23. ветер из окна

Солнце жарило так, будто пыталось прожечь асфальт насквозь, а мы стояли на пыльной обочине деревенской дороги — я, Саша, и наши бабушки. С одной стороны — две пожилые женщины, болтающие о погоде и автобусных расписаниях, с другой — я и Саша, только что официально ставшие парой. И всё это напоминало какую-то абсурдную сцену из деревенской комедии.

— Ну что, Владик, не потеряешь теперь Сашу в огороде? — подколола моя бабушка, усмехаясь.

— Теперь если потеряю — это уже будет преступление, — буркнул я, кидая взгляд на Сашу. Она тихо хихикнула.

— Мы, конечно, старые, но не слепые, — добавила бабушка Саши. — Видели, как вы вчера на Ивана Купала под ручку шли. Веночек, значит, сработал, да?

— Сработал, — Саша улыбнулась. — Магия. Или Влад.

— Надеемся, что оба, — засмеялись бабушки.

Автобус подошёл с характерным гулом. Мы помогли им с сумками, проводили до двери, а напоследок бабушка выдала своё коронное:

— Главное, детки, не делайте глупостей.

— Только внуков, — добавила вторая и подмигнула.

Я чуть не поперхнулся. Саша прыснула со смеху и показала бабушкам сердечко руками.

Когда автобус уехал, оставив за собой клубы пыли, мы разом выдохнули.

— Ну теперь мы одни, — сказала Саша, потягиваясь. — С чего начнём свободу?

— С дивана и старых стримов, — предложил я. — Хочу, чтобы ты увидела, каким кринжом я занимался пару лет назад.

Мы улеглись на диван, я подключил ноут к телевизору, и вскоре на экране замелькали записи стримов со сквадом. Где-то я орал на Лёху, где-то танцевал в костюме динозавра, где-то прыгал в снег по челленджу.

— Влад… — начала Саша, держась за живот от смеха. — Это сколько, блядь, грамм нужно для такого эффекта?

— Это искусство, между прочим! — возмутился я. — Performance.

— Угу, очень глубокий замысел. Особенно вот тут, где ты носишься в костюме динозавра и кричишь: "Я владелец всех денег мира!"

— Это был очень душевный момент.

Саша смотрела, улыбалась, спрашивала про всех участников: кто с кем, кто свободен, кто нет.

— А девушки ребят? Знаешь их всех?

— Ну, конечно знаю. Ты хочешь с кем-то познакомиться?

— Конечно. Особенно с теми, кто терпит всё это… — она указала на экран. — Хочу спросить: как?

Где-то на середине очередного стрима мне пришёл видеозвонок от Лёхи. Я махнул Саше, мол, подожди, и ответил.

— Генераааал! — заорал Лёха с экрана. — Ну чё, ты там? Жив? Солнцем не сварился?

— Живой. Есть новости.

— Ага? — он прищурился. — Неужто ты наконец-то...

— Да. Мы с Сашей вместе.

На секунду экран застыл. А потом начался ор.

— ЕБАААААТЬ! ГЕНЕРАЛ ЖЕНИТЬСЯ! — Лёша чуть не уронил телефон. — НАКОНЕЦ-ТО!

Сзади появилась его девушка — Аня. Не в кадре сначала, но слышно:

— Чего орёшь?

— Саша и Влад! Пара! ОФИЦИАЛЬНО!

Аня влетела в кадр, широко улыбаясь:

— Неужели кто-то смог растопить ледяное сердце генерала? Покажи свою красотку!

И тут как по заказу, из комнаты вышла Саша — уже переодетая для фотосессии. Топ, шорты, распущенные волосы. Я реально чуть не завис второй раз за утро.

— Хочешь познакомиться? — спросил я у неё. — Это Аня.

Саша подошла ближе, помахала в камеру. Аня заахала:

— Боже, ты такая красивая! Ну вы офигенная пара. Влад, держись за неё.

— Держусь уже как могу, — пробурчал я.

— Всё, обнимаю вас! Мы потом ещё спишемся! Не шалите там!— Лёха показал лайк и отключился.

Мы вышли за деревню, к полю с ромашками и старым сараем. Я таскал с собой рюкзак с техникой, она — своё обаяние.

Саша прыгала по траве, позировала, крутилась, делала вид, что падает. Я щёлкал кадры, а сам думал, как мне вообще повезло.

— Ты вообще понимаешь, как сложно работать, когда ты вот такая? — спросил я, опуская камеру.

— Такая — это какая?

— Та, от которой у меня сердце на турборежиме.

— Придумал отмазку, чтобы не фокусироваться? — засмеялась она.

— Нет. Это ты придумала, как меня разоружить. Даже просто стоя в траве.

В какой-то момент она натянула мою рубашку поверх топа и села в траву.

— Это была святыня, — буркнул я.

— А теперь она пахнет твоей девушкой, как мило.

Я подсел ближе, убрал волосы с её лица.

— Ты вообще понимаешь, во что ты ввязалась?

— В отношениях с маньяком? — невинно моргнула.

— С самым опасным. У которого в голове сейчас тысяча нецензурных мыслей.

— Хорошо, что я тоже немного без тормозов.

Она чуть приблизилась, тёплое дыхание коснулось моей щеки.

— Пошли домой? — шепнула.

— Если ты это предлагаешь — пошли.

И я знал: вечер только начинается.

Мы с Сашей устроились у окна. Окно нараспашку — жара сдавала позиции, но воздух всё равно был тяжёлым, липким. В доме — полумрак, только гирлянда под потолком тускло мерцала жёлтыми огоньками. Где-то вдали бубнил телевизор у соседей, пахло дымком от костра — лето в деревне, в самом соку.

Саша сидела на подоконнике, в одной моей рубашке. Голые ноги перекинуты через край, черешня в миске рядом, волосы растрёпаны — как будто не нарочно, но до безумия красиво. Я не отрывал от неё взгляда.

— Чего смотришь? — она ухмыльнулась, закатывая одну вишенку в рот. — Я похожа на ту самую девочку с деревенского романа?

— Ты похожа на ту самую причину, по которой я не могу спокойно жить, — хмыкнул я, подходя ближе.

Она вытянула ко мне руку, на ладони лежала черешня.

— Возьми.

Я хотел было взять ягодку, но она в последний момент убрала ладонь, и черешня упала на пол. Саша хихикнула.

— Смотри, какая неловкость, Влад.

— Смотри, кто играет с огнём, — буркнул я, наклоняясь к ней ближе.

Моя рука легла на её талию — просто, мягко, будто случайно. Она не отстранилась. Наоборот. Придвинулась ближе, закинула руки мне на плечи. Её колени упёрлись мне в живот.

— Ну, чего стоишь? — прошептала она. — Хочешь — бери. Я же твоя.

Сердце забилось сильнее. Хрипло выдохнул:

— Не провоцируй меня, Саша.

— А если буду? — наклонилась к самому уху, обвела пальцем по вороту моей футболки. — Что ты сделаешь?

Я накрыл её губы поцелуем. Горячим, жадным, без остатка. Она выгнулась, впуская меня ближе, и я в этот момент понял — всё, пропал. Моя Саша. Моя. Слишком близко, слишком сладко.

Мои пальцы легли на край рубашки, чуть приподняли её. Она не остановила. Только вздрогнула, усмехнулась сквозь дыхание.

— Помнишь, что бабушка сказала? — прошептала она, щекоча губами мою щеку. — «Закрывайте окна, а то вся деревня слышать будет».

— Я могу говорить тихо, — выдавил я, прижимаясь к её шее.

— А вот это, Влад, зависит от того, как ты будешь себя вести, — выдохнула она, и я увидел, как у неё дрожат губы от сдержанного смеха. — Ну, не будешь же ты сейчас стонать громче меня?

— Саша! — выругался, смеясь. — Ты с ума меня сведёшь.

— Отлично. Я именно это и планировала.

Она снова закинула руки мне на плечи, и я притянул её к себе. Так, что её голые ноги обвили меня, а рубашка поехала выше. Мои ладони скользнули по её спине, и я чувствовал: она вся дрожит, как и я.

Снаружи всё ещё стрекотали кузнечики. Где-то лаяла собака. Лето продолжалось. А в этой комнате — мы. Горячие, настоящие, немного безумные.И ни один бабушкин автобус уже не спас бы нас от того, что происходило внутри.

Она снова притянула меня к себе, и я уже не мог думать ни о чём. Просто чувствовал её — тепло её кожи, дыхание у шеи, ноги, обвившие меня с такой уверенностью, будто она знала меня тысячу лет. Её губы снова прижались к моим, и на этот раз поцелуй был другой — тянущий, медленный, но при этом с какой-то голодной искрой.

Я опустил её с подоконника, не прерываясь, и повёл назад — к дивану, медленно, будто проверяя, может ли это быть на самом деле. Саша только улыбалась, глядя на меня снизу вверх, и от этой её уверенности у меня сносило крышу. Она хотела этого. Меня. Прямо сейчас.

Она легла, потянув меня за собой, и шепнула, тихо, едва касаясь губами уха:

— Можешь не сдерживаться, Влад.

Мои руки уже блуждали по её телу. Я чувствовал, как тонкая ткань рубашки становится просто ненужной преградой — горячей, прозрачной, пульсирующей между нами. Под ней — ничего, я это знал. И с каждой секундой мысль об этом будто разрывала меня изнутри. Я чуть приподнялся, глядя ей в глаза. Спросил почти шёпотом:

— Точно хочешь?

— У тебя есть хоть малейшее сомнение? — ухмыльнулась она, пальцами скользнув под край моей футболки. — Я сижу в твоей рубашке, на твоём диване… и жду тебя, Влад.

Всё. Дальше я уже не мог быть спокойным. Футболка слетела с меня за секунды, её рубашка распахнулась почти сама собой. Я провёл ладонями по её груди, склонился, обвёл губами ключицу — медленно, будто хотел запомнить каждый её сантиметр. Она выгнулась навстречу, тихо всхлипнула, пальцы сжались у меня в волосах.

Наша одежда исчезала как-то между поцелуями, шепотом, её мягкими «да», моим сбивчивым дыханием и шумом дождя, который вдруг начался — неожиданно, резко, будто природа решила добавить эффектности в этот наш момент. За окном хлестало по крыше, громко и отчётливо, но всё, что я слышал — это её дыхание.

Я прижался к ней, и она обвила меня ногами, впуская без страха, без напряжения — как будто мы делали это не в первый раз, а в сотый. Мы сливались в движениях, её кожа горячая под моими ладонями, её губы неотрывно на моих. Было тепло, мокро, сладко, почти невыносимо.

В какой-то момент она прошептала сквозь дрожащий смех:

— Вот теперь точно вся деревня услышит…

Я закрыл ей рот поцелуем.

— Пусть слушают, — прошептал в ответ. — Им такого всё равно не повторить.

——————

Решила, что хочу попробовать для себя новое- писать больше сцен с интимным взаимодействием. Очень надеюсь, что это всё не слишком кринжово и вам понравится) приятного чтения 👋🏻🩶