Глава 57 Бриттани *Конец*

   Сегодня первое апреля. Я не видела Алекса уже пять месяцев, с того дня после перестрелки. Сплетни о Пако и Алексе наконец-то сошли на нет, и дополнительные психологи и социальные работники оставили школу. На прошлой неделе я сказала социальному работнику, что я спала больше пяти часов, но это была ложь. С того дня у меня начались проблемы со сном, я все время просыпаюсь посреди ночи, потому, что мой мозг никак не может перестать анализировать тот ужасны разговор, который состоялся между мной и Алексом в больнице. Социальный работник сказал, что пройдет немало времени, прежде чем я смогу избавиться от своего чувства предательства. Проблема в том, что я совсем не чувствую себя преданной. Я чувствую себя грустно, и как будто кто-то выпустил из меня воздух. После всего этого времени, я все еще ложусь в кровать и долго смотрю на его фотографии в моем телефоне, сделанные в клубе Мистик. После того, как его выписали из больницы, он бросил школу и исчез. Может он и ушел из моей жизни физически, но он всегда будет частью меня. Я не могу отпустить, даже если бы я этого захотела. Единственное, что случилось хорошего с тех пор, так это то, что моя семья отвезла Шелли в Колорадо, чтобы показать ей Солнечные Земли, и моей сестре очень там понравилось. У них каждый день организуются какие-то занятия, они занимаются спортом, и каждые три месяца их даже посещают знаменитости. Когда моя сестра услышала, что туда приезжают знаменитые люди и устраивают концерты, она бы выпала из своего кресла, если не была бы пристегнута. Было тяжело позволить сестре самой выбирать свое будущее, но я это сделала. И я не сорвалась. Зная, что это то, чего хочет Шелли, заставило меня чувствовать себя намного лучше. Но теперь я одна. Алекс забрал половинку моего сердца, когда уехал. Я усердно охраняю то, что осталось. Я пришла к выводу, что единственная жизнь, которую я собираюсь контролировать, это моя собственная. Алекс выбрал свою судьбу. И она не включает меня. Я игнорирую друзей Алекса в школе, и они игнорируют меня. Мы все притворяемся, что первых двух месяцев этого выпускного года просто не было. Кроме Изабель. Мы иногда разговариваем, но это болезненно. Между нами существует молчаливое понимание, и это помогает мне, знать, что кто-то проходит через ту же боль, с которой я сама пытаюсь справиться. В мае, открыв свой шкафчик перед уроком химии, я нахожу два квадратика средства для согрева рук, висящими на крючке внутри. Худшая ночь в моей жизни возвращается ко мне в одно мгновение. Алекс был здесь? Он сам положил средство для согрева рук в мой шкафчик? Сколько бы я ни хотела забыть его, я не могу. Я читала, что у золотых рыбок пятиминутная память. Я им завидую. Мои воспоминания, моя любовь к Алексу будут со мной до конца моих дней. Я сгребаю мягкие подушечки, прижимаю их груди и медленно оседаю на пол, плача. Ох, я жалкое подобие персоны. Сиерра останавливается рядом со мной. - Брит, что случилось? Я не могу двигаться. Не могу взять себя в руки. - Давай, - говорит она, поднимая меня. - Все на тебя смотрят. Дарлин проходит мимо нас. - Серьезно, не пора ли тебе уже забыть своего бандитского дружка, который кинул тебя? Ты выглядишь жалко, - говорит она, удостоверяясь, что толпа вокруг нас все слышит. Колин появляется рядом с ней. Он кидает на меня хмурый взгляд. - Алекс заслужил то, что получил, - шипит он. Правильно это или нет, сражаться за то, во что ты веришь. Но мои руки уже сжаты в кулаки, когда я бросаюсь на него. Он уходит от удара, хватает меня за руку и выкручивает ее мне за спину. Дуг выходит вперед. - Отпусти ее Колин. - Не лезь в это, Томпсон. - Чувак, позорить ее за то, что она бросила тебя ради другого парня, совсем подло. Колин отталкивает меня в сторону и закатывает рукава. Я не могу позволить Дугу драться вместо меня. - Если хочешь подраться с ним, тебе придется сначала пройти через меня, - говорю я. К моему удивлению, Изабель встает впереди меня. - А чтобы добраться до нее, тебе придется пройти через меня. Сиерра становится рядом с ней. - И меня. Мексиканский парень по имени Сэм подталкивает Гери Франкеля к Изабель. - Этот парень может сломать тебе руку одним движением, козел. Свали отсюда, пока я его на тебя не натравил, - говорит Сэм. Гери, который одет в кораллового цвета футболку и белые брюки, пыжится, пытаясь выглядеть круто. Но у него плохо получается. Колин смотрит налево и направо в поисках поддержки, но ничего не получает. Я недоверчиво моргаю. Может вселенная раньше была в беспорядке, в сейчас все вернулось в норму? - Пошли, Колин, - приказывает Дарлин. - Нам не нужны эти жалкие неудачники. - Они вместе уходят. Я почти их жалею. Почти. - Я так горжусь тобой, Дуги, - выкрикивает Сиерра, бросаясь к нему на шею. Они незамедлительно начинают целоваться, не обращая внимания на тех, кто смотрит или на ППП правила школы. - Я люблю тебя, говорит Дуг, - отрываясь от нее на секунду. - Я тоже тебя люблю, - отвечает Сиерра тоненьким голосом. - Снимите себе комнату, - выкрикивает кто-то из наших одноклассников. Но они продолжают целоваться до тех пор, пока не начинает играть музыка в колонках. Толпа расходится. Я до сих пор сжимаю подушечки средства для согрева рук. Изабель садиться рядом со мной. - Я так никогда и не сказала Пако о моих чувствах. Я так и не рискнула, а теперь слишком поздно. - Мне очень жаль, Иза. Я рискнула и все равно потеряла Алекса, так что может быть, для тебя так даже лучше. Она пожимает плечами, и я понимаю, что она держится, чтобы не разрыдаться прямо тут в школе. - Я надеюсь, что когда-нибудь я переживу это. Я, конечно, так не думаю, но надеяться стоит, да? - Она распрямляет плечи и встает. Наблюдая, как она идеи в класс, я думаю, делится ли она этим с остальными своими друзьями или только со мной. - Пошли, - говорит Сиерра, освобождаясь из объятий Дуга, и таща меня за руку к школьному выходу. Я вытираю глаза тыльной стороной руки и сажусь на бордюр у машины Сиерры, забывая о том, что прогуливаю класс. - Все в порядке, Сиерра, правда. - Нет, не в порядке, Брит. Я твоя лучшая подруга. Я буду здесь до и после твоих парней. Так что давай, выкладывай. Я слушаю. - Я любила его. - Правда? Скажи мне что-то, чего я не знаю. - Он использовал меня. Он занимался сексом со мной, только, чтобы выиграть пари. А я все еще люблю его. Я жалкое создание. - У вас был секс, и ты мне не сказала?? Я имею в виду, что я думала, это была просто сплетня. Ну, ты знаешь, не правдивая. Я закрываю лицо руками от разочарования. - Я шучу. Я даже не хочу ничего знать. Окей, я хочу знать, но только если ты хочешь мне рассказать, - говорит Сиерра. - Забудь об этом сейчас. Я видела, как Алекс постоянно на тебя смотрел, Брит. Поэтому я так легко слезла с тебя за то, что он тебе нравился. Я никогда не поверю, что он все время притворялся. Я не знаю, кто тебе сказал об этом тупом пари... Я поднимаю взгляд. - Это был он. И его друзья подтвердили это. Почему я просто не могу его забыть? Сиерра качает головой, как будто отгоняя мои слова. - Обо всем по порядку. - Она хватает меня за подбородок, заставляя смотреть на нее. - Алекс был к тебе не равнодушен и неважно, признавал он это или нет, было там какое-то пари или нет. Ты знаешь это, Брит, иначе ты бы не сжимала эти подушки так сильно. Во-вторых, Алекс ушел из твоей жизни и ты должна это себе, его неуклюжему другу Пако и мне, пытаться держать себя в руках, когда это совсем непросто. - Я не могу не думать, что он специально оттолкнул меня. Если бы я только могла поговорить с ним, я бы получила ответы. - Может у него их нет. Поэтому он и уехал. Если он хочет отказаться от жизни и игнорировать то, что прямо у него перед глазами, так тому и быть. Но тебе надо показать ему, что ты сильнее этого. Сиерра права. Впервые за долгое время, я чувствую, что я смогу закончить этот выпускай год. Алекс забрал часть моего сердца с собой той ночью, когда мы занимались любовью, и она навечно останется с ним. Но это не значит, что моя собственная жизнь должна остановиться. Я не могу вечно бегать за призраками. Теперь я сильнее. По крайней мере, я на это надеюсь. Две недели спустя, я последняя задерживаюсь в спортивной раздевалке. Звук приближающихся каблуков заставляет меня посмотреть вверх. Это Кармен Санчез. Я не паникую, вместо этого я просто встаю и смотрю на нее. - Знаешь, он возвращался в Фейрфилд, - говорит она мне. - Я знаю, - отвечаю я, вспоминая средство для согрева рук у себя в шкафчике. Но он уехал. Как призрак, он был там и затем, испарился. Она выглядит неуверенно, почти уязвимо. - Знаешь эти огромные плюшевые игрушки в качестве призов на карнавалах? Такие, которые никто почти не выигрывает, кроме некоторых счастливчиков. Я никогда не выигрывала такую. - Да, я тоже. - Алекс был моим огромным призом. Я ненавидела тебя за то, что ты забрала его у меня, - признается она. Я пожимаю плечами. - Да, ну, можешь перестать меня ненавидеть. Со мной его тоже нет. - Я больше тебя не ненавижу, - говорит она. - Я это пережила. Я сглатываю и говорю. - Я тоже. Кармен хихикает. И прежде, чем выйти из раздевалки, бормочет. - Да, ну, вот про Алекса я бы так не сказала. Что бы это могло значить? Бриттани Пять месяцев спустя Запах Августа в Колорадо разительно отличается от запаха Ильинойса. Я встряхиваю свою новую короткую стрижку, даже не пытаясь пригладить кучеряшки, пока я распаковываю коробки с вещами в общежитии университета. Моя соседка по комнате, Лекси, из Арканзаса. Как маленькая фея, невысокая и милая, она легко может быть одним из предков Тинкербел. Я клянусь, я никогда не видела ее хмурой. Сиерре, в университете Иллинойса не так повезло с соседкой, Дарой. Эта девчонка разделила комнату, и шкаф на отдельные части и встает в 5.30 утра каждый день (даже на выходных), чтобы заниматься в их комнате. Сиерра несчастна, но, по сути, она проводит большую часть времени в комнате Дуга, так что не все так плохо. - Ты уверена, что не хочешь пойти с нами? - спрашивает Лекси, ее южный акцент струится в каждом слове. Она собирается с несколькими первокурсницами на какую-то приветственную вечеринку. - Мне надо закончить тут, а потом съездить к сестре, я пообещала приехать к ней, как только закончу разбирать вещи. - Окей, - говорит Лекси, доставая из шкафа и примеряя разные вещи пытаясь найти идеальный наряд для сегодняшнего вечера. Наконец, одевшись, она поправляет в зеркале прическу и макияж, заставляя меня вспомнить себя не так давно, когда я боялась не оправдать чьих-то ожиданий. Через полчаса, когда Лекси уходит, я сажусь на кровать и достаю свой сотовый. Открыв его, я смотрю на фотографию Алекса и меня. Я ненавижу себя за необходимость постоянно на нее смотреть. Я пыталась заставить себя удалить фотографии, перечеркнуть прошлое. Но не смогла. Я протягиваю руку, открываю ящик и достаю чистую, аккуратно сложенную бандану Алекса. Я прикасаюсь к мягкой ткани, вспоминая, когда Алекс отдал мне ее. Для меня она не символизирует Кровавых Латино, для меня олицетворяет Алекса. Мой телефон звонит, возвращая меня в настоящее. Это кто-то из Солнечной Земли. Когда я отвечаю, вежливый женский голос говорит мне. - Это Бриттани Эллис? - Да. - Это Джорджия Джексон, из Солнечной Земли. С Шелли все в порядке, но она хотела узнать, вы приедете до или после ужина? Я смотрю на часы, четыре тридцать. - Скажите, что я буду там через пятнадцать минут. Я уже выезжаю. После того, как я отключаюсь, я засовываю бандану обратно в ящик, а телефон кидаю себе в сумку. Дорога на автобусе до другой части города не занимает долго, и прежде, чем я успеваю заметить, я уже шагаю по территории Солнечной Земли в ту сторону, где мне сказали должна быть моя сестра. Сначала я замечаю Джорджию Джексон. Именно она была связующим звеном между мной и Шелли, когда я звонила им сюда, чтобы справиться о том, как дела у моей сестры. Она по-дружески приветствует меня. - Где Шелли? - спрашиваю я, сканируя комнату. - Играет в шашки, как обычно, - Джорджия указывает в угол. Шелли сидит ко мне спиной, я узнаю ее голову и ее инвалидное кресло. Она взвизгивает, что подсказывает мне, что она только что выиграла игру. Когда я подхожу ближе я замечаю того, кто играет вместе с ней. Темные волосы, которые я должна была узнать сразу, дают мне понять, что в ближайший момент весь мой мир перевернется. Я замираю. Не может быть. Наверное, мое воображение просто взбесилось. Но когда он поворачивается, и его такие знакомые черные глаза впиваются в мои, реальность ударяет меня, как молния. Алекс здесь. В десяти шагах от меня. О, Боже. Все чувства, которые у меня когда-либо к нему были, набегают, как приливная волна. Я не знаю, что делать или говорить. Я поворачиваюсь обратно к Джорджии, задумываясь, если она знает, что Алекс здесь. Один взгляд на ее лицо говорит мне, что она в курсе. - Бриттани здесь, - слышу, как произносит он, прежде чем подняться и бережно развернуть кресло Шелли, чтобы она смогла меня увидеть. Как робот, я подхожу к своей сестре и заключаю ее в объятия. Когда я ее отпускаю, Алекс становится передо мной, одетый в хлопчатобумажные брюки цвета хаки и синюю клетчатую рубашку. Я просто смотрю на него, пока мой желудок делает свои сальто, заставляя меня чувствовать тошноту. Мир расплывается по краям, и все, что я могу сейчас видеть, это он. Я наконец-то нахожу свой голос. - А-Алекс? Ч-что ты тут делаешь? - спрашиваю я заикаясь. Он пожимает плечами. - Я обещал Шелли реванш, разве нет? Мы стоим там, просто пялясь друг на друга, какая-то невидимая сила не позволяет мне отвести взгляд. - Ты проделал весь этот путь в Колорадо, чтобы сыграть в шашки с моей сестрой? - Ну, это не единственная причина. Я поступил здесь в колледж. Миссис Пи и мистер Агирре помогли мне получить аттестат, после того, как я ушел из Кровавых. Я продал Хулио. Я работаю в студенческом союзе и взял кредит. Алекс? В колледже? Его рубашка с длинным рукавом, застегнута на запястьях, скрывая почти все его татуировки Кровавых Латино. - Ты ушел? Я думала, ты говорил, что это слишком сложно, чтобы уйти, Алекс. Ты говорил, что люди, которые пытаются это сделать умирают. - Я почти умер. Если бы не Гери Френкель, я бы, скорее всего не выжил... - Гери Френкель? - Самый добрый ботаник школы? Приглядываясь к лицу Алекса повнимательнее, я замечаю на нем новые шрамы, один над его глазом, и несколько серьезных на шее и около уха. О, Боже. - Ч-что они с тобой с-сделали? Он берет мою руку и кладет себе на грудь. Его глаза глубокие и темные, как тогда на парковке, когда я впервые его увидела в начале выпускного года. - Мне потребовалось немало времени, чтобы понять и исправить все принятые мной ранее решения. Банда. И то, что меня избили до полусмерти и заклеймили, как скотину, это все ничто по сравнению с тем, что я мог тебя потерять. Если бы я мог взять назад каждое слово, сказанное тебе в больнице, я бы это сделал. Я думал, что оттолкнув тебя, я спасу тебя от участи, которая постигла Пако и моего отца. - Он поднимает глаза и впивается ими в мои. - Я больше не оттолкну тебя, Бриттани. Никогда. Я клянусь. Избит? Заклеймен? Мне становится дурно, и слезы бегут по щекам. - Шшш. Он прижимает меня к себе, поглаживая рукой по спине. - Все нормально. Я в порядке, повторяет он снова и снова, мягким голосом. Я чувствую себя так хорошо. Он прикасается своим лбом к моему. - Ты должна кое-что знать. Я согласился на это дурацкое пари, потому, что глубоко внутри я знал, что если я впутаю сюда свои чувства, это убьет меня. Так почти и случилось. Ты была единственной девушкой, которая могла заставить меня рискнуть всем ради стоящего будущего. - Он выпрямляется и делает шаг назад, чтобы смотреть мне в глаза. - Мне так жаль. Мujer, скажи мне, что ты хочешь и я дам тебе это. Если это сделает тебя счастливой, не видеть меня больше до конца твоих дней, скажи только слово. Но если ты все еще хочешь меня, я сделаю все, чтобы быть этим... - Он показывает на свою одежду. - Как мне доказать тебе, что я изменился? - Я тоже изменилась, отвечаю я. - Я уже не та девчонка, которой была раньше. И, ты, конечно, извини, но эта одежда... это не ты. - Это то, что ты хочешь. - Ты ошибаешься, Алекс. Я хочу тебя. А не этот дурацкий образ. Я точно предпочитаю тебя в джинсах и футболке, потому, что это тот, кто ты есть. Он смотрит на свою рубашку и брюки. - Ты права. - Он возвращает взгляд ко мне. - Однажды ты сказала, что любишь меня. Так ли это до сих пор? Моя сестра с интересом наблюдает за нашим разговором. Она тепло мне улыбается, давая мне силы сказать ему правду. - Я никогда не прекращала тебя любить. Даже когда я отчаянно пыталась тебя забыть, я не смогла. Он делает медленный, глубокий вдох и потирает лоб от облегчения. Его глаза блестят от переполняющих эмоций. Я чувствую, как мои собственные глаза снова наливаются слезами, я сгребаю перед его рубашки в кулак. - Я не хочу постоянно ссориться, Алекс. То, что мы встречаемся должно быть весело. Любовь должна радовать. Я придвигаю его ближе к себе, я так хочу ощутить его губы на моих. - Когда-нибудь, это будет радостным для нас? Наши губы почти встречаются, перед тем как он отодвигается и... О. Мой. Бог. Он становится на одно колено, берет мою руку в свои, и мое сердце пропускает больше, чем один удар. - Бриттани Эллис, я докажу тебе, что я тот самый парень, в которого ты поверила десять месяцев назад. Я стану успешным мужчиной, таким, каким ты мечтаешь, я могу стать. И мой план в том, чтобы просить тебя выйти за меня замуж, через четыре года, в день нашего выпуска. - Он склоняет голову набок и продолжает в более игривом тоне. - И я гарантирую тебе целую жизнь веселья, не без ссор, конечно, из-за тебя, моя упрямая, mamacita... но я точно буду ждать наших сцен примирения. Может, однажды, мы сможем вернуться в Фейрфилд и помочь сделать это место таким, о котором мечтал мой отец. Ты, я и Шелли. И кто угодно из семьи Эллис или Фуэнтес, желающих присоединиться к нашей жизни. Мы будем жить одной огромной, сумасшедшей Мексикано-Американской семьей. Что ты думаешь? Mujer, тебе принадлежит моя душа. Я не могу скрыть улыбку, когда смахиваю одинокую слезинку, скатывающуюся по щеке. Как я могу не быть по уши влюбленной в этого парня? Все-то время, вдали от него, ничего не изменилось. Я не могу отказать ему в еще одном шансе. Это будет отказ от себя. Время рискнуть и довериться снова. - Шелли, ты думаешь, она возьмет меня обратно? - спрашивает Алекс у нее, его волосы в опасной близости от ее рук. Но она не впивается ему в волосы... а просто нежно хлопает его по голове. Я чувствую, как слезы вовсю бегут по моим щекам. - Да! - выкрикивает Шелли с глупой усмешкой. Она выглядит более счастливой и уверенной, чем когда-либо раньше. Оба самых любимых моих человека во всем мире здесь сейчас со мной, чего еще я могу пожелать? - Что у тебя за специальность? - спрашиваю я. Алекс одаривает меня своей ты-не-сможешь-устоять улыбкой. - Химия. А у тебя? - Химия. Я обнимаю его за шею. - Поцелуй меня, проверим, если у нас это еще есть. Потому, что мое сердце, моя душа, и все, что между ними принадлежит тебе. Наконец-то, его губы накрывают мои, унося нас в более страстный поцелуй, чем когда-либо. Вау. Солнечная система теперь будет в порядке, а я получила свой Сделай это заново День, даже не прося об этом. Эпилог Двадцать три года спустя Миссис Питерсон закрывает двери в класс. - Добрый день и добро пожаловать в выпускной курс химии. - Она подходит к своему столу, опирается на край и открывает свою папку. - Я рада, что вы уже выбрали себе места, но я предпочитаю рассаживать своих учеников... в алфавитном порядке. По классу приносится разочарованный вздох, тот же самый, что встречает ее в первый день занятий в Фейрфилд Хай уже более тридцати лет. - Мери Алкот, займите первое место. Вашим партнером будет Эндрю Карсон. Миссис Питерсон следует дальше по списку, студенты неохотно занимают места с назначенными им партнерами по химии. - Пако Фуэнтес, - говорит миссис Питерсон, указывая на стол за Мери. Симпатичный парень с голубыми глазами, как у его матери и черными волосами, как у отца, занимает указанное ему место. Миссис Питерсон смотрит на него поверх своих очков. - Мистер Фуэнтес, не думайте, что для вас этот курс будет проще простого, только потому, что вашим родителям повезло, и они разработали препарат, который останавливает процесс развития болезни Альцгеймера. Ваш отец так и не закончил мой курс, и провалил один из важных тестов, хотя, у меня есть подозрения, что именно ваша мать должна была его провалить. Но это только означает, что я буду ждать от вас большего. - Si, senora. Миссис Питерсон бросает взгляд в свою папку. - Джулиана Галлахер, - пожалуйста, займите свое место рядом с мистером Фуэнтесом. Преподаватель замечает, что Джулиана слегка краснеет, пока садиться на свой стул, а Пако самоуверенно улыбается рядом с ней. Может после тридцати лет преподавания все стало меняться, но миссис Питерсон не собиралась этим рисковать. - И вот еще что, для тех, кто любит устраивать неприятности, я придерживаюсь политики нулевой терпимости...