ему не разговаривать со мной, но по дороге на работу и с работы он молчал, так что я продолжаю эту традицию.Все, чего я хочу, — это подняться наверх, надеть спортивные штаны и немного покричать в подушку.

Так как я добираюсь до двери первой, я кладу руку на защитный экран и жду звука открывания, а затем прохожу через него.Я делаю четыре шага в квартиру,прежде чем замираю, в тот же момент Роб произносит: «Вот дерьмо» себе под нос.

Потому что на моей кухне стоит женщина. Практически девочка, потому что она выглядит моложе меня. С длинными черными волосами, в укороченном топе, демонстрирующем тонкую талию, и в таких обтягивающих леггинсах, что я удивляюсь, как она вообще может дышать.Я позволила рюкзаку соскользнуть с плеча.Роб ловит его прежде, чем он успевает приземлиться, но мне все равно.

«Кто ты, черт возьми, такая?» — рявкаю я.

Меня это сводит с ума, но я не собираюсь показывать слабость перед этой женщиной, поэтому я не снимаю обувь и направляюсь к ней.Она прекращает свое занятие, ее глаза расширяются, когда она смотрит на меня.

«Эм, я готовлю ужин».

Я отказываюсь думать о том, как здесь вкусно пахнет.

Если Чонгук думает, что сможет нанять какую-нибудь сексуальную женщину, чтобы заставить меня ревновать...

Что ж, это работает.