Глава 8 Алекс

      Я толкаю парня прямо на его красавец Камаро, черного цвета, который, наверное, стоит больше, чем моя мама зарабатывает за год. - Значит так, Блейк, - говорю я. - Или ты платишь сейчас, или я сломаю что-нибудь твое. Не твою мебель и даже не твою долбаную тачку... что-нибудь жизненно важное для тебя, ты понял? Блейк, тоще фонарного столба, и белее снега, таращится на меня, как будто я ему только что вынес смертный приговор. Ему следовало думать об этом раньше, когда он взял Большую Восьмерку и свалил не заплатив. Как будто Гектор когда-нибудь позволил бы такому случиться. Как будто я позволил бы такому случиться. Когда Гектор отправляет меня 'собирать', я делаю это. Может мне это и не нравится, но я это делаю. Он знает, что я не буду проводить сделки с наркотой, вламываться в чьи-то дома или связываться с угоном. Но я хорош при собирании...долгов, в основном. Иногда меня отправляют на поиски людей, но обычно это превращается в грязное дело, особенно при том, что я знаю, что случится с этими людьми, когда я притащу их на склад и им придется встретиться с Чу. Никто не хочет встречаться с Чу. Это намного хуже, чем встретиться со мной. Блейк должен быть счастлив, что это меня послали его искать, а не Чу. Будет приуменьшением сказать, что я не живу безупречно чистой жизнью. Я пытаюсь много не думать об этом, грязную работу я делаю только для Кровавых. И я хорош в этом. Пугать людей, чтобы они платили нам, что наше, вот в чем состоит моя работа. Технически, мои руки чисты от наркотиков. Хотя деньги за наркотики частенько попадают ко мне в руки, но я просто отдаю их Гектору. Я не живу на них, только собираю. Это делает меня пешкой, я знаю. Но пока моя семья защищена, мне плевать. К тому же я хорош в драке. Вы не представляете, сколько людей ломаются только от угрозы сломать им пару костей. Блейк совсем не отличается от тех, кому я угрожал раньше. Я вижу это потому, как он весь трясется, пытаясь сохранить маску безразличия. Вы можете подумать, что Питерсон тоже может меня бояться, но я уверен, эта преподша не выкажет страха, даже если я кину настоящую гранату ей в руки. - Я не собрал деньги", выпаливает Блейк. - Такой ответ не прокатит, чувак, - произносит Пако откуда-то сбоку. Ему нравится сопровождать меня. Он думает, что мы играем в плохой полицейский - хороший полицейский. За исключением того, что на самом деле мы играем в плохой бандит - отвратительный бандит. - Какую конечность ты хочешь, чтобы я сломал тебе первой? - спрашиваю я. - Я буду хорошим и дам тебе выбрать. - Просто поджарь его ленивую задницу, и покончи с этим, - говорит Пако. - НЕТ!!! - кричит Блейк. - Я найду их. Я обещаю. Завтра. Я прижимаю его к машине, мой локоть слегка надавливает ему на горло, достаточно, чтобы испугать. - Как будто я поверю твоему слову. Ты думаешь, мы тупые? Мне нужен залог. Блейк не отвечает. Я киваю на его машину. - Нет, только не машина. Алекс, пожалуйста. Я достаю пушку, но не собираюсь в него стрелять. Неважно кто я такой или что со мной будет, но я никогда не буду стрелять в человека. Хотя Блейку об этом знать необязательно. При первом же взгляде на мой Глок, Блейк протягивает мне ключи. - О, боже. Пожалуйста, не надо. Я выхватываю у него ключи. - Завтра, Блейк. В семь вечера позади старых путей на Четвертой и Вайн. А теперь убирайся отсюда, - говорю я, давая ему понять, что пора бежать. - Я всегда хотел иметь камаро, - говорит Пако, когда Блейка и след простыл. - Она твоя... до завтра, - и я кидаю ему ключи. - Ты, правда, думаешь, что он наскребет четыре штуки за один день? - Да, - говорю я в полной уверенности. - Эта тачка стоит гораздо больше, чем четыре штуки. Вернувшись на склад, мы отчитались перед Гектором. Он не очень доволен, что мы не собрали, но он знает, что я это сделаю. Я всегда довожу все до конца. Дома, в постели я долго не могу уснуть, потому, что мой младший брат Луис ужасно храпит. Он так сладко спит, такое чувство, что его больше ничего в этом мире не беспокоит. Насколько мне по барабану, когда я угрожаю такому неудачнику наркодиллеру, как Блейк, мне до чертиков хотелось бы найти что-то, за что стоило бы бороться. Неделю спустя, я сижу на траве во дворе школы и доедаю свой обед под деревом. Большая часть студентов Фейрфилд ест снаружи до конца октября, пока иллинойская погода не вынуждает нас сидеть в столовой во время обеда. Поэтому сейчас мы наслаждаемся каждой минутой свежего воздуха и солнца, пока на улице еще терпимо. Мой друг Лаки, подходя ближе в своей безразмерной футболке и черных джинсах, хлопает меня по спине и садится рядом на траву вместе со своим подносом. - Ты готов к следующему уроку, Алекс? Я клянусь, Бриттани Эллис ненавидит тебя как чуму, чувак. Смешно наблюдать, как она отодвигается на стуле так далеко, от тебя, насколько возможно. - Лаки, - говорю я, она может и mamacita, но у нее ничего нет для этого hombre. - И я указываю на себя. - Скажи это своей маме, - говорит Лаки, смеясь. - Или Колину Адамсу. Я облокачиваюсь спиной о дерево и складываю руки на груди. - У меня была физкультурара в прошлом году вместе с Адамсом. Поверь мне, ему нечем хвастаться. - Ты все еще бесишься, что он выпотрошил твой шкафчик три года назад за то, что ты надрал ему задницу перед всей школой на той эстафете. Ха, конечно я бешусь. Этот маленький инцидент стоил мне прилично бабла, когда пришлось покупать все новые книги. - Вчерашние новости, - говорю я Лаки, сохраняя обычную маску хладнокровия. - 'Вчерашние новости' сидят вон там со своей горяченькой подружкой. Один взгляд на Маленькую Мисс Perfecta и у меня включается защитный механизм. Она считает я законченный нарик. Каждый день я обязан терпеть ее в классе по химии. - У этой девки ветер в голове, чувак, - отвечаю я. - Я слышал, как она поливала тебя грязью перед своими друзьями, - говорит Педро, который вместе с другими ребятами присоединяются к нам, неся либо подносы со столовой, либо принесенную с собой еду. Я качаю головой, мне интересно, что говорила Бриттани и насколько это мне навредит. - Может она меня хочет и не знает другого способа, как завоевать мое внимание. Лаки смеется так громко, что все в районе нескольких метров пялятся на нас. Бриттани Элис никогда не подойдет к тебе ближе чем на пять метров по своей собственной воле, не то, что встречаться с тобой, - говорит он. - Она так богата, шарф, который она одевала на прошлой неделе, наверное, стоит больше, чем все en tu casa. Тот шарф. Как будто дизайнерские джинсы и блузка были недостаточно модными, она, скорее всего, добавила его, чтобы показать всем, насколько она богата и неприкасаема. Зная ее, уверен, что она сделала его на заказ, под цвет своих сапфировых глаз. - Черт, ставлю свою RX-7, что ты не сможешь залезть к ней в трусики до дня благодарения, - бросает мне вызов Лаки, прерывая мои сбившиеся мысли. - Кому нужны ее трусики? - говорю я. - Они, небось, тоже от кутюрье, с вышитыми на них инициалами. - Каждому чуваку в этой школе. Неужели мне придется признать очевидное? - Она белая, меня не привлекают белые девчонки, или избалованные девчонки, или девчонки, для которых идея тяжкого труда - это красить ногти каждый день под цвет своих дизайнерских шмоток. Я достаю из кармана сигарету и поджигаю ее, игнорируя Фейрфилдское правило о запрете на курении. В последнее время я много курю. Пако тоже обратил на это внимание вчера вечером, когда мы зависали вместе. - И что, что она белая. Алекс, ты только посмотри на нее. Я поднимаю взгляд. Да, она что надо. Длинные, переливающиеся волосы, аристократичный нос, слегка загорелые руки, на бицепсах выступают незначительные мышцы, что заставляет тебя гадать тренируется ли она, полные губы, а когда она улыбается, ты думаешь, что мир на земле был бы возможен, если бы у всех была ее улыбка. Я выкидываю эти мысли из своей головы. Ну, она соблазнительна, и что? Она первоклассная стерва. - Слишком худая, - выпаливаю я. - Ты хочешь ее, - говорит Лаки ложась на траву. - Просто ты знаешь, как и все остальные Mexicano с южной стороны, что ты не можешь обладать ею. Что-то щелкает внутри меня. Зовите это защитным механизмом или самоуверенностью, но прежде, чем я успеваю это выключить, я говорю. - Через два месяца эта милая задница будет моей, если ты все еще хочешь поставить свою RX-7, я согласен. - Ты гонишь, - и когда я не отвечаю, - Алекс, ты, что серьезно? Парень пойдет на попятные, он любит свою тачку больше, чем родную мать. - Конечно. - Если ты проиграешь, я получу Хулио, - говорит Лаки и расплывается в насмешливой улыбке. Хулио, это мое самое ценное владение. Мотоцикл Хонда Найтхаук 750. Я вытащил его с помойки и превратил в конфетку. Починить мотоцикл заняло у меня вечность. Это единственная вещь в моей жизни, которую я сделал лучше, вместо того, чтобы уничтожить. Лаки не отступает. Пора это сделать мне или принять пари. Проблема в том, что я не отступал... ни разу в своей жизни. Самая популярная девчонка в школе узнает много нового, встречаясь со мной. Маленькая Мисс Perfecta сказала, что она никогда не будет встречаться с бандитом, но я уверен, что никто из Кровавых Латино раньше не пытался залезть в эти дизайнерские штаны. Так же легко, как драка в субботнюю ночь между враждующими бандами, Фолком и нами. Спорю, все, что нужно, чтобы заставить Бриттани прийти ко мне, это немного флирта. Знаете, той игры в «дай и отбери», которая повышает интерес к противоположному полу. Я могу убить двух зайцев одним ударом: расквитаться с Ослиной Мордой, отобрав у него девчонку и отомстить Бриттани Эллис за то, что это по ее вине меня вызвали в офис директора и за то, что она поливала меня грязью перед своими друзьями. Может это будет даже весело. Я представил, как вся школа будет наблюдать за тем, как белая телка будет пускать слюни по Mexicano, которого она поклялась ненавидеть. Она очень больно шлепнется на свой точеный белый зад, когда я закончу с ней. Я протягиваю руку. - Заметано. - Тебе придется представить доказательства. Я достаю еще одну сигарету. - Лаки, что ты хочешь, чтобы я сделал? Вырвал пару волос с ее лобка? - Откуда мы узнаем, что они ее? - отвечает он. - Может она не настоящая блондинка. Да и вообще, она, наверное, делает себе одну из этих бразильских депиляций, ну когда там все... - Сделай фото, - говорит Педро. - Или видео. Я уверен мы сможем продать muchos billetes на это зрелище. Мы назовем его Бриттани идет к южным границам. Именно такого рода треп и создает нам плохую репутацию. Не то, чтобы богатенькие пацаны не треплются на эти темы. Я знаю, что они тоже это делают. Просто когда это начинается у моих друзей, тут уж без тормозов. Если быть честным, я думаю, они могут быть достаточно забавными, насмехаясь над кем-то еще. Но когда их центром насмешек становлюсь я, это становится совсем не смешным. - Что нового? - спрашивает Пако, присоединяясь к нам с подносом в руках. - Я поспорил свою тачку на мотоцикл Алекса, что он не сможет залезть Бриттани Эллис в штаны. - Ты что loco, Алекс? - говорит Пако. - Ввязываться в такого рода спор просто самоубийство. - Расслабься, Пако, - отвечаю я. Это не самоубийство. - Это глупо, я согласен. Но не смертельно. Если я мог справиться с горячей Кармен Санчез, то смогу справиться с ванильной печенькой Бриттани Эллис. - Бриттани Эллис вне твоей лиги, amigo. Ты может и красавчик, но ты на сто процентов Mexicano, а она бела, как белоснежная булочка. Девушка, на год нас младше, Летиция Гонзалес, проходит мимо и улыбается. - Привет, Алекс, - здоровается она и подсаживается к своим друзьям. Остальные парни передвигаются ближе к Летиции и ее компании, и мы с Пако остаемся под деревом одни. Он толкает меня локтем. - Вот она, bonita Mexicana, и точно в твоей лиге. Мой взгляд прикован не к Летиции, а к Бриттани. Теперь, когда игра началась, мне лучше сфокусироваться на призе. Время начать флиртовать, но никакие фразочки клише не сработают с ней. Я думаю, она слышала их достаточно от своего дружка и остальных, пытающихся затащить ее в постель. Я же думаю использовать другую тактику, ту, которую она не будет ожидать. Я буду продолжать ерошить ее перышки, пока я не стану всем, о чем она думает. И я начну прямо на следующем уроке, когда она будет обязана сидеть рядом со мной. Ничего нет лучше маленькой прелюдии на уроке химии, чтобы разжечь ощущения. - Carajo, - говорит Пако, отбрасывая в сторону свой ланч. - Они думают, что могут купить ракушку формой U, набить ее и назвать тако, но эти работники столовки не отличили бы мясо тако от куска дерьма. Вот, какое их тако на вкус, Алекс. - Меня от тебя тошнит, чувак, - отвечаю я. Я неловко смотрю на остатки своего обеда, который я принес из дома. Благодаря Пако теперь все выглядит как mierda. Передернувшись от отвращения, я запихиваю остатки в пластиковый пакет. - Хочешь немножко этого? - спрашивает Пако, держа свой отстойный тако перед моим лицом. - Поднеси это еще на сантиметр ближе к моему лицу, и ты пожалеешь, - угрожаю я. - Я просто умираю от страха. Пако трясет этим несчастным тако передо мной. Ему следовало бы знать меня лучше. - Если хоть капля этой фигни попадет на меня... - И что ты сделаешь, надерешь мне задницу? - спрашивает Пако с сарказмом, продолжая трясти тако. Может мне стоит дать ему в репу, и вырубить его, чтобы не разбираться с ним сейчас. Как только я об этом думаю, я чувствую, как что-то падает мне на штаны. Я смотрю вниз, хотя я уже знаю, что я увижу. Прямо в промежности моих линялых джинс лежит кусок этой мокрой, жирной фигни, которая была внутри злосчастного тако. - Черт, - произносит Пако и выражение на его лице быстро сменяется от удивления к ужасу. - Хочешь, я их почищу? - Если ты хотя бы пальцем притронешься к моему члену, я собственноручно прострелю тебе huevos, - произношу я сквозь зубы. Я стряхиваю это мистическое мясо, но под ним остается отвратительное жирное пятно. - У тебя есть десять минут, чтобы достать мне новые брюки. - Откуда я тебе их возьму? - Будь креативен. - Возьми мои, - говорит Пако, вставая и начиная расстегивать верхнюю пуговицу прямо посреди двора. - Может я выразился недостаточно ясно, - как только я буду пытаться закадрить девчонку на химии, когда я выгляжу, как будто я обоссал себе штаны. - Достань мне штаны, в которые я влезу, pendejo. Ты же коротышка, можешь даже пробоваться на роль одного из эльфов Санта Клауса. - Я терплю твои насмешки только потому, что мы почти как братья. - Девять минут и тридцать секунд. Это заставляет Пако бежать в сторону парковки. Мне на самом деле по барабану, откуда я возьму штаны, главное, чтобы я получил их до начала следующего урока. Мокрые джинсы не помогут мне показать Бриттани, что я офигенный парень. Я жду под деревом, пока остальные ребята выбрасывают остатки своих обедов и спешат внутрь. И прежде, чем я успеваю опомниться, начинает играть музыка, а Пако все еще нигде не видно. Сжав зубы, я поднимаюсь и иду в класс, стратегически неся книги впереди меня, так чтобы они скрывали работу Пако. Сев, я придвигаю стул как можно ближе к парте, пряча пятно. Бриттани заходит в класс, ее блестящие волосы, слегка завитые на концах в идеальные кудряшки, подпрыгивают в такт ее походке. И вместо того, чтобы завести меня, у меня просыпается желание просто их растрепать. Я подмигиваю ей, когда она кидает на меня взгляд. Она фыркает и отодвигает свой стул подальше. Вспоминая о политике нулевой терпимости миссис Питерсон, я стягиваю бандану с головы и кладу прямо на пятно. Затем, я поворачиваюсь к королеве помпонов, сидящей рядом со мной. - Знаешь, когда-нибудь тебе придется заговорить со мной. - Чтобы твоя подружка выцарапала мне глаза? Нет, спасибо, Алекс. Мне нравится мое лицо таким, какое оно есть. - У меня нет подружки. Хочешь ей стать? - говорю я, разглядывая ее. Она кривит свои розовенькие губки и выдает. - Да ни в жизнь. - Mujer, ты бы не знала, что делать со всем этим тестостероном, если бы получила его. Вот так, Алекс, играй с ней, пока она тебя не захочет. Она проглотит наживку. Она отворачивается от меня. - Ты отвратителен. - Что, если я скажу, что мы будем отличной парой? - Я отвечу, что ты идиот.