Глава 35. Возвращение блудного мага

— И как этот сыскарь работает? – заинтересовалась Дженни, когда мы сели на лошадей и выехали из поместья. — Написано было, что активируешь, – я дунула на ладошку и почувствовала, что ее начало жечь – терпимо, но ощутимо. По коже двигалась красная точка. — Что это значит? — Стой, – я натянула поводья, решив, что сыскарь реагирует на мое движение. Но нет, вопреки догадке движение точки не прекратилось. — Ну, наверное, кольцо возвращается к хозяйке, – отметила фея. — Хорошо бы, – я кивнула. – Или муж одумался и скачет обратно, чтобы вернуть мне перстень. Да, вот такая вот наивная ведьма. — Ты лучшая, и не надо себя ругать, – подруга сжала мою руку и вскрикнула, – ай, оно колется, это твое поисковое заклинание! — Пусть колется, – разрешила щедро, – лишь бы работало. Я вгляделась в небо, по которому уже несмело ползли розовые полоски, превращая облака, обычно похожие на кучерявых белых барашков, в кровавых монстров. Прямиком с этой картины, заставившей спину покрыться мурашками, на нас опускалась прохлада. В нос бил терпкий запах трав с горькими нотками полыни вперемешку с нежным ароматом цветов, многие из которых торопливо схлопывали лепестки, готовясь ко сну. — Ты точно чувствуешь Тэхёна рядом? – я посмотрела на Дженни. — Точно, – она прикрыла глаза и, помрачнев, добавила, – он неподалеку ждет кого-то. И явно не нас. Да уж, в умелых женских руках магия, как минимум, удесятеряет свою силу и начинает играть совсем другими красками. Отчасти это явление знакомо любой женщине. Как только у ее благоверного появляется намерение прогуляться в манящем приключениями направлении, как у жены в мозгу тут же загорается какой-то маячок. А уж если у мужа имела наглость завестись зазноба на стороне, все, супруга тут же превращается в опытную ведьму, ловящую знаки на лету. Она сама себя не узнает, улавливая фальшивый подтекст в словах, отмечая малейшие изменения тембра голоса и мимики. Умело сопоставляет изменения привычек блудливого кобелька, новые шутки в его репертуаре, равно как непонятно откуда взявшиеся привычки. Действительно, если раньше козлик обходил всевозможную зелень по широкой дуге, как друга, который явился напомнить о старом долге, а тут вдруг за милую душу и по личной инициативе бодренько хрустит невкусной сельдерюшкой, то впору задуматься. Откуда же это вдруг взялось? Как и непоколебимая уверенность, что к его одутловатому лицу не первой и даже не второй уже свежести очень идет болотный цвет. Бодрит, так сказать, молодит – на целых две недели. Жена списывает все это на ревность, неуверенность в себе и следующую из всего этого чрезмерную подозрительность, грозящую перейти в манию преследования. Но на деле все гораздо проще – в женщине в такой момент просыпается ведьма. Настоящая, первобытно сильная и жаждущая справедливости. С метлой наперевес. Так, о чем это я задумалась? Одернула себя, покачав головой. Лучше бы во мне что-то проснулось, когда Чонгук меня соблазнял! Пробудилось, зевнуло, стукнуло меня чем потяжелее по глупой голове, лягнуло в зад копытом и беспощадно выгнало из солнечного сплетения щекотуний-бабочек. Чтобы ведьма перестала утопать в меду влюбленности и увидела, за кого ее в самом деле угораздило выскочить замуж. Но у магии всегда имеется свое мнение. Она делает то, что хочет. Это не инструмент, это самостоятельное явление, которое может позволить пользоваться своими ресурсами. Но может и отвернуться от тебя. Так произошло с фуриями. И это урок всем нам. — Кажется, разборки с драконом немного откладываются, – сообщила Дженни, вглядываясь в зеленые холмы позади нас. — Почему? Что там? – я обернулась. — Не что, а кто, – фея улыбнулась, направив лошадь в низинку. – Твой блудный маг вернулся! Мысли в голове отплясывали сумасшедший танец, пока смотрела на Чонгука, скачущего к нам. Разум цеплялся за какие-то глупости вроде того, что он едет на жеребце, который стоял в стойле, когда мы с феей запрягали своих лошадей. Он домой заезжал, получается? Хотя какое это имеет значение? Просто глупости лезут в голову, чтобы не позволять мне думать, что сейчас, скорее всего, все и решится. — Лиса, нам надо поговорить, – выдохнул муж, подъехав к нам. Ожидаемо. Вот только о чем? — О разводе? – спросила строго, но в душе все обмерло. Она напоминала сейчас дерево осенью – желто-красные листья поникли, промокнув под вредным моросящим дождиком, встряхни, и все они пошлепаются грязными комочками в лужи под ногами. — Наоборот, – маг спрыгнул с лошади и протянул ко мне руки. – Лиса, пожалуйста, удели пару минут. Если захочешь потом прогнать, развестись, побить – со всем согласен, сделаем, как ты захочешь. Но сначала выслушай, пожалуйста. — Заманчиво, – прищурилась и спешилась, проигнорировав его попытку помочь. – Дженни… – оглянулась на подругу. Никак сегодня не получается ее делами заняться, саму личная жизнь одолела, не отобьешься. — Да идите уже, подожду, – она понимающе вздохнула, смирившись с тем, что операция по перевоспитанию гулящего дракона снова откладывается на неопределенный срок. — Ты не подруга, а золото, – с признательностью посмотрела на нее. – Я скоро вернусь. – Перевела взгляд на мужа и ахнула, только заметив короткие волосы, – ты подстригся? Да уж, это самое главное сейчас! Язвительно одернула сама себя. Нашла, что спросить. Но муж тоже хорош – я тут тону в неизвестности, догадки всевозможные строю, мучаюсь и всех окружающих извожу своими бедами, а он красотой шевелюры озаботился! Каков наглец! — Тебе не нравится? – забеспокоился он. — Не важно. Идем, – отошла на десяток метров, скрестила руки на груди и, уставившись на супруга, велела грозно, – говори, что хотел. Глаза снова скользнули по коротким волосам. Нет, ну в самом деле! Он в такой ситуации еще время на стрижку нашел! Вы только посмотрите на этого нахала! Раздражение, подстегнутое злостью и шепчущей на ушко обидой, не усидело во мне и выплеснулось наружу: — К цирюльнику ездил? Совесть ничего не говорила, нет? Или ее у тебя вообще нет? — Я не стричься ездил. То есть, и это тоже сделал, но… — Как умудрилась за такого замуж выйти! – зло процедила сквозь плотно сомкнутые зубы. – Будь она неладна, твоя голая задница, из-за которой нас угораздило во все это влипнуть! — Лиса, да послушай же! – маг повысил голос. — Ты всерьез полагаешь, что имеешь хоть какое-то право на меня рычать? – тут же обиделась я. — Не имею, прости. Просто послушай. — Нам вообще не о чем разговаривать! — Где сил найти? – простонал он, закатив глаза. Стукнуть просто по оборзевшей морде этого нахала или залепить фаерболом между глаз? Что результативнее и принесет мне наибольшее моральное удовлетворение? Замерла, задумавшись над этим животрепещущим вопросом. — Я ездил в город, – тут же воспользовался временным затишьем муж, – чтобы составить новый брачный договор, Лиса! — Что? – позабыв о коварных планах возмездия пополам с рукоприкладством, выдохнула я. И почему мы переспрашиваем, когда прекрасно все расслышали? Это точно какая-то великая тайна! — Вот, – Гук вынул слегка помятые документы из внутреннего кармана пиджака и протянул мне, – мной уже подписано. Тут учтены все моменты: что в случае развода я не претендую ни на твои деньги, ни на твое имущество, обязуюсь содержать и тебя, и наших детей. Сделал глубокий вдох, хмурясь. — Что еще? Ах, да! В договор внесен пункт о том, что я обязуюсь хранить супруге верность, согласовывать с тобой все траты и вложения и содействовать тебе в ведении дел, хозяйства и воспитания детей. — В чем подвох? – я нахмурилась. Слишком уж сладко звучит – того и гляди слипнется! А вокруг сейчас пронесется стадо розовых единорогов в кружевных подштанниках, не иначе! — Учти, не собираюсь ничего подписывать, – предупредила строго, – прежде, чем Джин не покажет это своим юристам. Все дурости я уже совершила, теперь собираюсь вести себя как умная женщина! Для разнообразия. — Как пожелаешь, – муж торопливо кивнул. – Я просто хотел доказать, что для меня это настоящий брак, по любви, не из-за денег. И еще – все мои долги официально выведены из совместной ответственности, я переподписал все векселя, чтобы никто не посмел требовать взыскания с твоей собственности. — Правда? – озадаченно прикусила губу. – А так можно было? Заманчиво. Если поместье со всех сторон в безопасности, можно и подобреть. Чуток, самую малость, чтобы супруг не радовался раньше времени. Легкой жизни он не заслужил. — Да, об этом есть пункт в договоре, – супруг кивнул на бумаги в моих руках. – Я разберусь со всем, клянусь тебе! Пусть не скоро, но выплачу все долги, до последнего гроша. Только… – маг сжал мою ладошку, – поверь мне, умоляю, Лалиса моя! А вот это уже бессовестный ход ниже пояса, во всех смыслах! Но сердечко екнуло. Бабочки, спавшие по уголкам, стряхнули сонное оцепенение и вновь взмыли ввысь, щекоча душу. С трудом сдержала улыбку – ведь оказывается так соскучилась по этим хулиганкам! — Я люблю тебя, по-настоящему, Лиса! И очень хочу сохранить наш брак, – продолжал Чонгук, проникновенно глядя в мое лицо. – Мне далеко до хорошего мужа, как фаерболу до солнца, но я на все готов, чтобы стать достойным тебя, правда! Дай хотя бы самый небольшой шанс, пожалуйста! Он судорожно сглотнул и тихо спросил: — Почему ты молчишь, любимая? — Перевариваю, – пробормотала я. – Пытаюсь, по крайней мере. — А волосы… Мне пришлось, – Гук снова провел рукой по короткой стрижке, благодаря которой казался взрослее и даже мужественнее. – Я продал их, Лиса. И коня – своего, на котором ускакал, тоже. Поэтому получилось долго, возвращался на попутных почтовых каретах. — Зачем? — Зачем возвращался? Потому что хочу быть с тобой, любимая. — Зачем продал косу и коня, – со вздохом уточнила я. Волосы магов, насколько мне известно, очень дорого стоят. Их используют в самых сильных заклинаниях. — Чтобы внести штрафной платеж по векселям и снять матери с Розэ домик в пригороде. Они будут жить там. Уже сообщил им, собирают вещи, сегодня выедут. — Серьезно?.. – вот уж удивил так удивил, признаюсь! Оторопев от такой приятной новости, уставилась на него. — Да, – твердо подтвердил маг. – Им придется привыкать жить по-другому. И смириться с тем, что у меня в приоритете любимая супруга и дочь. А забота о прочих родственниках уже потом. И если… — Простите, что мешаю семейным разборкам, – вклинилась Дженни, подойдя к нам, ведя под уздцы лошадей. – Но там такое!.. — Что? – одновременно спросили мы с мужем, уставившись на встревоженную фею. Кажется, не только я была рада взять небольшую передышку и переключиться с семейных разборок на что-то иное. — Пойдемте, сами увидите! – она увлекла нас на холм. – Только тихо, а не то вспугнем. Пригнитесь. Я хотела спросить, кого, но уже и сама увидела, когда приподняла голову и выглянула из-за холма. Моморин! Облаченная в алое платье невеста короля напоминала огромный мак, который расцвел посреди поля. Рядом с ней стоял Тэхён и глупо улыбался, слушая, что говорит девушка. А потом она обняла его. Прильнула, будто не король был ее женихом, а мой друг детства. Совсем дамочка с ума сошла! Решила порезвиться перед свадьбой? Зачем ей это, ничего не понимаю! Думала, дракон отстранится, придумает, чем отшутиться. Но не тут-то было – напротив, он обвил ее талию, и парочка начала страстно целоваться. Он совсем сбрендил! Тоже растерял все мозги! Его же за такое минимум четвертуют на Кровавой площади, а потом прилюдно намотают кишки на пики, чтобы другим идиотам неповадно было повторять эту глупость! Дурак, ох какой же ты дурак! Хотя и Момо хороша, и сама сгину, и любовника за собой утащу! — Что же ты творишь, Тэхён! – сорвалось с моих губ. – Придурок чешуйчатый! — Вот, значит, на кого он меня променял, – с горечью прошептала фея. – Зов крови почуял? Она ведь тоже драконица. — Да шлюха она, – я с досадой выругалась себе под нос. Уж лучше бы мы дальше с Гуком отношения выясняли, чем такое увидеть! — Вот ведь стрекозел похотливый! – раздалось сзади гневное шипение. Я обернулась. Розэ?! Она-то что здесь забыла? — А я тебе говорила, что все мужики одинаковы! – процедила почти лежащая на траве свекобра. И эта приползла! Ну конечно, как же без нее-то, мы же сами не справимся! Мало нам пакостей со всех сторон, так еще и местный гадюшник подтянулся! В душе опять взметнулась дурнота, едкой горечью растекаясь во рту. Некстати вспомнилось, что такое же предчувствие мучило меня перед гибелью самых близких людей. Но что-то менять уже поздно, судьба привела нас куда хотела. С ней спорить бесполезно, все равно все будет ровно так, как она задумала. — Что-то не так, – пробормотала Дженни, вглядываясь в воркующую вдалеке парочку. Что-то? Я покосилась на нее. Вот это она оптимистка, однако! У нас тут все не так, наперекосяк, да еще и с таким фигурным подвыпертом, что нарочно будешь голову ломать, а все равно такого не придумаешь! — Лиса, смотри, – она указала в небо над головами Момо и Тэхёна. — Куда смотреть? – я нахмурилась, вглядываясь в полыхающий закатом небосвод. — Да магией смотри, – подруга бросила на меня укоризненный взгляд. Ну, да, ведьма малость тупит, но в свое оправдание могу отметить, что после таких новостей немудрено и вообще перестать соображать. Я прошептала заклинание, моргнула, перейдя на ведьмовское зрение, да так и застыла с отвисшей челюстью. Ведь над парочкой кружились черные ошметки, свивающиеся в подобие вяло закручивающейся воронки! — Ежкин бобрик! – потрясенно выдохнула я. – Это же черный приворот!