Глава 24

Примо

    Я помню два самых страшных дня в моей жизни. Первый, когда Николь пострадала, а Наоми покинула этот мир. Второй, когда отца ранили и мы были в больнице. А третий ... он сейчас.     Даже не тот день, когда я не смог ничего сделать пару лет назад с отъездом Нес из города. Нет. Этот день - сегодня и могу сказать, что он самый страшный из трех.      Инесса молчит, пока я набираю ей ванную и заполняю воду пеной и маслами с ароматом персика. — Позволишь? — тихо спрашиваю, прикасаясь к её футболке.     Нес кивает и вытягивает руки вверх.     Я снимаю бесформенную ткань и сдерживаю вдох, увидев красные пятна на фарфоровой бледной коже и заметную потерю в весе. — Тебе нужно будет принять антигистамин, — целую красное пятно на плече. — Болит? Есть зуд? — Нет, — отворачивается от меня, пряча свой взгляд. — Такое бывает, когда ... когда я нервничаю.     Быстро закрыв глаза и тихо вздохнув, я делаю вид, что не замечаю этого. Опустившись на колени, я стягиваю леггинсы с трусиками и целую татуировку на бедре. Я не смею касаться к ней столь интимно после пережитого стресса, но все же оставляю поцелуй внизу живота.     Поднявшись, я снова замечаю как шея девушки начинает покрываться красными пятнами. — Почему ты нервничаешь? — тихо спрашиваю. — Все хорошо, Нес. Я здесь, я никуда не ухожу. — У меня ужасный внешний вид, — раздраженно отвечает она и старается прикрыться руками. — Не смотри на меня, прошу тебя.    Взяв её лицо в свои руки, я стараюсь найти ту искру к жизни, которая была несколькими днями ранее. — Знаешь, что вижу я? — Ммм? — Самую красивую девушку с небесно-голубыми глазами. С волосами, светлее заката. С душой — хрупкой, но сильной. С характером, который мог бы научить стойкости и меня, и весь этот мир, — провожу рукой по её волосам. — Вот, что я вижу смотря на тебя, Нес. — Я не мыла голову больше четырех дней. Не думаю, что я столь прекрасна, — подобие улыбки появляется на её лице. — Ты решила превратится в чучело? — выгибаю бровь, соединяя её лоб с моим. — Ты всегда прекрасна для меня.     Светлячок слабо кивает и ее взгляд возвращается к ванне. Нес стала слишком уязвима.     Чтобы отвлечь её, я рассказываю об Ари, которая подозрительно стала затихать при разговорах о Рафаэле, пока помогаю девушке залезть в ванную. — Я боюсь, что пена и масла дадут сильные покраснения на твоем теле, — мягко напоминаю ей, но она отмахивается. — Это не связано с аллергией. Это реакция на ... мою истерику, — тихо добавляет она.     Девушка окунается в воду и с помощью пены строит возле себя барьер, прикрывая тело.     Черт. Мне стоит обратиться к Саре - возможно, это уже не просто истерика.— Милая, — присаживаюсь на корточки и нежно целую её в щеку, — я приготовлю тебе пасту, пока ты...— Не уходи, — шепчет в ответ, дотронувшись аккуратно моего лица. — Побудь со мной, пожалуйста.     Я киваю на её просьбу и все же пробую осмелиться предложить. — Ты пустишь меня на пенную вечеринку?     Слабая улыбка появляется на её лице и Нес кивает, продвинувшись вперед, оставляя место позади свободным. Поднявшись с пола, я скидываю вещи одним движением, оставшись нагишом, но Нес не смотрит на меня переключив свое внимание на ногти.      Я принимаю ванну с розовой пеной и буду пахнуть персиками ... Если это узнает Амо или Макс, то мне никогда не спастись от их издевательств.     Стараясь не задеть девушку, я мягко опускаюсь, но все же вода выливается за края, вызывав тихий смех Нес. — Твой медвежонок большой для такой ванны, — нежно дотрагиваюсь её спины и целую в лопатки. — Тогда зачем она тебе? — охрипшим голосом спрашивает Нес, едва заметно придвинувшись назад. — Я просто знал, что в этой ванне должна сидеть принцесса, — ближе притягиваю к себе и Нес наконец расслабляется, откинув спину на мою грудь. — Ты что, возбужден? — шепчет она, устраиваясь удобнее и задевая своей попкой мой член. — Я всегда готов для тебя, — целую её в шею и усаживаю на месте. — Ты играешь со мной? — Нет, — тут же отвечает она, повернув голову ко мне. — Я-я просто не ожидала. — Не ожидала моего по стойке смирно стоячего члена? — усмехаюсь и выгибаю бровь нелепой мысли. — Да, то есть ... точно не сейчас, когда я такая, — она быстро отворачивается и я стараюсь не злиться. — Ну, теперь ты знаешь, что моего друга привлекает любая Нес. В любой форме и в любом формате, — подшучиваю, услышав тихий смешок.     Я тянусь к шампуню и выплескиваю содержимое, как всегда переборщив. Мои руки нежно и аккуратно намыливают волосы девушки, пока она смирно сидит. Протянув руку к душу, я смываю пену, затем повторяю вновь. — Не забудь кондиционер, — тихо добавляет она. — Слушаюсь и повинуюсь, — быстро и нежно щипаю её за руку и награждаюсь еще одним хихиканьем.     Промыв волосы водой, Нес сама устраивается у меня на груди и после нескольких минут молчания, она произносит тихим шепотом.— Я должна рассказать тебе кое-что.     Быстро поцеловав её в висок, я притягиваю девушку ближе. — Позволь сначала мне...— Нет, Примо, — вздыхает она. — Это твое полностью право делиться прошлым и я поступила подло, глупо и эгоистично ... — Нет, нет, нет, — разворачиваю к себе её лицо. — Не думай о том, что ты поступила как-то иначе, Нес. В этом только моя вина.— Я не имею права указывать тебе, что и когда говорить и я не могу требовать от тебя правды. Это твоя жизнь и когда ты будешь готов, я выслушаю все, — проговаривает Инесса спешно. — Только не оставляй меня, прошу тебя. — Нес, я ...— Даже если я кричу о том, чтобы ты уходил, — закрывает мой приоткрывшийся рот указательным пальцем. — Не покидай меня. Всегда будь со мной рядом, пожалуйста.     Девушка готова жить во лжи и готова смириться с тем, что я никогда не произнесу ей заветных слов. Насколько же сильно Инесса Кансио любит меня.— Глупышка, — мягко провожу пальцами по её лицу. — Я не оставлю тебя, если ты сама этого действительно не пожелаешь. — Нет, никогда, — целует мою шею и устраивает голову на груди. Я замечаю, что принцесса снова погрузилась в свои мысли и чтобы смягчить её настроение, я провожу рукой по её бедру, вырисовывая круги.— Примо? — шепчет Нес, спустя несколько минут тишины. — Да, светлячок? — Я ... — она снова замолкает.— Расслабься, если не ты хочешь говорить, то мы оставим этот разговор на потом, — оставляю поцелуй на лбу.— Примо, ты должен знать, что возможно я никогда не смогу иметь детей... Стоит последним словам слететь с ее губ, как моя рука замирает. — Да, мы с тобой никогда не говорили о будущем, но если вдруг ты когда-то подумаешь о том, чтобы завести со мной семью ... Хотя, прости. Это было глупо говорить тебе ... — Нес продолжает говорить и очень быстро, но в моей голове остаются её слова. — Нет, прости. Просто забудь, хорошо? Я не должна была поднимать эту тему после того, что произошло ... Схватив ее за руку, я переворачиваю женское тело и усаживаю на свои бедра, когда замечаю застывшие слезы в глазах. — Кто сказал тебе это? — беру лицо в свои руки. Горький осадок поселяется в желудке, словно я съел горсть пепла. — Док, — слабо произносит, продолжая избегать моего взгляда. — Когда? Я стараюсь сдерживать свои эмоции, но это получается с трудом. — В-в тот день, — начинает заикаться Нес. — К-когда я увидела тебя с Н-Николь, — девушка быстро облизывает нижнюю губу и смотрит на мой подбородок, не поднимая взгляда. Какое же я дерьмо, черт возьми. Моя любимая женщина узнала новость, разбившую ей сердце, но меня не было рядом. — Прости, — произношу, сдерживая гнев и сжимая кулаки. — Прости, я должен был быть рядом ...— Все в порядке, ты был занят, — отмахивает она, когда слеза скатывается с щеки. Девушка узнала, что в будущем есть малая вероятность выносить собственных детей и в тот же день она видит любимого мужчину с ребенком. Блять. Как же я травмировал Нес, блять. — Прости, — я обнимаю принцессу и покрываю лицо поцелуями, жадно вбирая воздух. — Было глупо с моей стороны говорить об этом. Скорее всего, ты даже и не думал о таком глубоком будущем ... просто я решила ... нет ... забудь— Нес, — я беру её лицо в свои руки, замечая как девушка снова дрожит, — перестань говорить глупости! — Было глупо поднимать эту тему, — снова повторяет она. — Давай, просто забудем, ладно? — Светлячок, посмотри на меня, пожалуйста. Инесса все же поднимает свои глаза, наполненные слезами. — Я не полноценная, Примо, — начинает дрожать ее подбородок. — Я... я — Ты не такая, — целую ее нежно в губы. — Ты не такая, слышишь? — Док сказал, что нужно заморозить яйцеклетки, потому что есть вероятность, что я могу в дальнейшем успешно забеременеть и родить, — начинает плакать она, разрывая мне сердце.  — Я решила поделиться с тобой ... если вдруг ты когда-то захочешь иметь детей, я не подойду тебе, П-Примо. — Господи, не неси чушь, — впиваюсь в её губы поцелуем. — Мне плевать на это...— Не говори так, — обиженно смотрит на меня. — Я вижу, как ты любишь Ари и Эли. Из тебя получится отличный отец. Ты не должен упускать эту возможность из-за меня. — Ты меня сейчас очень сильно злишь, — произношу сквозь стиснутые зубы. — Мне не нужны будут дети, если они не от тебя! Ты поняла меня?! — повышаю голос, встряхнув девушку за плечи. — Мне не нужен этот дом, не нужен этот город и работа, если рядом не будет тебя, Инесса.     Нес осторожно кивает, но продолжает плакать. — Светлячок, я смогу прожить и без детей, но не без тебя. — Ты... ты не хочешь?     Я сглатываю, пытаясь подобрать правильно слова. — Если бы ты прямо сейчас сказала мне, что носишь под сердцем нашего ребёнка, я был бы самым счастливым человеком на этой земле. Но ты сказала другое... И это не меняет ничего, Нес. Я всё так же хочу тебя. Если в нашей жизни не будет детей — я всё равно хочу, чтобы в ней была ты. Ты — мой выбор, моя милая Нес. И знаешь, светлячок... Я благодарен Богу за то, что ты — такая, как есть, моя настоящая принцесса,оказалась в моей жизни.    Девушка медленно кивает, пока я пытаюсь переварить информацию и не показать своих разочарованных чувств.     Я действительно не задумывался о том, чтобы в будущем мои «головастики» как сказала бы мама, кого-то оплодотворили, но смотря на Нес, перед моими глазами появляется маленькая девочка с белокурыми волосами, вздернутым носиком и глазами цвета морской волны. Эта девочка очень требовательна и любит розовое ...— Я и забыла, что ты ходишь в церковь, — проговаривает Нес, улыбнувшись.     Увидев моё выражение лица, она закатывает глаза. — Я имела ввиду слова про Бога. Ты сказал, что благодарен Богу, — мягко объясняет она, поцеловав меня в шею. — Я следила за тобой, когда ты был в церкви.     Улыбка расплывается на моем лице. — Я видел, но не придал этому значение. Из тебя вышел плохой сталкер. — Обидно это слышать, — мямлит она, хихикнув, что по моей груди распространяется тепло.     Оставив поцелуй на щеке, я все же произношу. — Никогда не сомневайся в том, что я твой, светлячок. Я ... — в груди что-то сжимается и Нес поднимает голову, закрывая мой рот своими пальчиками. — Не произноси это через силу, Примо, — она поддается вперед и оставляет на кончиках губ поцелуй. — Я люблю тебя и моих слов для нас двоих будет достаточно, — проводит рукой по моим волосам, не глядя в глаза. — Ты рядом, а это главное, — Нес снова оставляет поцелуй и наконец поднимает глаза. — Я немного замерзла, мы можем выйти?     Я киваю в ответ, продолжая переваривать всю информацию за последний час и заставляю себя забыть пока об этом, отложив этот разговор.     Выйдя из ванны, я тянусь за полотенцем. Быстро обтеревшись, замечаю, что Нес наблюдает за моими движениями, украдкой подглядывая на бедра. — Примо? — откашливается она, привлекая к себе внимание. — Ммм, милая? — Трахнешь меня чуть позже? Я скучала по твоему Армагедону.    Смех вырывается из моей груди и я вижу, как девушка старается поднять мне настроение. — Ты стал грустным и поникшим, — пожимает она плечами. — Тебя сильно расстроила эта новость ... о моей неполноценности?     В этот момент, девушка уже вышла из ванны, полностью обнаженная и мокрая, пока капли стекают на кафель. Обернув на бедрах полотенце, я беру чистое из шкафа и подхожу к ней. — Никогда не говори о том, что ты не полноценная, — строго произношу, смирив её взглядом. — И перестань ставить на этом крест. Твой врач сказал, что в будущем есть вероятность ...— Но она маленькая, — тихо шепчет Нес, пока я обтираю её тело. — Но она есть, — слегка шлепаю её по заднице, когда опускаюсь на колени и целую бедра. — Так же мы обратимся к другому врачу. Я не доверяю этой женщине и хочу ее убить. — Не говори глупости, — закатывает глаза и я поднимаю тело девушки на руки, неся в спальню. — Я голая.— А то я не знал, — усмехаюсь, опустив Нес посреди гардеробной. — Что ты хочешь на обед? Или уже ужин?     Девушка продолжает прикрывать свое тело руками, пока ждет одежду. — Ты говорил что-то о пасте.— Какую? — нахожу футболку и поворачиваюсь к девушке, чьи глаза изучали мой зад. — Что сам захочешь, — пожимает невинно плечами и поднимает руки вверх, покорно ожидая пока я натяну футболку. — Или все же твои любимые равиоли с сыром и зеленью? — приподнимаю бровь, распахнув полотенце.     Глаза Нес округляются на мгновение и она облизывает губы, не сводя взгляда с моего стояка. — Я бы предпочла нечто другое на ужин, но у меня мало сил, — она быстро поднимет взгляд на меня. — Я буду на кухне, увидимся.     Девушка разворачивается и выходит из комнаты, оставляя меня с улыбкой на лице.     Быстро натянув спортивные штаны, я иду на кухню, где за островком уютно устроилась блондинка, смотря в окно. — Отдохни немного, пока я приготовлю обед, — целую её в волосы. — Я не хочу быть там одна. — Ты не одна. Я здесь, рядом. Гуччи и Шанель устроятся возле тебя. — Ну, если ты меня прогоняешь, — театрально вздыхает Нес. — Ты должен поехать на работу? — Я попрошу Макса прикрыть меня. — Может, я могу попросить своего дядю быть к тебе более снисходительным? — подмигивает и мне не нравятся ее мысли. — Я мальчик, который будет пользоваться положением твоей семьи? — огрызаюсь я, открыв холодильник и доставая продукты. Черт. Я не должен был произносить это таким тоном. — Нет ... прости, я не хотела тебя обидеть ... я буду в гостиной, — тут же добавляет девушка и уходит, оставив меня одного с мыслями. Я должен научиться более сдержанно реагировать на слова Нес, прекрасно зная, что она не старается унизить меня или как-то оскорбить. Вздохнув и забросив негативные мысли на дальнюю полку в голове, я приступил к приготовлению обеда. Сделав салат и соус, я ставлю на плиту воду, чтобы сварить макароны, затем иду проверить Нес. Однако, в гостиной как я предполагал её нет. Я иду в спальню и нахожу девушку свернутую в клубочек на кровати, повернутой к оконцам лицом. — Обед почти готов, — тихо произношу садясь на постель, стараясь не тревожить. — Можно, чтобы ты каждый день готовил мне обед? — мямлит она сонно и глубже зарывается в подушку, протянув свою руку мне. — Принцессу нужно поцеловать. Улыбка озаряет моё лицо и продвинувшись ближе, я покрываю поцелуями её руку, затем плавно перехожу к плечам и изгибу шеи. — Моя кошечка Нес.— Ммм? — сладкая улыбка озаряет лицо девушки по-прежнему оставляя глаза закрытыми. — Вы не хотите составить компанию своему господину за прекрасно приготовленным обедом? — Что-то не хочется, сэр, — Нес приоткрывает один глаз и сдерживает смех. —Тогда, — склоняюсь к её уху, позволяя дыханию скользнуть по коже, — если через пять минут тебя не будет на кухне... Моя рука опускается ниже, скользит под футболку, захватывая её округлость и с ленивой жадностью щипая задницу.— Я посажу тебя к себе на колени, сорву с тебя это чертовое упрямство, и шлёпну ровно столько раз, сколько ты заставила меня ждать. Пока твоя кожа не станет горячей, алой, пульсирующей под моими пальцами. Пауза. Её дыхание сбивается.— А потом... — продолжаю с хрипотцой, — я положу тебя грудью на кухонный стол. Откину твоё тело назад, зафиксирую запястья той лентой и медленно войду в тебя. Сильно. Без предупреждения. Провожу языком по её шее, чувствуя, как она едва сдерживает дрожь.— И ты захочешь кончить. Захочешь так, что будешь умолять, но я не позволю. Пока ты не научишься слушаться. Пока ты не признаешь — ты моя, светлячок. Я резко отстраняюсь от девушки, заметив как та сжала крепко бедра. — Ты не можешь сказать такие слова и не трахнуть меня! — резко поднимается с постели, когда я направляюсь к выходу. — Ты же ведь понимаешь, что я специально опоздаю?! Нес пришла на кухню, опоздав на десять минут, скрывая улыбку.— Думаешь, что ты выдержишь это? — вскидываю бровь, ставя тарелку пасты перед ней. Блондинка ждет, пока я сяду, но она хмурится, когда я устраиваюсь напротив. Взяв свою тарелку, Нес пересаживается на стул рядом со мной, затем грациозно закидывает свои ноги на мои бедра и приступает к еде, как ни в чем не бывало, вызывая тепло в груди. — Я очень ... выносливая, к слову, — напоминает она тему диалога и тихо хихикает, нацепив макарон на вилку. — Я скучала по твоей еде.— Я не готовил, пока тебя не было, — придвигаю её стул ближе. — Я тоже скучал. — Это заметно по тому хаосу в доме, — медленно прожевывает пищу, затем громко вздыхает. — Я не могу ходить вокруг до около. Ты можешь меня сначала трахнуть, затем будет обед и всё остальное? Я поперхнулся и скорее делаю глоток воды, грозно посмотрев на неё. — Ладно, паста так паста ... Потом же ты воплотишь тот сценарий? — невинно хлопает глазами, специально пошевелив ногами, что касается моего члена. — Ммм, очень вкусно. — Не паясничай, — качаю головой, но сам улыбаюсь наконец ощутив отчасти покой на душе. Теперь осталось самое главное - рассказать Нес о женщине, которая перевернула мой мир. За обедом, мы обходили стороной этот предстоящий разговор, обсуждая ближайшие праздники и наших племянниц. Нес настояла на том, чтобы помыть посуду и прибраться, я же убрал остатки еды в холодильник и наблюдал за девушкой. — Я хотел бы поговорить, — произношу, когда последняя тарелка ставиться в сушилку. Руки Нес замирают, затем она оборачивается и натягивает улыбку. — Как говорила прежде, так и повторю, что тебе не стоит рассказывать, если ты того не хочешь. Я ничего не требую от тебя, — она подходит ближе и приподнимается на носочки, запустив все еще влажные руки от воды мне за шею. — Как будешь готов ...— Я готов и хотел бы поделиться с тобой, — обхватываю её за талию и приближаю к себе. — Подожди меня в гостиной, я не надолго выйду на террасу. — Хорошо, — она оставляет поцелуй на моей щеке. — Я буду ждать.     Достав из кармана сигареты и зажигалку, я закуриваю, глядя на город, утопающий в предстоящих праздниках. Сердце бьётся с такой силой, что кажется — стук отдаётся прямо в ушах. Воспоминания поднимаются из глубин сознания, будто тени прошлого, и холодный воздух словно усиливает их вес.    Я содрогаюсь — то ли от пронизывающего ветра, то ли от того, что снова вижу её лицо. Прочищаю горло и, затушив окурок, выбрасываю его в урну. Внизу суетятся крошечные машины и люди — беззаботные, далекие и такие чужие.    Но я знаю: прятаться больше нельзя.Я должен рассказать светлячку о той женщине, что однажды перевернула мою жизнь. Лучше сорвать этот пластырь сразу, чем медленно рвать кожу, причиняя боль — ей и себе.     Выдохнув, я возвращаюсь в дом и нахожу Нес в гостиной, сидящей на диване и подглаживающей Шанель за ушком. — Думаю, что я начну ревновать, — подмигиваю ей, присаживаясь рядом. — Ты выпила таблетки? — Да, — улыбается Нес, потянувшись к моему обнаженному торсу. — Ты замерз, — качает головой и перекладывает Шанель позади себя. — Как хорошо, что у тебя есть я.     Девушка пожимает плечами и подползает ближе, устроившись на моих бедрах и обхватив мою спину руками. — Если ты хотела обнимашек, то могла просто попросить об этом, — опускаю руку на бедра и мягко поглаживаю округлую плоть.     Мы сидим так какое-то время, в тишине, после чего я начинаю. — Мне должно было исполниться через пару месяцев двадцать, когда я встретил Наоми. Нес замирает, затем снова продолжает поглаживать мою спину. — Макс привел в ночной клуб, сказав, что самые горячие женщины отрываются отныне только здесь. Тем вечером меня нашла Николь, завязав просто разговор ... Как выяснилось позже это был план Наоми. — Что ты имеешь ввиду под «планом»? — напрягается Нес, отстранив голову. — Эта девушка змея, принцесса, — провожу рукой по её волосам и отсаживаю женское тело от себя. — В ту ночь ... — я провожу рукой по лицу. — Я понял, что бесповоротно влюбился и попал под женские чары.     Я боюсь смотреть на реакцию Нес, поэтому поднимаюсь и начинаю ходить из стороны в сторону, устрашаясь встретиться с ней взглядом. — Мы начали встречаться. — Сразу же? — Да, — кривлюсь я, — в ту ночь мы переспали. Наоми пригласила меня к себе, сказав что это будет ошибкой, если я откажусь. Я действительно думал тогда так ... В моей голове был будто взрыв, всё тело и мысли начали жить по-другому. Эта женщина будто вдохнула в меня свежий глоток воздуха. — Ты действительно был влюблен, — тихо произносит Нес.     Не сводя взгляда с окна, я осмеливаюсь кивнуть. — Любовь бывает жестокой и подлой. Это не всегда тепло и уют. — Да, ты прав, — невесело хмыкает она в ответ. — Что произошло дальше? — Наши отношения развивались с молниеносной скоростью. Через месяц я уже жил у них. В её квартире, где она делила стены с Ники. Николь тогда казалась милой, немного наивной, но доброй девушкой, которая проводила днями в библиотеки и галерее на Манхэттене. — Вспоминаю первые картины, нарисованные её рукой. — Ты должна обязательно посетить её выставку, — качаю головой. — У этой девушки талант, который она прятала долгие годы, боясь гнева сестры. — Гнева сестры? — переспрашивает Нес, вытянув шею.— Да, — громко вздыхаю. — Наоми любила контроль и власть. Жизнь Ники после смерти отца плавно перешла в руки старшей сестры ...— Что за ... — Николь была куклой. Марионеткой. В руках Наоми, светлячок, — откидываю голову на спинку дивана. — Всю свою жизнь Ники говорила, действовала, наряжать, ела лишь то, что диктовал её отец ... Вскоре это стала Наоми, взявшая под свое руководство воспитание младшей сестры. — Черт, — смотрит на противоположную сторону Нес. — Я ... я не могу себе представить этого ...— Я тоже. Вскоре я понял, что вовсе ошибся в любви к этой женщине. — Один за другим воспоминания всплывают в голове. — Николь часто готовила, убиралась, даже складывала мои вещи, если я забывал. А Наоми... — я замолкаю, не зная, как подобрать слова. — Наоми нравилось, когда я терял границы.— Что ты имеешь в виду? — Нес шепчет, но голос дрожит. Я прохожу к стене, упираясь ладонью в холодную поверхность.— Всё началось не сразу. Сначала это были обычные вещи. Она ревновала, но я принимал это за страсть. Запрещала мне общаться с другими женщинами, удаляла номера Сары, Марселлы и дюжины других женщин, подслушивала звонки. А потом... Я сжимаю челюсть.— Потом были приказы и шантаж. Наоми всегда угрожала мне тем, что моё неподчинение погубит её и ... у неё были приступы. Она могла кричать и плакать несколько часов и я не мог помочь ей. Я просто не знал. — В этом нет твоей вины ...— Я понял это только после, тогда я винил себя ... Наоми контролировала вскоре не только жизни Ники, но и мою. Куда идти, что одеть, что говорить, когда молчать. В какой-то момент я перестал понимать, где заканчиваюсь я — и где начинается она.— Примо... — Нес хочет что-то сказать, но я поднимаю руку, чтобы продолжить.— Даже секс с ней был... — тяжело выдыхаю. — Это не было о взаимности, светлячок. Я прочищаю горло, посмотрев на Нес. — Я слушаю тебя, продолжай, — мягко кивает блондинка, а в моей голове снова и снова всплывают неприятные воспоминания. — Никогда в моей жизни не было женщины, которая могла управлять мной, но Наоми даже указывала как мне трахаться. Она всегда руководила. Жестко ... — я задерживаю дыхание, зажмурившись. — Иногда больно. И если я пытался остановиться — она делала вид, что я сломал её душу и не доверяю. Что я должен быть благодарен, что такая женщина выбрала меня.— Ч-что значит б-больно, Примо? — резко Нес оказывается передо мной и её нежные руки поднимают моё лицо. — Ч-что она сделала с тобой? — Мне было всего двадцать. Я думал, что это нормально ... Что развратные игры с элементами БДСМ это норма. — Что она сделала? — гневно спрашивает Нес, широко раскрыв глаза. Тяжело вздохнув, я отворачиваюсь от девушки не желая видеть сожаление в её глазах. — Ничего. — Скажи, прошу тебя, — слышу тихий всхлип с её уст и это ломает меня. — Не плачь, черт, нет, — я разворачиваюсь к ней, когда Нес плотно сжимает губы и руки в кулаках говорят о её злости. — Что сделала эта женщина? — Это ... это просто были игры с кровью и дыханием, — выдыхаю я, когда лицо Нес бледнеет и она быстро опускается на диван. — Это было не просто связывание ...— Господи, Примо, — снова всхлипывает Нес, опустив голову на свои руки. — Прости, прошу тебя. Прости меня, я-я не знала. Я хмурюсь и подхожу к ней, опускаясь на корточки. — Милая, тебе не за что извиняться, — целую её руки. — Посмотри на меня, милая Нес. Все в порядке. — Т-тогда, летом, — заикается девушка, вытирая слезы. — В Хэмптоне, тогда я привязала тебя, П-Примо. Прости, прошу тебя. Я вспоминаю ту ночь и взяв лицо Нес в свои руки, приближаю к себе. — Ты наоборот показала, что отдав контроль я могу получить и удовольствие, Нес. — Е-если бы я знала, — она покрывает мое лицо поцелуями. — П-прости.— Эй, тише, светлячок, — я поднимаюсь и снова усаживаю дрожащее тело к себе на колени. — П-продолжай. Я хочу знать всё, что сделала эта сука. На моем лице появляется улыбка и поцеловав девушку в лоб, я с неохотой и злостью продолжаю. — Вскоре я заметил, что Николь начала подавать намеки на то, чтобы я расстался с Наоми. Я подумал, быть может Ники влюбилась в меня и мне стоит поговорить с ней об этом ... Но младшая из сестер просто ответила мне, что пока не поздно, я должен забыть их и уйти. — Зачем Николь отговаривать тебя? — Потому что Наоми была со мной не случайно. Это была месть. — Месть? И Николь всё знала?— Нет. Она догадывалась. Наоми никогда не говорила ей о своих истинных намерениях на мой счет, она не доверяла своей младшей сестре. Николь была лишь пешка, младшей сестрой, от которой скрывали многое. Я провожу рукой по волосам Нес, стараясь успокоить быстрое дыхание. — А потом Ники все испортила Наоми,  подружившись со мной. По-настоящему. Без фальши, без планов. Мы с ней часами болтали по ночам, пока Наоми исчезала — то на «важные встречи» ... И, похоже, именно тогда Наоми сорвалась... Она ненавидела свою сестру. Не говорила это прямо, но я видел в её взгляде зависть, когда Николь смеялась. Видел, как напрягались её губы, когда я благодарил Ники за помощь. А потом... потом всё раскрылось.— Что?— Кто она. Кто была её семья. Я устраиваю тело Нес рядом с собой, желая найти контакт с глазами. — Вскоре я узнал, что отец девушек — один из тех, кто предал Фамилью. Один из тех, из-за кого погибли наши люди. Семья Вэй состояла в клане Триады, но они пошли против своих же ... Тогда устроили облаву на одном из складов Фамильи и погибли люди, семья Вэй и еще несколько мужчин были причастны к этому. Они пошли против своего дона и вскоре Лука за прощение просил их тела. Я не знал, точнее не думал о том, что у тех мужчин есть семьи, но они были предателями ... Отец, Макс, я и Маттео тогда расправились с мужчинами. Это было одно из первых мои дел ...— Примо, — Нес протягивает руки ко мне. — Мне так жаль, Господи. — Я был тем, кто лично приложил усилия к этому. Я не знал тогда, чьим он был отцом, но Наоми узнала. И не сразу, а спустя несколько месяцев отношений. И она не ушла. Она улыбалась, целовала, спала со мной, пока строила план мести.    Губы Нес побелели. Я вижу, как она вся сжалась.— Мы поехали загород. Я думал, это будет перезагрузка. По словам Наоми, мы должны были просто расслабиться ... Николь поехала с нами. Мы втроём выехали на внедорожнике. Наоми была ласковой, как никогда. Она смеялась, гладила меня по щеке, а потом... Потом мы попали в аварию.    Руки Нес резко взлетают к рту и её голубой цвет глаз заполняет черный. Я зажмуриваюсь, погрузившись в тот момент, будто это остановит тот кадр, что всплывает в голове.— Она подстроила всё. Разворот, мокрая дорога, тормоза... Я до сих пор не помню удара. Только как мы с Николь горим заживо в машине. Мои руки были прижаты, я ничего не мог сделать. Николь кричала, пытаясь выйти, но её нога ... Её зажало и она старалась освободиться ...  А Наоми... Чёрт.— Что она сделала? — Нес произносит очень зло.— Она подошла к машине, где мы горели. Я не знаю, как она не испугалась. Встала напротив, смотрела мне в глаза сквозь огонь. А потом... Она вытащила меня. Только меня. Изуродованного, с кожей на торсе, слипшейся от ожогов. Прижала ко мне своё лицо, вся в крови.— «Я хочу, чтобы ты запомнил, как я тебя спасаю, Примо. Даже если я тебя убью — я всё равно тебя спасу», — цитирую, когда огонь плавит мне вновь мозг. — Не только это произнесла она тогда. Потом Наоми целовала меня. Я задыхался, а она шептала мне, как будет любить меня, даже когда я умру. Как будет целовать мои мёртвые губы. И всё это — на глазах у Николь.— П-Примо, — снова всхлипывает Нес, закрывая лицо руками. — Я-я ... Я перестаю слышать слова блондинки, пока пелена прошлого закрывает мой взор.

— Наоми, отпусти, — рычу в приоткрытый рот девушки. — Вызови скорую, мать твою! — Нет, — снова целует она меня, когда я сжимаю губы. — Ты умрешь вместе с нами! — Наоми! — кричу ей в лицо, пытаясь освободить руки. — Наоми! Девушка хихикает обнажив зубы и проводит кончиком ножа по моему обгоревшему боку. — Я не хочу отпускать тебя, но и оставить тебя не могу, — резкая боль в правом боку ощущается и я снова пытаюсь освободить руки, которые она привязала к железному блоку сбоку. — Мой Примо, мой милый и сладкий мужчина, ты убил его. — Позвони в девять - один - один, Наоми! Николь! Нужно спасти Ники! Вытащи Ники! — Я так тебя полюбила, но ты любишь эту суку больше, чем меня, — второй удар приходится в бок и я кричу от боли, но больше мне разрывает сердце женской крик со стороны разгорающегося автомобиля.— Отпусти Николь! — Мои глаза горят от слез и сдерживаемой боли. — Николь! — Ты любишь её? Не меня? — кричит Наоми, перекрывая мне кислород руками. — Я-я люблю тебя, — слеза скатывается по щеке, когда я осознаю насколько был слеп. — Но ты монстр, Наоми. Ты самый страшный человек. Ты заслуживаешь смерти! — Мой любимый, — произносит она, нахмурившись. — Ты должен любить только меня! — Я-я люблю, — краем глаза замечаю как она опускает нож на холодный мокрый асфальт. — Скоро приедет Макс. Я успел послать звонок. Убирайся. Высвободи Ники и убирайся. — Я не буду спасать её! — истерически кричит девушка, бросая в меня свой убийственный взгляд. — Ты и твой ублюдочный отец убили мою семью! Я ненавижу Фамилью и Триаду. Я доберусь и до твоего отца, разрезая его тело на мелкие кусочки, на глазах у твоей матери! Прогнав эти мысли со своей головы, я резко поднимаю ногу вверх и скидываю женское тело на пол, нависнув над ней. Адреналин бежит по венам и потянув руки на себя, я ощущаю резкую острую боль на запястьях и подняв зубами нож, прорезаю веревку. — Ты, — шипит девушка, когда закрыв глаза я перекрываю руками кислород, стараясь не слышать сдавленные звуки. Я не убиваю ее, так как жизнь Ники сейчас в приоритете. Отключив Наоми, я поднимаюсь и что есть силы бегу к Николь. — Примо! Помоги! — Ники задыхается и кашляет, пытаясь освободить ногу. — Я- я не чувствую её. — Все в порядке, все будет в порядке, — повторяю словно мантру, увидев загоревшийся бампер. Просмотрев еще раз на девушку со стороны задних сидений, я прилагаю все усилия, чтобы добраться до неё, так как кузов перевернут. — Я-я не хочу умирать, Примо. Я-я ничего не знала, клянусь тебя, Примо. — Я знаю, Ники, тише. Никто не умрет. — Г-где она? — Она без сознания, — стараюсь убрать переднее сиденье и кусок метала с нижней части девушки. — Это глупо. Оставь меня. Это только причиняет боль. Оставь меня здесь, Примо. Ты можешь погибнуть вместе со мной. Я перестаю слышать, когда замечаю окровавленное месиво. Блять. Посмотрев на Николь, я понимаю что она и так ели держится в сознании. — Ники, ты доверяешь мне? — тихо шепчу я, облизнув губы. Слезы катятся с её глаз, но она все же кивает, прикусив губу. — Там все настолько плохо? — Я должен ... Николь, у тебя может случится шок, — предупреждаю её и девушка зажмуривает глаза.— Я поняла о чем ты. Просто сделай это. Я доверяю тебе, Примо, — всхлипывает она и пытается улыбнуться. Глубоко вздохнув, я пробираюсь к девушке сзади и делаю удушающий прием. Женские пальцы вцепляются мне в руки автоматически, пытаясь остановить, но я продолжаю сквозь сжатые зубы. Через несколько секунд тело Николь обмякло и проверив её пульс, я снова берусь за дело. Я замечаю, что части её тела также получили ожоги и Фарфоровая кожа обретает оттенки красного. Вытащив девушку из кузова, я оттаскиваю её и перекрываю кровотечение, сделав жгут на бедре. — Прости меня, маленькая язва, — произношу ровно в тот момент, когда слышу звуки машины рядом. — Вызови скорую! Скорее! — отдает приказ Амо кому-то. — Блять, Примо .— Брат! — выкрикивает Макс, подбегая. — Что за ...— Позаботься о девушке, прошу тебя. Это Ники. Ей нужна срочная помощь на ногу ...— Блять, Примо, — съеживается Макс, садясь рядом.    ...Я слышу визг машины и, посмотрев в сторону, замечаю Наоми, сидящую за рулём внедорожника Амо.— Блять!    Подскочив с места, я бегу ко второй и единственной машине, тут же завожу двигатель и резко выруливаю с парковки, вжимая педаль газа в пол. Колёса визжат, сердце бьётся где-то в горле.— Стой... — сквозь зубы шепчу я, цепляясь за руль так, будто это последняя ниточка здравого смысла.    Фары прорезают тьму, улицы проносятся мимо в размытых силуэтах. Я вижу, как она петляет между машинами, не включая поворотников, сигналя, нарушая все мыслимые правила. Город гудит в ушах. Я лечу по красным, игнорируя крики прохожих, а мозг работает на адреналине. Только бы догнать. Только бы остановить.— Наоми, не делай глупостей...    Я на секунду теряю её из виду, но тут же нахожу — свернула к докам. На полном ходу она пролетает через железные ворота, сбивая боковой ограничитель, и выезжает прямо на пирс.— Нет-нет-нет! – ору я, прижимаясь к рулю и резко тормозя.    Она даже не думает останавливаться. У внедорожника горят стопы, но машина не тормозит — её заносит, передние колёса теряют сцепление, и... всё будто замирает на долю секунды. А потом — удар. Скрежет. И металлический корпус авто, как в замедленной съёмке, взмывает в воздух, пробивая ограждение и рушится вниз, в ледяные воды Гудзона.— НАОМИ! — кричу я, выскакивая из машины и мчусь к краю.    Вода рвёт поверхность, бурлит. Пузырится. Куски обломков медленно плывут. Но самой машины не видно. Её будто проглотила река. Я стою, не дыша, сжимая руками металлический бордюр, и чувствую, как всё внутри крошится.

— Через два дня тело Наоми нашли люди Луки ... Капо знает, что произошло тогда, мы не могли это скрыть ... Но Николь по-прежнему думает, что только Макс и Амо знают о её существовании. — Почему? — раздается тихий голос Нес. — Ники боится и не хочет иметь с мафией никаких отношений. — Ох, — тихий выдох поглощает нас в тишину.     Я протираю глаза рукой, желая скорее избавиться от тех страшных картин из памяти. — Прости, что я давила на тебя, — проговаривает Нес рядом со мной. — Можно, я обниму тебя?     Посмотрев на девушку, я замечаю красные глаза полные слез. — Почему ты спрашиваешь? — мой голос дрогнул. — Я все тот же Примо, Нес. Не относись ко мне, как к сломанной вещи. — Во-первых ты не вещь, — девушка протянув руку мягко отталкивает меня на спинку дивана. — Во-вторых ты не сломанный и не сломленный, Примо. А почему я спросила? — девушка оседлала мои бедра. — Потому что я уважаю твои границы и хочу показать тебе это. — Я доверяю тебе, светлячок. И я только буду рад, если мои границы будут стираться при твоем присутствии в моей жизни. Нес протягивает руки за мою шею и соединяет наши лбы. — Не говори так. Я не хочу быть еще одной женщиной-ошибкой в твоей жизни, Примо. — Ты никогда не будешь такой. Ты другая, принцесса. — Я ненавижу эту суку за то, что она сделала с тобой, — нежные руки опускаются на правый бок, где под тяжестью татуировок прячутся шрамы. — Если бы у меня была возможность, то я могла убить её вновь. Никто не имеет права причинять тебе боль, — произносит Нес со злостью. — К счастью, тебе не надо никого убивать. Она мертва, светлячок, — целую в щечку. — Но мне приятно знать, что ты убьешь за меня.     Улыбка озаряет моё лицо, но не Нес. Девушка по-прежнему серьезна и непреклонна. — Я не только убью, но и умру за тебя.

Инесса

Я наблюдаю за размеренным, почти безмятежным дыханием мужчины, лежащего на животе. Его руки раскинуты в стороны, а лицо повернуто к окну, где на стекле отражаются первые огни вечернего Нью-Йорка. Взглянув на часы, я замечаю: всего шесть вечера, но солнце уже уступило небу, оставив город в объятиях сумерек и неоновых отблесков. Примо заснул почти сразу после своего признания. Я тихо отвела его в спальню, попросила просто прилечь, закрыть глаза и ни о чём не думать. Пока мои пальцы мягко скользили по его спине, разминая напряжённые мышцы, я почувствовала, как дыхание выравнивается. Тишина окутала нас, а он — просто уснул. Но в моей голове — ураган. Мысли налетают одна за другой, с гулом. Ярость и отвращение кипят в крови, и я отчётливо осознаю: если бы сейчас Наоми стояла передо мной, я бы без колебаний вонзила в неё нож. Медленно. Ровно. Без пощады. Примо слегка шевелится, вслепую протягивая руку вбок, туда, где я только что лежала. Он ищет меня, даже во сне.— Я здесь, — шепчу, наклоняясь ближе. — Всё хорошо, orsetto, — целую его плечо и нежно провожу рукой по его тёплым, растрепанным волосам. — Пусть хотя бы этой ночью тебе приснится покой, — тихо добавляю.     Примо поворачивает голову в мою сторону и его ресницы дрожат, он медленно открывает глаза, будто возвращаясь из сна в реальность, где я — рядом.— Ты не спишь? — хрипло спрашивает он, голосом, будто прошедшим сквозь пепел.    Я киваю, и он легко улыбается, той слабой, уставшей улыбкой, которую я давно не видела.— Хочешь, я просто побуду с тобой? — шепчу, но Примо не отвечает. Он просто тянет ко мне руку, обвивает мою талию и притягивает ближе, уткнувшись носом в мою шею.— Ты пахнешь домом. Я так скучал, — тихо выдыхает он.     Одна рука сжимает мою талию, вторая — в волосах, и я оказываюсь поверх него, перехватывая дыхание от его напора. Его губы накрывают мои, без просьбы, без предупреждения. Поцелуй — не мягкий. Он яростный. Слишком жадный, слишком глубокий. Губы слипаются, язык проникает внутрь, и я больше не дышу — я существую только через него. Через эту жару, эту одержимость, этот голод, будто ему не хватало меня целую вечность. Он прикусывает мою нижнюю губу, заставляя меня всхлипнуть, и сразу слизывает боль языком, утешая.    Я тяну его за волосы, прижимаясь бедрами, чувствуя, как член напрягается подо мной. Его ладони скользят по моим бёдрам, захватывают и впиваются, будто мечтают стереть границы между нами.— Я сойду с ума, если не почувствую тебя полностью, — выдыхает он в мои губы.— Тогда не сдерживай себя, — отвечаю, прикусывая его нижнюю губу в ответ.    И он не сдерживается.    Поцелуй становится беспощадным, дыхание сбивается, всё в этом движении — как обещание слиться воедино. Нет ничего нежного — только пульсирующая, сводящая с ума страсть. Примо прижимает мою грудь к своей, будто боится, что я снова исчезну. Я ощущаю каждый его рывок, каждый стон, каждую дрожь в его теле. И я знаю — он целует меня не просто с желанием. А с болью, с яростью, с преданностью и любовью, которую прячет ото всех, но дарит мне без остатка.— Я не знаю, где заканчиваюсь я... — выдыхает он хрипло, почти с болью. — Потому что с тобой я всё. Без тебя — пустота. Я замираю, прижавшись к нему, чувствуя, как эти слова прожигают кожу. Его голос глухо вибрирует в моей груди.— Не уходи из меня, — шепчет он. — Ни телом, ни сердцем.— Примо, я люблю тебя. — Нес, я ... я ...— Не нужно слов, я знаю, — целую снова, погружая пальцы в мягкие волосы. Его ладони уже под моей футболкой — горячие, решительные, будто он не просто прикасается ко мне, а спасает.— Посмотри на меня, — хрипло командует он. Я поднимаю взгляд — и вижу не желание, не страсть. Вижу жажду принадлежности. Вижу, как он молча кричит внутри себя. Я прижимаюсь к нему ближе, снимаю с себя футболку и позволяю ему посмотреть.— Я здесь, — выдыхаю ему в губы. Примо будто срывается с цепи. Его поцелуи становятся жадными, глубокими, голодными. Он целует меня в шею, ключицу, между грудей, проводит языком по животу и поднимается обратно, снова впиваясь в губы, будто не может насытиться. Его бедра уже между моих. Я чувствую, как он напрягся весь, как горячий, твёрдый, тянется ко мне — пока ещё не входит, но тело моё уже горит.— Скажи мне, что ты моя, — выдыхает он.— Я всегда была только твоей, засранец, — отвечаю, выгибаясь навстречу. Он входит в меня резко, глубоко — и я теряю остатки дыхания. На секунду он замирает, как будто только в этом моменте может найти покой, а потом начинает двигаться — ритмично, уверенно, будто хочет стереть со своей души всё, что было до этого. Всё, что сжигало нас изнутри.Я цепляюсь за его спину ногами, царапаю плечи, позволяю себе стонать громче — и знаю, он ловит каждый звук, будто молитву.— Слышишь, как ты звучишь, когда я в тебе? — хрипит он, склонившись к моему лицу. — Такая мокрая, такая моя... Я стону, почти вскрикиваю, когда он меня разворачивает на живот и без слов заходит сзади, прижимая к постели. Он хватает меня за волосы, выгибает, шепчет грязные обещания на ухо — и я тону в этой безумной смеси боли, удовольствия и дикого желания.— Ты такая тёплая... — стонет он мне в шею. — Такая настоящая... такая живая. Его движения становятся резче. Он держит меня за бедра, прижимает к матрасу, вдавливает в подушки — снова и снова. Я теряюсь во времени. Только дыхание. Только влажная кожа. Только его имя в моих губах. Каждое его движение — как удары по нервам. Я теряюсь. Кричу. Прошу. Он только ускоряется. И в этом сумасшедшем ритме, в этих стальных пальцах на бёдрах и влажном дыхании на коже, я понимаю — он метит меня. Забирает, ломает и собирает заново. Я кончаю резко, громко, разрываясь на его руках, и только тогда он позволяет себе стон, срывающийся сквозь зубы, и тяжело падает на мою спину, всё ещё внутри меня.— Чёрт, — выдыхает он, прижимаясь губами к затылку. Мы просто остаёмся так. Он не выходит. Не отпускает. Только сжимает меня крепче, будто боится, что я исчезну.— Ты моя, — шепчет он, прижимаясь лбом к моей повернутой щеке. — И я твой. Даже если всё остальное сгорит к чертям.

***

Прошло два дня с того времени, как мы помирились с Примо. Около двадцати минут назад, он забрал меня из дома сестры не отрывая глаз от моего лица и тела, делая комплименты. — Ты прекрасна, светлячок, но у тебя влажная ладонь, — комментирует он, заезжая на парковку ресторана. — Если честно, то я немного нервничаю, — протираю ладони сухой салфеткой. — Зачем? — приподнимает бровь Примо. — Расслабься. Здесь все свои. — Я познакомлюсь с еще одной важной женщиной в твоей жизни, Примо, — испепеляю его взглядом. — Конечно же я буду ревновать и нервничать. Мужчина закатывает глаза и глушит двигатель. — Кажется, я уже говорил тебе ...— Да, что я всё для тебя ... но всё же Ники играет важную роль в твоей жизни, — вздыхаю и накидываю пальто на плечи. — Давай же скорее познакомимся с твоей азиаткой. — Хорошо, — он улыбается и быстро оставляет легкий поцелуй на моей щеке.     Обойдя машину, Примо помогает мне выбраться и забирает две коробки и букет с багажника. Мы заходим в милый и уютный французский ресторан и метрдотель проводит нас к столику, где уже сидит спиной темноволосая девушка в черном платье восточного стиля и рядом мальчик на детском стуле, что-то громко говорящий.— Ники, засранка, с твоим днём, — подкрадывается Примо и девушка вздрагивает схватив вилку со стола. — Старик, я могла наложить в это новое боснословно дорогое платье, — шипит она и оборачивается нахмурившись и поднимается, после чего слегка бьет мужчину в грудь и улыбается. — Спасибо. Николь оборачивается и смотрит в мои глаза. Черт. Её взгляд. Прежде я никогда не видела столь красивых и выразительных глаз, будто все частички галактики собрались в этих огромных глазницах. — Прости за тот случай, Инесса, — поджимает она губу. — Несси. Ты можешь звать меня просто Несси. Обычно, моя семья и друзья так обращаются ко мне.— Но не Нес. Это позволено только мне, — подмигивает Примо, подтолкнув меня ближе к Николь.— С днём рождения, — я протягиваю одну из коробок в нежно голубой обертке и заметно начинаю нервничать. — Я-я не знала, что ты любишь и мы с Примо подумали о том, что тебе действительно будет полезно и интересно ...— Все в порядке, — её рука мягко опускается к моей и через секунду она притягивает моё тело в свои объятия. — Спасибо, что ты пришла. Мне действительно это важно. Девушка достаточно высокая и могу сказать, что она выше Али, а это самая высокая девушка в моем окружении. — Тебе спасибо, что пригласила меня на ужин. — Ну, Примо не может прятать тебя вечно, — подмигивает мне и ударяет мужчина в бок, пока тот здоровается с Лэсом. — Этот дьявол закатил мне истерику перед выходом. Отругай его. — Ты испортил матери настроение на её же день рождение? — Примо театрально хмурится, подняв ребенка на руки. — Так нельзя, Лэс. Я объяснял тебе уже это много раз. — Бал-би! — вскрикивает он, показав на меня пальцем. Каюсь, я не смогла пройти мимо твидового розового костюма и заколки в форме ракушки в волосах. — Нельзя показывать на людей пальцем! — отчитывает его Николь и качает головой, забрав сына с рук мужчины. — Это Несси, малыш. Она подруга Примо, дорогой. — Несси, — тут же произносит малыш, показав свои крошечные зубки. — Привет, — протягиваю вторую поменьше коробочку. — Этот подарок тебе, Лестер. — Босс. Плимо зовет босс, — озаряются детские глаза, забирая коробку. Рассевшись за стол, мои нервы немного успокаиваются и Николь начинает беседу. — Во избежании неловкостей, хочу сразу предупредить, что у моего сына странный выбор в именах и должностях людей, поэтому не делай пожалуйста поспешных выводов, когда он назовет Примо «папой» ... Прошу тебя, — закусывает нижнюю губу Николь. — Так же скорее всего ты уже знаешь о нашем прошлом с Примо ...— Да, — тут же отвечаю я, сжимая крепко стакан с водой. — Поэтому хочу прояснить, что никогда никаких интимных чувств не испытывала к этому - засранцу мужчине, — качает она головой и Примо закатывает глаза. Мне определено нравится эта девушка и их тандем. — Примо всегда помогал мне только как подруге, не более, Несси. — Я знаю, — мягко улыбаюсь ей. — Он поделился со мной вашей историей ... Извини, если это произошло без твоего ведома. — Оу , нет. Наконец, он сделал это. Я только рада тому, что ты обо всём в курсе и мне не нужно будет лить лишние театральные слезы при рассказе о моей чекнутой сестре. — О, да. Я бы хотела её убить вновь, — не подумала я, когда это произнесла. — Прости, господи...— Нет, нет. Я бы сама её убила, — тихо шепчет Ники, усмехнувшись. — Ты почему молчишь? Мы вдвоём оборачиваемся на Примо, который наблюдает за нами. — Мне нечего добавить. Вам осталось только обсудить то, что я раскидываю вещи по дому и ненавижу стирку. — Для этого и придумали стиральные машины и сушилки, — дополняю, пихнув его в бок. — Ну вот, вы обе объединились. Этого я и боялся, — улыбается он искренне, делая глоток напитка. — Вы можете принять заказ? — поднимает руку и подмигивает мне. На протяжении ужина мы с Николь все больше и больше узнаем друг друга. Я замечала, что девушка то и время сжимает и разжимает руку нервничая. Лестер играл с детским игрушечным фотоаппаратом, подаренным от нас с Примо, а сам мужчина лишь только добавлял пару слов в наши с девушкой истории. — Я постарела и уже не так молода, — пожимает плечами Ники. — Тебе исполнилось только ... — Примо, — раздается мужской голос и я оборачиваюсь на звук, увидев взрослого мужчину в сером костюме. — Мистер Ареско, — поднимается Примо и пожимает руку. Я понимаю, что младший босс Бостона здесь и нервно сжимаю губу. Никто не должен знать, что я с Примо в этот вечер. Если отец узнает, то он потребует объяснений и головы моего медвежонка. Обернувшись к Николь, я застываю увидев её выражение лица. Девушка побледнела и вцепилась мертвой хваткой в белую скатерть и бокал. Что за? Я оборачиваюсь на мужчин, которые продолжают разговор и за спиной Примо не видно нас.— Николь? — тихо спрашиваю, слегка дотронувшись до её руки. — Ники? — Чоу, — ели слышно произносит она и приподнимается.      Стул отодвигается и мужчины оборачиваются на нас, затем глаза мистера Ареско на долю секунды вспыхивают и нервное движение мускул проходит по лицу. — Су, — произносит мистер Ареско и я смотрю на Примо, взгляд которого перебегает с девушки на мужчину. — Чоу? — резко раздается грозный голос моего медвежонка и я внутренне вздрагиваю.     Николь хмурится и выйдя вперед подходит вплотную к младшему боссу Бостона. — Что ты здесь делаешь? — шипит она, сквозь стиснутые зубы. — Разве, ты не живешь в Бостоне?      Мужчина тут же прищуривает глаза и задает ответный вопрос. — Это ты та подруга-художница Примо? — Не оскорбляй меня! Я не художница! Я автор! Я создаю искусство! — её глаза еще больше расширяются и посмотрев на ребенка, я замечаю что он также продолжает играть с новой игрушкой. — Николь, объясни мне, — произносит Примо, не сводя взгляда с Алонзо. — Здесь нечего объяснять, — тихо отвечает она и отворачивается. — Примо, спасибо за ужин, но нам нужно возвращаться.     Девушка быстро поднимает сына на руки и я замечаю, что она прячет его лицо. — Су, — произносит резко мистер Ареско и по моему телу пробегают мурашки. — Это он тот самый Чоу? — глаза Примо вспыхивают, когда он касается руки Ники.     Кто такие Су и Чоу, черт возьми?!    Девушка игнорирует его, но на лице виднеется ответ. — Николь, — снова начинает Алонзо, но Примо поднимает руку и оборачивается к нему. — Ты тот самый ублюдок, который бросил мою подругу? Который оставил ребенка? — Примо, молчи, — шипит Ники.     Я продолжаю сидеть и кажется миска попкорна прекрасно составила бы мне компанию. — Николь, я требую объяснений, — рычит мистер Ареско, приблизившись к женщине с малышом. — При всем моем бывшем уважении, мистер Ареско, но вы не приблизитесь к Николь, — произносит Примо, продолжая смотреть на мужчину.— Мы должны поговорить, Су, — Алонзо испепеляет взглядом Примо и я могу сказать, что у нас будут проблемы.     Я резко приподнимаюсь, увидев взгляды посетителей со стороны. — Примо, мы можем все поговорить у тебя дома, — подхожу к нему и беру за руку.— Инесса Кансио, — тихо произносит мистер Ареско и на его губах появляется страшная улыбка. — А ваш отец знает, где вы сегодня находитесь вечером и с кем?     Черт.